Голубой - это цвет моих заколок

Twenty One Pilots – Ride

      — Вон того оленя видишь? — Чонгук кивает. — Ну так вот. Это ты. Я тебе говорю: ты ему любое говно купишь и он обоссытся от радости.       — Ты ахуел? — Чонгук шлёпает ладонью по плечу Чимина. — Хорош меня стебать! Я просто хочу, чтобы ему подарок понравился.       — Я знаю, что ему сто процентов понравится, — говорит Чимин потирая подбородок.       — Что?       — А ты себя красным бантиком обвяжи, ему понравится.       — Да, бля! Я же серьезно!       — Ну, так я тоже, — Пак усмехается, глядит на инсталляцию посреди торгового центра. — Прямо вылитый ты, — указывает взглядом на все того же оленя.       — Тогда ты тот мужик бородатый! — прозвучало очень возмущëнно. И Гук указал на этого персонажа скорее просто из вредности. Не одному же Чимину издеваться.       — Это ты меня так за рост стебануть пытаешься? — разглядывает эльфа-бородоча и действительно подмечает некое сходство с собой. Возможно, всё дело в рыжих волосах.       Пак недавно покрасился в ярко-рыжий, решил сменить стиль и привнести в свою жизнь ярких красок. Голубизна близкого друга не в счёт. И его девушке очень нравится, она с удовольствием каждый раз обновляет цвет своему парню.       — Погнали покушаем, — не дожидаясь ответа предлагает Чим.       — Пойдём.       Они приехали в ТЦ два часа назад и всё ещё не могут выбрать подарок Тэхёну. Помещение уже украшено к Рождеству, а из каждого магазина выглядывает атрибутика будущего праздника. Хочешь ты того или нет, но станешь жертвой маркетинга. Ну, по крайней мере Чонгук точно стал, и именно поэтому сейчас в его пакете лежит куча бесполезной, но очень красивой фигни. Хотя изначально его цель была в другом. Они вместе должны были выбирать подарки своим любимым. Чимин справился с задачей в считанные минуты. Кэролайн заранее дала чек-лист подарков, которым бы она обрадовалась. Это чертовски упростило задачу. Ему было достаточно выбрать из предложенного. В отличие от Чонгука. На вопрос: "Что бы ты был рад получить?" Тэхён ответил: "Не знаю, я всему буду рад."       И стоит ли говорить о том, в каком плачевном положении оказался Гук? Он уже готов биться головой об стол, потому что, буквально, любому предмету, что попадает к нему в руки, он находит причины не брать его в качестве подарка. Ему кажется, что любая вещь недостаточно хороша для Тэхёна. И в своих мыслях, естественно, окажется прав, потому что парня он своего любит очень сильно. Возможно даже чересчур. Хотя Чимин с ним не согласится.       Рождество когда-то было его самым любимым праздником, а потом он вырос и тут уже встал вопрос выбора подарков. Гук не то чтобы очень внимательный.       Он не замечает маленьких намеков, да и в целом плохо помнит, о чём говорят другие люди. Если в детстве можно было вырезать открытку друзьям или запрячь родителей, то сейчас его самого родители припекут, как традиционное печенье семейства Чон, с такими запросами.       — Бинго! — Гук проводит по своим, на этот раз, каштановым волосам с голубыми прядками. Чимин его, конечно, стебёт, что тот решил показать всем цвет своей ориентации. Но на это в ответ голубок только шикает и просит «ржавчину» заткнуться.       — Что? Всё-таки решил себя лентой обмотать?       — Бля, Чимин, если ты сейчас не заткнëшься, я действительно так сделаю. Сниму всё на камеру и буду в течение месяца присылать лютое порево, а оно правда будет лютым, — Чон вспоминает, как в последний раз они баловались игрушками. — С разных аккаунтов, и хрен ты меня заблокируешь. Будешь очень долго наблюдать, как меня сладко трахают.       — Боже упаси! — Пак резко притихает, кажется, вспомнил один случай, который перевернул его сознание и сломал психику. Одно дело, когда ты порно открыл, но когда в роли актеров выступают люди, которых ты знаешь, а один из них — твой лучший друг. Это заставляет смотреть в одну точку немигающим взглядом, всем видом показывая, что тебе этот мир полностью понятен. Хочется бесконечного-вечного спокойствия. Хотя Чимину такое уже даже и не снится. Друг старается, скучать не даёт.       — То-то же! — победно улыбается Гук.       Чон ловит какой-то кайф с предновогодней суматохи, и уже всё не кажется столь плачевным. Жить хочется. А это бывает редко, надо ценить.

