Лунный попутчик

Ночь близилась к своему логическому завершению, а я приближался к своему дому. Рядом со мной шëл шаг в шаг другой Бакаяро. Объяснения по поводу его прихода придумаю потом. Сейчас главное избавиться от трупов, пока не стало слишком поздно. Вот и старик, что это он смотрит на меня испуганными глазами и хватается за топор? А, наверное из-за большого количества крови на мне. — Спокойно Хью, это я, не надо проявлять агрессию, всë в порядке. — Поднимаю руки вверх, в знак сдачи. — Это же тот, кто разрушил эту деревню. Почему он с тобой? — Не успокаивался дедок. Эх, а надеялся, что будет проще. — Я всë объясню, только вначале собери всех, а то сил говорить это каждый раз у меня нет. — В конце добавил фирменную улыбку. Которая подействовала, наверное. Если нет придётся всех убить, как бы плохо это не было. Хью собрал всех, там была и уже спокойно стоявшая на ногах Рей, щеголяющая фиолетово-бордовыми глазами, и уставшие от рубки дерева и ухаживания за больными братья, и смотрящий на меня любящими глазами Рьюго, и остальные дети, прячущиеся за спиной дедушки и опасливо поглядывающие то на меня, то на Бакаяро. Молчание тянулось долго, никто из деревенских не мог сказать и слова поэтому дабы быстрее всë закончить, я начал говорить.

От лица Рей.

Она была обычной девушкой, она любила отца и мать, она хотела найти любовь, однако судьба решила иначе. После встречи с Киномидзу, в еë голове был только он. Его тонкий, пронизывающий, но одновременно с этим и тëплый взгляд вызывал до селе неизвестные чувства. Поэтому она решила просить у матери, что это. Так ей и пришло понимание любви. — Любовь, так вот как это называется. — Собирая букет цветов, так как хотела порадовать Юки и признаться в своих чувствах, говорила она. Но еë отвергли. Это было больно. Неприятно, очень неприятно. А после всего этого была смерть. Но судьба, как обычно, решила всë испортить. Вместо быстрой смерти, ей были приготовленные долги муки, которые длились бы несколько лет или десятков лет. В это время она хотела просто умереть, даже если бы была возможность спастись, она бы не стала делать выбор. Жить в мире без родных, было непосильной ношей и сдаться было правильным выбором. Тогда Рей и вспомнила, что никогда не видела Юки на солнце и он говорил, что для о’ни солнечный свет губителен. Так и возникло желание проверить, что же будет, когда она выйдет днëм на улицу. Однако и этому не суждено было сбыться. Её планы разрушил единственный любимый. Он сделал еë тем существом, коим был сам. Боль прошла, и за это Рей была готова убить свою любовь. Без этой боли у неë просто не хватало смелости покончить с жизнью своей. Сейчас же, смотря на своего с одной стороны любимого, с другой стороны ненавистного человека, она хотела его и убить и выслушать одновременно. Ей показалось лучшим развитием событий сначала выслушать свою любовь, а затем, если что-то не понравиться, покарать еë.

В это же время. Старик Хью.

У него были странные ощущения, казалось, к горлу приставлен меч. Вся эта ситуация была странной. Деревня, разрушенная демоном, Юки, оказавшийся одной с ним крови, Рей, неожиданно поправившаяся после нападения, одним словом, с каждым часом становится всë страннее и страннее. Ну, делать нечего, надо работать, хоть заказчик и ведëт себя необычно.

Лью, один из братьев.

