Возрожденное Солнце

Хоть Ренгоку и тренировал космодесантников, между собой и Доголом он чувствовал своеобразную стену. Будто Догол погружен в себя целиком и полностью, в отличии от Кеджуро, который был готов общаться хоть со стенами, если общие темы найдутся. -Ты говорил, что еще поэкспериментируешь с дыханием. Догол кивнул. С ним всегда так. Кивает, мычит, "угукает", реже "да","нет","буду знать". Целое предложение выдавить из него сложно. Ренгоку не видел в этом неуважения, но это казалось ему странным. -И как? -Я попробовал взять гуань дао. Ренгоку даже слегка замедлился. Мало того, что за последние два дня Догол сказал что-то похожее на предложение, но и сама идея показалась интригующей. -И как? -Броня хуже греется, если пламя сконцентрировано на клинке. Кто-то из столпов орудовал гуань-дао? -Нет.-Ренгоку покачал головой.-Никто. Догол кивнул. -Кто-то должен быть первым.-Ухмыльнулся Кеджуро. Догол кивнул снова. Всю дорогу до комнаты грозового пророка они молчали. Дверь с шипением открылась. Грозовой пророк стоял в силовой броне, читая книгу. Ренгоку заметил у него за головой крупный металлический колпак, отдаленно похожий на капюшон, не полностью надетый на голову. Под него мог легко поместиться шлем. -Ренгоку.-Кивнул Эсеос.-Торгун. Оба склонили головы. -Помнится мне, я кое что тебе обещал. Кеджуро поднял глаза на грозового пророка.-М? -Скажи, на какую самую большую высоту ты поднимался? Ренгоку, немного подумав, сказал.-Полторы тысячи метров. Эсесо по-доброму усмехнулся.-Как насчет тридцати шести тысяч? У Кеджуро округлились глаза.-Сколько?-Вопрос будто сам вырвался из рта. -Тридцать шесть тысяч метров. Наш корабль находится именно на такой высоте. Выше еще несколько, но тем лучше, они не будут мешать обзору. Если ты не занят, буду рад показать тебе всю красоту твоего мира с высоты космического полета. Ренгоку быстро прогнал в голове ближайшие "дела" и сказал.-Показывайте! Они вышли из комнаты. Ренгоку шел между Доголом и Эсеосом. -На командный мостик провести не смогу, там слишком много людей, не хочу отвлекать их от дел, да и тебе от туда будет мало что видно. -Я увижу родной мир на экране? -Не-е-ет.-Грозовой пророк покачал головой.-Зачем? Пикт-устройства слишком приземлены и не показывают всю красоту. Их функция - работа с изображениями ровно на том уровне, на котором их спроектировали. Ни один пикт-экран не заменит впечатления живой планеты. А первое впечатление, как ты знаешь, основа основ. -Тогда куда мы идем? -К одному моему знакомому. Он летописец, описывает крестовый поход. -Он не один, я верно понимаю? -Конкретно на корабле их двое. Это семейная пара. Алкей и Лана. Рядом с их каютой есть большое окно. К тому же почти на том же уровне, что и капитанский мостик. Ренгоку немного задрожал в предвкушении. Они подошли к еще одним гермо-дверям и они разъехались в стороны, открывая кабину лифта. Космодесантники и Кеджуро вошли внутрь. Догол ввел на панели несколько незнакомых Ренгоку символов и лифт с легким гулом поехал вверх. Ренгоку пытался считать этажи, но сбился. А корабль, судя по заерениям Эсеоса, был не самым большим. "Если мелкий корабль имеет столько этажей, что за титаны летают среди звезд?" Что он и озвучил. Эсеос усмехнулся.-Будь уверен, как только ты увидишь корабль Кагана, у тебя отпадут все вопросы. -А на чем он летает? -Этот корабль называется Буря Мечей. И поверь, сравнивать "нас" с его кораблем невозможно. Ренгоку лишь покачал головой. Он не мог представить что-то подобных размеров. Лифт остановился и двери с шипением открылись. Эсеос вышел.-За мной. Ренгоку двинулся за грозовым пророком. Этот ярус был более скупым даже по сравнению с местом, в котором находилась келья Темуна. Гудение ярких ламп, освещавших серо-синие стены коридоров, прерывалось лишь шагами космодесантников, в эхе которых терялись шаги Кеджуро. Они шли по коридорам без окон, пока не повернули к еще одним гермо-дверям. -Это здесь.