***

      Гук лежит на груди Тэхёна, одна нога свисает с кровати, он практически весь забрался на парня. За окном темнота, по потолку мигает светодиодная лента, атмосферно и очень уютно.       Его парень временами посапывает, слишком быстро отключается при просмотре фильмов, а Чон тем временем пялится в экран ноутбука, который стоит чуть поодаль на стуле. В фильме показывается сцена, где Гринч поёт, конструируя сани, с помощью которых он похитит Рождество.       — Ты подонок, мистер Гринч, — он опирается подбородком о грудь и смотрит на умиротворëнное лицо своего Тэхёна. Иногда Гук не понимает, как помещать в себе эмоции, которые он чувствует к этому человеку. Хочется бесконечно ластиться к рукам и делать всё возможное, чтобы вам обоим было хорошо.       — Зато ты меня любишь, — не открывая глаз, говорит Тэхен. Проводит ладонью по спине и зарывается в волосы.       — Ебать, и что мне на это ответить?       — Ну, как минимум, что тоже меня любишь, как максимум, что жить без меня не можешь.       — Угомонись, бык-осеменитель.       — Не моя вина, что задница у тебя больно хороша. Чонгук опять кладёт голову на своё законное место на груди Кима, но спустя пару минут вновь её поднимает.       — Тэ, а что мы будем делать на Рождество?       — Напьëмся.       — Ну не. Давай серьезно!       — Ну что? Соберёмся все вместе, Нам какую-то девку должен притащить. Чимин, его девушка и мы с тобой. Проведём время вместе, поужинаем.       — Уже звучит лучше. А то напьëмся да напьëмся.       — Ну вот мы и напьëмся, — усмехается Тэхён, вспоминая, какая у Намджуна лежит заначка. Если, конечно, тот все до праздника не выпьет. Чимин будет глушить что-то слабоалкогольное, Чонгук, скорее всего, тоже. А они со старшим Кимом по вискарику пойдут.       — Капец ты противный! Натуральный мистер Гринч, на полу спать будешь.       Чонгук сползает со своего парня, показушно отворачиваясь. Тэхёна долго ждать не приходится, он почти тут же поворачивается, утыкаясь носом в заднюю часть шеи, а его рука скользит по талии Гука. Обнимает, живот поглаживает. И Чон, пока в сон не проваливается, искренне улыбается.       — Мне без тебя холодно, — говорит Ким, прежде чем чмокнуть его за ушком. Проснулись, когда уже играли титры.

