Ты знаешь, кто я (а я знаю, кто ты)

      Никто не сообщил Тони, что возвращение с того света будет таким… обескураживающим. Он вдруг очнулся в медицинском отсеке чего-то напоминающего военную базу. Возможно, он там и находился, потому что на него смотрел совершенно внезапный Роуди, который выглядел так, будто призрака увидел.       Собственно, их таких было двое.       И Роуди вдруг сообщает ему, что прошло три года — три года! — с момента его жертвы собой ради победы над Таносом. Тони помнил, каково это — умирать. Помнил всю ту боль, которую причиняли камни, что раздирала каждую клеточку его тела; помнил, как все вокруг померкло, и чернота сгущалась вокруг него до тех пор, пока все, что он смог слышать, не стали чьи-то голоса. Самыми выделяющимися из них были голос Питера — Питер, — вдруг подумал он с привычным нарастающим чувством тревоги. Интересно, как там пацан? — и еще голос Пеппер — Пеппер, которая была его женой. По крайней мере, три года назад.       Его дочке уже восемь, а его жена… Ну, фактически, она больше не была его женой. Он был мертв вот уже три года, и у нее целый год как появился новый ухажер. Морган зовет его Чарли, и она сообщила Тони, что «он классный папа, но не такой классный, как ты». И да, это было чертовски больно. Он правда любил Пеппер, но понимал, что не может ни в чем ее винить. И он не винил. Он не просто исчез, как после Щелчка, он умер. Действительно физически умер.       Пеппер в истерике пытается сказать Тони, как ей жаль, и Роуди выводит Морган куда-то поиграть, чтобы они смогли все обсудить. Он говорит ей, что все в порядке, и он все понимает, даже если ему и больно. Он браво выдерживает ее рыдания ему в грудь, нежно прижимая ее к себе.       Да уж, возвращаться из мертвых как-то дерьмово.

