Ну что же, Шастун, как исправлять собираешься

Черт, как же иногда тяжело вставать по утрам, особенно когда у тебя, не побоюсь этого слова, хуй стоит как вкопанный. Черт, черт, прекрасное начало недели, учитывая, что я работаю в старшей школе и мне бежать к первому уроку, а за такой короткий промежуток времени, член никуда не денется. Я надел длинное пальто до колена, а под него толстовку, чтобы было не так уж заметно, вдруг что. На подходе к школе ничего не изменилось, все такой же пиздец, это очень странно. В здание заходила толпа старшеклассников, опаздывающих на уроки, я был конечно не учеником, но опаздывал также знатно. Быстро забежал в раздевалку, проверил обстановочку, вроде не такой сильный как был утром. Снял пальто и быстрее побежал на третий этаж. За дверью класса стоял гул, ну конечно, учителя же нет. Я открыл дверь, все успокоились. Двадцать пар глаз внимательно смотрели на меня, я одернул толстовку. — Почему вас слышно с первого этажа аж? — одиннадцатиклассники не ответили. Я подошёл к учительскому столу и положил на всякий случай ногу на ногу. — И так, все ли прочитали шестнадцатый параграф? — опять молчание, да что же такое. — Я считаю молчание знак согласия, что же давайте выборочно вызову щас кого нибудь пересказывать мне про « холодную войну». Таааак, — я осмотрел в класс и заметил Шастуна внимательно разглядывающий учебник, я знаю все эти приёмчики, так что сейчас кто то получит очередную двойку. — Шастун, к доске, прошу. Парень глубоко вздохнул и медленно подошёл к доске. — Арсений Сергеевич, можно ещё раз прочитать? Я…не все запомнил. — Нет, нельзя Шастун, рассказывай давай, что знаешь. Антон запинался, пересказал первые предложения из учебника, ну год хотя бы запомнил, и то радует. Блондин стоял в профиль ко мне, пока он пытался выдавить из себя ещё парочку слов, я не мог оторвать взгляд, блять, я раньше не обращал внимания на то, какой он красивый. Кудрявый русые волосы, зелёные глаза, высокий, худой, был бы я девчонкой давно уже замутил. Ну а что мне в принципе мешает это сделать, тем более я давно ловил любовные взгляды этого юноши. Живем один раз, как говорится. — Антон, скажи честно, ты читал? — Шастун замялся и пробурчал что то себе под нос вроде: «да нахуй мне не сдалась ваша история, я в мат иду» — Антон, ты же понимаешь, что я это так не оставлю, после этого урока останься на переменку, будь добр. Пока я вёл этот интереснейший диалог с Шастуном, заметил, что на меня как то странно косятся ученики. Вот блять, пока я разговаривал не заметил, как убрал ногу, да сука, во время этого он встал ещё больше. Я поправил все обратно как было. — Ладно, а за это щас будет оценка? — Да, будет, сам думаю понимаешь какая. У Антона ели заметно покраснели щечки и он быстрым шагом зашагал к себе за последнюю парту. Стояк успокоился к концу урока, но только антон остался в классе с учителем один на один. Я пристально смотрел на парня, отчего он засмущался. — Ну что же, Шастун, как исправлять собираешь? — Ну…если честно я не понимаю зачем вы меня сейчас тут оставили, может я лучше подготовлюсь к следующему уроку? — Нет, Антоша, исправлять будешь сегодня и сейчас, — я ухмыльнулся и привстал со стула, член тоже привстал. — Арсений Сергеевич, — Антон кивнул головой непонимающе смотря на бугорок, выпирающий из-под джинс. Я подошёл к входной двери и ключиком повернул на два оборота, чтобы замок закрылся. — Что такое? Тош, ну давай отрабатывай, — Антон замер, не понимал что делать, глаза были полны страха. — А….арсений Сергеевич, м.может не стоит, я.