Его оторвали от работы, нескольким больным нужно менять повязки и даже догадываясь о намерениях Юки-сана, он не мог перестать ухаживать за бедными людьми. Он взглянул на Киномидзу: Весь в крови, уставший, больше нет улыбки, небольшая рана вокруг пояса, которая к этому времени почти затянулась, но не зажила полностью, этому свидетельствует большое красное пятно в области живота. Смотря на этого человека сейчас, а он отказывался верить в то, что Юки демон, о’ни должен всех убивать и наслаждаться страданиями, а не помогать людям, Лью хотелось узнать, что произошло с ним. Но не меньшее желание возникало и по отношению к спутнику благородного. — Друзья мои, прошу, выслушайте меня. — Голос Киномидзу приковал к нему все взгляды. — Я многих из вас обманывал, сейчас же настало время рассказать правду. Начну лучше с самого начала. Прошу вас, дослушайте до самого конца. Моë имя — Юки, фамилию же дал лучший друг, которого нет в живых уже. Я рос и жил как вы все, были любящие отец и мать, младший брат и старшая сестра. Однако вся эта идиллия была нарушена в один миг. Наша семья разгневала богов, и они ниспослали свою кару на нас. Их кара была жестока, они прокляли младшего брата и он в порыве ярости убил всех, кроме меня. В тот момент, я не был дома, дрова рубил, но так просто боги не дали бы нам милости смерти. Последней их прихотью было то, чтобы мы убили друг друга. Так и вышло, однако богам было недостаточно и они превратили меня в о’ни, оставили однако разум, для того чтобы я мучался оставшуюся жизнь. Тогда у меня и появилась мечта. Мечта о создании места, где каждый сможет жить в мире и в единстве, независимо от того человек это или демон. Один из этих примеров Бакаяро. — Юки-сан руками показал на рядом стоящего человека. — Все здесь знают его, он тот, кто погубил множество жизней. Что ты скажешь по этому поводу? — Было дано слово обозначенному о’ни. — Прошу меня простить! — Упал на колени демон и склонил к земле голову. — Господин Юки помог найти верный путь. До встречи с ним над моим разумом преобладали эмоции, сейчас же, благодаря его целебной крови, мне вернулись мои воспоминания. — Сказать, что всё были удивлены, ничего не сказать. Рей смотрела недоверчивым взглядом, она была готова при любой ситуации напасть на этого Бакаяро. Дети сильнее прижималась к Хью, а он сам напрягся. Мне же было всë равно, Юки не приведëт сюда опасность. — Зачем же ты рассказал об этом? Я хотел же красиво всë сделать. Ну ладно, продолжим. — Перевëл взгляд святой, интересно мальчик его называет, на Рей. — Моя кровь обладает целебными свойствами, она может освобождать от оков голода несчастных обращëнных. Ко всему прочему с еë помощью можно спасать больных и калек. Ты же сама ощутила это на себе, не правда ли? — На лице красавицы возникла лëгкая улыбка, которая могла напугать, если бы она хотела кого-то убить. — Да, Юки, ты спас меня. Но почему ты не поможешь другим? — Вопрос был задан очень уместно, и правда, почему? Но к тому-же это был камень его огород, неужто хочет выставить в плохом свете Юки? У многих здесь стоящих были такие мысли после слов о спасении. Как же ответит Юки? Я хоть и не верю до конца о благих его намерениях, но правда в них точно есть. — В тебе уже была кровь другого демона, что облегчало задачу по превращению. К тому же обращение вытягивает огромное количество сил, я смог победить Баку только из-за того, что ты выпила кровь его и мне было легче спасти тебя. Даже если мы вместе вольëм свои силы в кровь и попробуем преобразовать человека, то упадëм без сил, а напоенный будет мучиться в ещё более худших конвульсиях, чем приходилось тебе. — Довольно понятно объяснил он. К тому-же, муки Рей были страшны, не стоит переживать кому-то ещё такое. — Раз ты молчишь, значит ответ устроил. Сейчас же, доверяете ли вы мне? Скоро ночь пройдëт и наступит утро ясное. Нам нужно принять решение, прошу ваш поспешить. — Киномидзу хочет стать старостой? Зачем ему это? Он и так главный. Ладно, поддержу его. — Юки-чан, я и дети целиком поддержуем тебя, ты никогда не подводил нас. — Начал Хью. — Да святой! Мы всё доверяем тебе! — Энергично подхватил Рьюго. — Ты знаешь намного больше меня, так что дерзай. — Продолжила Рэй, посмотрев очень недобрым взглядом на господина. Хм, ничего хорошего не ждëт его. — Мы всегда будем с вами. Мы дали слово. — Ответил мой брат за нас обоих. — Это хорошо. Тогда, разложите все брëвна ровна на землю в несколько слоëв. Девять больших шагов в длину и столько же в ширину. Потом перенесите всех раненых и мëртвых туда и положите рядом друг с другом.

Пару десятков минут спустя.

