Из любви к хоккею

      Кастиэль показал свой билет дежурному и прошел через турникет. Арена была переполнена, более, чем обычно, так как хозяева были в плей-офф. Он был здесь сотни раз за последние несколько лет, чтобы посмотреть, как его муж тренируется и играет. Поскольку он поел перед игрой, то обошел концессионную зону и направился к зарезервированным местам.       Он поприветствовал нескольких женщин, уже сидевших на своих местах. Эта секция была для жён и семей игроков. Кастиэль сел рядом с Бекки Ширли. Она не была одной из его фаворитов — по правде говоря, у него не было фаворитов, кроме Эллен, жены тренера Сингера. Он не увидел её, но положил свою куртку на сиденье рядом с собой, чтобы придержать для Эллен.       — Кастиэль, разве ты не взволнован? Я не могу поверить, что мы в плей-офф. Чак говорит, что у нас есть шанс на Кубок. Разве это не удивительно? Я сказала Чаку, что если мы выиграем Кубок, то, когда настанет наша очередь, у нас будет огромная вечеринка, и... моя семья будет невероятно завидовать, — Кастиэль давным-давно научился позволять Бекки говорить, не пытаясь отвечать на какие-либо вопросы, пока она не успокоится. — Что вы с Дином будете делать, когда придет ваша очередь?       Он пожал плечами.       — Мы не говорили об этом. Дин суеверен и не хочет сглазить.       Мисти Уокер, молодая жена правого защитника, обернулась, её светлые волосы закружились вокруг плеч. Она посмотрела на него сверху вниз своим хирургически увеличенным носом, прежде чем перевести взгляд на Бекки.       — Гордон хочет, чтобы я сделала обнаженную фотосессию с Кубком в нашей спальне.       — Тем самым Гордон проявит неуважение к Кубку и окажется в фермерской команде в дальних уголках Канады, — сказала Эллен, садясь рядом с Кастиэлем.       Он изо всех сил сдерживал улыбку. Фыркнув, Мисти снова посмотрела вперед. Из всех товарищей Дина по команде больше всего проблем доставлял Гордон Уокер. Он был грязным игроком на льду и сделал несколько ехидных замечаний в некоторых спортивных изданиях о Дине и его сексуальной ориентации. Дин не беспокоился об этом, но Кастиэль не был таким всепрощающим.       Музыка стала громче, и толпа начала топать и подбадривать.       «Леди и джентльмены...»       Кастиэль отвлекся от слов диктора, когда Эллен наклонилась к его уху.       — Между нами говоря, владельцы ведут переговоры, чтобы получить Коула Трентона, — Кастиэль прищурился. Трентон был правым защитником. Он бросил взгляд на Мисти, сидевшую перед ними. Эллен только улыбнулась. — Гордон торгуется. Бобби давно хочет, чтобы он ушел.       — Дин знает? — Дин был капитаном команды и еженедельно встречался с владельцами и тренерским штабом. Конечно, он должен быть проинформирован.       Эллен пожала плечами.       — Не уверена. Предполагаю, что да. Они ничего не сообщат команде или СМИ, пока Трентон не подпишет контракт. В любом случае, ничего не произойдёт до окончания игр плей-офф.       Шум толпы усилился, и взгляд Кастиэля был прикован к туннелю, откуда Impalas должны выйти на лёд. Дин всегда выходил последним, поэтому Кастиэль терпеливо ждал. Команда вышла в своих цветных майках, так как это была их домашняя территория. Его мужа было легко заметить. На нем не было шлема, он свисал с его клюшки, поднятой над головой, его ухмылку легко было увидеть с места Кастиэля. Затем его изображение было выведено на гигантский экран высоко над льдом, и фанаты пришли в неистовство. Он сделал круг по льду, и женщины бросали ему розы. Дин подмигивал и посылал воздушные поцелуи, собирая кроваво-красные цветы. С его приятной внешностью и мальчишеским обаянием женская фанатская база жаждала его, несмотря на его широко разрекламированное семейное положение.       — Как ты вообще с этим справляешься? — спросила Бекки с плохо скрываемым вожделением, наблюдая за тем, как Дин проезжает мимо.       