Я, чёрт побери, НЕ омега!

-Женьк, зайди ко мне документы заполнить. -бросила Тутберидзе. И уже развернулась, чтобы идти. Алёнка уже ускакала в направлении льда, испугавшись вида главного тренера. На Этери Георгиевне сегодня была новая серебристо-черная дутая куртка, которая смотрелась весьма необычно. Волосы блондинки спадали аккуратными кудряшками на плечи, в руках-красный термос и сумка. На губах был легкий блеск и глаза тоже светились двумя мутно-карими озерами. У Этери Георгиевны как не кстати сегодня было просто замечательное расположение духа. И это не могло не пугать. -Конечно, я только рюкзак в раздевалку занесу- голос Жени едва не дрогнул. Этери Георгиевна кивнула и направилась в сторону своего кабинета. Женю охватила волна холода, потом жара. Пока она шла к раздевалке начало накатывать отчаяние в перемешку с паникой и страхом неизбежного. Завершило этот коктейль ощущение, что она вот-вот расплачется. Жене нужно было срочно отдышаться. На самом деле, даже удивительно, как придуманный ею находу повод отсрочить неприятное событие не вызвал никаких вопросов у тренера. Рюкзак. Когда спрашивается он мешал и его нельзя было поставить на пол в случае чего? Видно у Этери Георгиевны сегодня и впрямь необычайно хорошее настроение. Что на руку Жене. Или совсем не на руку. С учётом того, что она его сейчас порядком испортит. Но она не виновата. Наверное... Женя шла по коридору как никогда медленно. Ноги еле передвигались и будто стали длиннее, как у игрушечных резиновых фламинго, которых таскала раньше Аня с собой и усаживала на бортик во время тренировок как зрителей. Всегда нужно было приложить усилие и иногда немалое, чтобы розовая резиновая нога с проволкой внутри согнулась. В паре шагов от кабинета Женя решила отпустить все мысли как перед стартом и ускориться. Остановись она, замедлись хоть немного-точно будет стоять у двери каменной статуей и не осмелится войти, пока ее насильно не запихнут внутрь. *** Этери Георгиевна увлеченно читала что-то на своём рабочем компьютере, свободной рукой держала термос, другой печатала. Когда Женя вошла, она сделала глоток чая, не отрывая взгляд от экрана и с глухим стуком опустила термос на стол. Женя дёрнулась. Этери Георгиевна протянула в ее сторону руку с открытой ладонью. Даже в таком просящем жесте чувствовалась требовательность. Тренер упорно смотрела в экран. Женя положила в её руку флэшку и хотела было уйти, как её окликнули. -Останься, сейчас ещё анкету распечатаем и вместе заполним. Женя уселась за стол напротив, плотно премыкающий к тренерскому. Часы тикали как никогда громко. Принтер жужжал и будто ворчал из дальнего угла на Женю. Так как будто он знает... Так как будто он- часть Этери Георгиевны, как и весь её кабинет, и сейчас эта злость разойдется и наконец дойдет до тренера... И она, и помещение, и открытые настеж форточки с жалюзи -всё будет рокотать от негодования. Что-то щекотнуло плечо. Этери Георгиевна подошла слишком незаметно и встала сбоку, положив пару листков на стол. Она давала инструкции, что и как писать, Женя заполняла пропуски на автомате. -Так, Жень, наконец добрались до сути- вот здесь указываешь свой второй пол- длинный палец с аккуратным маникюром указал на листок-Жень, не тормози! -Второй пол?-растерянно протянула Женя -Тебе его вчера должны были индентифицировать-терпеливо, более мягким голосом проговорила женщина. Женя сидела, не двигаясь. -Ну в чем дело, Жень? -А это...разве...нуу -Ну? -Разве это не конфиденциальная информация? -два карих глаза, полных наивности уставились на Тутберидзе. Та начала смеяться. -Нет, Медведева! Ты каждый раз удивляешь меня всё сильнее! Вдруг ее лицо сделалось серьезным, она наклонилась к Жене: -Или ты мне не доверяешь? Женя только еще более растерянно захлопала глазами. Тренер отпрянула и, не выдержав, улыбнулась. -Я, как твой тренер, должна знать эту информацию. И к тому же, даже если ты-несовершеннолетняя -нет, эта информация не является для тебя конфиденциальной, так как ты-спортсмен. Женя дрожащей рукой поднимает ручку над бумагой и застывает. На бумаге красуются значки, значения которых напрочь выпали из головы, а ошибка может стоить дорого. -Я не помню греческих букв... -несмело выдает она, сейчас её голос похож скорее на писк. -Нет, Медведева, однажды ты меня доведешь! Дай поставлю крестик за тебя, а то у тебя сегодня с утра видимо мозги отморозились! Раньше, чем ты вышла на лёд-несмотря на чуть изменившийся тон улыбка не сошла с тренерского лица -Это они после вчерашней тренировки ещё не оттаили...