Любопытство и время

      Древо Времени является тем столпом, на котором держиться вся жизнь, все мироздание. Без него невозможно было бы существование истории как таковой. И хоть оно и способно самостоятельно регулировать ход стрелок на часах огромного циферблата, который врос в его ствол и являлся олицетворением течения тех секунд, что отвечали за все мировые процессы, ему необходима была помощь извне. Кто-то должен заводить его каждые двенадцать часов, когда будет описан полный круг и кукушка оповестит хранителей о том, что пора прокрутить ключ и позволить начаться новому циклу.       Хранители - те самые существа, которые отвечали за эту работу. Все, что от них требовалось - это вставить заводной ключ в специальное отверстие и повернуть его ровно двенадцать раз. Их еще называют служителями времени. Они сменяются поколениями по двое каждый двадцать один год: ровно столько они способны поддерживать свою жизненную энергию, необходимую для восстановления сил Древа, а после прошествия этого времени они вновь сливаются с ним, продолжая бессознательно существовать внутри времени.       Работают они посменно. Ну, как работают. Один из хранителей заводит часы днем, в полдень, а второй - ночью. Для того, чтобы эти малыши не имели проблем с перемещением, у них есть пара крыльев, которые способны преодолевать сильные нагрузки и черпали силу из самого потока времени. Проще говоря: время позволяет существовать хранителям, а хранители позволяют существовать времени.       В этом поколении за заведение часов отвечали два чудесных мальчика: у одного были забавные взъерошенные светлые волосы с зелеными кончиками и рубиновые глаза, а у второго одна половина головы черная, вторая - белая и чуть длиннее. Крылья у него получились тоже половинчатые. Им были присвоены имена Сенку и Ген. По крайней мере, это было тем, что они увидели, когда впервые открыли глаза и взглянули на высеченый текст на стене Зала Перерождения. Там же находилась и подробная инструкция, где были прописаны все требования, которые они должны были выполнять, и два небольших кулончика с заводными ключами: один из них был выполнен из обсидиана, а второй - из светлого перламутра. И так начинало свой путь каждое новое поколение крылатых хранителей.       Эти малыши зачастую были очень сильно привязаны друг к другу, ведь кроме огромного Древа тут больше никого не было. Они были как две половинки одного целого и один без другого попросту не выживал, ведь случись что с ночным или дневным хранителем - второй канет в лету вслед за ним, потому как поддерживать ход времени в одиночку слишком долго не представлялось возможным. Внутреняя энергия закончится слишком быстро, и он умрет. А затем снова смена поколения.       Сенку с Геном были очень дружны: они вместе летали на дневную и ночную смену, вместе играли в небе с пушистыми облаками, смеясь и радуясь такой беззаботной жизни, вместе отдыхали и занимались переодическим осмотром всех механизмов в часах. Сенку до безумия любил Гена, а Ген бесконечно дорожил Сенку.       Однажды, отправлясь на заведение дневного цикла Древа, Сенку, держа в своей маленькой ладошке руку Гена, внезапно задался вопросом: — А что случится, если я однажды не прокручу свой ключик и не заведу время? Почему мы делаем это каждые двенадцать часов? Что будет, если мы сделаем это, например, через немного больший промежуток? Как работает это устройство? - куча предположений лавиной накрыла мальчика с черно-белыми волосами.       Он удивленно взглянул на своего друга и глупо захлопал глазами. Для Гена это было то, о чем он не хотел говорить по каким-то подсознательным причинам. Он просто чувствовал, что эти вопросы считались неким табу и что разбираться в них - это точно не то, что должны делать хранители. От них сквозило опасностью и.. И смертью. — Сенку, ты что такое говоришь?! Нам нельзя вмешиваться в ход времени ни под каким предлогом!! Я знаю, что ты очень любопытный до всего, но, пожалуйста, пообещай мне, что никогда даже на секунду не опоздаешь с заведением дневного цикла. - Ген слегка отвел глаза и нахмурился, — Я очень не хочу, чтобы с тобой что-то случилось..       Мальчик с алыми глазами в растерянности посмотрел на того, чьи слезы он бы ни за что в жизни видеть не хотел, и тут же опомнился. Он притянул Гена к себе и крепко обнял. — Прости, я постараюсь больше не поднимать эту тему. Все будет хорошо, я обещаю.

