Первоцвет

Саша разлепил глаза и увидел знакомый белый с наклейками-звёздочками, что светятся в темноте, потолок. Парень повернул голову, в ответ на такое шея громко хрустнула, и заметил лишь привычную обстановку: на полу валялись вещи, на столе хлам, не то чтобы особо нужный - в целом привычный для его комнаты хаос. Внезапно из-за двери раздался грохот падающей не то кастрюли, не то сковородки и ни с чем несравнимый русский трёхэтажный мат. "Оой бля" - подумал Алик, как его любила звать мама, готовясь к мозгоёбле. -Саааааш! Ты проснулся? Помоги мне! - кричала с кухни девушка, видимо в очередной раз пытаясь сжечь квартиру своими кулинарными экспериментами, которые ещё ни разу не заканчивались чем-то хорошим или хотя бы съедобным. В ответ Саня лишь промычал что-то неопределённое, уткнувшись лицом в подушку, в попытке то ли снова уснуть, то ли удушиться, чтобы его не заставляли драить кухню. Он уже четыре года не живёт у родителей, но иногда приезжает к ним с ночёвкой, и именно в это время сестра решает что-нибудь приготовить. "Ну да, не ей же кухню оттирать от всего безобразия, которое после её готовки остаётся" - лениво думал Алик, лёжа на кровати. Перекатившись на бок, парень рухнул с мягкой мебели на пол, благо от сильного удара его спасло толстое пуховое одеяло. С силой распахнув дверь, в комнату подобно урагану ворвалась "Великая кухарка по имени София". -И долго ты валяться собрался? - прокричала свой вопрос блондинка, параллельно стягивая одеяло с парня, начавшего едва ли не жалобно скулить, - живо поднял свою тощую задницу и пошёл мне помогать. Саше ничего не оставалось, кроме как подчиниться, но сжалившись над ним Софа всё таки спросила: -Завтракать будешь? А то Колян тебя совсем не кормит, скоро ветром сдует! Саня на это только весело фыркнул, поднимаясь с пола: -Ладно, поем и будем твоё недоразумение исправлять. После того, как Саша позавтракал, они вместе с Соней решили приготовить бисквит, предварительно выбросив то ужасающее нечто, из которого девушка пыталась сделать еду. -Саш, - позвала сестра. Парень обернулся, но в глаза ударил яркий свет. Проморгавшись, он вновь увидел древнекитайскую обстановку, в частности солнце, которое, пробиваясь сквозь окно, слепило его. "Всего лишь сон", - расстроенно подумал Саша, разочаровано поджав губы, кутаясь в одеяло: утро в Гу Су теплом не жаловало. Вся обстановка, начиная погодой и мебелью и заканчивая людьми, была прохладной для непривыкшего человека, декор ограничивался несколькими дорогими листами с каллиграфично написанными цитатами великих мыслителей о совершенствовании тела и духа и приятными глазу, но не вычурными, небольшого размера вазами для цветов. Всё это выдерживалось в нейтральных, присущих ордену, бело-голубых тонах, что иногда, особенно по утрам, слепило, не давая открыть глаза. Всегда пахло смесью приятных ненавязчивых благовоний и прохладой, увы, недостаточной, чтобы вспомнить родные зимы: дикий мороз, снег по колено, снежки, санки. В таком климате и речи не может быть о нормальной зиме. Лишь мерзкий морозец... -Господин Вэнь? - из-за ширмы с изображениями гор с редкой растительностью, стоящей недалеко от кровати, показался Цзян Ваньинь. -Господин Цзян? - удивлённо вскинул брови Лиу, примерно понимая, что вчера было, и в том числе, что он не у себя, - Простите, я выпил так много, что не смог уйти? И, резко смутившись, стал быстро выпутываться из одеяла. Но запутавшись только больше, всё равно попытался встать, чуть не прочертив подбородком по полу, благо от этого его спасли крепкие руки наследника Цзян. Даже сквозь одежду чувствовалась сила и обтекаемость мышц пловца. Поднимать на юньмэнца взгляд после подобного