Любовники

Войдя в квартиру, Кощей остановился, сосредоточенно вслушиваясь в тишину. Он купил эти апартаменты много лет назад, покинув коттедж, который они с Иваном делили на время адаптации в Мире. Всего здесь было три комнаты: гостиная, спальня, кабинет, но они были просторными, с высокими потолками, современным дизайном и огромными окнами в пол - сейчас плотно закрытыми хромированными жалюзи. В квартире давно никто не жил постоянно. Они с Иваном изредка использовали её, если кому-то нужно было перекантоваться в городе. Пройдя через холл, Кощей заметил зелёный индикатор на панели сплит-системы и мягкий дневной свет, падающий из гостиной. Иван действительно был там - полулежал на диване, застигнутый сном во время чтения. Небрежно накинутый плед одним краем сполз на пол, книга лежала на груди, а рядом на столике стояла кружка с давно остывшим кофе. Бесшумно приблизившись, Кощей сел на край дивана. Осторожно вытянув книгу из-под расслабленной руки, он положил её вместе со снятыми очками на столик рядом с чашкой, заметив, что кофе в ней выглядел каким-то мутным, а запах казался кислым. Тонкие губы изогнулись в намёке на усмешку: царевич умудрялся даже из первоклассных зёрен сварить отвратительную бурду. Оперевшись одной рукой на спинку дивана, вторую положив на подлокотник, Кощей рассматривал спокойное лицо Ивана, который продолжал мирно спать, не подозревая, что в этот момент был пойман в ловушку. В рассеянном свете, проникающем через приподнятые жалюзи, его кожа казалась бледной, а веки покрасневшими. Во взгляде Кощея промелькнула тень удовлетворения. Прошлой ночью он не выпускал Ивана из своих рук почти до самого утра. Проведя неделю в командировке, вернувшись под вечер пятницы, Кощей дал волю своей необузданной жажде, которую, казалось, невозможно было ни утолить, ни удержать. Он не отпускал Ивана даже, когда тот задыхался и дрожал, достигнув очередного пика наслаждения. Слизывая испарину с разгоряченной кожи, Кощей давал ему лишь краткие моменты отдыха, прежде чем начать всё снова. Иван с потерянным, расфокусированным взглядом цеплялся за него, стонал, но так и не остановил. Обычно после таких ночей царевич спал до обеда, поэтому Кощей нахмурился, увидев его утром входящим на кухню. Вместо привычных футболок и джинс, на нём был бежевый строгий костюм и рубашка, чья белизна только подчеркивала бледность кожи и темноту под глазами. Сев с некоторой осторожностью на стул, Иван рассеяно отмахнулся от завтрака и с надеждой посмотрел на Кощея, а точнее на кружку перед ним. Тот сделал вид, что не понял, пристально рассматривая его. - У тебя сегодня встреча? - Нужно уладить один вопрос. Это недолго. - Почему не сказал? Иван сцедил зевок в кулак и, положив голову на высокую спинку стула, глянул чуть насмешливо из-под прикрытых век. - К слову не пришлось. - Не пришлось, значит… - лицо у Кощея сделалось отрешенным. С таким видом, он, обычно, продумывал особо коварные планы, и желание дразнить его тут же пропало. - Да, нормально всё, посплю в такси. - Я сам тебя отвезу. И заберу. - Как скажешь. - Не стал спорить необычно покладистый царевич. – Кофе? Тёмный какое-то время молча рассматривал его, потом поднялся и направился к плите, спиной чувствуя улыбку Ивана. Ухмыльнувшись промелькнувшему воспоминанию, Кощей поднялся с дивана и неторопливо снял пиджак. Галстука на нём сегодня не было, поэтому он просто расстегнул верхние пуговицы на рубашке и подвернул рукава, открывая жилистые сильные руки. Всё это время он не отводил взгляда от безмятежно спавшего Иван, на лице которого все ещё можно было заметить утомление от их несдержанного, дикого безумства прошлой ночью. Глаза Кощея нехорошо сузились, когда он внезапно подумал, что кто-то ещё сегодня мог видеть его таким: расслабленным, томным, с