Ромашки

Лошадь, оказывается, была не одна. Кроме белой красавицы с пышной гривой был ещё серый жеребец с голубыми глазами. Они вместе были быстрыми и забавным животными. Их теперь вспоминали друзья, споря, кто красивее. Антон, как и обещал, Машу ждал у калитки. Вместе пошли они кататься, вместе кормили лошадей сочным яблоками, вместе расчёсывали гриву белоснежной лошади, вместе катались по участку. Лошади мягкими губами брали яблоки и морковь с рук, забавно фыркали и слушались своего хозяина, который их очень сильно любил. Машу и Антона он покатал с ветерком, поразив их потом трюками, которые ловко он проделывал на своих густогривых любимцах. Сейчас друзья шли по тому же, что и вчера, перекрёстку. Усталые, зато радостные и удовлетворённые. —Маша, давай в магазин пойдём, ты же не устала? — мысль о мороженом приятно полилась по мозгу. —Ну ты, честное слово, шустрый воробей. Тебе что, лошадиных скачек мало? Я домой хочу-у… —Нц, ну и ладно! Тогда я сам пойду! —Ты что, обиделся? Ну не хочу я тащиться туда, вечером — приходи, пожалуйста. А я устала. —Да ладно, не обижаюсь я. Но вечером приду, я от тебя просто так не отстану! — Антон лукаво улыбнулся и наклонил голову. —А я и не хочу может, чтобы ты отстал. Просто устала, и всё тут. Стояли они уже на перекрёстке. —Хорошо, тогда жди. Я пошёл. И, подскакивая, Антон убежал в конец переулка. *** Вечер выдался холодным. Облака затянули солнце, грозясь пролить дождь, прогнав кузнечиков и бабочек. Маша сидела на ступеньках дома и смотрела на серое, как конь, на котором она сегодня каталась, небо. Несмотря на плохую погоду, соловей всё так же радостно хвалил себя и свою жизнь, и как же ему хорошо живётся. Ветки на деревьях опасно качались, как будто хотели скорее упасть на землю. Далеко лаяли собаки, рассказывая что-то друг другу. Подул ветер. Волосы Маши растрепались и она заплела неаккуратный пучок. На улице не хотелось оставаться, но и идти домой было неправильно. Антон приходить тоже не спешил. В голове накипела злость. Она уже полчаса сидит и ждёт его, а он и не показывается. Как только Антон пришёл в голову, настоящий он пришёл к калитке. —Маша? Маш, привет, я чуть опоздал, зато смотри! —Это… Тебе, — Антон протягивает Маше букет. В сжатом его кулаке смотрят на мир ромашки. Много белоснежных цветочков, так много, что не сосчитать. На миг Маша замирает, потом накипевшая обида вдруг разрушает всё. —Я не люблю ромашки, блин. Я же тебе говорила — не люблю. А ты вот их мне притащил. Зачем мне они? Я тебя ждала, а ты ненавистные мне цветы решил пособирать? Спасибо, — перед носом Антона захлопнулась дверь. Он понуро опустил голову, смотря на цветы. Взгляд упал на резинку, лежащую на крыльце. Её Маша теряла уже второй раз. Аккуратно растянув резинку, он связал ей ромашки и положил около двери. На душе стало так тоскливо, будто все светлые мысли покинули душу. Грусть понесла ноги прочь. *** —Ты чего? Ну пойдём, пожалуйста, без тебя футбол не клеится! — вот уже как двадцать минут Катя умоляла Машу пойти играть со всеми. Она же упорно отказывалась, понимая, что её подруге удастся поломать в ней всю гордость. —Ну… Ладно, хорошо, я пойду, — Маша встала с диванчика, увидев улыбку Кати. —Тогда давай быстрей, тебя там ждут все! Через пять минут девочки наперегонки бежали до поляны, где уже собрались все игроки. Среди них скромно стоял Антон, не решившись смотреть на Машу. Та, бросив на него мимолётный взгляд, больше за всю игру не уронила ни одного. Так они и дулись друг на друга до конца игры. Игра не ладилась, сегодня Лёша ещё больше свистел. Похоже, кто-то испортил ему настроение и он теперь злился на всех и на всё. Постепенно злость улетучилась, и он, забыв про неё, попросил Мишу посвистеть за него. Сам же счастливый и уже ни на кого не обиженный Соловей-разбойник отправился на поле, подбадривая других игроков А Маша, не хотев брать пример с Лёши, специально таила обиду в себе. Специально Маша хохотала с Катей и Колей, специально игнорировала Антона. Видимо, закон бумеранга подействовал. Маша разбила колено. То кровоточило, а подорожник оказался не лучшим средством. Девчонка покинула игру. Через пару секунд ту нагнал Антон. —Маш, как твоё колено? У меня мазь есть, она помогает очень. На себе испытал, — Маша, просто игнорируй, нельзя так просто сдаться! —Маша, прости! Хочешь, я никогда больше ромашки срывать не буду! Я мороженое тебе куплю, новый плеер подарю! Пожалуйста, извини! — на эти слова она тоже не обратила внимания. —Давай на озеро сходим! Ты ведь там не была ещё? Значит надо сходить! — Маша шла дальше. —Да погоди же ты! Люблю я тебя! — такие слова заставили остановиться и взглянуть на Антона. —Да! Люблю! И ромашки эти притащил, думал, что понравятся! Я как лучше хотел, а ты… — слова больше походили на крик. Помолчав, Антон тихо добавил, — Может, сходим к озеру? На лице Маши появилась окрылённая улыбка. —Может, сходим к озеру, — девушка взяла парня за потную ладонь и пошла к перекрёстку. Так они и шли. Улыбаясь, как два идиота, и держась за руки. Вокруг проносились бабочки, лесной голубуь летел к лесу, неся в клюве травинку. Всё преобразилось, отражаясь в глазах яркими цветами. Тепло в ладонях усилило яркость. Так дошли до дома номер три по Вишнёвому переулку, пересекли калитку. —Ты это, заходи в дом, только разуйся, — Маша летала по комнатам, — Бабушка, где можно купальник найти? —В шкафу посмотри на нижней полке, — пока Маша пыталась запихнуть что-то в маленькую сумку, Антон прошёл в гостиную, сев на диван. Маша застегнула сумку, остановившись и посмотрев на парня. —Антон, зайди на кухню, набери литр воды! Бутылка возле печки стоит! — слова Маши подняли. Парень пошёл на кухню. У порога он замер, уши покраснели, сердце сделало тройное сальто, а по лицу расплылась улыбка. Вся радость, кажется, заполнял парня до кончиков ушей. Под открытым окном, на белой скатерти в такой же белой вазе стояли… Ромашки. Те самые ромашки, много белых ромашек, ромашки, ромашки, ромашки. Маша бегала, собираясь, по дому, а под окном на яблоне дрозды свили гнездо и лукаво поглядывали через окно. На душе у Антона было так же жарко, как на улице.