Одинокая фигура была видна во мраке. Любой бы, лишь увидев еë, заподозрил что-то плохое и эти подозрения были оправданы. Это существо стояло на деревянных досках, а вокруг него лежали, корчась от боли, десятки человек. Оно подошло к одному из них и заговорило. — Сейчас всё пройдëт, не волнуйтесь, ваши дети целы и невредимы, они будут отлично служить господину, благодарю за то, что вы породили таких прекрасных созданий. Демон говорил тихо, можно сказать шëпотом, но все люди могли слышать эти слова. Хоть осознание сказанного приходило долго, но самые понятливые уже пытались встать, несмотря на боль, и спасти своих любимых. Однако, их потуги были напрасны. Существо понимало, что в живых нельзя никого оставлять поэтому без зазрений совести, начало поедать органы. Ему была всё-равно, живы ли они или нет, они не могли кричать, так что беспокоится было не о чем. После своих ужасных деяний существо пошло к реке и смыло с себя всю кровь и остатки внутренностей. За тем же, полностью мокрым, оно пошло обратно. О’ни знал, что оставлять такое большое количество мяса — неправильно. И как бы сомнения не мучали его, он решился на это. Выкопать большую яму, дабы заполнить еë некоторыми освежеванными трупами, было несложно для него. Сложнее было обставить всë так, что все сгорели и у них с телами всë в порядке. Малые лучики пробивались через завесу мрака. Скоро они полностью покроют всё близлежащие поля, реки, холмы. Дотронуться они также до места казни. Хотя, это будет не важно, никто не узнает о случившемся, ведь теперь здесь пылает большой костëр, коий будет гореть ещё пять дней и пять ночей. Хотя нет, один человек знал, видел всë от начала и до конца. Со страхом наблюдая за героем деревни, он испытывал разные чувства. Это был страх, с примесью любви и возбуждения. Наблюдатель стоял долго, однако вскоре он пришёл к выводу. Озвучил он его так " Нельзя построить идеал не пролив ни единой капли крови». Можете не бояться, ваша тайна будет сохранена Святой. После этого, человек вернулся домой и продолжил счастливо жить, пока не умер от старости, по словам его детей.

Один из храмов почитания Бога на земле. (Много времени спустя)

