автобус к счастью завтрашнего дня

Внутри коробки лежали какие-то детские вещи и фотографии. — Что это? — Арс кажется не вовремя подал голос, так как Шастун сначала вздрогнул как от испуга, затем сжался, как маленький котенок, и в конце концов обернувшись на мужчину плечи его опустились, как будто в своей голове он принял какое-то важное решение и это либо убьет его, либо воскресит. — Это...это я. Это моё прошлое и мне давно стоит принять его, но пока что не получается. И я сейчас как в самых задрипаных книгах поведаю, тебе свою историю. Арсений принялся внимательно слушать Антона, было видно, что молодому человеку это нужно, да и что греха таить Попову самому было интересно что же скрывает в себе эта загадка. Антон в это время продолжал перебирать фотографии, пока не остановился на одной. — Посмотри, тут мне шесть, это детский садик рядом с моим домом, а это мои мама с отцом. — он поочерёдно очертил низенькую черноволосую женщину, которая держала мальчика за плечи и мягко улыбалась и высокого мужчину, почти такого же роста как и сам Антон, он стоял позади своей семьи и выглядел очень надёжным. Арсению, смотря на эту по-настоящему семейную фотографию, тоже хотелось улыбаться, у него всегда были хорошие отношения с семьёй. — А кто этот мальчик рядом с тобой? — Это Кирюша, до сих пор его хорошо помню, мы тогда ходили вместе в один сад. В тот день я сделал ему предложение, а моя мама лишь посмеялась и сказала что лучше бы я сделал предложение Оле, хотя мне совсем не нравилась Оля. — на этих словах Шастун на секунду скривился, а потом сразу же расслабился. — У тебя хорошие родители. Антон повернулся на Арсения и разглядывал его пару секунд, его искреннюю улыбку, подрагивающие плечи и руки покрывшиеся мурашками от холода. Резко встав со своего места, Антон чуть было не уронил коробку на пол, но мужчина вовремя еë подхватил, она оказалась не такой лёгкой как выглядела и была уже довольно потрëпана временем, оставив Арса стоять одного на балконе, парень как был выскочил в зал.       Пока Антона не было, почти всё фотографии были пересмотрены, а вещи высоко оценены. Попов решил не выходить с этого холодного уголка, ведь история была ещё не закончена, а это могло сбить любой настрой. Положив коробку на пол и сев рядом с ней, Арс слегка обиженно засопел, ведь его оставили одного так надолго.       Наконец на плечи опустилось что-то мягкое и тёплое, а следом прошлись длинные руки, разогревая кровь. — Так будет слегка теплее. Мужчину укрывало большое, черное одеяло, которое раньше лежало на кровати самого Антона. И хотя у того самого был красный нос и уши, он подумал только о том тепло ли Арсению. Это привело Попова в смущение и сначала он закрыл лицо руками, прошептав ругательства, а затем одной рукой откинул край в сторону и неловко затянул туда Шастуна. — Это я тут старший и должен заботиться о тепле, не забирай мою роль. Антон мило улыбнулся и потеплее укутавшись вернулся к коробке. Помолчав пару секунд, вспоминая зачем они вообще тут собрались он прошептал: — Я тоже так раньше думал. — Т..тош? Мальчик стёр одиноко скользящую по его мягкой щеке слезу. — Они хорошие правда. Самые лучшие, таких как они больше нет. Просто…просто…в..воспитаны так. Но я их всё равно люблю. — Тшш…тихо-тихо, я здесь, расскажи мне всё, тебе станет полегче. — Арс не решился сам обнять мальчика, поэтому придвинулся к нему поближе и лишь поглаживал его по голове, пока парень совсем не успокоился. — Да тут и рассказывать нечего, мои родители несмотря на поддержку во всем, оказались гомофобами и как только в 16 лет я им открылся меня выгнали из дома. Я никогда не мог подумать что такое может случиться, родители даже поддержали меня в том чтобы я поступил в балетную школу, а это в головах многих отнюдь не мужское занятие. А тут такое, конечно я был не готов. Поэтому оказался на улице без денег, вещей и чего-либо ещё. Мужчина слушал молча, не перебивая, но и небезразлично, как бы он не хотел он не мог понять Шаста до конца, ведь у него в семье всё было не так. Родители были строгие и всегда пытались стоять на своём, но выбор единственного сына приняли легко, так же как и желание переехать в другой город, лишь с одним обещанием навещать почаще и не забывать. Поэтому парень, который остался один в столь юном возрасте, вызывал смесь восхищения и жалости. Арсений молчал, молчал и Антон, сонце медленно опускалось, но разве может это потревожить метания взволнованой души. — И что было дальше? — свой же вопрос сразу же показался Арсу бестактным и неправильным, такой задают обычно дети, когда родители читают им сказки, а история Антона это не рассказ и не книжка, это реальная жизнь и такая может быть у любого человека из вашего окружения. Никогда не знаешь что у рядом проходящего было до, а что будет после. И где этот самый переход к тому что будет. Но казалось Антона вопрос совсем не задел, раз он лишь улыбнулся одними глазами и продолжил. — Дальше я бросил учёбу, забрал документы. Потом купил билет на поезд в один конец и приехал сюда. Первое время мне помогали друзья из Воронежа, я смог снять эту квартирку и устроиться на работу. Живу тут уже шесть лет, она мне роднее настоящего дома. Когда-нибудь я скоплю денег и выкуплю еë у старушки, что еë сдаёт, и тогда эта квартира точно станет моим домом, маленьким убежищем. У мальчика так горели глаза, когда он говорил о своей мечте что мужчина просто уже не мог сдерживаться. Он дотронулся до коленки, обтянутой штанами, и дождался пока Тоша обратит на него своё внимание. Проведя рукой от подбородка до щеки, на фоне яркого заката он прошептал. — Антош, можно я тебя поцелую? Неуверенно кивнув парень сам опустился на губы мужчины, они были слегка обветренны, но это не мешало ещё долго целовать их. Отстранившись от мужчины, Антон закрыл коробку, и убрал на место. — Знаешь, я кажется люблю тебя. —