Прежде чем он успел ответить, Дин подкатил к стеклянной перегородке и остановился. Он встретился глазами с Кастиэлем и начал бросать розы через стекло. Кастиэль встал и поймал их по одной. Когда Дин закончил, Кастиэль держал около тридцати роз. В толпе раздавались коллективные вздохи, а иногда свист какого-нибудь гомофобного мудака. Дин послал своему мужу воздушный поцелуй и уехал. Кастиэль сел и посмотрел на Бекки.       — Вот как я с этим справляюсь, — сказал он, прижимая розы к груди.       Через несколько мгновений игра началась. К середине второго периода игра выходила в ничью, два-два. Дин один раз кивнул Кетчу, своему левому флангу, и Кастиэль обрадовался, когда Дин получил пас и пробил по центру льда. Шайба взлетела в воздух, и толпа затаила дыхание, когда она прошла слева от шлема вратаря и попала в сетку. Прозвучал зуммер, и фанаты сошли с ума.       До окончания периода Дин забил еще два гола, сделав хет-трик. Бейсболки и шапочки полетели на лед, а Дин поднял свою клюшку.       «Что за игра Винчестера, ребята. Это его четвертый хет-трик в сезоне. Он сегодня в ударе».       Кастиэль внимательно наблюдал за Дином, когда начался третий период. Утром он жаловался на боль в плече. Кастиэль сделал ему хороший массаж, который привел к еще лучшему сексу. Только когда до конца игры оставалось десять минут, Дин проявил признаки дискомфорта. Обычный фанат этого бы не заметил, но Кастиэль знал своего мужа.       — Нужно, чтобы Бобби вытащил его оттуда, — пробормотал он. Эллен кивнула и достала телефон. Кастиэль отвел взгляд от Дина, чтобы увидеть, как тренер Сингер посмотрел на свой телефон.       Секундой позже запасной центр вышел на лед, а Дин направился на скамейку своей команды. Он столкнулся с Бобби, но тренер держался твердо. Дин бросил шлем и сел. Кастиэль знал, что позже он будет в плохом настроении, но Бобби не стал бы рисковать игрой Дина, когда они опережали на три гола, а играть оставалось всего несколько минут.       Прозвучал последний сигнал, и Impalas выиграли ещё одну игру. Кастиэль наблюдал, как Дин праздновал со своей командой в их ложе. Болельщики начали покидать арену, но он остался на своем месте. Эллен похлопала его по колену.       — Ты идешь? Он кивнул и поднялся. Они вдвоем, сопровождаемые женами и членами семьи, двинулись в противоположном от толпы направлении. Кастиэль толкнул двери клуба, дожидаясь появления команды. Репортеры уже толпились вокруг, ожидая своей очереди, чтобы поздравить команду и задать вопросы.       Как обычно, когда команда ввалилась в комнату, несколько минут царил хаос, вопросы сыпались со всех сторон. Вспышки камер отражались от стен. Дин улыбался, но улыбка не коснулась его глаз. Он был взбешен. Кастиэль знал, что Бобби рассказал ему о сообщении Эллен, и Дин знал, что это он вытащил его из игры.       Дин оглядел комнату, и, когда его глаза встретились с глазами Кастиэля, они вспыхнули гневом.       — Я должен подойти, — сказал Кастиэль Эллен, которая стояла рядом с ним. Она оценивающе посмотрела на него.       — Дин лает, но не кусает. Ты уже должен это понять.       Кастиэль не смог ответить, потому что Дин направился в его сторону. Эллен, предательница, ушла. Дин остановился перед ним. Годы слежки за камерами хорошо научили Дина. Он поцеловал Кастиэля, но, отстранившись, проговорил сквозь стиснутые зубы:       — Не могу поверить. Я был в порядке, Кас. Просто отлично. Мне не нужно, чтобы ты высказывал свое мнение Бобби.       Сохраняя нейтральное выражение лица, Кастиэль встретил горячий взгляд Дина.       — Ты забил три гола, Дин. Impalas выиграли. Не лучше ли дать твоему плечу отдохнуть перед следующей игрой?       — Не тебе решать, — прошипел Дин, но улыбнулся, когда фотограф направил на них камеру. Кто-то сунул микрофон в лицо Дину, и Кастиэль попятился. Он обнаружил, что шагает по тусклому коридору, который вел к парковке. Ему следовало держать рот на замке.       