я лучше подготовлю реферат вам, — шастун быстро зашагал к двери. Но не тут то было, я развернул его за плечо и прижал к стенке, мы были на столько близко друг к другу, мой стояк упирался уже в него, я чувствовал, что он разорвёт мне джинсы. Не теряя ни минутки я снял с себя толстовку, с антона сдернул рубашку, некоторые пуговицы отлетели. Я словами передать не могу как мне хотелось его в этот момент, как хотелось поиметь его всего, каждый сантиметр его тела. Тоша был напряжен, но в тоже время не издавал ни звука, не вырывался, наверное я и правда ему нравился, вот черт, если я его сейчас трахну у него будет либо травма, либо он захочет со мной встречаться, да и слухи, слухи… Ну и хуй с ними, его я желаю больше. — На колени, Антон, на колени, — твёрдо и решительно скомандовал я. Он же, как послушный мальчик выполнил приказ, слегка дрожащими руками начал расстегивать ширинку, член сходил с ума от этих манипуляций. — Ну че ты там «титьки мнёшь» давай, херач. Шастун стянул боксерки, у ученика расширились глаза, ну конечно, это вам не тринадцать сантиметров, все двадцать шесть. Парень аккуратно облизнул головку, я начал не громко, но стонать, что же он такой неторопливый. Я схватил его за лицо, взял его обеими руками и начал натягивать его рот на свой хуй. Я не в силах уже был сдерживать свои эмоции, он слегка постанывал, теребил свободной рукой своё же член, который между прочим встал не меньше моего, полез рукой себе между ног и принялся ласкать там. Его губы были божественны, казалось, что из последних сил он натягивает свой рот на мой огромный член. Но это лишь казалось, он получал какое-то несказанное удовольствие от сего процесса, видно было, что конечно неопытный, но все же, как он сосал, у меня не было слов, я стонал на все помещение, то натягивал Тошу за волосы, то трахал его, держа за голову, как последнюю проебанную шлюху. Он тоже, стонал, его рука все быстрее скользила по своему же хую. И посрать уже было, зайдет кто или нет, уже было все равно, лишь бы залить этому лапочке полное горло спермы. Шастун давился, пытался порой вынуть член, точнее стянуть с него губы, но я держал крепко, не давал ему ни шанса освободиться, трахал и трахал ему в рот. Он чмокал, слюни текли рекой по его подбородку, ученик уже еле дышал, тут я все-таки вынул хуй изо рта. — Ммм, Арсений Сергеевич, о да, кончите мне в рот, — молил Шастун. После его протяжного вздоха я почувствовал, как хуй мой напрягся окончательно, сперма пошла по потокам, еще секунду и… Я схватил Антошку за голову. — Раскрой рот, сука! Шире блять, Шастун, так ты не исправи…ах. И понеслась… раз, два… оба в рот, третий на губы, он давится, не успевает сглотнуть, пытается закрыть рот. Я добавляю еще раз, еще, сперма течет по губам, по подбородку, по шее, потом кончаю еще несколько раза, заляпываю его глаза, кончаю на щеки, всюду течет сперма, везде сперма… его лицо все белое, липкое, истекающее спермой, ученик на удивление глотает, что попало в рот… Парень встал на ноги и протер рукавом лицо, после чего знатно покраснел. Блять, Арсений чем ты думаешь, если об этом кто нибудь узнает, с работы выгонят, да и посадят нахуй. Блин, блин, блин, педофил я ебаный. Ну в принципе ему же почти восемнадцать… И что мне сейчас делать, что-то слегка неловкая обстановочка. — Ам… Арсений Сергеевич, а можете в следующий раз опять оставить меня после уроков? Я приподнял бровь и посмотрел на зеленоглазого вопросительно. — Смотря какие оценки будут, надеюсь ты исправишься, ну, иди умойся же. И чтобы никому, никому, Шастун, ты понял меня, — в моем голосе присутствовала грозность. — Да, я понял, а что у меня будет выходить получается? — Тебя прям только это и волнует. — Ну а нахуя я тут остался тогда, — парень даже не заметил как проматерился. — Страх потерял, Шастун? Не перегибай палку. — Ой, извините. — Пятерка у тебя за сегодня, — ухмыльнулся. На прощание я подошёл к нему и поцеловал за ушком, открыл дверь и сел обратно за свой стол. — Ну и денёк сегодня выдался конечно, но, впереди ещё несколько классов, надо бы привести себя в порядок, — вслух думал я.