***

      Ёлку наряжали в тот же день, что и встречали гостей. Раньше сделать это не успели, у всех были свои дела. То в универ, то к родителям, то просто двигаться лень. Так и лежала принесëнная с балкона красавица в углу спальни. Их комната больше, поэтому когда встал вопрос, где конкретно в доме они будут сидеть, ответ был очевиден.       Чонгук натаскал в постель мандаринов, врубил на фон «Один дома», иногда всё же поглядывая в экран, и смотрел, как Тэхён возится с ёлкой. Они могли так-то вообще ничего не украшать, но Чон категорически отказался от этой идеи, потому что как иначе? Рождество же. Ну и всю ту хрень, купленную в ТЦ, нужно было куда-то девать. Не зря же Чон деньги тратил. Ощущение, будто без гирлянд они не праздник отмечать будут, а простое попоище устроят. Хотя, скорее всего, вся компашка этой ночью будет в зюзю. Гук закидывает в рот дольку мандарина, морщась от того, насколько она кислая и указывает Киму на игрушку.       — Перевесь её вон на тот край. Тут она не к месту.       — Хорошо, — Тэхён шумно выдыхает и делает, как велел его парень.       — Не, там она тоже не очень смотрится.       — Блять, ещё раз... — не выдерживает после четвёртого раза Тэ — и я свяжу тебя этой гирляндой и выебу!       Чонгук подходит к нему, обнимает со спины, поглаживает живот и потирается кончиком носа, который даже в квартире умудряется оставаться холодным. Вызывает на красивой коже мурашки.       — Прости, любимый, — Чон ластится, знает, против чего Тэхён противостоять не в силах.       Ким разворачивается в его руках, целует Чонгука очень медленно, а когда отстраняется, парень начинает спускаться поцелуями по шее и ниже, и ниже.       — Гуки, у меня встал, надо завязывать. Скоро Нам начнёт материться, что мы уже час с ёлкой возимся, — но, противореча своим словам, только ближе парня к себе притягивает.       — Я быстро.       Чонгук опускается на колени, спускает домашние треники и целует вставший член через ткань боксеров. У самого в штанах твердеть начинает. Он оглаживает, затем полностью освобождает налившийся орган от тесноты одежды. Проводит ладонью пару раз на пробу, целует в головку, проводит языком по длине и наконец берёт в рот. Посасывает головку, опускается до половины и возвращается обратно. Дразнит, Кима до скулежа довести хочет. Тэхён тяжело выдыхает, запрокидывает голову наверх от желания сразу начать трахать рот парня и только путается пальцами в немного смывшихся в зелёный цвет волосах. Иногда надавливает на затылок, получая недовольное мычание и шлепок по бедру. Ким от картины Гука на коленях сразу спустить хочет. До чего он выглядит сексуально, отсасывая своему парню. Ещё эти большие тёмные глаза. Смотрят прямо в душу. У них сейчас не просто физический контакт, это что-то за гранью реальности.       — Быстрее, прошу, — скулит Тэхён, а Чон удовлетворенно выдыхает, на секунду выпуская член из рта. Дует на уретру и вновь берёт по самое основание.       Чонгук начинает наращивать темп, помогает себе рукой, ласкает в местах, от которых парень с ума сходит. За такое время они успели узнать друг друга достаточно хорошо, чтобы понимать, как другому сделать максимально приятно. Чон сам к своим штанам тянется, быстро-быстро себе надрачивает, кайфует от такого просящего Тэхёна и надеется с ним в унисон излиться.       — Я сейчас уже.       Тэхён было хотел отстраниться, выйти изо рта парня, но тот не даёт ему сделать задуманное. Держит за бедро, сильно его сдавливая, наверняка синяки останутся. Ким кончает ему в рот, простонав, а Гук в кулак.       Рождество определённо начиналось хорошо.

***

      Тэхён вальяжно проходит на кухню, упирается поясницей о стол. Чон же пулей проносится в ванную, стараясь вызвать как можно меньше подозрений.       Намджун, наивная душа, не знает, что буквально пару минут назад происходило в соседней комнате, и дай Бог ему никогда этого не узнать. Он стойко продолжает готовить закуски, хотя готовить ненавидит. Но так были распределены обязанности. Эти голуби украшают дом к приходу гостей, он — готовит.       — Украсили? А что с Гуком?       — Ага. Живот прихватило, — усмехается Тэхён.       Намджун практически тут же понимает, что тут попахивает чем-то не чистым, и это не от него. Он, так и не положив нож, идёт в сторону комнаты, заглядывает туда. Сначала слышится огромное количество матов. Столько, наверное, даже Тэхён не знает.       — Вы, блять, придурки? С каких пор повесить пару шаров и одну гирлянду стало украсить всё к празднику? Вы чем там занимались?! — в это время из ванной выходит Чонгук. Выглядит вполне себе, будто не мучается никаким недугом.       — Ты это... Нож опусти, — Чон выставляет руки перед собой в сдающемся жесте. — Да сейчас всё будет, не парься. Сейчас Тэхён по-быстрому слетает на гардину и повесит огоньки.       — Я тебе что, Карлсон? Схуяли мне наверх? Я, между прочим, ёлку собирал, — возмущается.       — А я тебе отсасывал, так что всё честно, — Гук тут же ойкает, прикрывая рот ладонью.       — Мы притворимся, что я этого не слышал, — почти спокойно говорит Намджун, только глаз не перестаёт дëргаться. Жить с двумя придурками, конечно, весело, но его скоро самого уже придётся откачивать. "Надо абстрагироваться", – говорит он себе.