***

      Наконец он оказался в пентхаусе, готовый расцеловать Пеппер (конечно же, фигурально) за то, что она сохранила его, держала запертой его лабораторию, как какой-то пугающий мемориал. Все его костюмы кроме одного были уничтожены, но он и не планировал возвращаться в ближайшее время. Пеппер запланировала пресс-конференцию на пятницу, так что именно тогда он объявит всему миру, что он вернулся. Вообще-то, ему не очень-то хотелось становиться центром внимания общественности, но она была права, им не удалось бы держать его за семью замками вечно.       Их общий дом все так же стоял у озера, спрятанный от лишних глаз, как напоминание о том, что у них когда-то было.       Он туда не вернется.       Рассуждая о всех событиях пары прошедших дней, он решил, что справляется вполне себе недурно. Всего лишь пара нервных срывов: он держался молодцом.       Все потихоньку устаканивалось, если это слово можно было применить в его ситуации. У Морган теперь была своя комната в его пентхаусе, чтобы она могла в любой момент у него погостить, и он уже поговорил со всеми своими друзьями, оставшимися в живых и доступными для разговора.       Со всеми, кроме Питера. Никто его даже не упоминал, и это беспокоило его. Конечно, он пытался это игнорировать. Питеру сейчас не до него, он занят своими колледжскими делами или чем он там вообще занимается. Но тревога никак не уходила. Питер не мог… Ничего ведь не могло случиться с ним, верно? Только не после всего…       — Пятничка, будь душкой, позвони-ка Питеру.       — Никаких Питеров в вашей базе данных, сэр.       Тони задумчиво смотрел в потолок.       — Питер Паркер.       — Никаких Питеров Паркеров в вашей базе данных, сэр.       Тони дрожащими руками поставил на стол кружку с кофе, которую до этого усиленно сжимал. Ну уж нет. Питер не может…       — ПЯТНИЦА, покажи мне все изображения Человека-паука, которые сможешь найти в интернете.       — Да, босс.       Тони смотрел на появившийся перед ним экран, не моргая. Он показывал видео Человека-паука в городе, и последнее из них было снято не больше недели назад. Питер все еще в Нью-Йорке? Что он тут забыл? Разве он не должен быть в колледже?       Тони наблюдал, как Человек-паук летал по улицам Нью-Йорка. Костюм его был каким-то странным. По крайней мере, Тони помнил его немного другим.       — ПЯТНИЦА, ты все еще поддерживаешь связь с КАРЕН?       Это имя все еще казалось ему уморительным, оно ведь даже никак не расшифровывалось. Но Питер был тверд в своем решении, называя так встроенную систему своего костюма, потому что именно он разговаривал с ней.       — У меня отсутствует подключение к чему-либо с именем КАРЕН, — отозвалась ИИ, и Тони помотал головой. Что-то определенно было не так. Что-то было ужасно, невыносимо не так. Он рывком убрал экран и направился обратно в лабораторию, желая уединения. Не то чтобы за ним кто-то наблюдал, но, знаете, привычка — вторая натура. Оказавшись в лаборатории, он открыл большой экран, усевшись в компьютерном кресле.       — ПЯТНИЦА, скажи, я могу рассчитывать на то, что мои засекреченные файлы все еще засекречены?       — Да, босс. Никто не получал доступ к каким-либо засекреченным данным с апреля 2019 года.       Тони облегченно вздохнул. Это было его посещение, как раз перед тем, как… Он отбросил эти мысли и протянул руку к экрану. Вокруг руки тут же появилась светящаяся рамка.       — ПЯТ, открой-ка засекреченный файл ППЧП15, — попросил он, и рамка тут же начала сканировать его ладонь. Затем система отсканировала его глаз и все лицо целиком.       — Личность подтверждена, Энтони Эдвард Старк.       Он закатил глаза, услышав этот механический голос, пока снова не зазвучал мягкий и приятный голос его ПЯТНИЦы. Но он был очень строг, когда дело касалось безопасности, так что деваться было некуда.              — Файлы загружены, босс.       — Ага, детка, спасибо, — пробормотал он, открывая файл, чувствуя, как напряжение в его плечах пропадает по мере появления на экране картинок. Картинки его схем костюма Паучка, интеграции системы в костюм, фото Питера, их фото вместе, даже те ужасные фотографии всех Мстителей в костюмах вместе, которые Питер так долго умолял всех сделать. Он провел ладонью по лицу и тяжело вздохнул. — ПЯТНИЦА, у тебя есть что-то на Питера Бенджамина Паркера? Учился в Мидтаунской средней школе, ему сейчас около 19. Живет с тетей, Мэй Паркер, в Квинсе. — Ему пришлось ждать не больше двух минут прежде чем ИИ снова заговорила.       — Сэр, никакой информации о Питере Бенджамине Паркере. Есть только некролог некой Мэй Паркер, датирован примерно полугодом ранее.       — Только не это, — пробормотал он, чувствуя, как по спине бежит холодок. Только не Мэй. Бедный Питер… Он потерял тетушку и ушел в подполье? Боже, Тони не стал бы его за это винить. Некролог появился на его экране и его взгляд зацепился за фотографию Мэй, пока он читал о случившемся. — Трагичный несчастный случай, да? — проговорил он сам себе, мотая головой. Что бы тогда ни случилось, возможно, действительно было трагичным, но уж точно не было несчастным случаем. Его внимание привлекло то, что в некрологе не было ни слова о Питере. Ни о том, что он тоже погиб, ни даже о том, что у нее когда-то был племянник.       Что-то было чертовски не так.       Он достал фотографию Питера, ту, что он держал у себя в доме, фотографию их вдвоем, и увеличил ее.       — Так, крошка, мне нужно, чтобы ты просканировала записи всех камер Нью-Йорка, к которым у тебя есть доступ, и поискала вот этого пацана. Возможно, он выглядит немного старше, чем на фото, но для тебя ведь это не проблема.       — Будет сделано, босс.

***

      Питер оказался ближе, чем Тони смел надеяться. Прошло меньше часа прежде чем ПЯТНИЦА сообщила, что нашла совпадение.       Он смотрел на запись камеры с Башни, в которой находился сам, которая была сделана около получаса назад. Перед зданием замерла фигура, лицо ее было закрыто капюшоном, но все же чуть приподнято. Тони сразу же узнал в этой фигуре Питера. Конечно, он выглядел немного старше и каким-то истощенным, словно Башня вытягивала из его глаз то свечение, которое он в них всегда помнил. А затем он резко развернулся и продолжил идти своей дорогой.       — Уже отследила, куда он направлялся?       — Конечно. Отслеживаю его по камерам. Он направляется в небольшой квартирный комплекс в Квинсе.       Тони усмехнулся. Конечно, он был в Квинсе. В том месте, где ему все было знакомо, где ему было комфортно.       — Нашла квартирный комплекс.       Он почувствовал, как напряжение и тревога отхлынули от него, когда ПЯТНИЦА предоставила ему точный адрес. Питер был жив. Обитал в какой-то ужасающей квартирке в ужасающем районе Квинса, но был жив.       Теперь осталось лишь придумать, как связаться с ним.       — Какая у тебя на него информация?       — Никакой, босс. Его лицо не опознается ни одной из доступных мне систем.       Это окончательно выбило Тони из колеи. Что, черт возьми, тут вообще произошло?