Сюй не решился, да и тот стоял столбом, только лишь буркнул: -Спасибо, - и молниеносно скрылся за ширмой, краснея от кончиков ушей до шеи. Не то, чтобы Саша не был в таких ситуациях, но именно сейчас было ужасно неловко: Цзян Ваньинь всё-таки не его лучший друг, который видел его и блюющим, и раскрашенным перманентным маркером а-ля итальянец, а наследник другого ордена, с которым он только начал налаживать контакт, и так опозориться надо уметь. Обнаружив свою верхнюю одежду на ширме, Лиу быстро её накинул. Теперь, дай Бог, Ваньинь посчитает его просто дураком, а если нет, то всё придётся начинать заново. Нужно срочно прощупать почву, что он успел вчера наговорить или, ещё хуже, наделать. -Встретимся на завтраке? - неловко выполз он из-за ширмы. -Да, хорошо, - несколько заторможено ответил Цзян Чэн, в причинах Вэнь Сюй разбираться не стал, едва ли не бегом выходя из дома, на ходу собирая волосы. Зная нрав Ваньиня, если бы Лиу что-то натворил по его меркам неприемлемое, то он даже разговаривать с ним не стал, а это значит, что... Всё отлично? Именно. Всё отлично! "[Квест "Смутить непробиваемого наследника Цзян" выполнен, но, к сожалению, награда за него не предусмотрена (´ ∀ ` *)]" - высветилась табличка небесно-голубого цвета. -Чего? - от неожиданности Лиу чуть не упал, что уже входит в привычку, - воскресла что ли, Система? -Первый молодой господин Вэнь? - чуть не вскрикнул Вэнь Лиу, когда к нему подкрался адепт Гу Су Лань, по крайней мере ему показалось, что подкрался, - пройдёмте со мной, пожалуйста. Зная умение Ланей держать язык за зубами, Сюй даже не стал ничего спрашивать и просто пошёл следом. Шли они в тишине, так что Лиу мог про себя опросить Систему. "Где ты была?" "Ответ на данный вопрос не предусмотрен" - равнодушно отозвалась Система. "Хорошо. Последние действия" "Обновление ПО" - как будто более понятливо(?) ответил компьютер. Кивнув про себя, юноша спокойно продолжил идти. Обновление объясняет отсутствие Системы столь долгое время, надо будет позже узнать, что изменилось с обновлением.

⊹──⊱✠⊰──⊹

-Г... господин Вэнь? - позвал Ваньинь, заикаясь и краснея ушами. Никакой реакции не последовало. В попытке выровнять сбившееся дыхание Цзян почуял только, что кровь прилила и к щекам. Как это случилось? Когда? Отвлечься от судорожных размышлений заставило копошение на бёдрах. Гулко сглотнув подступившую слюну, юньмэнец предпринял попытку разбудить Сюя снова: -Господин Вэнь, - наклонил он голову, слегка тыкая спящего в бок. Тот же лишь что-то недовольно промычал, сильнее вжимаясь в загорелую шею, невесомо касаясь её губами. Цзян Чэн досадливо вздохнул и стал буквально отлеплять Сюя от себя. Не встретив сопротивления, Ваньинь облегчённо вздохнул, но только наступила тишина как Лиу вновь стал ёрзать на нём. Исключительно благодаря железной выдержке, которую выработал за годы общения с Усянем, он пытался всё также мягко отлепить Вэня, а не отпихнуть, приложив головой об пол. Резко Сюй перестал ворочаться. Цзян Чэн расслабился и, поудобнее перехватив спящего, понёс его к кровати. Уже укладывая юношу на мягкую мебель, юньмэнец потерял равновесие и упал сверху. Губы Вэнь Лиу мазнули по скуле и коснулись уха. Ваньинь отпрянул от него как от огня, запнувшись о столик, прокатился колесом, едва не снеся ширму. Гулко сглотнув, решил, что сегодня поспит на циновке. Потирая ушибленное место, юньмэнец поднялся и уже достал запасной комплект одежды, который собирался использовать в качестве подушки и одеяла, как услышал: -Ваньинь, - хрипло простонал Вэнь Сюй, приоткрыв глаза, и тут же согнулся пополам, скуля от боли. -Господин Вэнь? - озадаченно позвал Цзян Чэн с места, где стоял, даже матушка