Пятый всадник

Когда я только прилетел в Нью-Йорк со своей специальной задачей, меня сначала не хотели выпускать из аэропорта, а потом выпустили. Это было мое первое знакомство с американской системой. Мне нужно было добраться по адресу, где предположительно живет некий юрист по фамилии О’Коннел, которого мне посоветовал едва мне знакомый Джек, с которым я познакомился в американском суде. Сказал что он поможет мне с моей проблемой… Сам я никогда не видел этого юриста, но в отеле он был указан под этим именем. Я подумал, что он наверняка важная шишка. От аэропорта я решил поехать на такси, которых было много в любое время дня. Я сел в такси и назвал адрес. Я осмотрел автомобиль таксиста, и увидел его фотографию, и инициалы: «Luigi Landau» — Брат, ты русский? — вдруг спросил меня таксист на моем родном языке. — Русский, — сказал я радостно. — Ах, как хорощо! — ответил таксист так же радостно. — Ты откуда? Из Москвы? Я заметил, что у таксиста какой-то кавказский акцент. — Из Москвы, — ответил я. — А вы откуда? Из Москвы? — Ага. Там у меня брат старший. Ох, ты, как я рад, брат, что ты русский! Я тоже оттуда! По радио играл тяжелый рок. Я был рад, что разговорился с простым русским человеком. По крайней мере, русскоговорящим. — Брат, я прошёл две войны. я многое уже тут повидаль — рассказывал он, следуя маршруту, — в этой страна самое главный — это деньги. Здэсь без денег человеку трудно. У тебя работа есть? Я работаю тут, мне брат посоветовал это место. Paul's Taxiez. Отличный зарплат брат. Я тут уже устроился хоращо. — Да я сюда не по работе приехал, а… Таксист резко затормозил и выругался на своем языке. — Ты посмотри на этот ишак, — сказал он, поворачиваясь ко мне, — ты видел, как он меня подрезал? — Вижу, — ответил я. — Это не просто ишак. Это придурок. За такое права надо отбирать. — Здэсь с этим строго, брат, — сказал таксист. Мы остановились, и я заметил, что впереди длинная пробка, которой будто нет конца. — Не волнуйся, брат, — сказал таксист. — Мы это быстро разрешим. Тебя как зовут? — Виктор. А вас? — спросил я. — Меня Луиджи. Внезапно шофер начал умело объезжать стоявшие автомобили, потихоньку пробираясь вперед. — Пэрэстрой маршрут, — сказал он навигатору. — Please, repeate, — отозвался навигатор. — Дурак, бля… — тихо выругался Луиджи. — Подожди, брат, я этих придурков сейчас научу, как правильно ездить. Луиджи рулил влево и вправо, и я заметил, что мы все ближе и ближе к концу пробки. Я не понимал, как он сумел вывернуться, но когда наконец пробка осталась позади, я понял, что так мог только Луиджи. — Понравилось? — спросил он. Я рассмеялся и одобрительно кивнул. Но не проехали мы и километра, как услышали сирены и голос полицейского из мегафона. Луиджи удивленно взглянул в зеркальце заднего вида. Полицейский поравнялся с нами. Луиджи включил аварийку и начал притормаживать. — Слущай, брат, я сейчас все сделаю… — успокаивающе сказал он, не отводя взгляда от полицейского. Из крузера вышел коп и медленно подошел к окну. Луиджи припустил стекло. — Yes. — Sir, do you know the reason why I stopped you? — Why? — недолго думая, ответил Луиджи. — I noticed that you exceeded the speed limit. So, I wanna know, why. — I drive my friend, taxi, taxi, — пытался объяснить полицейскому таксист, — I am taxi. — Yeah, I see, anyway I have to ask: why did you do it? — добавил полицейский, придвигаясь к стеклу чуть ближе. — Слущай, я просто таксист! Так-сист! Не понимаешь что ли? — I'm sorry? — еще раз переспросил полицейский. — What? — Брат, — начал Луиджи, выходя из машины. — Sir, please, stay in the car! — крикнул коп. — I don' t know why you exceeded the speed limit. В этот момент я понял, что мне нужно помочь Луиджи, иначе и у него, и у меня будут проблемы, а мне нужно попасть к О’Коннелу. — Officer, my name is Victor. My friend isn't speaking English well, so, I can answer your questions. — Tell me. — I