***

      Прошло уже одиннадцать лет с тех пор, как за Древом Времени следили Сенку и Ген. За это время произошло мало изменений, разве что глаза у мальчиков стали чуть тусклее - так проявлялась утрата некоторого количества жизненной энергии.       Они все так же поперемено летали к циферблату и заводили новый цикл, а в остальное время полностью посвящали себя друг другу, находя все новые и новые способы отвлечения себя от рутинной скуки.       Ген очень любил играться с различными предметами, используя ловкость рук и демонстрируя Сенку всевозможные магические, как он их называл, фокусы. А Сенку просто обожал наблюдать в такие моменты за тем, кто стал для него буквально всем миром. Иногда они вместе летали близ окрестностей, что прилегали к Древу, и часто находили что-то интересное, изучением чего потом вместе и занимались. Гену такое давалось с трудом, а вот Сенку наоборот схватывал все довольно быстро и связывал между собой те или иные явления. Такая любознательность переодически волновала гетерохромного хранителя, но он слишком сильно верил тому, кого любил всем сердцем.       Сегодня все было как обычно: ночью Ген завел новый цикл и они с Сенку хотели слетать на верхушку Древа и посмотреть на звезды, но их было не видно, так как все небесное пространство заполонили грозовые тучи. Кажется, сегодня будет дождь.       Когда время отсчитало одиннадцать часов и сорок восемь минут они вновь отправились к часам, чтобы передать им свою энергию. Вот только путь до них оказался довольно тяжелым: ветер то и дело сбивал мальчишек с курса, из-за чего лететь было ужасно трудно. Они потратили на дорогу больше времени, чем расчитывали. Благо у них в запасе была еще целая минута.       Ген стоял чуть поодаль от часов и наблюдал за приближающейся грозой, а Сенку уже почти достал свой ключ и собрался завести цикл, но в последний момент остановился и задумался. "Всего пару секунд. Ничего ведь не случится, если я опоздаю всего на пару секунд?". Интерес был сильнее всех правил и обещаний, поэтому он не торопился вставлять перламутровый стерженек в отверстие. Три. Два. Один... Один. Два.. — Что ты делаешь?! - послышался крик другого хранителя, эхом разнесшийся по залу.       Ген схватил руку Сенку и вставил ключ в скважину, прокручивая нужное количество оборотов, надеясь на то, что это исправит ошибку до глупости любопытного мальчишки. Однако погрешность во времени уже была довольно велика, и в следующее мгновение Древо Времени начало дрожать, совсем немного ускоряя ход секундной стрелки, чтобы время смогло восстановить свое течение. Сенку обессиленно опустился на колени, начиная задыхаться, а через несколько секунд он почуствовал невыносимую боль в спине, заставляющую мальчишку кричать от боли, заливая лицо слезами. Ген в ужасе схватил его за руку и, утягивая его к выходу, начал говорить что-то о том, что им срочно нужно покинуть это место. Он даже не знал, почему, просто понял, что здесь Сенку будет становится только хуже, а единственное решение, которое тогда казалось ему правильным - это сбежать.       И вот они наконец вылетели наружу, подхваченные потоками ветра, которые то и дело мешали лететь ровно. Но хранители не смогли преодолеть и пары десятков метров, как Ген почувствовал, что что-то тянет его вниз, а потом и вовсе срывается с руки. Сенку не мог лететь. Он падал. Так вышло, что для того, чтобы восполнить то время, что было потеряно по ошибке дневного хранителя, Древо забрало слишком много его жизненной энергии, лишив крылья мальчишки всякой силы, и теперь они просто были лищним балластом.       Ветер поднялся страшный, дождь хлестал лицо, а весь мир Гена рушился на глазах. Он стремительно летел за Сенку вниз, пытаясь ухватиться за терзаемое воздушными порывами тельце, но у него все никак не получалось подобраться жостаточно близко. Да и не было у него так много сил, чтобы поднять их обоих в небо и вернуться домой, где их ждало тепло и спокойствие.       Мальчик с зеленцой в волосах все еще испытывал нестерпимую боль в спине и с ужасом наблюдал за тем, как неумолимо приближается земная поверхность, все еще пытаясь ухватиться за неосязаемый поток ветра. Но у него не получалось. Он лишь смог развернуться лицом в сторону неба, чтобы взглянуть на летящего за ним Гена, который со слезами на глазах не оставлял отчаянных попыток спасти того, кем дорожил больше всего в этом мире. Но он не мог. Сенку в последний раз мягко улыбнулся, прикрыл заплаканные глаза и прошептал одними губами: "Прости".       А в следующее мгновение послышался хруст ломающихся костей и истошный вопль, полный боли от безысходности.

***

      Ночной хранитель этого поколения смог прожить всего год. Отчасти это было из-за того, что ему теперь приходилось работать за двоих, а отчасти из-за того, что он слишком часто плакал, а его состояние оставляло желать лучшего. Ген потерял центр своей Вселенной. Потерял того, кого любил больше, чем бесконечность. И он испытывал непередаваемую ненависть к этому мерзкому Древу с его отвратительным циферблатом, который одним лишь своим видом напоминал о произошедших событиях. Но как хранитель он был обязан выполнять свою работу.       У Гена не было таких же сильных характера и силы воли как у Сенку. Он был куда слабее в проявлении собственного я, и чувствовал сильнейшее отвращение к себе из-за этого. Быть может, будь он чуть настойчивее, у него бы получилось отговорить того любопытного мальчишку не делать глупостей, и они бы дожили свое время, находя весь смысл жизни друг в друге, как и раньше.. Но он не смог.       Год этот выдался ужасным, и Ген был безумно счастлив, оставив свой пост хранителя следующим поколениям. В последние минуты своей жизни он думал только о Сенку. Думал о том, как тот любил этот мир, как любил его изучать, любил интересоваться всем на свете и.. И о том, как он невероятно искренне любил Гена. Вот только хранитель, решивший поиграть со временем, должен был быть готов к тому, что время, в свою очередь, решит поиграть с ним, обломав ему крылья и наказав тем самым за совершенный грех.