или сестра его так не звали, но Сюй лишь продолжал скулить, скручиваясь ещё больше. Обречённо вздохнув, юньмэнец подошёл и легко коснулся лица наследника Вэнь. Лоб у Лиу горел, как и щёки, из-за чего тот краснел с огромной скоростью, - ещё простудиться вам не хватало... Ваньинь было начал думать, как не допустить развития болезни, но тут в его голове словно щёлкнуло: Вэнь Сюй же заклинатель и достаточно не низкого уровня, он попросту не мог простудиться. Однако легче от этого не стало, ведь Сюю по-прежнему плохо и даже не спросишь, что с ним. Недолго думая, Цзян Чэн нащупал точку меж бровей и стал, не спеша передавать энергию. В самом начале изучения заклинательства всем детям объясняют основы акупунктуры: какими точками можно обездвижить, обезболить определённые места и убить. Также точки, через которые необходимо передавать энергию, чтобы не вызвать отторжение, и с какой скоростью её передавать. Температура начала медленно спадать, грудь Сюя ритмично поднималась и опускалась. Юньмэнец, уже который раз за последние несколько часов, вдохнул, сегодняшний вечер и ночь можно сравнить по насыщенности событий их с Усянем пьянок в Пристани, после которых они непременно получают от матушки. Насколько Цзян Чэн смог оценить, состояние Вэнь Лиу стало стабильным, так что можно вернуться к его подготовке ко сну. Благо раздевание прошло без приключений, и Ваньинь аккуратно повесил одежду на ширму. Также он ощущал потребность в том, чтобы обтереть изрядно вспотевшего Сюя влажной тканью, но воду было взять неоткуда, так что прошлось делать это сухим платком с уже выцветшей вышивкой сестры, который он всегда носил с собой. Вытерев капли пота на груди и прессе, Цзян Чэн, взявшись за плечо и поддерживая голову спящего, перевернул его. От увиденного юноша вздрогнул и отшатнулся. Глаза судорожно бегали по спине Лиу не в силах зажмуриться, губы дрожали словно в лихорадке. Вся спина Вэнь Сюя была испещрена глубокими шрамами где-то почти художественно ровными, где-то абсолютно безобразными словно от когтей дикого зверя, некоторые со следами от нитей словно кожу пытались сшивать, но всё без толку, другие же напротив разошлись настолько, что нельзя сказал был ли это один шрам или их бесконечное число наползло друг на друга. Всё же взяв себя в руки, Ваньинь быстро, едва касаясь, вытер спину и, уложив в подобающую позу, накрыл Лиу одеялом. Наскоро стянув с себя одежду, юньмэнец наконец лёг спать, провалившись в тяжёлую дремоту.

⊹──⊱✠⊰──⊹

На утро у Цзян Чэна конечно же болели шея и плечи. Отчётливо похрустев, он начал одеваться. В душе Ваньиня всё ещё был полной кавардак, из-за чего тот был рассеян, а пучок пришлось пересобирать целых шесть раз, даже в детстве ему не требовалось столько попыток для создания идеальной причёски. В его голове крутились тысячи и сотни тысяч вопросов, которые он вряд ли когда-нибудь озвучит: он не из тех людей, с которыми собеседника тянет на откровения. До пробуждения Вэнь Лиу наследник Цзян успел выйти прогуляться, что ничуть не помогло прочистить голову, и почитать правила ордена Лань. Полностью погрузившись в чтение, он даже не сразу услышал шорох, доносившийся из-за ширмы. -Господин Вэнь? - Ваньинь плавно вышел, чтобы не пугать только проснувшегося. Буквально за несколько секунд на лице Лиу сменились удивление, осознание, смущение и даже лёгкое недовольство. Мило. Чёрт. -Господин Цзян? - голос у юноши был чуть хриплый ото сна, - Простите, я выпил так много, что не смог уйти? И начал неуклюже выпутываться из одеяла… Так, Ваньинь, вдох, выдох, вдох. Успокойся. Как вдруг он машинально выставляет руки, ловя в них Вэнь Сюя. Пойманный моментально краснеет, чем вызывает ответное