told driver to drive faster as I'm late for a meeting… Слова перепутались у меня в голове. Я говорил по-английски не намного лучше, чем Луиджи. — I need to meet one man, I… just… let us go, please… — Sir, I understand, but I have to write you a ticket. Rules are the same for everyone. — Тикет? Какой тикет?! — крикнул Луиджи. — No, no, I don't have much money, слущай, не надо штраф, брат! — Sir, please, stay calm! — Идиот, бля, тупой, я просто из пробки выехал, меня, бля, ишак подрезал, пачему ты не остановил его, бля, ты козел! — закричал Луиджи. — I don' t know why you didn' t answer that?! Hey! Тупой! Офицер резко достал тазер и прицелился в Луиджи, который кричал на всю улицу. — Please, stay calm, or I… — Да пошел ты, козел, со своим тазером! — крикнул Луиджи и, размахнувшись, ударил офицера кулаком в живот. В этот же момент шофер придавил газ в пол, и мы помчались вперед. — Брат, не волнуйся, я уже один раз так сделал. Мы гоняли по улицам Нью-Йорка, а за нами ехал крузер с включенной сиреной. — Ты понимаешь, что ты сделал?! Ты создал проблем и себе, и мне! На кой черт ты его ударил? — Брат, я не могу водить, когда кто-то орет! Луиджи завернул в переулок, ускорился, затем повернул в другой, вышел на какую-то аллею, проехал чуть дальше. — Куда ты меня везешь? — крикнул я. — Куда надо! Он резко свернул влево, и мы оказались за большим домом. — Что ты делаешь? Остановись, сейчас же! — кричал я. Луиджи не отвечал. — Виходи из машины и беги, брат. Дальше я сам. Я выбежал из машины Луиджи и побежал по мокрой траве. Сзади раздался рев мотора, и крузер с сиреной рванул за мной. Луиджи достал пачку сигарет " Кэмел» и закурил. Я увидел только свист покрышек, и отдаляющиеся фары машины Луиджи. Я забежал за первый же угол, свернул за другой — и оказался на маленькой боковой улочке, которая, как я заметил, почти полностью заросла кустарником. Я спрятался. Через 10 минут я вышел, и был в безопасности, тут я понял, что моего черного чемодана нет. Я огляделся — нигде не было видно ни самого Луиджи, ни его черной машины, ни моего ебучего чемодана!!! Я достал свой телефон, набрал его номер и стал слушать гудки. Что-то щелкнуло. Я поглядел на номер Луиджи. Он взял трубку. — Я закричал: «Луиджи!!!» — И услышал через несколько гудков: «Да, брат» — он явно ждал моего звонка. — Он мне сказал: «Брат!!! Я жду тебя! У меня твой чымадан! Я за углом брат! Чымадан! Чымадан!!! Можна я его аткрою брат!» У меня сразу затеплилось сердце. Я кинулся к машине Луиджи, забрал чемодан, и дал ему пятнадцать баксов и монету с гравировкой в виде шестикрылого серафима. — Луиджи сказал: «Брат! Спасибо, брат! Пока!» Я побежал к ближайшему мотелю, чтобы остановиться на ночь. Зайдя за угол, я проверил свой Colt Civil Light и стал его медленно заряжать. Этот пистолет мне достался от моего отца, когда мне было 10 лет. Я зарядил полную обойму, взял Colt Civil Light, снял его с предохранителя, и направился к мотелю. Через 20 минут я уже был в номере, лег на кровать и стал думать о дальнейших действиях. Через считанные секунды я уснул. Я почувствовал, что меня кто-то душил удавкой. У него были черные перчатки и шрам на лице. Это лицо я видел очень много раз. Я проснулся в холодном поту, собрал вещи, выбежал к ресепшену, кинул двадцать баксов на стол и вылетел на улицу. Я заказал такси. Приехал молчаливый таксист, я передал ему карточку с адресом «99 Washington St, New York, NY». Мы приехали очень быстро. Я вышел из автомобиля, встал перед отелем, и набрал номер О’Коннела. — «Ну, чего?» — спросил он. — «У нас есть вход в сеть. Вход номер -5. Лифт номер 13». — «Номер?» — спросил он. Я назвал номер, а потом нажал кнопку на трубке. — Спускайся вниз, я буду через 15 минут. Я прошёл через главный вход, который вёл к лифту 13, ждал я его. очень долго. Лифт приехал, открылись двери. Я вошёл, и нажал на -5 этаж. Лифт двинулся, но остановился на -3 этаже. Там