***

      Питер упал на кровать, издавая стон совершенно измотанного человека. Это был очень долгий день. Он снова пытался найти более-менее стабильную работу. Он периодически натыкался на какие-то странные объявления о наборе работников, но так как он, вообще-то, технически, не существовал, было трудно найти работодателя, который примет его без необходимой информации.       Сегодня он как всегда проходил мимо Башни Старка. Привычное чувство потери снова нарастало в груди. Почему он продолжал делать это с собой? Почему, почему, почему?       К счастью для него, он всю жизнь был экономным. Он умел распределить свой скудный бюджет между исключительно необходимыми тратами. Да, такая жизнь мало кому по нраву, но куда ему было деваться?       Стук в дверь заставил его снова устало застонать, поднимаясь на ноги. Он посмотрел в глазок и раздраженно нахмурился. Там был Нейтан, сын его домовладельца и придурок, каких еще поискать. Но обычно он был дружелюбным с Питером, а Питеру сейчас было необходимо дружелюбное лицо. Особенно после трех отказов в работе за день.       — Чего тебе надо? — спросил он, приоткрывая дверь. Мужчина ухмыльнулся и протолкнулся в небольшую квартирку.       — Не мне надо, а тебе, пацан.       — Не называй меня так, — в который раз пробормотал Питер, запуская руку в волосы. Ему было уже 19, даже почти 20. Он уже давно не был «пацаном». К тому же, после всех лет это слово все еще напоминало ему кое-кого.       — И что же, по-твоему, мне надо?       — Работу, конечно. Одному моему приятелю нужен уборщик в его забегаловку. Столы там протирать, полы мыть, ну, всякое дерьмо, которое все отказываются делать. Правда, он может платить тебе только наличкой, пока ты себе бумажки свои не вернешь, — Питер кивнул. Именно это он обычно всем и говорил: кто-то украл его документы и он ожидал выдачи новых, вроде страховки или свидетельства о рождении. Ему повезло раздобыть паспорт, даже если он и был не совсем… законным. По крайней мере, это было хотя бы что-то. Не то, чем он сильно гордился, но лучше, чем ничего.       — Это надолго?       — Ровно до тех пор, пока ты не обосрешься там.

***

      У Питера больше не было ни кабельного, ни вечно написывающих ему друзей, так что он никак не мог узнать громкую и быстро разлетевшуюся новость, что Тони Старк вернулся. Он видел какой-то заголовок о том, что Старк Индастриз возобновляет свою работу, но это был заголовок, а он старался всеми силами избегать новостей о СИ.       Так что он просто начал работать уборщиком. Ему платили каждую неделю, и он сомневался, что эти гроши доставали хотя бы до прожиточного минимума. Но он не жаловался. Как только он разберется со «всей этой страховочной ерундой», он сможет найти себе что-то получше. Он протирал столы, он подметал, он мыл. Действительно, занимался тем, чем обычно заниматься никто не хочет.       Он стоял спиной к двери, убирая очередной столик, когда прозвенел звонок, оповещающий о приходе нового гостя. Он выдал заученное приветливое «добро пожаловать!», даже не соизволив обернуться.       До тех пор, пока высокий голос не закричал «ПИТЕР!», заставляя его выронить тряпку из рук и резко обернуться.       Обернуться и увидеть, очевидно, скрывающего свою личность Тони Старка и очень довольную Морган Старк, которая ему усиленно махала.