- совсем тихо, скорее для себя пробубнила фигуристка. Этери Георгиевна ничего не сказала, лишь слегка улыбнулась, пока брала ручку. Определенно необычный день. Ручка зависла в воздухе. Только бы этот крестик не оказался крестом на моей карьере... -Так ты кто, Медведева? Не зависай, еще и на тренировку опаздаем. Мне-то можно, а тебя от лишних отжиманий на льду или пяти кружочков вокруг арены я боюсь это не спасет. -Омега-сиплым голосом вынесла свой приговор Женя, стараясь не смотреть в глаза. В стол, только в стол. И чуть в сторону. Хотелось неимоверно зажать уши руками, как перед взрывом. Один. Два... Три... -Ага... вот ты какая у нас, Медведева! Что ж, будем знать. Значит, нас ждёт взрослый Чемпионат среди омег, он в конце декабря... Что ж, время ещё есть. Женя уставилась на Этери Георгиевну как будто ее первый раз в жизни увидела . -Этери Георгиевна... -Что? Марш на тренировку! Меня ещё отчёт ждет. Женя уже была в дверях. -Опаздаю минут на десять, начинай репетировать начало короткой. Женя быстро кивнула. *** Привычный хруст льда под лезвиями. У экрана уже сидит Даниил Маркович и водит пальцами в воздухе- пытается объяснить Алине детали её программы. Буквально на пальцах. Алина стоит вцепившись в борт и кивает. На другой стороне льда Алёна, Аня, Саша и Майя выполняют коньковые элементы разминки. Сергей Викторович на коньках стоит рядом с ними и словесно дирижирует. На льду кипит работа. Женя сосредотачивается и, ускоряясь, подъезжает к Сергею Викторовичу. Тот указывает ей на линию, с которой девочки начинают. Женя понимает всё без слов. Кивок-кивок. Привычный диалог на льду. Женя старается выполнять элементы на достаточной скорости, тянуть сильнее и поднимать выше ноги, следить за руками. Обычная разминка, тело должно всё помнить и можно выполнять расслабившись, на автомате. Но нет. Каждая деталь важна, упустишь ногу-потеряешь рабочий настрой, и вот-ты уже летишь с прыжка, а должен просто-летать. Всё сложно? Но именно за это они и любят этот спорт. Женя тем временем перешла к выполнению флипа. Первый прыжок вышел хороший, со второго она полетела... С третьего и с четвёртого тоже. И дальше все пошло по накатанной. По накатанной снежной жопе. Женя злится. Нет, не так- Женя бесится. "Женя бесится"-это тайфун, природная яростная стихия. Как Сашин тройной сальхов. И не поздоровится тому, кого она настигнет. Падение за падением. Сегодня было важнее всего доказать простую истину, которую Женя доказывает каждый день-она МОЖЕТ. Потому что она может. И это надо было срочно закрепить красивым выездом, припечатать к земле, вырезать на льду. Шанс покачнуться у веры в себя был большой. Точнее повод, но в любом случае она всё ещё Женя Медведева. Выезд. Этери Георгиевна стоит у бортика и смотрит на неё. Зовёт рукой. Женя довольная подъезжает, едва скрывает свое ликование. Этери Георгиевна не любит такое. -Жень, скажи мне, пожалуйста, что ты делаешь?-взывает к совести и осознанности. Женя понимает. Серьёзнеет. -Не то. -Вот именно-не то, давай на стартовую позицию-тренер говорит как-то слишком спокойно. Весь настрой Жени растворяется. Она продолжает работать, старается, но вся остальная тренировка проходит как тягомотный серый кисель. Этери Георгиевна сегодня особо не ругается, спокойно, даже ласково с ней обходится, даже хвалит и подбадривает в конце тренировки. Женя идет за девчонками. Те о чем-то хохочут. У Жени настроения особо нет. Она даже ушла с арены последней -слишком долго надевала чехлы на коньки, пребывая в своих мыслях. Не хотелось даже немного поскакать по коридору, щелкая чехлами, как ей нравилось делать в детстве. Всё казалось таким привычным, может поход к врачу и все остальное ей просто приснилось? Так хотелось вернуться сейчас в детство, где твой второй пол не играл никакой роли, а самой большой катастрофой был окрик Этери Георгиевны. Сегодня она тоже была сама не своя. Очень тепло разговаривала с Женей, утром была невероятно счастливая, а после её взгляд был такой... понимающий. И тут до Жени дошло. Она вспомнила то, на чем не заостряла сегодня внимание-еще бы была слишком сконцентрирована на себе! На Майю тренер сегодня ругалась! И ругалась как обычно, а еще Камиле и Алине делала резкие замечания. И только с ней она сегодня вела себя по-другому... Кажется Женя поняла-ее попросту жалели. Сглатывая слезы, она сняла коньки и поехала домой. *** Уже вечер. Фонари зажглись, хотя пока не так темно. Мама еще не вернулась с работы. Женя лежит на полу своей комнаты, волосы растрепаны донельзя. Рядом с её головой лежит телефон, из него доносится мелодия. Женя поднимает голову и подпевает, слегка изменяя текст: -Но я хочу быть собой! Я хочу быть собой! Я так хочу быть собой! Я хочу быть собой И я буду собой... Просто снова хочу быть просто собой.