Попытка мечтать

В очередной раз я пытаюсь отпустить все свои проблемы и расслабиться. Ничего не выходит, впрочем как и всегда. Я не умею отпускать, ни людей, ни мысли. Жизнь не предоставила мне такую возможность, как быть свободной от всего. Отдышавшись после первого дела, я берусь за второе, третье. Свободное время есть, конечно же, но я всегда стараюсь не сидеть без работы. Хотя, когда я ничего не делаю, у меня просто начинает болеть голова. Иногда кажется, что в неё уже не вмещается вся информация, ведь места от предыдущей, накопленной за долгое время, уже не осталось. Но всё же она пихалась куда-то, и на проблемы с памятью я никогда не жаловалась. Постоянные действия — уже наркотик для моего мозга. Для моего тела. Я живу работой. В отличии от неё. Она живёт чувством. В глубоких голубых глазах таится мечта. Она умеет порой выкинуть всё из своей головы, расслабиться, при том сохраняя совершенное спокойствие. Она любит театр. Я не знаю, почему именно это запомнилось мне больше всего. Возможно из-за того, что я как раз и не понимаю всего этого «наслаждения». Бессмыслица все эти ваши спектакли. Попытавшись пару раз сходить туда, я решила, что больше не вернусь в это обилие скукоты и плавности. Люди, просто сидевшие и смотревшие данное деяние, они поражали меня до глубины души своим. спокойствием, выраженным интересом. Похоже, они совсем никуда не торопились, а просто. восхищались этим искусством. Искусство. Это явно не моё. Сплошное бездействие. Но она говорит, что ей это нравится. Иногда мне кажется, что она сама состоит из воспоминаний, чувств. Из хрупкого стекла, которое может разбиться в любую секунду, едва ты сделаешь неаккуратное движение. Идеальные изгибы тела, аккуратные черты лица, плавность движений. Совсем не вяжущиеся с той работой, которую она выполняет. Хотя, когда она одевает форму и берёт в руки инструменты для вскрытия, её красота никуда не пропадает. Полная серьёзности, она быстрыми, идеальными движениями режет мертвые тела, ни капли при этом не морщась. Я никогда не понимала, почему такая изящная девушка выполняет суровую работу, на которую явно требуется стальной характер. Хотелось положить к её ногам целый мир. Нести её на руках, выполнять все желания. Творить. Творить только для неё. Я не знаю, как так получилось. Однажды я просто утонула в её прекрасных глазах. Я прекрасно помню тот вечер. Тогда мне пришлось задержаться на работе. Когда я собиралась уходить, мне казалось, что в здании ФЭС нет никого больше, кроме меня и охранника. Заглянув в журнал по привычке, я заметила, что одной росписи не хватает. Тогда я спустилась в морг. Тихо открыв двери, я увидела, как Валюша, сидя на стуле спиной к двери и поджав по себя ноги, тихо плачет. Я остановилась, не решаясь сделать ни шагу, впервые тогда испытав сострадание к кому-либо. Тихие всхлипы и кристально чистые слёзы, капающие на холодный пол. Сократив расстояние между нами, я стояла, боясь испугать её. Она всё ещё не замечала меня. Я наклонилась к ней и обняла. Я чувствовала, как она вздрогнула. Она обернулась и посмотрела на меня. В её мокрых от слёз, но таких красивых глазах читались испуг, вина. Положив подбородок к ней на плечо, я прикрыла глаза, давая ей понять, что не собираюсь пытать её вопросами. Тогда она, подождав секунд десять, всё же расслабилась, и я почувствовала, как её ладонь сжимает моё холодное запястье. Тогда я вдруг поняла, что хочу защитить её от всей жестокости и ужаса этого мира. Мысли в голове путались, хотелось негодовать, она не заслужила чего-либо плохого, я не могу видеть её плачущей. Тогда я готова