***

      Тони не был идиотом и ему не потребовалось много времени, чтобы понять: что бы ни произошло, Питер каким-то образом был стерт. Никто из тех, с кем он говорил, казалось, совершенно не помнили никакого Питера Паркера, а те немногие, кто слышал о Человеке-Пауке, знали о нем лишь то, что он какой-то второсортный супергеройчик. Даже Хэппи, который помнил Мэй Паркер, ничего не слышал о Питере. По его словам, у Мэй не было никаких родственников кроме ее почившего мужа Бена. Тони никак не удавалось связаться со Стрэнджем, который первый пришел в его голову при мысли о всем этом «магическом волшебстве» и мог иметь представление, что вообще происходит. И он решил просто поговорить с Питером в надежде, что тот хотя бы помнил Старка.       Тони без труда выяснил, где работал Питер: в небольшой закусочной недалеко от его квартиры; и решил, что лучший способ наладить с ним контакт — это встретиться на людях. Он оделся так, чтобы привлекать как можно меньше внимания, и даже взял с собой Морган, чтобы это выглядело как обычная прогулка отца и дочери. На нем были потертые джинсы и мешковатая кофта, а козырек кепки закрывал лицо.       Сначала они сходили в зоопарк, и только после этого отправились перекусить. Морган подкупить было несложно, ему требовалось лишь предложить ей мороженое. Хотя, конечно, она бы согласилась и так: слишком уж сильно ей хотелось провести время с неожиданно вернувшимся в ее жизнь папой. Так что они отправились в якобы случайную закусочную, чтобы съесть по мороженому, и, возможно, пересечься с каким-нибудь Питером Паркером.       Тони заметил его сразу же, как только они вошли. Однако все его мысли резко оборвались, когда Морган тоже увидела его, и, к большому удивлению Тони — и всех остальных — выкрикнула имя Питера.

***

      Начальник Питера не имел ни малейшего понятия, что происходило, но позволил ему взять перерыв, чтобы трое смогли усесться за столик вместе. Морган с довольным видом поедала свой пломбир.       — Мистер… Мистер Старк? — прошептал Питер, совершенно неспособный поверить в происходящее. Но это ведь не мог быть не он? Он был с Морган, которая каким-то образом тоже узнала его. — Морган? Ты. Ты знаешь меня? — спросил он ослабевшим голосом. Это было что-то невероятное.       — Угу, — отозвалась она слишком серьезным для восьмилетки тоном. — Куда ты пропал? — спросила она с совершенно невинным видом, широко распахнув глаза. — Ты всегда к нам приходил раньше, а потом — пуф — пропал! Мама как будто тебя забыла, когда я спросила у нее. И дядя Хэппи тоже… Я думала, что ты пропал, как папа, — сказала она, переводя взгляд на Тони. В ее голосе скользила печаль. Но затем на ее лице снова заиграла счастливая улыбка. — Но теперь вы оба у меня опять есть! И папа, и мой Пити! — она с довольным видом заелозила на диванчике и вернулась к своему мороженому.       Питеру очень захотелось плакать. Он привык к Морган после смерти Тони, всегда по возможности помогал Пеппер, и сблизился с девочкой. Общее горе их объединило. Питер даже рассказывал ей, как сильно любит ее папу, и она поняла его. Поняла настолько, насколько может понимать такое маленький ребенок.       — Питер, — сказал Тони, когда Морган отвлеклась. Он не мог поверить, что сидит напротив человека, за взрослением которого он наблюдал, чьим наставником был долгое время. Сбивающая с ног волна его чувств накрыла его с новой силой. Он думал, что избавился от них еще давно, когда Питер исчез со Щелчком. Когда он вернулся, Тони не успел осознать, что это не так, потому что умер. Но теперь… теперь он понимал.       Но, черт возьми, вот они оба: вернулись, живы. С момента, как их глаза пересеклись впервые за такое долгое время, Тони осознал несколько вещей: Питер жив. Питер теперь был достаточно взрослым. А Тони снова был холост. Он потряс головой, желая вытрясти из нее эти мысли, осознав, о чем размышляет.       — Вы живы, — прошептал Питер. — Но как… как вы можете быть живы? И вы помните меня? Вы оба? — его голос звучал надтреснуто, но он отчаянно старался держать себя в руках. В конце концов, он все еще был на работе.       Похоже, его начальник понял, что что-то происходит. Питер вдруг почувствовал его твердую руку на своем плече.       — Пит, ты можешь идти. Сегодня у нас не так уж много гостей, мы справимся. — Его начальник, друг Нейтана Дерек, относился к Питеру очень даже приятно. Как только Питер впервые переступил порог его заведения, он сразу понял, что парень не из тех, кого судьба обычно балует. Он не понимал, что происходило тогда, и с кем говорил Питер, но мог сказать точно: кто бы это ни был, для Питера они были очень важны.       — О нет, Дерек, я не могу…       — Можешь, и будешь. Дуй домой, дите. Пообщайся с семьей.              На глазах Питера выступили едва заметные слезы, когда Дерек сказал «семья». Он посмотрел на Тони и Морган, кивнул и рассыпался в благодарностях.       — С-сейчас я быстро соберу вещи и встретимся снаружи, — сказал он с вопросительной интонацией. Тони не смог сдержать улыбки.              — Мы будем ждать.