Не могу поверить, что это происходило всего-то двести сорок три года, шесть месяцев и девять часов назад. Почему же я это вспомнил? Ответов, как всегда, не будет. Да, рубрика эксперименты завершилась хреново, но сподвижки есть. Сейчас я нахожусь в своей отдельной комнате, нет, она не большая. В ней нет окон, одна входная дверь, размер еë около трëх метров в высоту и один в длину. Это просто спальня, и всë. Я редко сюда захаживаю, но иногда даже у демона бывают моменты лени и просто повалятся хотеться всем. Но работать надо и вставать кстати тоже. Потянулся я, поднялся, стал и вещи собирать. Одеваться стал резвее, время жалко ведь терять. Вот уже и ночь темна’я, преступила мой порог. Вот уже и я собрался, в путь пора мне на восток. А неплохо получилось, не идеал, но всë же. Немного поработать и можно будет печатать, в году эдак 1900. Я спустился с третьего этажа, он был отведëн для двух вещей. Для спальни и для наказаний. Провинившиеся демоны подвешиваются, на манер Иисуса, в специальной комнате и три о’ни по-разному их пытают. Кто-то причиняет физическую, кто-то ментальную, а кто и разом и ту и ту боль. Второй этаж — место отдыха, спален, и склад пищи. Восхождение на него строго запрещено всем, кто не является охранником этого здания. Их всего двое, но они способные, может даже по силам как первая и вторая низшие луны. И это очень неплохой показатель для сто и восьмидесятилетних ребяток. Склад пищи — это склад мяса. Обычно в нëм находиться либо ничего, либо кило пять-семь, слишком быстро сгнивает. Да и этот храм не рассчитан на жертвы — эта прерогатива монастырей Бакаяро. — Юки-сама? Вы отдохнули? — Маленькая тень скользнула из-за угла и обвилась возле ног. Она не спешила сливаться со мной, как бы ждя ответа на вопрос. — Да Докута, или лучше мне называть тебя Лью, когда мы одни? — Шевеля ногой, как бы показывая, что он может воссоединиться с тенью, стал осматривать пространство. Как-то быстро спустившись со второго этажа, а для этого надо было пройти от одного края коридора до другого, встретил меня мой единственный друг. Лью добровольно согласилась на это, но, зная что нужен мне, поставил одно условие. Люди и слабые демоны иногда должны попадать к нему на операционный стол. Больше всего он хотел узнать всë как о теле человека, так и о теле о’ни. Эта была взаимовыгодная сделка. Меня постоянно при просмотре аниме, прочтении манги, донимали вопросы. Неужели только клинок из особого металла или солнце может убить порождений ночи иль что-то другое то же. Увы, большинство способов смертоубийства пока ещё не придумали, а я не китаец, который знает как создать реактивный самолёт в каменном веке, используя только культивацию и чистый дух, прикрепляя всë это пафосом. Надо ждать, это печально. — Как вам угодно, но я предпочитаю такое обращение только когда мы одни. И кстати, вам бы приодеться, нельзя что-бы вас кто-то увидел спускающимися с верхних этажей в неподобающем виде. — Хорошо-хорошо, ты лучше скажи, как там другой я? Цел? — Да да, с ним всё в порядке, но я переживаю за вас. Это второй раз, когда вы создаëте его, после первого вы вообще два года провалялась в бреду, пока не развеяли его. Сейчас же вы спали около полугода и клон всë ещë жив. Неужели вы побороли этот недуг, хотел бы сказать это. Однако слившись сейчас с вами замечу, что вы с очень большим трудом удерживаете мой вес на себе. Всë же когда происходит слияние, весь мой вес тела, составляющий шестьдесят четыре килограмма, переходит на испытуемого и увеличивается раза в три, когда я что-то делаю. — Не бойся, главное вторая личность жива и исполняет обязанности. Это же состояние, как я понял, вызвано, слабостью. И хоть сильнее меня сейчас только Кибуцудзи, это не оставляет того факта, что силы мои малы, и надо больше еды. Поэтому сейчас мы отправимся на восток. — На самый верх острова? Туда, где владения Бакаяро и Рей? А именно куда? — Помнишь тот остров, я его ещё Сахалином назвал, вот прям рядом с ним, почти на самый север. Хоккайдо вроде он называется. — А почему вы говорили восток? — А почему храм повëрнут не в сторону севера? Ладно, хватит препираний, надо собираться и идти. — Эм, господин, солнце ещё не село. — Надо собираться и идти как только потемнее достаточно. — И, как солдат, развернувшись на сто восемьдесят, зашагал на второй этаж перекусывать. Ужин прошëл обыденно, разве что шипение отвлекало. Оно кстати было вызвано моим любимчиком, который тоже тихо хомячил рядом. После этого, отправились к Бакаяро и Рей. А пока идëм, ну как идëм, бежим, и то только я, а друг мой сидит в тени и кайфует, освежу-ка