меня встретил какой-то человек в бронежилете и перчатках. Он долго шёл по коридору, включал ИК и УФ излучение в лифте, пока я там стоял, пару раз посмотрел на мои руки — проверил на предмет оружия. Я удивился, что он не заметил пистолет в моей кобуре, ведь он так заметно торчал из пиджака. Когда мы оказались в каком-то подвале, где за металлическим столом сидела женщина с рацией и толстой пачкой папок, он стал ходить вокруг меня, просматривая содержимое своей папки. Сказал чтобы я проходил по коридору номер 3. Я пошёл по коридору. Через несколько метров я остановился и позвонил О’Коннелу. Трубку никто не взял. Я достал сотовый. Опять никто не ответил. Я сел на стул, и стал ждать. Через 10 минут я увидел человека, который был одарён отличным телосложением. Его рубашка словно распиралась от мышц, а его голова практически упиралась в потолок, который был 2.20 м. — Испугался ли я? Сам не знаю. Но мне было не по себе. Последний год меня часто мучают панические атаки и ночные кошмары. Я достал из своей сумки баночку нейролептиков, достал одну пилюлю, и проглотил без воды. Эти таблетки мне прописывал врач, на протяжении восьми месяцев, я не мог прожить и двух дней без этих таблеток. Они на время снимали психологический стресс и укрощали мой безумный нрав. Ко мне подошёл этот мужчина, спросил, что я тут делаю. Я был в недоумении. — «Я жду О’Коннела, чёрт бы тебя побрал! Где этот О’Коннел?!» — после этих слов ко мне подошли люди в костюмах, и сказали выпить эту таблетку, потому что у меня приступ … Я опять ни черта не понял. Но мне сунули в руку стакан с кока-колой. Я выпил. Они ушли, а мужчина остался, и сказал мне, что никакого О’Коннела не существует, и чтобы я проследовал за ним в кабинет. Я повиновался, но все время думал, что всё происходящее просто дурной сон, и мне не стоит принимать эту таблетку. Я проснулся и увидел, что лежу на кровати в моём гостиничном номере, рядом со мной сидел санитар из скорой помощи, и улыбался. В руке он держал телефон. Я спросил, что со мной. Молодой человек сказал, что это реакция на пилюли. Я сказал что я ничего не принимал. Тогда он вынул из кармана коробочку с таблетками и показал мне. На внутренней стороне коробочки была надпись: «I see you. O'Konnell.». Я тут же понял, что мне нужно бежать. Я не знал к кому обратиться, но вспомнил про Луиджи. Достал свой телефон, открыл записную книжку, но ни одного упоминания Луиджи тут не было. Я начал его искать, и вспомнил, что он говорил мне, где он работает. — «Сука… Как эта компания называется.» — сказал я, ударив по стене кулаком — Paul's Taxiez! Точно! Я выбежал из номера, спустился на ресепшн, и узнал номер этой организации. Я вернулся в свою комнату, набрал этот номер. — Зд. Здравствуйте! Мне нужно узнать. Номер. Номер. Телефонный номер вашего сотрудника! — Сэр, не кричите в трубку, все водители заняты. — Мне не нужно такси! Мне нужно узнать номер! — Сэр. Какой номер вам нужно узнать? — Луиджи. Луиджи… Дайте мне этот блядский номер! — Сэр. Если вы будете кричать, я повешу трубку, и передам ваш номер в полицию. Вы сказали Луиджи, у нас таких таксистов по пяти штатам более тысячи. Скажите фамилию. — Извините, мэм. Луиджи… Луиджи Ландау! Ландау! — Сейчас посмотрим. Се-е-е-кунду. Таких сотрудников в базе не найдено. Я сел на пропитанный запахом секса и сигарет матрас, и обомлел. — «Спасибо, мэм. Хоро.» — сигнал оборвался. — «Спасибо мэм.» — стал я повторять это как заведенный, и кусать палцы. Несколько минут я сидел, уставившись в потолок, и ждал. Мне пришло SMS — сообщение на мой почти разряженный телефон. __ Отправитель: 893-513 Время отправления: 12:36 Сообщение: «это я луиджи я на suti farm colony меня взяли и у меня нет с ил держаться моя машина у запр аэр 200м ключ под колпаком приходи пожалуйста отсюда нужно бежа» __ Я посмотрел на себя в зеркало, и увидел синяки на своём торсе, тут до меня дошло, что я все-таки