***

      Они приехали в пентхаус, и Питер держался очень даже прилично до того, как они оказались внутри. Все там осталось точно таким же, как он запомнил. Его глаза снова непроизвольно наполнились влагой, когда Морган обняла его с усталым «рада, что ты вернулся, Пити», перед тем, как она ушла спать, измотанная за день. Как только она оказалась в своей комнате и уже начала засыпать, Тони вернулся к Питеру в гостиную. Питер посмотрел на него. Просто смотрел на него целую минуту, прежде чем окончательно сломался, падая на колени, и зарыдав.       Тони перехватил парня руками, аккуратно поднимая его на ноги и усаживая на диван, где Питер совершенно размяк в его объятиях, продолжая всхлипывать. Это разбивало Тони сердце. Что такого случилось за эти три года, что превратило знакомого ему счастливого подростка в этого разбитого молодого человека?       — Давай, милый, поговори со мной, что случилось? — промурлыкал Тони мягким голосом, и Питер вдруг прекратил рыдать, услышав, как его назвали. Милый. Тони никогда не называл его подобными именами, но это было так… правильно. Он всхлипнул пару раз и сел, чувствуя, как слезы обжигают щеки.                    — Я облажался, мистер Старк. Очень сильно облажался.

***

      Тони слушал рассказ Питера, и его сердце разрывалось каждую секунду. Он через столькое прошел, и теперь был совсем один.       Ну, больше не был, потому что Тони вернулся.       — И… и… и я не знаю, как Морган может меня помнить, но она помнит, и это… это все как-то слишком, — закончил Питер свою сумбурную речь, агрессивно вытирая свое лицо, ненавидя себя за проявленную слабость. Но все эти полгода он справлялся на удивление хорошо, так что было совершенно неудивительно, что он наконец сломался. Узнать, что кто-то его помнит, кто-то, кто был ему так важен, было, как оказалось, ему просто необходимо.       — Я тоже не знаю, пацан, но это хорошо. Морган помнит тебя. Я помню тебя. И мы сможем сделать так, что все остальные тоже вспомнят, — заверил его Тони, сдерживая себя, чтобы не провести по спутавшимся кудрям Питера. — Я никуда не денусь, милый. Обещаю.       Питер втянул носом воздух и лишь кивнул, даже не сдерживая себя от падения на грудь мистера Старка, наслаждаясь крепкими объятиями.       — Мне так сильно вас не хватало, — сказал Питер чуть слышно, и Тони, что-то пробормотав, поцеловал его в макушку. Он не понимал, зачем сделал это, он просто почувствовал, что так было нужно. Они оба прошли через то, чего и врагу не пожелаешь, так почему бы и не сделать эту маленькую вещь, которая принесет им обоим капельку счастья.       — И я скучал по тебе, милый. Никто не понимал, о ком я говорю, когда я пытался разыскать тебя, и я уже подумал, что схожу с ума, — Питер хихикнул, оставаясь в объятиях мужчины. Мужчины, которого, как он думал, больше никогда не увидит. Он решил, что насладится этой близостью, пока может.

***

      Питер так и уснул почти на руках у Старка, и тому пришлось очень постараться, чтобы выскользнуть из-под него, не разбудив. Тони укрыл парня одеялом и потянулся. Ему было уже за сорок, и долгое сидение в одной позе не оставалось беспоследственным.       Он пошел проверить Морган, которая уже проснулась и смотрела мультики в своей комнате, прижимая к себе плюшевую игрушку в виде Железного Человека.       — Эй, Маргуна, есть место для гостя? — спросил он, и присел на ее кровать, отчего она захихикала. — Так, ребенок, ты должна мне кое в чем признаться. Откуда ты знаешь Питера? — поинтересовался он, усаживая дочь к себе на колени. Она снова засмеялась, прижимая игрушку к себе сильнее.       — Питер дружил с мамой, когда ты ушел, — сказала она тихим серьезным голосом, а ее лицо болезненно сморщилось. — И со мной тоже дружил. Мы все по тебе очень скучали, — она посмотрела на папочку и улыбнулась. — Мы все тебя любили. Я любила тебя как папу, а Пити любил, как мама тебя любила. Но потом он тоже пропал, — она схватила игрушку в виде Человека-Паука, которую тоже купил ей Тони. — Но Человек-Паук был в телевизоре. Так что если он был нормально, то и Пити был нормально. — Тони удивленно смотрел на дочь.       — Ты знаешь, кто такой Питер? — она улыбнулась и кивнула.       — Он сказал мне и заставил дать супер-пупер важное обещание на мизинчиках, что я никому не расскажу. Но ты же мой папа, тебе можно, — сказала она и Тони кивнул.       — Да, малышка, мне ты можешь сказать что угодно, — сказал он, прижимая ее к себе и все думая о том, что она сказала. Питер был частью ее жизни, когда он ушел, и он даже рассказал ей, кто он такой. Он подружился с ней, потому что ему этого захотелось. И это согрело в Тони ту его часть, о существовании которой он и не догадывался.