память, столько времени прошло, как мы не виделись. Это было давно. После того как всё деревенские приняли меня главой деревни, я рассказал им и о Рей и о Баке, естественно им не по нраву было находиться в одной деревни рядом с тем, кто убил их родных. Поэтому я и отправил Баку на север Японии. Он должен был сделать, грубо говоря ферму. Главная цель которой была производство питания для господина и меня. Я тоже мог это сделать это со своей деревней, но надо смотреть в будущее. Что скажут великие державы, когда узнают о нас, я отвечу. Япония — место проживания монстров. Люди там до сих пор поклоняются неизвестному богу и ежедневно приносят себя или своих детей в жертву. Нам надо остановить это безумие и принести туда мир. И да, если Германии и Российской империи будет пофиг, то США, Франция и Британия возьмутся за нас всерьёз, тем более после Первой мировой. Так что мой культ менее направлен на производство еды. А более детально, люди преклонного возраста, сейчас это 40 и более лет, должны, по желанию, совершать паломничество в священный сад. Сад — расположен в больших деревнях и представляет собой, можно сказать рай на земле. Там цвëтëт множество цветов, деревьев и различных растений, однако их не очень много, на данный момент два. И когда человек приходит в этот сад, то его обуревает безмятежность, любовь и усталость. Тихий голос шепчет ему — " Согласен ли ты уйти в царство сна? " И как только человек утвердительно отвечает, то больше никогда не открывает глаза. — Принц, вы скоро пойдëде к господину. — Неприятное, скользкое чувство на щеке и голос вывел меня из раздумий. Это был Лью и он тентаклей, сотканной из тени, касался меня. Хорошо, что я не девочка волшебница. — Не называй меня так, пока мы одни. Юки, просто Юки. Зови по имени. — Не останавливал я бег. — Хорошо, но позвольте вопрос, почему именно принц? Нет, суть понятна, но не в плане затуманивания разума, почему? — Не жди какого-то смысла. Это просто то, что первое в голову пришло. Раз уж придумал свою смерть, то нужно было как-то выкручиваться. Как ты знаешь из речи. " Первый возлюбил девушку и хоть такой союз был против природы, он смог принести свой плод, так и появились мы, полубоги-полулюди. Однако страшное проклятие нас одолело, мы можем жить лишь только двадцать лет, поэтому нам нужно заботиться о своих сыновьях и учить их, так как у нас есть всего-лишь семь или больше лет, для того чтобы подготовить нашего ребëнка к правлению». Принцами нас называют только из-за моей прихоти, людям легче будет запомнить это. Да, был сначала первым, а затем стал принцем. — А у меня были мысли, что вы так нас всех ставите ниже себя и показываете чьим любимчиком вы являетесь. — В голосе дорогого напарника было столько едкости и колкости, что могло показаться, что он скрыто меня ненавидит. — Не без этого. — Чесно отвечаю. — А насчёт первого вопроса, не знаю, я не был там с самого моего отчаливания. Если бы не поставки мяса, то, наверное, не стояло бы это тело здесь. — показываю на себя. — Хотелось ещё спросить, об одной вещи, можно? — Не спрашивай, а задавай. — Хорошо, мой вопрос касается Бакаяро и Рей, как вы к ним относитесь? — А, ты хочешь узнать моë отношение к Баке и Кастер, ну слушай. Медея — второе имя, которое я дал Рей. Это было сделано из-за еë способностей, коие были необычны. Докуда, твоя магия крови — это владение тьмой и возможность соединяться с тенями людей и демонов. В скором времени, скорее всего после поедания множества людей, у тебя появятся новые возможности, но и без этого ты отлично справляешься с задачами. Медея — другой случай. Не знаю, что сейчас ей по силе, однако за пару недель, которые она находилась с нами после прекращения, удалось оценить возможности. Тогда можно было с уверенностью сказать, она близка к моей силе, но проигрывает как и по еë реализации, так и по опыту. Сейчас же, говорю с уверенностью и без тольки сомнения, я боюсь и боюсь очень сильно, но приказ господина говорит о контроле всего культа, а их ответвление входит в него. В крайнем случае придётся отзывать кровавого и биться с обоими, что с нынешним состоянием будет проблемно. А отношения к ним будет создано после повторного знакомства. — А сейчас оторвись от прослушивания и бери тело под контроль, что-то мне нехорошо. — В глазах немного темнеет, во рту привкус крови, перемешанный с болотной водой, в ушах стоит гул, а из носа потекла струйка крови. — Ах. — Был вздох разочарование и сострадание, будто мать застала ребëнка в клубе, который вместо учëбы, пил и кутил много недель подряд. — Отдыхай Киномидзу, я доведу тебя до Бакаяро и Мадеи.