был в том отельном подвале. Я накинул на себя плотную рубашку с отделами для бронепластины, вытащил из сумки две тонкие ОЗ бронепластины, засунул их в рубашку, заправился, надел кобуру, вставил пистолет, забрал свой чемодан, и выбежал из мотеля. Я побежал к заправке, которая была от моего отеля в двухсот метров. Я увидел старый белый Lincoln, сунул руку в колпак, и обнаружил там ключ, я завёл машину, и заправил её на пятьдесят баксов. Я прочёл адрес, который мне написал Луиджи, и понял, что он имел в виду City Farm Colony, это было заброшенное здание. Я подъехал ко входу, заглушил машину, передёрнул затвор своего пистолета, и вышел из машины, оставив чемодан под задними сидениями Линкольна. Я вошёл в здание, прошел по лестнице наверх, и по коридору вышел в большую комнату с цементным полом и железными шторами на окнах, за которыми была такая же бетонная стена, как в подземном гараже. На стене висело две камеры слежения, и один тусклый красный фонарь. Я увидел там Луиджи, и человека с оружием, я ударил его прикладом по голове, но очень удивился, когда он не отключился. — «ДЕЛЬТА! СУКА! У МЕНЯ ВСЯ ГОЛОВА В КРОВИ! ОБЪЕКТ КЛЮНУЛ!» — прокричал охранник, едва успев получить удар арматурой по голове от Луиджи. — «Получи сучок! Пидорас!» — «Они знали кто ты! Я слишал их разговоры! Твой дружок тебя подставил! Оконела не существует! Они хотят выпытать из тебя всё что ты знал о какой-то наличке в две тыщи пятом!» — сказал мне Луиджи с большой отдышкой. — «Брат бэгим! Они идут! Брат у тибя упала банка какой-то брат!» — я не обратил на это внимание, и мы с Луиджи убежали в другое помещение. Мы спрятались. — «Расскажи брат что за наличка брат!» — У меня была команда. Феникс — человек, который мог взломать и отключить любую систему сигнализации. Харри — профессионал в своём деле, он мог нас увести от глаз копов, даже если они видели нас три секунды назад. Карстон — основное звено в нашей команде, он был информатором от картелей и группировок. Я — Оверкилл. Я был опытным стрелком, я каждый день посещал стрельбище, не было ни одного промаха, ни по мишеням, ни по людям. У всех этих. наименований. была семья, всё было славно. Кроме Барри. Настоящее ли это имя? Да, ему было нечего терять, он был нашим водителем, лучшим в своём деле, и информатором со стороны полиции. Его семью убил наркокартель в марте 2005 года. Он очень хотел нанести им сильный финансовый ущерб, и предложил нам сам это дело, выложив нам на стол чёткий план, который бы сработал с точностью 98%. Так вот… в 2005 году мы с командой решили ограбить пиццерию наркобарона. — Пиццерию? Пачему пиццерию? Что там таково? — В это место он ссыпал все деньги, вырученные с продажи наркотиков. — Мы шли на дело уверенно, и знали, что мы всё сделаем слаженно. У него было очень много грехов по отношению к моим парням. Вытащили почти два миллиона грёбанных баксов наличкой, и тут Барри пришла в голову чертовски ебанутая мысль! Он решил достать свой блядский пистолет, и пустить пулю в голову всему персоналу! Стрельбу тут же услышали те, кто сидели в подсобных помещениях, и нажали на кнопки, которые закрыли двери, жалюзи. Я услышал щелчок тяжелого пулемёта, и крикнул всем лечь на пол, все легли, но Барри остался расстреливать людей барона. Его тут же прошило шквалом пуль. В помещение пустили воду, и мы не могли ничего видеть, нас тут же схватили, и засунули в черный минивэн. Мы очнулись в комнате, где сидел Я, Карстон, Феникс и Харри. Рядом с нами стоял телохранитель барона и сам барон. Были длительные разговоры. После них убили Карстона и Феникса. Я остался с Харри. Он был едва заметен в своих действиях. Даже успел снять с себя наручники. Он выхватил пистолет у телохранителя, и пустил ему пулю в лоб, после этого встал, и прострелил мои наручники, но едва я успел встать, увидел пулю, которая вылетает из головы Харри. Я увидел барона с револьвером, который целился в