***

      Питер решил, что после того вечера, что он провел вместе с Тони и Морган, он больше не услышит ничего от миллиардера. В конце концов, Тони вернулся из мертвых, разве у него не было дел поважнее?       Поэтому Питер очень удивился, когда собирался идти домой с работы пару дней спустя, и вдруг увидел снаружи автомобиль с тонированными стеклами. Пассажирское окно медленно открылось и он увидел ухмыляющееся лицо Тони Старка.       — Подвезти, милашка?       Питер тут же сел в машину, почему бы и нет. Это, вне всяких сомнений, была очень дорогая машина, но она не была вызывающе-крикливой, какие раньше любил Тони. Стоило ему сказать это вслух, как Тони тут же фыркнул.       — Возвращение из мертвых вносит свои коррективы, — только и сказал он, подвозя Питера домой. Они беззаботно болтали друг с другом, узнавая друг друга заново. Все-таки, Питеру нужно было наверстать целых пять лет, а Тони — три.       Это происходило снова и снова. Каждые пару дней Тони подвозил Питера с работы и отвозил домой, пока они болтали о всякой ерунде и наслаждались друг другом. Когда с ними была Морган, они отправлялись в пентхаус и ужинали вместе, пока она не ложилась спать. Питер оставался на ночь в гостевой спальне, потому что Тони «не может ведь оставить Морган тут одну», что Питер всегда считал не очень правдоподобной отмазкой, но всегда к этому времени так уставал, что ничего не говорил и отключался.       Было очень здорово, что Тони Старк вернулся вдруг в его жизнь. Мистер Старк предложил ему сделать новый костюм, и Питер, конечно, отказался, потому что даже если он всей душой обожал тот костюм и доступ ко всей этой гаджетной лабуде, он прекрасно понимал, что это — больше не он.       Он начал все заново. Теперь он снова был обычным дружелюбным соседом Человеком-Пауком. Ему нравилось помогать обычным людям, даже если от этого он чувствовал себя одиноким, но ведь именно этим он и хотел всегда заниматься.       — А вы планируете снова использовать свой костюм? — спросил он как-то Тони, когда тот в очередной раз подвозил его домой. Мужчина что-то промычал и пожал плечами, когда они остановились на красный свет.       — Не знаю, — честно ответил он. — После всего этого возвращения… Мне почему-то кажется, что Железный Человек — это пройденный этап. Мне все еще нравится быть им, помогать людям, но, возможно, есть способ делать это как-то по-другому. — Питер кивнул. Он прекрасно понимал, что имел в виду Старк. — Думаю, я тоже начал все сначала, — сказал он, бросая в сторону Питера яркую, хоть и усталую улыбку. Питер понимающе улыбнулся ему в ответ.