Стоящий на отшибе дом. Подземное помещение.

В темноте комнаты сидела, сложив ногу на ногу и потягивая из деревянной кружки кровь, в которой периодически попадались то глаза, то кусочки сердца, девушка. Любой, кто увидел бы это прекрасное создание, упал бы замертво от его красоты. Белоснежная, словно недавно выпавший снег, кожа, элегантные худые ноги, которые скрывал подол платья, напоминающий плащ, не менее красивые ступни, находившиеся в неволе замечательной деревянной обуви, покрытой тëмной краской. Так-же нельзя не заметить платье, покрывающее всю еë, начиная от плеч, заканчивая обувью. Оно было необычно, как будто парило — сказал бы обычный человек. И только демон мог понять, что это её магия крови. Само одеяние было фиолетово-тëмного цвета, где, однако, чëрный был доминантным и вытеснял фиолетовый, делая его тусклым. Лицо же было скрыто под капюшоном, что также был частью одежды, но тонкие черты лица виднелись даже во мраке. Но всë это не главное, каждый бы сначала обратил внимание на фиалковый цвет, что источал еë глаза. Она сама себя хвалила за этот эксперимент, с помощью крови и нескольких жертв, она смогла создать иллюзию на глаза, которая скрывала их алый цвет. От девушки веяло загадочностью, так и хотелось спросить: " Какие у тебя планы. Не замыслила ли ты чего-то против меня, не хочешь ли убить меня? " Никто не знал ответы, почти никто. Бакаяро был рядом. Он стоял возле стола и вырезал деревянную фигурку. После стольких лет практики, из-под его ножа начали выходить настоящие произведения искусства. Различные игрушки, фрески, да что уж говорить, если его дом был полностью высечен. С каждым годом умения становились всë лучше и лучше, однако на это уходило всë больше и больше времени. Он тоже был другим. Сейчас его было не узнать. Некогда страшная морда преобразилась в более милую. Помесь собаки и человека, так можно было назвать наружность. Из предыдущего обличия остался закруглённые ряд зубов, который к тому же расширился на ещë один дополнительный ряд, прям как у акулы, также присутствовал немного заострённые подбородок и собачий взгляд. Не тот добрый и ласковый, а холодный и жестокий, будто раненая жертва загнала себя в угол, а он наконец настиг еë. — Рей. — Закончил вырезать последние штрихи Бакаяро, а затем ударил по столу так, что тот раскололся. -…- Молча повернулась она на источник шума. Она недолюбливала громкие звуки и еë партнëр это знал. А если он позволил себе испортить еë зону комфорта, значит случилось что-то серьёзное. — Бакаяро, что тебя волнует? — Без каких либо тайн и заигрываний начала она. — Волнует, меня? Да нет, что ты, что меня может волновать? — Была в момент перебита Рей. — Нет, совсем нет! И не волнует то, что жители как с ума посходили из-за твоих игры. И тем более не волнует то, что Юки идëт к нам. — Успокойся, с жителями всë нормально. Моя кровавая магия — преобразование крови. Я могу спокойно создавать любые формы и размеры, но к дополнению, она может крепиться к мозгу, образовывая бугорок, незаметный для глаз. Я просто посмотрела, что будет если немного повлиять на этот бугорок, не стоит бояться. — Всё тем же голосом, источающим полную уверенность, без капли сострадания или жалости, был дан ответ. — Ну-ну, не на то отвечаешь. Может ты, глупая колдунья, коей нравиться играться с судьбами и сильна, но напомнить тебе, кто именно подарил тебе жизнь? И да, не забывай, кто стоит за Киномидзу. Если мы обрушим тот фундамент, коий закладывал он всё эти годы, то ни один из нас не переживëт следующий день. И ни помогу ни жертвы, ни мольбы. Так что теперь с этой информацией, предлагай решение этой проблемы. — Сел на обломки стола и скрестил руки в жесте замка Бака. — А у самого план то есть? Или опять мне отдуваться. — Допила всë содержимое из кружки и немного улыбнулась Рей, но очень незаметно. — План конечно есть, однако хочется узнать твоë мнение. Всë же ты больше меня общалась с людьми Рей, или называть дочерью Ар’ана? — Скривился в злобной улыбке он. Нравилось ему напоминать о её втором имени. — Я предупреждала! — И прежде чем собака успела понять весь ужас ситуации, была проткнута изнутри множеством клинков.

Пустая дорога, а на ней одинокий путник.

— Мой путь далëк, и звëздный свет, всë освещает путь во мгле. Во тьме ночи, при свете дня, всë дальше путь ведëт меня. И продолжается тропа, всë тянется она игрива, как бы зовя меня туда, где журавли кричат ворчлива. Не останавливая ход…ход. Эй Докута! Что можно подобрать к последним строчкам? — К последним? Вы же знаете, я не силëн в поэзии. — Выползала из-под моей одежды тëмная заострённая тентакля, а я ещё раз порадовался, что меня запихнули не в женское тело. — Ну давай, подумай хорошенько, а то вдохновение пока нет. — Иду я. Продолжите с «иду я». — Хм. Давай попробуем. Не останавливая ход иду я, сочиняя песни. И вряд ложатся ведь у ног, вся грязной черни человечье. Нет, если первая неплохая, то вторая не имеет смысла и слишком неприятно звучит. — Кстати. — После долгой паузы, длившейся четыре с лишним часа, первым заговорил я. — Ничего странного не заметил? — Вы про то, что в деревне люди ведут себя необычно, или про то, что вы горите желанием увидеться с господином? — И про то и про то, но насчëт первого поподробнее. Что интересного заметил? — Если говорить подробнее, то на первый взгляд ничего необычного, однако чем дольше присматриваешься, тем больше странностей можно наблюдать. Неправильное поведение, малые, иногда проскакивающие дефекты речи, заторможенность реакции. И это только применимо к первым двум поселениям, чем дальше, тем хуже. Помните предыдущие? — А как их не помнить? Такое трудно забыть. В последней вообще люди похоже на простые оболочки без разума и воли. Радует, что их мало и эта напасть не покрыла большую площадь. Продолжай. — Так вот, что я думаю. Если эта зараза менее губительна в отдалëнных от центра культа деревнях, значит мы приближаемся всë ближе к еë центру. — Ну, это как бы было понятно с самого начала, иль я невероятно говорю? — Верно, я просто не знал, сможете ли вы это осознать. — Тентакля вылезла, растянулась и еë кончик стал длинным и овальным, а затем на нëм появилась жуткая ухмылка, можно сказать, что она была до ушей. — Лью! Ну всë, конец тебе! — После этого многие в близлежащей деревни видели, как рядом пролетали два тела, на невероятной скорости, и одно из них угрожала другому.