него, выхватил пистолет из рук Харри, и пустил ему пулю между сердцем и ребрами, чтобы ему было очень больно, но не убил его. Я узнал номер брата барона, он работал в ФБР. на тот момент. я прострелил барону голову, отрезал руки и ноги, разложил это всё, и поставив ногу на его голову, которая стояла на луже крови, сфотографировал, и отправил брату барона. На следующий день я увидёл своё лицо, красующееся на обложке газеты. Я пошёл в побег, и так мой побег затянулся до 2017 года. до этого момента. — «Пиздец…» — сказал Луиджи с обезумленным видом — «Бежим, блять, Луиджи!» — я прокричал это, в тот момент когда в Луиджи прилетела пуля. Мне было его жаль. Я не мог больше смотреть, как умирают мои друзья и товарищи. Я взял пистолет и устремился в бега, я увидел что передо мной расположено окно. но оно было на высоте двух метров. Я прострелил окно, чтобы не затормаживать своё движение, и запрыгнул в него, я почти забрался. Когда я пролазил через окно, в мою ногу прилетела пуля, и я обрезал руку в районе предплечья, я чёрт возьми даже не учёл то, что упал с высоты второго этажа. Только такой кретин как я мог вляпаться в такую ситуацию. Я чувствовал что мне чертовски плохо. Я не мог пошевелить ногами. К тому моменту я ещё и осознал что у меня нет таблеток, а машина с другой стороны здания. Я еле полз к машине, пока меня искали в здании, когда я забрался в неё, я понял, что у меня нет никаких вариантов. Я вставил ключ в замок зажигания и поехал, моё колесо прострелили? Странно? — Нет. Я приехал к мотелю, весь в крови. Я достал свой грёбанный чемодан, и пополз в сторону своего номера, я зашёл в номер и лёг на кровать. Я умираю? Спросил я себя. Странно. Тогда почему же у меня нет лекарства, которое должно меня спасти? Даже в предсмертном бреду я не мог придумать ответа. Я провалился в глубокий сон. И увидел свой сон. Это был сон из моего прошлого. Будто бы я сидел в классе, и я нашёл такую красивую коробочку. Я открыл её. Это было волшебное лекарство — чёрный порошок, порошком я посыпал язык, и всё было хорошо. Я проваливался в волшебный мир дальше, в моей голове словно бы появились сотни голосов — я видел всё глазами одного человека, я чувствовал его через этот порошок. Казалось, что моя голова сделана из разных частей. Моё тело лежало в кровати в моём же номере. Но я уже не чувствовал его. Словно в моей голове были лезвия, которые раскромсали мозг на кусочки. Я перестал существовать. Из моих глаз потекли крупные, как дождевые капли, слёзы. Я стал исчезать, исчезать и исчезать. Я слышал голоса и чувствовал давление на свой мозг — словно кто-то кидал меня сквозь сильный ветер, и я полностью терялся в его холодном пространстве. Затем вдруг я понял, что вижу со стороны. Вокруг были тысячи ламп, некоторые из них ярко светились. Каждая из ламп понемногу угасала и через минуту превращалась в светящуюся точку, а потом в маленькую точку. Они были похожи на звёзды в небе. Вот так я исчез и стал одним из тысяч таких огоньков. Что я хотел этим сказать? Я хотел сказать, что ничто и никогда не сможет стереть из памяти человека ощущение неповторимого момента, когда он стал невидимым, и что нет ничего страшнее, чем пережить подобное… Но что? Что самое плохое? Чувство смерти? Или невозможность её забыть? Так или иначе, это самое лучшее, что может сделать для человека переживание. Я хотел описать этот опыт, сделать его лёгким и смешным, чтобы он понравился моим современникам. Но всё же я уверен, что моя книга будет интересна и даже слишком серьёзна для того, чтобы её могли прочесть те, кого уже не осталось в живых. Конечно, когда вас действительно ничто не держит, вы можете встретить что-то, способное согреть ваше сердце. Это могут быть разбитые вазы, которые вы будете собирать заново, или распухшие от водянки ржавые кровати в опустевших коммуналках. И помните, что однажды найдётся тот, кому будет небезынтересно прочитать эту книгу.