***

      Под вечер Намджун ушёл. Сказал, что пойдет кое-кого встретит, а Тэхёна с Чонгуком оставил дома, наказав, чтобы те нарезали салаты. И никаких кроличьих игр на сегодняшний вечер.       Они же вообще не понимали, почему им при любом удобном случае напоминали о том, когда им не стоит заниматься сексом. Будто они сами не разберутся. Совсем не помнят, как однажды от их игр пострадали глаза Чимина и довольно часто страдали бедные ушки Намджуна. Однако, не смотря на возмущения, покорно сидели и резали. Тэхен всё-таки повесил огоньки и ещё несколько гирлянд, правда, пару раз чуть не навернулся со стремянки, но всё же! Обещанное сделал. Чонгук украсил ёлку по своим эстетическим предпочтениям и уже во всю напевал «Last Christmas», ожидал друга с его девушкой.       Спустя ещё какое-то время в дверной звонок позвонили, Гук сорвался открывать. Увидев Чимина с красным носом и держащую его под руку Кэр, он не мог не улыбнуться. А потом он опустил взгляд на ноги девушки.       — Ты с ума сошла?! Придатки же простудишь! А ну быстро в дом! — парень затягивает двоих в квартиру и все возмущённо цокает от того, что эта негодница пришла в юбке с капроновыми колготками. Бессмертная.       — Да мы на такси, — говорит девушка с явным акцентом, в попытке отмахнуться от кудахчащего парня. Она приехала по обмену, и Гук будет не Гуком, если не завяжет дружбу с новоприбывшим товарищем по несчастью. Студенческая жизнь тяжела, но кайфа от неё не меньше.       — Чимин, это так ты о своей любимой заботишься? — начинает отчитывать друга.       — Мамку выключи, — заходит на кухню Тэхён из их комнаты, пожимает руку Чимину и машет девушке. Кэролайн делает то же самое в ответ, уже удобно устраиваясь на стуле и собирая ноги под себя. — Люди взрослые — разберутся.       — Я племянников хочу! — дуется Гук, попутно наливая девушке чай, чтобы та отогревалась. На это прелестница только посмеивается. Далеко им ещё до детей.       — Так мы ж не братья, — говорит Чимин, вкидывая дольку огурца.       — Вот оно, значит, как, — замирает и смотрит на Пака так, словно тот предал родину. А он и предал, но не родину, а его сердце. — Моя бабушка готовила тебе запеканку, и как ты отплатил?       — Чонгук, он шутит! — поспешила вмешаться девушка.       — Да ты что, серьезно? Какая запеканка? — удивляется Чимин. — Я ж шучу, придурок. Будут тебе и племянники, и хочешь даже внуки.       Пак подходит к Чону и встряхивает его за плечи, а после обнимает. Тот приобнимает в ответ, пока не прощая Пака. Для профилактики.       — Внуков не надо, а вот племянников я с тебя потом спрошу.       Атмосфера на кухне стояла невероятная. Чимин с Тэхёном переговаривались по поводу песен, Кэр рассказывала какую-то забавную историю из жизни, по-тихому подворовывая еду. Чонгук уже после второго раза не смог на неё ругаться, ну пусть ребенок кушает. В каких-то моментах он правда ведет себя как мамка по отношению к девушке, но та вроде не была против. Чимин тоже знает о потребности друга постоянно заботиться обо всех. Только Ким изредка ревностно подходил, обнимал, зацеловывая шею и убегал обратно, когда порыв проходил.       Чонгук, оглядев всю атмосферу, почувствовал, как в нём разливается приятное тепло. Он чувствует себя дома, в кругу семьи и его сердце в этот момент растёт. Парень это чувствует.