В доме Бакаяро, спальня.

— Проснулся, дорогой напарник? — Голос ведьмы вывел его из небытия. Последнее воспоминание, это как его проткнули множеством острых предметов, а затем пролезли в мозг и залили туда множество крови, которая затем под давлением взорвала ему голову. А потом пришло непонимание. Грубо говоря — это была прострация, вроде так говорил Юки, он мог осознавать себя, но тела не было, он не мог им управлять. И только сейчас он смог сделать пару движений. — Знаешь. Твои способности крови неприятны, и я тебе уже говорил, не смей подмешивать в еду свою кровь. Надо будет избавиться от еë останков, как я сделал с кровью Киномидзу. И кстати, сколько времени осталось? Мы не успеть можем. Говори свой план. — Приняв сидячее положение и приложив руки к голове, закрыв тем самым глаза, тихо начал говорить. — Слушай внимательно. — Сев рядом и обняв, начала шептать на ухо. — Я много думала об этом, не только ты боишься его прихода, я знаю как спасти нас обоих. И да, прости меня, тебе очень тяжело всë делать и продумывать, знаешь, я всего лишь… — Хватит. — Разорвал еë объятия, а потом встал с кровати и подошёл к окну. — Ты демон, как и я в принципе, ты не можешь испытывать человеческие эмоции, ни любовь, ни жалость, ни сострадание. Зачем вся эта игра? Ты была обращена с помощью моей крови и с помощью крови Юки. Ты просто не можешь испытывать эти эмоции! Ты не та тень! — Услышал я хруст деревяшки в руках, а ведь так долго вырезал этот поддон для окна. — Мы в одной лодке, в одной лодке из воспоминаний и чувств. Хорошие эмоции мы практически не можем испытывать и ты такая же. Думаешь я не знаю твою мечту? А вот ещё как знаю! Ты хочешь любви и ласки, и хочешь того-же от партнёра, это единственная хорошая эмоция, и то доставшаяся тебе от этого гадского любимчика Мудзана. И за это ты ненавидишь его, тебе претит эта тварь, но все попытки избавиться от него — приведут к непосредственной гибели. Но вот, что я скажу. — Подойдя к Рей, поднимаю подбородок и целую еë в губы. После продолжительного времени разрываю поцелуй и отхожу на некоторое расстояние. — Нам надо ждать и терпеть, даже сейчас, накинься на него мы вместе — проиграем. А пока, я постараюсь удовлетворить твои потребности, но знай, что любовь, как в принципе и другие чувства, я буду эмитировать. — Развернулся я и уже думал уходить, однако и шага не мог сделать, сначала было непонятно, неужто Рей так зла на меня, но слабое дыхание, неспокойное и урывистое, заставило меня расслабиться. А двигаться не мог по нормальным причинам, попробуй двинуться когда твою шею обвивают женские руки, а ноги скованы кровавой плëткой? — Не волнуйся, мне и так нормально будет, не злись так больше только, хорошо? — И, поцеловав меня в щëку, начала понемногу раздевать меня. Сразу поняв, что она от меня хочет, был уже готов к интересному времяпрепровождению, и, этого не произошло. — Госпожа. — Вбежал в наш дом Райг. Райг — мужчина лет сорока, очень ответственный и покладистый. Один из тех, кто знает об истинной природе нашей и помогает нам — считая высшими существами. — Госпожа, там пришëл какой-то человек и требует господина! — Естественно мы оба его слышали и успели расцепиться. Я сейчас убирал остатки подоконника, а дочь Ар’ана сидела на кровати. — Хорошо. — Начала она. — Но мы пойдëм, вместе. А теперь освободи проход. — Ты догадываешься кто это? — Сразу при выходе из дома начал я. — Нана? Эта демоница должна была уже прибыть сюда, странно только, что она сразу не пошла к нам, да и странно, что она тебя потребовала. — Взгляд обещающий жестокую расправу, даже через маску, его можно почувствовать. — Жаль, что эта не Нана, ну, не совсем она. — О чëм это ты. — Возможно она хотела сказать что-то ещё, но мы уже повернули за угол дома и увидели гостя. Красивое кимоно, тонкие белые руки, выделяющиеся глаза. Можно долго описывать эту тварь, но это в принципе и не надо. Куда важнее было другое, а именно мешок в правой его руке. Из него капала понемногу кровь, что явно говорило о чëм то плохом. И это подтверждалось искренне добродушной улыбкой. Даже сейчас показывает всю доброту и заботу, ага, прям и поверил. — Может спрячешь уже это тупое выражение лица? А то мне кажется, что я пришëл раскаиваться к тебе. — В грубой форме, а по-другому он будет гнуть свою линию, чуть ли не крича, произнëс я на одном дыхании. — И что в мешке. Отвечай. — Начинаю приближаться, одновременно с этим, закрывая Рей. Мои эмоции сопровождены двумя вещами: ненавистью к человеку и его заметной слабостью. — Оу, хаха, не такой встречи ожидаешь после стольких долгих лет разлуки, точно не такой. На, смотри, она была очень вкусной. — Одновременно со словами, он вытащил объеденную голову Наны и бросил мне под ноги. Так и знал, чëртов человек. Для Рей она была если не как дочь, то как младшая сестра, она могла проявлять чувства и жить не боясь Мудзана, так как он не имел над ней контроль. Значит мирно мы не расстанемся, не думал, что такой хороший шанс выпадет, а моя дорогая точно поддержит в убийстве меня. — На… Нана. Как так, почему почему каждый раз всë должно идти плохо. И почему всегда во всëм ты виноват? Тебе не жить. — Отойдя от шока, она начала готовиться к битве. Я тоже не медлил, и уже был готов в один прыжок достигнуть его тела, благо увернуться он не сможет. Осталось пару секунд и начнëм. — Как интересно. Два бунтующих демона. Один не простил издевательств, другая же была помешенна на этой девчëнке. Бака, не стоит нападать, думаешь я не знаю о своëм состояние? Что же касается демоницы, то она первой напала и когого было моë удивление, когда в ней не оказалось крови господина. Хотя, надо поблагодарить тебя, кастер, за этот опыт. Надо быть более внимательным, к таким как ты. Рей почти закончила, сейчас я убью тебя. Болтай дальше, твои дни сочтены. — Кстати. — Сделал он донельзя ужасную улыбку. Вот он еë и показал. К улыбки, доходившей практически до ушей, прибавился надменный, никак не сочетающейся с ней взгляд. — А ты размяк Пëсик. У тебя есть чувства, да, если не веришь, то убедись сам. — После слов, последовал щелчëк окровавленными пальцами, я даже не увидел когда он это успел сделать.