смущение. Которое не заметил, улизнув за ширму. -… завтраке? – провалившись в болото непонятных ему чувств, Цзян Чэн не услышал, что у него вопрошал Лиу. То есть господин Вэнь, мысленно исправил себя юньмэнец. -Да, хорошо, - ответил по итогу юноша, волнуясь подходит ли его ответ к неуслышанному вопросу. Через мгновение дверь на улицу открылась и закрылась с характерным звуком. Вздохнув, Ваньинь опустился на голый пол. Его слегка подёргивало, как можно так себя вести? Это всё чёртовы гормоны, точно, иначе и быть не может. -Господин Цзян, попрошу вас пройти со мной, - раздался из-за двери мягкий, но настойчивый голос, видимо, адепта Гу Су Лань. Юньмэнец встал, слегка тряхнув головой в попытке её прочистить, и пошёл к двери. -Что-то случилось? – поинтересовался он, прикрывая дверь. -Скоро узнаете, - равнодушно ответил адепт, разворачиваясь. Так они и пришли в полной тишине в учебный павильон, где их ждали Не Хуайсан, Вэй Усянь и Вэнь Сюй. Сам Цзян Чэн ещё не понимал, что происходит, однако Вэнь Лиу уже «обрадовали». Два чуда, имя которым Хуайсан и Усянь, после того, как Ваньинь их прогнал, пошли не спать, а прогуляться по ночным Облачным Глубинам. Прогуляться! Вы серьёзно?! Точно так, как и Вэнь, юньмэнец едва удержался от фейспалма. С другой стороны, чего ещё следовало ожидать от этих двоих, к тому же в пьяном состоянии. Но это ничуть не умаляло раздражения Ваньиня от решения этих двоих, очевидно, достигших апогея собственной тупости.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Как и ожидалось, им назначили наказание в виде переписывания фрагмента Правил Ордена, где говорится обо всём, что они нарушили прошедшей ночью. Получилось, мягко говоря, немало. После небольшой лекции об их отвратительном поведении как элиты своего поколения и оглашения наказания, их наконец отпустили на завтрак. Вэнь Лиу шёл, еле сдерживая маты на родном великом и могучем, серьёзно, он за все свои двадцать три года столько не писал, сколько ему предстоит написать здесь за две недели. Ведь если он не ослышался, то им предстоит переписать все выделенные правила порядка скольки раз? Шести! Шесть, мать его, раз! Что-то он не припоминал, чтобы в каноном романе были такие жестокие наказания. Хотя Вэй Ин в дунхуа, вроде как, получил удары чем-то похожим на дисциплинарный кнут. Только подумав об этом, юноша поёжился. Нет уж спасибо. Лучше он будет сидеть и переписывать правила. Цзян Чэн же всю дорогу ругал Вэй Усяня, подгоняя его пинками по мягкому месту. Вероятно, он уже не был особо зол, но показывать это юньмэнец не собирался. Не Хуайсан шёл, едва переставляя ноги, по-видимому ловя паническую атаку, что обо всём узнает старший брат. Минцзюэ без сомнений любит его, заботится о нём как может и как умеет, но слишком подвержен секундной агрессии. И любая может стать последней. Нервно поведя плечом, Хуайсан попытался отбросить подобные мысли и переключиться на перепалку юньмэнцев, которая уже каким-то образом перешла в вечный спор, что с таким характером и недовольной миной Цзян Чэн ни одной девушке не понравится. Краем глаза коллекционер подметил помятый и сонный вид наследника Вэнь, как будто он собирался второпях, несмотря в зеркало. Может Вэнь Сюй и вовсе не уходил от Цзян-сюна, а остался у него. Прикрыв хитрую ухмылку прекрасным веером ручной работы с изображением уток-мандаринок, плавающих в небольшом озере среди бамбукового леса, Не Хуайсан решил, кто будут следующими людьми в его жёлтой книжке, которую он, к сожалению, никому не покажет. Хотя… Предварительно оценив готовность наследника Вэнь к диалогу, он плавно подошёл: -Господин Вэнь, вы вчера так и не забрали у меня книги, - понизив голос, сказал Не