***

      К девяти часам пришёл Намджун, те, кто его не видел, стали приветствовать друга. Со всеми поздоровавшись, он отходит в сторону, открывая обзор на парня, что немного ниже Нама. Стоит с красной шевелюрой, которая вся опутана снежинками, и улыбается во все тридцать два.       — Чон Хосок, — представляется.       — Таки ты всё же голубок, — Тэ опирается рукой о плечо Намджуна. — Гуки, гони сотку, ты проиграл!       — Ну в край ахуели! — говорит Намджун со смирением. — Хо, ты на них внимания не обращай, они припизднутые.       — Сам ты такой! — возмущается Чимин. — Я нормальный.       — Он врёт, — шепчет на ухо Хосоку Кэролайн.       — Вы сейчас все останетесь без ужина, — заканчивает эту тираду Гук.       После они наконец нормально знакомятся. Хосок рассказывает немного о себе. Оказалось, он тоже репер и в один из дней его пригласили в тот же клуб, что и Намджуна. Там и познакомились, вот до сих пор общаются. И видимо близко, раз Джун решил познакомить Хо со своими друзьями. Хотя Тэхён не перестает стебать его по поводу того, что они передружбой занимаются.       Поставили еду на низкий столик, включили музыку. Сидят на тёплом полу, разговаривают о жизни и прочем. Узнают друг друга ещё ближе, хотя казалось куда ещё. Алкоголь не трогали.       — Что? Может подружимся? — Хосок слегка распахивает джинсовку, в кармане, которой торчит небольшой пузырек виски.       Тэхён с минуту думает, а затем говорит:       — Ну как ж иначе. Любимый, — поворачивается к Гуку, который увлеченно о чем-то спорит с Намджуном. — мы покурить.       — Я с вами.       — Не надо, — Тэ проводит ладонью от колена по внутренней стороне бедра, останавливаясь в непозволительной близости к паху, слегка сдавливает пальцами кожу через ткань.       — Ну ладно, — Гук сглатывает, возвращаясь в разговор.