От лица Юки

«Щëлк» — Именно этот звук они запомнят на всю свою жизнь. Бакаяро умный, с этим нельзя не поспорить. Смог вывести пою кровь из себя и даже попытался это сделать с Медеей. Признаться честно, у него почти получилось, главное слово почти. Не прошло и секунды, как тело кастер поразили множества электрических разрядов. Она не успевала что-либо сделать, так-как ожоги появлялись то тут, то там, но этого было бы мало. Прошло много времени, а у меня было много провинившихся, так что это было лишь начало. Следам за эти, кровь перетекла в область ног и создала там по клинку, достаточно большому и острому, что смог вмиг отрезать обе ноги. После этого было падение на земь, в то время как кровь начала электризововаться в области головы. И затем разряд возник именно там. В момент, всë прекратилось, как будто ничего не было, но это была не жалость, я простотнапросто решил дать ей надежду, что всë закончилось. А затем начал повторять всë это, только в обратном порядке. И вместо ног были отрезанны руки. Уже скоро, может через пару секунд Бака будет молить меня об остановке процесса. Ждëм. - Юки! Хватит! - Всë тем же надменным голосом, хоть и с некоторым страхом принялся он умалять меня. Целых пять секунд, довольно долго. - Киномидзу-сан! Прошу простить нас, мы неправильно выступили против вас, надо было лучше подгатовиться. - Видя, что предыдущие слова не сработали, подошол к другой стороны Бакаяро. Щелчëк, и мучения Кастер прекращены. Даволен? Теперь ожидаю от вас нормальной работы и быстрых поставок. Не заставляй снова приходить к вам. И я ушëл, мне не надо было им ещё что-то объяснять, если они не будут передовать еду, то придëтся их убить. Пора возращаться в отчий дом, надеюсь меня не убьют.