-Сказал Эсеос и нажал на панель.-Комнаты для занятий и летописцев. -Занятий? -Благородные занятия. Каллиграфия, охота, сказания, писательство, музыка, пение, в общем, все, что не делает нас бездушными машинами чистого убийства. -Ясно.-Кивнул Ренгоку.-И все же вас можно назвать...-Он немного замялся. -Оружием? Так ты сказал тогда, когда мы в первый раз встретились? Да, определенно. Нас можно назвать живым оружием. Кто-то считает, что у оружия не должно быть ни имени ни души. Ха!-Эсеос презрительно хохотнул.-Величайший глупец! У всякого оружия есть душа. Это тебе скажет любой мечник Ренгоку снова кивнул.-Согласен. Вычищенный клинок в красивых ножнах чувствуется иначе, чем покрытый кровью. -Так и мы.-Сказал Эсеос. Мы не должны быть бездушными. Мы рождены людьми, неважно какими. Людьми степей, гор, дорог или бесконечных городов из железа. Нет никакой разницы. У нас есть душа. И даже в теле живого оружия она должна быть. Не должна черстветь. Не должна гнить. Иначе мы ничем не будем отличаться от мясников, которые смеются при каждом убийстве. -Темун мне рассказывал, что за пределами легиона вас такими и считают. Догол и Эсеос от души рассмеялись. -И пусть! Нам же проще! Те, кто пробьются сквозь завесу предрассудков и навязанных страхов и пойдут нашей дорогой, увидят истинных нас. Истинных Белых Шрамов. А если нет - то зачем горевать об их мнении? -Справедливо. Они подошли к широким воротам в стене. -Ну, Кеджуро Ренгоку.-Грозовой пророк нажал на панель. Дверь с шипением открылась.-Узри свою Родину. Отворившиеся двери открыли зрелище, от которого у Ренгоку едва не подкосились ноги. От ворот шла небольшая лестница вниз, на платформу, которая вплотную примыкала к огромному круглому окну-розе, кругу, в центр которого шли тонкие металлические переборки, не закрывающие обзор. За окном была планета. Огромные белые облака неслись по небу, то скрывая, то открывая зелень под ними. Леса, поля, слева Ренгоку увидел желтый край пустыни. Моря и океаны, разлившиеся меж континентов. Ренгоку разумеется видел карту мира раньше. Но видеть рисунок на бумаге и вживую - две разные вещи. С губ сорвался прерывистый вздох восхищения. Он шагнул вниз по лестнице, желая подойти поближе. -Странная реакция.-Будто откуда-то далеко сзади голос Догола. -Вспомни себя, увидевшего Чогорис.-С долей юмора в голосе ответил Эсеос. -Точно... Ренгоку подошел к окну и припал к стеклу. Слева яркое Солнце, справа Луна. И огни на земле. Они встречались часто, желтые. Крупные города. Он увидел Японию. И огонь, который, видимо, был Токио. В голове всплыли воспоминания об охотниках. Ренгоку улыбнулся. -Я вернусь.-Тихо сказал он.-Подождите меня немного. Он простоял так минуту. А может и час. Время растянулось в долгую вязкую массу, не поддающуюся определению. Ренгоку смотрел, как над землей плывут облака. На океан, который с такой высоты казался апофеозом безмятежности. Обманчивое ощущение. Он даже не расслышал шагов Эсеоса.-Посмотри на нее внимательно, Кеджуро Ренгоку. Посмотри хорошенько. Этот мир ты будешь защищать до конца твоей жизни. Этот и еще десятки тысяч миров кроме него. Запомни этот мир. Запомни его запах. Запомни его звук. Это твоя Родина. И другой у тебя не будет. Твоя душа родилась здесь. И отправится сюда после твоей смерти. Твой мир - твоя крепость. Твой мир - твоя опора. Твой мир - ты, а ты - это твой мир. И каждый человек, кто отправится с него к звездам будет нести частичку этого мира в другие. Ренгоку слушал, не отрывая взгляд от планеты. По щекам катились слезы.-Я... Я защищу его. Очищу его от демонов. Эсеос кивнул.-Очистишь. Конечно, очистишь. Они простояли так еще какое-то время после чего вернулись на уровень к Темуну. Тот, увидев лицо Ренгоку, все понял сразу. Вернувшись, Ренгоку сразу записал все эмоции на листок, сказав Темуну, что точно напишет об этом. Тот лишь по-доброму улыбнулся.