Он был на полпути к дому, когда зазвонил телефон. Он взглянул на экран и увидел имя Дина. Он бросил его на сиденье и продолжил движение. Дин позвонил еще дважды, прежде чем Кастиэль вернулся домой. Затем посыпались текстовые сообщения. Текст от Дина/10:45 - Возьми чертов телефон.       Кастиэль взъерошил уши Бумера и направился в их спальню. Он знал, что раздражен, но ненавидел, когда Дин злился на него из-за какой-то глупости. Это не он отправил сообщение Бобби. Он почистил зубы и натянул спортивные штаны Дина, прежде чем спуститься вниз, Бумер следовал за ним по пятам. Он открыл заднюю дверь, и собака выскочила с радостным лаем.       Его телефон зажужжал со стойки рядом с розами. Всё ещё обиженный, он взял его. Текст от Дина/10:47 - Перестань быть плаксивой сукой и ответь на гребаный телефон.       Плаксивая сука? Кастиэль сжал челюсть и нахмурился. Текст от Дина/10:48 - Черт возьми, Кас. Позвони мне.       Кастиэль снова положил телефон и порылся под раковиной в поисках вазы, которая должна была быть там. Как только розы оказались в воде, он поставил их на середину гранитного острова кухни. Бумер гавкнул у двери, и он впустил его внутрь.       — Давай, парень, пойдем расслабимся.       Он прошел по коридору и спустился по лестнице, которая вела в их подвал. Он включил свет и вошел в свое святилище. Черный рояль поблескивал под подвесным освещением. Когти Бумера цокали по деревянному полу, пока он пробирался к лежанке в углу комнаты. Кастиэль сел на скамейку, щёлкнул пальцами и начал играть. Вскоре яростный звук «Scherzo No.1» Шопена заполнил комнату. Потом он перешел к «Реквием» Верди. Именно пронзительный визг Бумера и бег вверх по лестнице заставил пальцы Кастиэля дрогнуть. Он взглянул на часы. Дин обычно не возвращался с празднования с командой до полуночи. Он начал «I’m the Only One» Мелиссы Этеридж, заканчивая свой репертуар песен, которые играл, когда злился.       Не отрывая взгляда от клавиш, он почувствовал присутствие Дина. Инстинктивно зная, как разозлить его еще больше, Дин хлопнул ладонью по клавишам.       — Ты можешь заканчивать, Кас. Я знаю, что ты злишься.       — Ты рано вернулся домой, — сказал он, не заглотив наживку.       — Да, кажется, мой муж начал вызывать игроков на лед и испортил мне настроение к чёрту.       Кастиэль встал, скамейка громко заскользила по полированному деревянному полу.       — Я не принимал решения, Дин. — Нет, но ты что-то сказал Эллен, и она потрудилась, чтобы Бобби узнал, — теперь они стояли лицом к лицу, их разделял всего лишь фут пространства. — Это был не твой звонок.       — Это не так, — признал Кастиэль. — Прости.       — Черт возьми, Кас. Не делай этого, блядь, — огрызнулся Дин, запустив пальцы в волосы.       Кастиэль в замешательстве склонил голову набок.       — Не делать что? Просить прощения?       — Да... нет... Ты всегда это делаешь, когда мы ссоримся. Ты просто берешь вину на себя, а не...       — Продолжаю ссору?       — Да... именно, — Дин сделал шаг назад и выдохнул. — С тобой не весело спорить.       Кастиэль нахмурился.       — Весело? Ты думаешь, это весело, когда мы ссоримся? — недоверчиво спросил он, его гнев снова поднялся на поверхность.       — Это не то, что я имел в виду...       — Но это то, что ты сказал, — возразил Кастиэль.       — Ты знаешь, что я имел в виду, — бровь Кастиэля поднялась в немом вопросе, и Дин закатил глаза. — Как долго мы вместе? Ты, блядь, знаешь меня. Черт возьми, ты знаешь меня настолько, чтобы отозвать меня, когда мне было больно сегодня вечером, — в глазах Кастиэля появился торжествующий блеск. Если Дин и видел это, то никак не прокомментировал. — Ты чертовски хорошо знаешь, что мне не нравится ссориться с тобой, но ты чертовски раздражаешь, когда просто отступаешь и принимаешь это.       — Я не просто отступаю и принимаю, — прорычал Кастиэль. — Но с тобой легче отпустить все на самотек. В противном случае ты будешь ходить со своей задницей на плечах, пока не сочтешь необходимым простить меня за любой поступок.       — Знаешь что... пошел ты, — крикнул Дин, и Кастиэль поморщился. Дин развернулся на каблуках и взлетел по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Бумер заскулил и перевел взгляд с лестницы на Кастиэля и обратно. Кастиэль стоял с закрытыми глазами. Он ненавидел, когда Дин становился таким. Его муж был прав. Кастиэль действительно знал его, и прямо сейчас его беспокоило что-то еще. Он бы не разозлился из-за нескольких минут ледового времени. Конфронтация с ним по этому поводу только усугубила бы ситуацию.       — Ты можешь также пойти наверх, мальчик. Сегодня я сплю здесь, — Бумер уткнулся носом в его руку и, бросив последний взгляд, побежал вверх по лестнице.       Морально истощенный тем, что должно было стать ночью празднования победы Дина, Кастиэль рухнул на диван в другом конце подвала. Его шестифутовая фигура была слишком велика для него. Они купили мебель для развлечения друзей и семьи, а не для сна. Минуты шли, а Кастиэль все смотрел в потолок. Он даже не потрудился выключить свет.       Он не был уверен, сколько прошло времени, прежде чем услышал шаги Дина на лестнице.       — Кас? — он не ответил. На долю секунды он подумал о том, чтобы притвориться спящим, но решил оставаться тихим. Его муж подошел и встал рядом с диваном. — Слушай… Мне жаль, что я был придурком.       Кастиэль встретился с ним взглядом, но промолчал. Дин скрестил руки на голой груди. Он переоделся в клетчатые пижамные штаны.       — Я... ох... боже... — Дин сел на диван, без церемоний отодвинув ноги Кастиэля в сторону. — Не легко говорить это... — Кастиэль почувствовал, как холодная рука сжала его сердце. — Итак... владельцы ведут переговоры о контракте с игроком из Penguins.       Не понимая, какое это имеет отношение к ним, Кастиэль просто кивнул.       — Эллен сказала мне.       Дин посмотрел на свои руки, крепко сцепленные на коленях.       — Коул Трентон потрясающий. Владелец и Бобби думают, что он хорошо подойдет для команды.       — Хорошо... — Кастиэль ответил, все еще не зная, куда клонит Дин.       — Коул был моим соседом, когда я играл за Stars, — Кастиэль знал, что Дин играл за AHL в течение двух лет, прежде чем его вызвали в NHL.       — Значит, ты уже играл с ним раньше, — подсказал Кастиэль. Горький смех Дина удивил его.       — Думаю, можно выразиться и так, — Дин встал и начал расхаживать по комнате. Кастиэль сел. — Мы были.... Мы трахались, Кас. Ничего серьезного. Ни один из нас не вышел и... и черт, я пытался сказать тебе, но никогда не было подходящего временем.       — И ты подумал, что ссора будет хорошим способом сделать это? — саркастически спросил Кастиэль. Дин прикусил губу и слегка пожал плечами. — Это было твоё прошлое, Дин. Ты расстраиваешься, когда я провожу время с Заром? — Бальтазар и Кастиэль встречались много лет, прежде чем он встретил Дина. Они остались хорошими друзьями, и Зар даже оставался с ними на долгие выходные между концертами. Классический гитарист был женат и жил в Лос-Анджелесе.       — Ну... нет... он пришел на нашу чертову свадьбу, Кас, — сказал Дин, снова садясь. — Это другое. Зар живет за полконтинента от нас, и мы видим его пару раз в год. И он счастливо женат на этой чудачке. Коул будет путешествовать с командой... делить раздевалку...       Сардонически приподнимая бровь, Кастиэль откинулся назад, чтобы посмотреть на Дина.       — Ты беспокоишься, что ты и он...       — Черт возьми, нет, — воскликнул Дин, его лицо превратилось в маску шока. — Как ты можешь даже думать об этом? Я люблю тебя... Я женился на тебе. Ты для меня все, Кас.       Протянув руку, чтобы погладить щеку Дина, Кастиэль улыбнулся.       — Тогда почему я должен беспокоиться? — он никогда бы не признался в этом Дину, но укол ревности на мгновение пронзил его. Он был жутким собственником в отношении своего мужа.       — Я не знаю. Просто думал, что ты сойдешь с ума.       — Я рад, что ты сказал мне, Дин. Я злюсь, что ты держал это в секрете, пока это не съело тебя настолько, что ты затеял со мной глупую ссору.       Лицо Дина преобразилось от его ослепительной улыбки.       — Могу я загладить свою вину перед тобой?       — Посмотрим, — небрежно ответил Кастиэль.       — Не заставляй меня умолять, детка, — Дин соскользнул с дивана и опустился на колени. Он расположился между бедер Кастиэля. — Пожалуйста... позволь мне... — он прижал ладонь к члену Кастиэля. — Дай мне попробовать тебя.       Кастиэль приподнял бедра и позволил Дину снять спортивные штаны. Он не был твердым, но когда Дин начал тереться носом о его лобковые волосы, его член начал наполняться и удлиняться. Дин промурлыкал и поцеловал его яйца, прежде чем взять их в рот, по одному за раз. Кастиэль обхватил рукой затылок Дина, направляя его туда, куда он хотел. Дин взял его в рот, нежно посасывая.       — Мне нравится, когда ты умоляешь, Дин. Мне нравится, как ты звучишь, когда нуждаешься во мне, — он позволил Дину полностью возбудить себя, прежде чем схватил за волосы и оттащил. Дин заскулил, и Кастиэль заставил его посмотреть на него.       Губы Дина были скользкими от собственной слюны, слегка приоткрытыми, и Кастиэлю нравилось видеть его таким.       — Не трогай себя, — хрипло сказал он. Он ослабил хватку, и Дин жадно взял его в рот. Правая рука Дина обхватила основание члена Кастиэля, а левая вцепилась в диван так сильно, что костяшки пальцев побелели. Кастиэль знал, что его муж возбужден и борется с необходимостью дрочить. — Мне нравится смотреть на тебя такого... такой красивый... так хорош, — Дин издал пронзительный звук и взял Кастиэля глубже. Он чувствовал выступы в верхней части рта Дина на чувствительной головке своего члена. — Вот так... возьми его весь.       Он дернулся вперед, когда Дин расслабил горло и начал всерьез сосать его. Рука Дина опустилась, чтобы обхватить его яйца. Он потянул их, сжимая достаточно, чтобы Кастиэль резко вдохнул.       — Хочешь попробовать? Ты хочешь мою сперму?       Дин выпустил его член. Налившаяся кровью головка Кастиэля уперлась ему в щеку.       — Пожалуйста, детка... мне нужно, — Кастиэль сжал член в кулак и потер им о губы Дина. Зелёные глаза с любовью смотрели на него. — Пожалуйста... — Кастиэль толкнул его в рот, чувствуя, как зубы Дина задевают его. Он зашипел и вонзился в рот Дина. Его рука соединилась с рукой Дина на его яйцах, и оргазм свернулся в животе, как змея.       От освобождения у него перехватило дыхание. Ощущение рта Дина, проглатывающего его сперму и вылизывающего его дочиста, казалось, доносилось издалека. Он откинулся на спинку дивана и откинул голову назад. Поцелуи бабочками скользнули по его бедрам, а затем вверх по животу, заставляя его дрожать.       — Могу я... — Дин не договорил. Он поднялся на ноги, и Кастиэль увидел, как его эрекция напряглась под фланелевой тканью.       — Да.       Дин спустил штаны до середины бедра, и Кастиэль сквозь прикрытые веки наблюдал, как его муж доводит себя до оргазма. Это заняло всего несколько мгновений, и сперма Дина изверглась на живот и грудь Кастиэля, оставляя ручейки на его бледной коже. Зная, что ноги Дина слабы, Кастиэль потянул его вперед, так что бы он сел верхом на бедра Кастиэля. Не заботясь о липкой жидкости на своем теле, он опустил голову Дина для долгого, удовлетворяющего поцелуя.       Когда их сердечные ритмы пришли в норму, Дин сел и поморщился от беспорядка.       — Время для душа, — тихо сказал он, прежде чем снова поцеловать Кастиэля. — Прощён?       — Всегда, — тихо сказал Кастиэль, наслаждаясь ощущением тела своего мужа, накрывающее его.       — Всегда, — повторил он.