Хуайсан. -Разве? – брови Вэнь Лиу взметнулись вверх, из-за чего он выглядел забавно-мило, - мне кажется, забирал. И быстро проверил рукава и мешочек цянькунь. Ничего похожего на порно в картинках не нашлось. Не-младший, решив на всякий случай проверить наличие жёлтых книжек, у себя их тоже не обнаружил. -А где же они? – задал вполне логичный вопрос Сюй, глядя на Хуайсана. Оба синхронно побледнели: не хватало им ещё наказания за хранение и распространение порнографии. -Я хотел спросить кое-что ещё, но в данной ситуации оно подождёт, - протараторил коллекционер, ускоряя шаг, чтобы нагнать юньмэнцев. Вэнь лишь изогнул бровь, не став ничего уточнять. Стараясь не выдать своей паники, Хуайсан и Сюй догнали будущих Героев Юньмэна. -Цзян-сюн, ты случайно не находил вчера вечером или сегодня утром одну из моих книг, - мягко спросил Незнайка, делая акцент на «его книгах», - точнее три книги. -Нет, после занятий поищу тогда, - Ваньинь не увидел подвоха в этом вопросе, ведь Не Хуайсан был вчера очень пьян и легко мог потерять свои жёлтые книжки. Коллекционер только кивнул будто бы всё в порядке, однако белое словно лист лицо Вэнь Сюя, идущего ровно на шаг позади них, говорило об обратном, ведь если книги действительно у Цзян Чэн, то тот, найдя их, легко сложит два и два, поскольку сам Не Хуайсан такие книги не читает, а исключительно коллекционирует, поэтому брать с собой куда-либо не стал бы. А вот отношения Ваньиня и Лиу могли легко подпортиться из-за его вскрывшегося интереса к представителям своего пола, что выяснить очень легко, ведь никого из троицы подобные книги не представляют сексуального интереса, к тому же будучи пьяным он мог делать что-то такое, что было бы абсолютно нормальным привлекай его девушки, но никак не парни. От накатившись мыслей у Вэнь Лиу неприятно закрутило в животе. Он только думал, что всё наладилось: выпил с Цзян Чэном, получил люлей вместе с ним. А теперь всё под огромнейшей угрозой. Из-за его собственной тупости и дезорганизованности. Завтрак прошёл как в тумане, пока из этого «тумана» его не выдернул голос: -Господин Вэнь, вы слышали, что я сказал? – Ваньинь, облокотившись на стол, приблизился к нему. Сюй лишь растерянно моргал своими невинными тёмно-красными глазами. -Нет… - шепнул он едва слышно, - что-то я нехорошо себя чувствую. И медленно поднявшись, словно загипнотизированный, направился к выходу. -Вэнь-сюн, - окликнул его Вэй Усянь, догоняя. Стоило ему позвать Сюя как тот, обернувшись, запнулся о собственные ноги и чуть не полетел с лестницы, но Вэй Ин крепко схватил его за руку, не дав упасть, - да что с тобой? Спешно подошедшие Цзян Чэн и Не Хуайсан были взволнованы не меньше. Все мышцы вдруг расслабились, картинка размылась и Лиу провалился в темноту.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Вэнь Сюй то просыпался, то вновь проваливался в бессознательное состояние. Каждое пробуждение сопровождалось потливостью, мерзким привкусом во рту, напоминающих слизня, и болью, невыносимой болью в затылке. Лекари сходили с ума: никто не мог точно сказать, что именно происходит с наследником Вэнь. Юньмэнцы с Хуайсаном не хотели оставлять Лиу в подобном состоянии, но не то, чтобы их особо кто-то спрашивал, прогоняя на занятия. Из-за чего все трое сидели с угрюмыми лицами. Напряжённее всего было лицо у Ваньиня. Очевидно нынешнее состояние Вэнь Сюя было напрямую связано с поднявшейся вчера температурой и болезненными спазмами и только ухудшалось. Спустя вечность лекция кончилась, поднимаясь, Цзян Чэн тяжело выдохнул, не спешно подошедший сзади Усянь коснулся его плеча: -Не переживай так, лекари что-нибудь придумают, - пусть и было видно, что сам юньмэнец слабо верит в свои слова, если вообще верит, Ваньинь кивнул. -Я схожу проверю как он, - пояснение, о ком идёт речь, было не нужно, - вы тогда скажите, где я, если опоздаю. Усянь и Хуайсан кивнули уже в спину удаляющемуся юноше.