***

      Они вышли на балкон. Холодно очень, но что не сделаешь ради дружбы. Да, именно её. Хосок достаёт бутылочку, открывает крышку, предлагает Тэ, тот принимает угощение. Делает глоток горькой жидкости, попутно думая о том, что пить этот напиток именно так — кощунство. Выбирать не приходится. Отдаёт виски обратно.       — Ты, конечно, не девушка, которую Нам должен был притащить, но тоже ничего.       — Под пивко покачу? — усмехается Хорс. Ким тем временем достает пачку из треников. Получается и не обманул вовсе.       — В точку, — выпускает клуб дыма. — Вы с Намом друзья получается?       — Получается, — глаза Хосока блестят, говоря об обратном, — Единственное, он мне немного нравится.       — Пф, ну это мелочи, — наигранно фыркает.       — Ему только не говори.       — Ну хорошо, не буду.       Допили. Они на этом балконе аккуратно поставили бутылку в уголок, надеясь, что никто не заметит. Всё-таки таскаться с пустой тарой в кармане не очень хочется. Стали возвращаться к остальным.       — Да натурал я! Натурал, пиздюк, слышишь! — говорит Джун, на что тот смеётся.       — Пизди больше! — начинает Тэхён. — Будешь это говорить, когда я забуду, как ты с трансом сосался.       — Разве я в этом виноват? Он сам не сказал о том, что парень. Их же не отличить! — возмущается.       — Однако факт на лицо, — говорит Гук усмехаясь. — Ты гляди, ещё немного, и радуга за тобой появится.       — Злые вы, уйду от вас, — вытирает несуществующие слёзы. И действительно поднимается со своего места.       — Ты куда? — спрашивает Хосок.       — Покурить. Вы ж меня не позвали, — уходит на балкон.       Потихоньку все начинают кушать приготовленное, почти перестали говорить, потому что на удивление все были достаточно голодные. Такая тихая и спокойная идиллия продолжалась недолго. Через минут десять в комнату влетает Намджун.       — Вы падлы, оба! И после этого, как мы можем быть друзьями? — машет он пустой бутылкой.       — Нашёл, — спокойно говорит Тэ, которого в тепле разморило и ему в целом уже всё равно, кто сейчас на него ругаться будет. У него приподнятое настроение, танцует сидя, пока кушает, а тут.       — Нам пизда, — и в подтверждение в них летят подушки.       — Ну вы чего, хорош! — говорит девушка, не понимая в чем дело.       — Эти... Эти, они взяли выпили без меня весь вискарь, любимый мой, между прочим.       — Ты про вискарь или про Хосока? — говорит Тэхён, получая шлепок по бедру от Чонгука и мега обиженный взгляд от Намджуна.       — Предатели!       — Ну садись со мной, ликёра выпьем, — хлопает девушка по месту рядом с собой, и Намджун садится. Хотя ликер не очень любит. Просто в знак того, как сильно его два недруга обидели.       К тусовке присоединяется Чимин, поддерживает свою девушку. Чонгук отказался, продолжая хлебать вино, другим и без того хорошо. Они выпивают и Наму уже не так горестно на душе. Жить можно.       Посидели какое-то время дома, а потом решили выйти на улицу. Чонгук всучил Кэр свои штаны, чтобы та не шла в юбке. Чимин только благодарно кивнул, он может и не говорит, но тоже переживает. О любимых заботится.       Улица вся в огнях, это всегда создаёт неповторимую атмосферу волшебства. Особенно во мраке ночи. Повезло, снегу лежит много и плюсом он всё продолжает идти. И это пьяненьким созданиям только на руку, потому что можно покидаться снежками, поваляться в снегу и заняться прочими зимними прелестями. Чонгук с Тэхёном устроили догонялки за первенство в бою со снегом.       Ким бежит за Гуком, всё никак его поймать не может. Стареет. В какой-то момент он его всё же догоняет, хватаясь за капюшон, и получается невообразимое па. Непонятно, как так получилось, но Ким упал сверху на Чона. Он смотрит в его красивые глаза, что от огней вокруг, кажется, горят ещё ярче. Щёки красные, снежинки опускаются на чужую кожу, тут же тая. Чонгук такой красивый, как и всегда. Даже когда лежит с температурой в постели, с заложенным носом и вечно слезящимися глазами. Он наклоняется, нежно-трепетно целует.       — Я ебать тебя люблю! — говорит Тэхён, чувствуя, как сердце переполняется любовью. Раньше ему казалось, что он никогда такого не испытает, но сейчас он с Гуком. И теперь чувствует не только это.       — Ох, ебать ты меня точно любишь, — смеётся Чонгук, сам тянется за поцелуем.       — Ну ты дурак? Такой момент испортил, — Тэхён недовольно пытается подняться.       — Иди сюда! — притягивает обратно к себе. — Я тебя люблю, и лучше тебе не знать, насколько сильно.       Они ещё раз целуются, до тех пор, пока не слышат от Чимина:       — Ну что вы опять за порево здесь устроили!

***

      Домой пришли замёрзшие и уже порядком уставшие. Хосок с Намджуном пошли догоняться остатками алкашки, Чимин с Кэр решили ненадолго лечь полежать и по итогу уснули. Чонгук и Тэхён отлучались в ванную, и только одному Богу известно, чем они там занимались. Да и присутствующие в комнате не то чтобы горели желанием узнать, что творится за закрытыми дверьми. Влюблённые и счастливые, немножко под градусом, они с лёгкой душой провожают один год и встречают следующий. Понимают, что какие бы невзгоды, неприятности, трудности не ждали их на пути, они со всем справятся. Потому что вместе.       На утро Хосок проснулся в постели Намджуна. Тот спросонья потянулся целоваться, думая, что накануне уснул с девушкой, стал спускаться по животу ниже и случайно наткнулся на член в чужих штанах. Неловко было. Этим же утром обменялись подарками. Чонгук пищал с подвески, а Тэхён весь день не отходил от плойки, потому что его парень подарил ему лимитированное издание любимой игры.       Потом Намджун с Хосоком через четыре месяца стали встречаться. Тэхён ведь сразу заметил: голубизной попахивает. Теперь в их полку пополнение. Решили первое время пожить вместе, так как Намджун стал искать им другую квартиру, а Чонгук понял, какую ошибку допускал занимаясь ночью сексом. Понял на примере новоиспечëнной пары. Ему даже стало почти совестно перед Намджуном, но это чувство быстро прошло.       Ожидаем чуда или рождения ребёнка Кэролайн.