***

      — Кто такой Питер? — Тони взглянул на Пеппер. Он сегодня был в офисе, совершал какие-то очень уж важные встречи, о чем его попросила Пеппер. После его смерти компания перешла ей, и меньшее, что он мог делать, это посещать эти встречи. И он совершенно не ожидал, что во время обеда она прижмет его и начнет допрашивать про Питера.       — Что? — спросил он, уверенный, что ослышался. Пеппер вздохнула и опустилась на стул напротив него в его кабинете, поджав губы.       — Питер. Морган вечно болтает о нем. Сначала я решила, что он ее воображаемый друг, или ты создал ей свой ИИ, как ПЯТНИЦА. Но потом она сказала, что ты тоже знаешь Питера. — Тони кивнул и сел обратно в свое кресло. Не то чтобы он скрывал что-то от Пеппер, но то, как она разговаривала с ним, заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке. Уже полгода прошло, как он вернулся, полгода они с Пеппер просто друзья, полгода Питер вернулся в жизнь Морган. Честно говоря, он ожидал, что этот разговор случится гораздо раньше.       — Питер — мой друг. Из прошлого, — ее лицо оставалось подозрительным, пока она безотрывно смотрела на него, а затем она издала разочарованный вздох.       — Никогда не слышала, чтобы ты говорил о ком-то по имени Питер. В прошлом. — Он лишь пожал плечами. — И ты позволяешь этому человеку ошиваться рядом с нашей дочкой? Ты позволяешь незнакомцу быть рядом с Морган?       — Никакой он не незнакомец! — запротестовал Тони, прежде чем остановил себя, проведя рукой по лицу. — Он мой друг. Он хороший парень, Пеп. — Пеппер вздохнула и потерла висок, чувствуя, как усиливается головная боль.       — Мне очень не нравится…       — Мне все равно, — Пеппер уставилась на Тони, ее челюсть отвисла от удивления. — Питер — хороший парень, Пеппер. Тебе совершенно не о чем волноваться. Ты правда думаешь, что я позволил бы кому-то быть рядом с нашей дочерью, с моей дочерью, после всего того дерьма, через которое я прошел, не будучи полностью уверенным в этом человеке? — Тони покачал головой. Теперь настала его очередь вздыхать. Она молчала, откидываясь на спинку кресла, скрещивая ноги и педантично укладывая руки на колени. Наконец, она кивнула и посмотрела в его глаза. В ее же глазах стояли слезы.       — Я все еще люблю тебя, Тони. Я просто хочу быть уверена, что ты не наделаешь ошибок, — Тони кивнул в ответ и подарил ей кривую улыбку.       — Разве я когда-то их делал?

***

      Три месяца спустя Пеппер сообщила Тони, что ей нужно сообщить ему что-то очень важное, поэтому вскоре они оба оказались в его пентхаусе за бутылкой вина.       — Тони… кое-что… случилось, — начала она, и он уставился на свою бывшую жену, чувствуя, как комок страха начинает зарождаться где-то в животе. — И прежде чем я начну принимать решения, я хочу поговорить с тобой.       — О чем же? — спросил он чопорно и отстраненно. Та стена, которую он так усердно пытался разрушить в себе, снова поднялась, и он готов был защищать себя от всего, что она могла бы сказать.       — Чарльз предложил мне выйти за него.       Тони не мог дышать.       — И… ты знаешь, что Морган он очень нравится, он заботится о ней. Он любит меня. И я его люблю, — Тони кивнул и его рука сжала бокал вина.       — Поздравляю, — сказал он, все еще странным отстраненным голосом. Но, по крайней мере, он сказал именно то, что хотел. Он правда желал Пеппер счастья. И если она была счастлива с этим Чарльзом — с которым, кстати, Тони все еще отказывался встречаться, потому что пока еще не мог себя заставить — значит, пусть так оно и будет.       — Тони…       — Кажется, тебе пора, — сказал он, ставя бокал на стол. — Просто… Мне нужно время, Пеп. Но правда, — сказал он, вставая и подавая ей руку, чтобы она тоже поднялась, — Поздравляю. От души. Ты заслуживаешь счастья.       Она плакала, обнимая его, и он обнимал ее в ответ, все такой же натянутый, словно струна. Он дождался, пока она возьмет себя в руки и уйдет. Как только он остался один, то тут же свалился на диван.       — ПЯТНИЦА, позвони Питеру.       — Звоню Питеру Паркеру, — что-то зашевелилось внутри Тони от осознания, что теперь ИИ знала, кто это такой, и даже имела в базе его лицо. После всех этих месяцев они медленно работали над реинтеграцией Человека-Паука в Мстители, и работы было еще много. И еще, часть его была не прочь оставить Питера при себе.       — Тони? Все в порядке?       — Привет, милый. Да, все отлично, — сказал он, но в его голосе оставались нотки отстраненности и он звучал почти что надломленным, и Питер точно должен был это заметить.       — Неправда. Буду через пятнадцать минут.              — Нет, Пит, ты не обязан…       — Цыц. Я уже выехал, — юноша повесил трубку и Тони откинулся на диванные подушки. Именно в таком положении двадцать минут спустя Питер нашел его. ПЯТНИЦА впустила его в пентхаус, а он принес с собой китайскую еду.