была на всё, лишь бы она улыбалась. В тот вечер мы ещё долго просидели в немых объятиях. Я так и не узнала, что тогда с ней случилось. И не хочу знать. Но похоже, это был тот самый момент, когда я испытала странное чувство, которое всё так страстно и нежно называют «любовь». После этого случая, Валя начала сильно доверять мне. Не то, чтобы она не делала этого раньше, но теперь всё стало совсем по другому. При любой опасности или тревоге, она цепляется за меня, как маленькая девочка за своего родителя. Тогда мне снова кажется, что я готова сделать всё для неё. Иногда, через какое-то время, я ненавижу себя за это. «В твоей жизни нет места чувствам, Рита. Ты капитан, а не тряпка». Но позже, при виде её прекрасных глаз, я ненавижу себя вдвойне за то, что посмела вообще подумать так. Я не хочу признаться ей. Она, конечно, может ответить мне взаимностью, но также она может отвергнуть меня. Тогда я потеряю самое ценное. Взгляды, объятия, касания. Всё тёплые моменты, ради которых стоит жить. Слишком велика цена потери. Она больше не сможет считать меня своей опорой, в моих попытках защитить её, она будет видеть только мои романтические потребности. Я не хочу этого. Я хочу, чтобы ей в первую очередь было комфортно. Иногда мне хочется ей позавидовать. Она так легко отпускает все мысли. Верит в сказку, в чудо. Я не могу так. Для меня этого не существует лет с шести так. Из-за этого наверное, у меня нет моральной свободы. Не умею мечтать. Не умела любить, и не планировала. Но она всё поменяла, она — чудо. Хотя опять же, в чудеса я не верю, но пожалуй можно сделать исключение. Просто по-другому я не могу её описать. Верит. Она безусловно доверяет всему, что движется, хотя это не раз подставставляло ей подножки. Пару раз это почти приводило её к летальному исходу. Но её сердце создано любовью. Она прощает, и мне страшно, что когда-нибудь это закончится чем-либо ужасным. Не хочется даже думать об этом. Я сделаю всё, чтобы она была в безопасности. Хотя-бы постараюсь. Я выхожу из ФЭС, за мной ещё пару человек. Сегодня нас достаточно поздно отпустили, не смотря на то, что дел особо не было. Я выхожу и вдыхаю свежий воздух. О, да, это определенно лучшее чувство на земле. Ещё немного постояв, я собираюсь уходить. Меня кто-то аккуратно берёт за плечо. Я оборачиваюсь. Сзади робко стоит и смотрит на меня Валюша. Сегодня она как всегда прекрасна. Немного закрутившиеся золотистые локоны, милое личико. Она улыбается, хочет мне что-то сказать. Но вместо этого она берёт меня за руку, приглашая пойти за ней. Смотря на неё взглядом полного непонимания, я конечно же иду. Она заводит меня на небольшой холмик и поднимает голову вверх. Смотрю туда же. На небе летала огромная россыпь звёзд. Разного размера, яркости. Всё это сверкало и выглядело шикарно. Я никогда ещё не видела столько. Приоткрыв рот, я удивлённо наблюдала за ними. Она заметила это и тихо рассмеялась. Она подняла палец и провела по небу. За её движениями я увидела причудливую фигуру. Потом ещё. И ещё. Казалось, Валюша касается неба, выстраивая беспорядочную кучку звёзд в красивый узор. Я почувствовала, что что-то изменилось. Невероятная лёгкость, кажется, я могу взлететь. Медленно всё проблемы уходили из моей головы. Хотелось оставаться в этом моменте всю свою жизнь. Я посмотрела на Валю. При свете звёзд она казалась мне феей. Феей им сказочной страны, которой, чёрт возьми, не существует. Или не существовало. Она улыбается, и я готова отдать всё за эту улыбку. Моя рука всё ещё в её ладони. Я снова поднимаю глаза в небо. Надеюсь, этот момент никогда не закончится.