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Новое пробуждение всё также сопровождала тошнота и головная боль. Вэнь Лиу хотел попросить воды у юноши, что промывал белый лоскут какой-то ткани в прохладной воде от чего руки его имели бледно-сафлоровый оттенок, получилось только хрипение, но это всё равно привлекло его внимание. Словно прочитав по лицу Сюя, что ему нужно, юноша отправился куда-то за ширму с едва заметными облаками, закрывающую пациента, и вернулся уже с пиалой воды. Пришлось кое-как принять сидячее положение, чтобы не захлебнуться. Вода ещё никогда не была для Саши столь желанной. -Спасибо, - прохрипел Лиу, уже, кажется, лишившийся всех силы. С тяжёлым вздохом он лёг обратно. Тем временем юноша, бывший помощником лекаря, вновь взял в руки лоскут ткани и, отжав его, аккуратно положил на лоб Вэнь Лиу. -Скоро обед, вам нужно будет выпить лёгкий бульон и чай с противовоспалительными и успокаивающими травами, - практически прошептал юноша, чтобы лишний раз не раздражать слух больного. Сюй кивнул, продолжая всматриваться в лицо будущего лекаря: -Лань Цзыюнь? – внезапно осенило юношу, не зря он был уверен, что где-то его уже видел, а судя по реакции и сам Цзыюнь был удивлён, что его помнят. Однако Лань оставил вопрос без ответа, быстро вернув своему лицу прежнее выражение и уйдя к другому пациенту, который так вовремя позвал. Сил думать уже не было, так что Лиу осталось только бесцельно пялиться в потолок. Закрыв глаза, он прислушался, где-то вдалеке был слышен ручей, что было вполне ожидаемо, послышался шелест листьев на ветке дерева, стоящего недалеко, и раздалось негромкое щебетание, юноша сам не заметил, как уснул под минорную колыбельную.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Павильон лекарей представлял из себя ничем непримечательное здание, как в принципе и всё в Облачных Глубинах. Слегка приоткрыв дверь Ваньинь услышал запах различных трав и чистоты, но никого не было видно. Юньмэнец решил не испытывать судьбу, боясь, что его выгонять, так что просто тихонько прокрался по павильону до Вэнь Сюя. Однако тот спал, целительным сном, лицо безмятежно, разгладилось от искажения памятью и чувствами. Рядом с головой лежала ткань, видимо её клали на лоб, а Лиу ворочался, и она осталась на подушке. Цзян Чэн взял ткань и положил в небольшую посудину с прохладной водой, параллельно дотронувшись тыльной стороной ладонь до лба спящего, он уже не был горячим. Ваньинь провёл ладонью по лбу, перевернув, дотронулся подушечками пальцев до брови и ресниц. Кожа на ощупь словно персик, бархатная, хотя нет, больше похоже на шёлк. А волосы… волосы густые, прочные и при этом мягкие, которые так приятно трогать. Когда юньмэнец дошёл пальцами до шеи, слегка проведя костяшкой по вене, спящий слегка дёрнулся и попытался уйти от щекочущего прикосновения, чем заставить Цзян Чэна прийти в себя. Что он вообще творит? Какого чёрта, он делает? -Господин Цзян? – как раз в этот момент появился Лань Цзыюнь, - что вы здесь делаете? -Я хотел узнать, как господин Вэнь, - вопросы были заданы с явным подозрением в чём-то, Ваньинь боясь, что тот что-то видел, попытался притвориться, что всё нормально, и, похоже, это сработало. -Господину Вэнь уже гораздо лучше, но о полном выздоровлении ещё говорить рано. Кивнув, юньмэнец удалился, проклиная себя всем, на чём свет стоит. Слова Вэнь Сюя, его собственные действия – ему этого не хотелось, он…. Он не может так поступить.