Ромашки

Луг в деревне был очень большим. Маше казалось даже, что он не кончается. На этом лугу всё лето колосилась рожь. А ещё цвели ромашки. И васильки. И эти простые цветочки росли через каждый метр, как бы просились: «Сорви нас, сорви скорее и сплети из нас венок! Или поставь в вазу! Знаешь, как мы хорошо бы смотрелись в вазе на столе?» И все девчонки, живущие в деревне, а может приехавшие, соглашались с цветами. Не было домика в деревушке без полевых цветов. Не было русой головы девочки, девушки или даже женщины, которую не венчал бы венок. В вазах ромашки и васильки держались долго. Днями, даже неделями. Быстро засыхали, если начинали вдруг. И тогда девочки по тёплым светлым вечерами выбегали в поле за новыми цветочками, пока те не успевали закрыться. *** Маша была одна из тех девчонок, которых насильно оторвали от экрана компьютера и отправили за несколько километров к бабушке. Сперва каникулы казались девушке сущим адом. Запускание змея и сбор душистых букетов её не радовали. Мяча было только два на всю деревню. Обладателем первого был девятилетний мальчишка, который кроме своего друга к мячику никого не подпускал. Второй, к счастью, был собственностью девочки-ровесницы Маши. Но та постоянно уезжала в поле с дедушкой, а мяч печально смотрел на Машу с веранды. Интернета, что ожидаемо, в деревушке не было вообще. В коробке-телевизоре бабушки был один канал с новостями «А что там за окошком?» (откуда телевизионный канал в этой глуши?). Единственным спасением был плеер и наушники. А ещё у бабушки был невысокий сарай. Вечером в деревне без огней видны все звёзды на небе, и самым любимым занятием у Маши было залезать втайне от всех на этот сарай, включать музыку и смотреть на небо, которого в городе она не видела никогда. Подруг из города в деревушке не было, но и здешние девушки оказались лучше, чем Маша ожидала. Хотя была одна вещь, которая раздражала девчонку. Её подружки, как только дело клонило к вечеру, все до одной мчались к бескрайнему лугу за цветами. А Маша ненавидела цветы. Розы, тюльпаны, фиалки, ромашки. Разноцветные бутончики не пришлись по сердцу девушке и она не пыталась искать в них красоту и очарование. Подруги, приходя к ней в гости, удивлялись пустотой на подоконнике и столе. Этим удивлённым глазам Маша просто не придавала виду. *** Как только Маша появилась в деревне, болтливые девчушки устроили ей экскурсию. Особенно выделялась болтовнёй рыжеволосая зеленоглазая и худощавая девочка. Она говорила и говорила без умолку. Маша же про себя смеялась, что эта особа всех туристов может выгнать. Зато с Катей (так звали худенькую болтунью) было приятно поговорить о окрестностях и новостях. Из её уст Маша узнала, что в деревне есть чистое озерко, детский примитивный театр, а каждую субботу под открытым небом проводились дискотеки. Последнее казалось заманчивее остальных, поэтому в первую субботу пребывания в деревне Маша решила провести конец дня под музыку и фальшивые голоса. На дискотеку они с Катей шли вдвоём, и, как не странно, спутница Маши без умолку болтала. Главное надо было правильно указать тему. Пока девушки шли по пыльной дороге, Маша узнала многое. То, что какой-то дядька Алексей катает всех на своей белой лошади, что в этом году привезли в деревню намного больше детей, чем на прошлое лето и ещё много всяких разностей. В ответ же Катя получала рассказы о интересностях в городе. Так, болтая, девушки дошли до большого участка. За воротами виднелась высокая сцена, столики, которые через двадцать минут заполнят сладости, проигрыватель пятилетней давности. Среди сцены одиноко стоял микрофон, провод от которого исчезал за плакатами на стене. Рядом с танцплощадкой росли цветы, над которыми яростно гудели пчёлы. На участок начали приходить всё новые и новые посетители. Одних Маша видела тысячу раз, о других и не знала. Весёлые улыбки с неимоверной быстротой заполняли пустое место. Некоторые улыбки шли под ручку и весело болтали, целуясь, другие о чём-то спорили, но Катя вдруг потянула Машу к столикам. Там неизвестно откуда появилось мороженое, и через минуту девчонки весело болтали, уплетая сладость. Шум народа усиливался. Маша не заметила, когда появилась музыка и зажглись разноцветные фонари. Над ними порхали мотыльки, опаляя крылышки. Шум улыбок начинал двигаться в такт музыке, а вскоре и Катя увлекла Машу за собой. Долго девушки вместе танцевали, подпевая Земфире, а затем кудрявый парень безжалостно утащил Катюшу танцевать с ним. Маша осталась одна. Купив ещё мороженого, она стояла, опираясь на забор и наблюдая за смеющейся Катей и её партнёром. Вечер заканчивался не так, как девчонка предполагала. Постояв так минут пятнадцать, Маша, так никем и не приглашённая, тихо ушла за забор. Снаружи не так было громко. Когда девушка отошла ещё на метров тридцать, звуки приглушились, а слова текста было уже трудно разобрать. Не долго думая, Маша сняла туфли. И так, босонож, шла по тихой улице. В одной руке она держала свою обувь, во второй палочку от мороженого. В траве трещали кузнечики, перелетавшие туда-сюда. На берёзе заливался соловей. Где-то далеко прошумел поезд. Скоро Маша уже лежала в кровати, читая. Непослушная книга никак не хотела читаться, а вскоре совсем закрылась. Маша уснула под свист самовара — бабушка тихо заваривала чай.