***

      Питер никогда не обдумывал прозвища, которые ему давал Тони. Вообще-то, с первого дня их воссоединения он даже никогда не задумывался о прозвище «милый». Это казалось обыденным для мужчины, примерно наравне с «Пит», «парень» или иногда «пацан». Также он не задумывался и о своих чувствах к мистеру Старку, держал их на замке. Ему не очень хотелось, чтобы они снова всплыли, после столького времени. Конечно, они никуда не делись, просто было проще оставить их зарытыми где-то очень глубоко.       Но когда мистер Старк позвонил ему, звуча так сломанно, Питер не мог сдержать себя и не приехать.       Когда Тони рассказал ему о женитьбе Пеппер, он лишь обнял мужчину и прижал его к себе. Тони позволил себе расслабиться, и Питер, как и Тони той ночью много месяцев назад, позволил себе поцеловать Тони в макушку. Тони приподнялся с груди Питера, чтобы посмотреть ему в глаза.       Питер двинулся первым, слегка наклоняя голову, чтобы коснуться губ Тони своими. Боже, он мечтал поцеловать Тони годами. Даже этого легкого касания хватило, чтобы его чувства вдруг обострились и он отпрянул, широко раскрыв глаза.              — О боже, простите, пожалуйста! Мне очень жаль, я... — сказал он, осознавая, что натворил. Его наставник, его друг, был расстроен и на эмоциях, а он взял и поцеловал его. Питер не мог поверить, что сделал это. Наконец Тони вернулся в его жизнь, а он взял и выкинул такую глупость. Он снова останется один. Потеряет Тони, потеряет Морган, двух единственных людей, о которых он заботился больше всего на свете, и все потому что он был ужасно глупы…       — А мне нет, — сказал Тони, прерывая поток мыслей Питера, обхватывая лицо Питера ладонями и притягивая к себе, инициируя поцелуй. Тони помнил первый раз, когда увидел лицо мальчика, то выражение искреннего удивления, когда тот увидел миллиардера на своей кровати столько лет назад. Все, о чем он думал тогда, это о том, каким мальчишка был завораживающим. А затем он осознал, что это лишь мальчишка, и так думать о нем было нельзя. Так что он запретил себе это делать. Он старался держаться от мальчика на расстоянии, но Питер все же проник в его жизнь, надоедливый жучок, о котором Тони со временем стал так заботиться. И Питер умирал у него на руках, превращаясь в пыль из-за одного фиолетового ублюдка, решившего завоевать вселенную. Часть Тони умерла тогда вместе с ним, превращаясь в пыль вместе с Питером.       Он продолжил жить. Он женился на Пеппер, у них появилась Морган. Он был счастлив насколько мог, заталкивая свои неугодные чувства в дальний пыльный ящик и запирая их там, забыв о них. До тех пор, пока он не оказывался на кухне, и не видел ту самую фотографию, которую позволил себе оставить в память о Питере — как будто бы он мог забыть — и думал о том, что говорили другие, про возвращение всех обратно. Пеппер поддерживала его изо всех сил. Она знала, что он никогда не сможет отпустить.       Но они все же выяснили, как всех вернуть. Он смог обнять Питера лишь однажды, во время битвы, и его чувства едва проклюнулись снова, когда он прижимал к себе парня — все еще подростка, так что Тони нельзя было думать о нем — прежде чем они продолжили бороться не только за свои жизни, но и за всю вселенную.       А потом Тони умер. Он увидел заплаканное лицо Питера в последний раз, услышал его сломанный голос и ушел.       Все это быстро мелькало в его голове, пока он нежно целовал Питера, чувствуя, как тот расслабляется в его руках, а с его губ срывается тихий выдох, когда им приходится отстраниться. Трепещущие веки Питера раскрылись и он одарил Тони смущенной улыбкой.       — Я очень долго этого ждал, — сказал Тони, проводя кончиками пальцев по лицу Питера.       — Я тоже, — согласился Питер и Тони ухмыльнулся, поглаживая его щеку большим пальцем руки.       — Это значит, что я могу сделать так еще раз? — Питер закивал и не смог сдержать смешок, сорвавшийся с его губ, когда они снова соприкоснулись с чужими.       Впервые за очень долгое время Питер наконец почувствовал, что все наконец встает на свои места. Он позволил рукам Тони обвиться вокруг его талии и придвинуть его ближе, втягивая в поцелуй. Ему не хотелось быть нигде в мире, кроме этой Башни, и пока Тони знает, кто он, все будет хорошо.