мягким, чуть рассеянным взглядом, в глубине которого таились следы чувственного удовольствия. Переждав острый приступ собственнической ярости, Кощей медленно выдохнул через сжатые зубы и опустился на пол. Не потревожив спящего, он избавил его от носков и замер ненадолго, рассматривая ступни с длинными пальцами и красиво проступающими сухожилиями. Хотелось наклониться, провести языком от большого пальца по подъему к лодыжке и прикусить её. У Ивана это было очень чувствительное место, ласка которого каждый раз посылала по телу короткую приятную дрожь. Подумав о том, в какой именно момент он целовал эти ступни, положив их себе на плечи, Кощей почувствовал, как у него потяжелело в паху. Окончательно стянув укрывающий царевича плед на пол, он осторожно переложил его ноги на диван и потянулся к поясу брюк. Разморенный мягкой, томительной дрёмой, Иван чувствовал медленно наполняющее его тепло. Оно накатывало неспешными, размеренными волнами, постепенно превращаясь в растекающийся по телу жар. Почему-то вспомнился яблоневый сад и полдень, когда нагретое солнцем тело казалось тяжелым и было так ленно, так хорошо… Закинув руки за голову, Иван потянулся, подставляясь под ласковые лучи и ощутил как по его обнаженной груди, к животу скользнула знакомая узкая ладонь с длинными, сильными пальцами. Послышался влажный звук и прохладный воздух коснулся напряженного члена, когда его выпустили из горячего рта. Приоткрыв глаза, Иван из-под ресниц наблюдал за тем, как Кощей, сидящий между его разведенных ног, выпрямился и неспешно слизнул влагу со своих чуть потемневших губ. - Проснулся? Голос у него был низким и хриплым, а в вызывающе-насмешливых глазах горело еле сдерживаемое желание. - Ненасытный... – Иван осознал, что лежит на диване в одной рубашке, распахнутой на груди. Кощей при этом был одет, только брюки расстегнуты. – Неужели вчера было недостаточно? - Мне всегда тебя мало - отозвался Тёмный, припадая к раскрытым губам. Обняв Кощея за шею, Иван расслабился, истомленный и непривычно покорный. Запрокинув голову, он с тихим стоном принял его, лишь хрипло выдохнув: - Медленнее... Он почти потерялся в ощущениях, когда почувствовал влажные прикосновения губ к шее и низкий голос шепнул ему: - Тут только мы… Непривычно, да? Похоже на тайное свидание… После этих слов, Иван невольно ощутил всё это: пустая, нежилая квартира, середина дня, мужчина, не раздевшись, берёт его на диване. Словно они действительно любовники, использующие время обеденного перерыва, чтобы заняться сексом. От жара, взбудоражившего кровь, у Ивана выступила испарина, и он невольно выгнулся под придавившим его сверху телом. Внезапный укус в плечо сбил дыхание, не позволив сорваться за грань. - Ты уже представил себя с кем-то другим? Как легко. Иван застонал то ли разочаровано, то ли возмущенно. Немного придя в себя, он повернул голову так, чтобы горячее дыхание коснулось заостренного уха и шепнул срывающимся хриплым голосом: – Твой запах с прошлой ночи до сих пор на мне. Как бы я мог? Оба застонали, когда Кощей с силой толкнулся и уже не останавливаясь, сорвался на рваные, быстрые движения. Они кончили почти одновременно: Кощей чуть быстрее, Иван вслед за ним, содрогаясь всем телом, пока не затих совершенно обессиленный. Какое-то время они лежали в тишине. Кощей притянул Ивана к себе, обняв за спину, и расслабленно слушал, как постепенно выравнивается его дыхание. - Поспишь до вечера? - Не могу. - Иван хмыкнул, глянув из-под растрепавшихся волос. - Меня дома ждут двое детей и муж. - О. Всё-таки муж, а то партнёр, да партнёр. - … а у тебя кто? - У меня тоже муж. И двое детей. - И любовник. - И любовник. И начальник. И наложник. И… - Я понял, понял! Поехали домой. Тринадцатый с Герой наверное уже вернулись с курсов, пообедаем вместе.