Моё сердце для тебя закрыто...навсегда.

      Время шло, оно не стояло на месте. Отношения Мамору Джиба и Нацуми Гинга развивались не очень просто. Когда Мамору выписали из больницы, его встречали Мотоки, Бертьерайт, Сейджуро и Нацуми. У Бертьерайт, конечно, была неприязнь к Джиба за его непристойное поведение в кофейне, но Мотоки и Сейджуро удалось уговорить блондинку сменить гнев на милость. Тем более, что Мамору извинился перед ней.        Друзья решили поужинать в квартире Джиба. Бертьерайт и Нацуми навели в ней порядок во время отсутствия хозяина. Особенно старалась Нацуми, которой отчаянно хотелось угодить красавцу брюнету. Вернувшийся в свою квартиру Мамору был приятно удивлен заботой друзей. — Нацуми, Сейджуро, а какие у вас планы после окончания школы? — поинтересовался Джиба, наматывая на вилку спагетти, приготовленные Бертьерайт. — Мы, скорее всего, улетим учиться в Хельсинки, — ответил Сейджуро. — Но ты ведь приедешь к нам в гости? — живо спросила Нацуми, восхищённо глядя на Мамору своими алыми бездонными глазами. — Познакомишься с нашей бабушкой Мегуми. Она будет искренне рада тебя видеть, она очень гостеприимная.       Джиба лишь улыбнулся детской непосредственности своей новой знакомой. То, что красноволосая девушка неравнодушна к нему, это он понимал. Ему безусловно очень льстило такое внимание. Однако Мамору после болезненного и тяжёлого расставания с Усаги Цукино пока не спешил начинать с кем либо новые отношения. Да, Нацуми хорошая девушка, ему было приятно её общество. Но она ещё совсем юная, и быстро перегорит. В таком возрасте отношения не бывают серьёзными. Поэтому Мамору не хотел давать Нацуми ложные надежды. Вдобавок ко всему, Джиба не желал повторять ту же самую ошибку, которую он допустил в отношениях с Усаги.       Нацуми очень не хотелось, чтобы этот чудесный вечер заканчивался. Девчонке до одури хотелось побыть с парнем, которого она спасла, наедине хотя бы несколько минут. Сейджуро всё понял и, подмигнув Бертьерайт и Мотоки, вышел с ними на балкон подышать свежим воздухом. Нацуми вошла в роль хозяйки и вызвалась унести грязную посуду на кухню. Мамору решил ей помочь. Такое поведение молодого человека подстегнуло красноволосую бестию к решительным действиям и она начала мыть посуду, несмотря на протесты хозяина. — Спасибо огромное, Нацуми, за то, что навела в моей берлоге порядок, — вежливо произнёс Мамору дежурную в подобных случаях фразу, — хотя мне неловко… — А чего тебе неловко? — удивилась Нацуми, намыливая тарелку. — Мы с Бертьерайт быстро в четыре руки управились. Да и чего мы такого сверхважного совершили? Помыли полы и вытерли пыль. И нас это ни капельки не напрягло, правда.       Девушка мыла посуду нарочито медленно, она явно старалась оттянуть момент ухода. Но в конце концов, посуда была вымыта и расставлена по местам. Когда Мамору и Нацуми вышли из кухни, Сейджуро, Бертьерайт и Мотоки уже были готовы к выходу. — Мамору, мы рады, что ты выздоровел, — промолвил Сейджуро, — мы весело провели время. Нам пора. Увидимся! — Да, друг, увидимся, — подхватил Мотоки, пожав приятелю руку. — Бертьерайт, спасибо большое за то, что вместе с Нацуми навели у меня порядок и приготовили чудесные спагетти, — Мамору галантно поцеловал блондинке руку, — вкуснее в жизни я ничего не ел.       Девушка с голубыми глазами слегка покраснела и поблагодарила брюнета за добрые слова. Сейджуро поспешил покинуть квартиру Джиба, покосившись на свою сестру. Мотоки и Бертьерайт поспешили за шатеном. В квартире остались только Мамору и Нацуми. Молодой человек стоял возле двери и с вежливой улыбкой наблюдал, как девушка с красными волосами неспеша надевает туфли. А девчонка действительно медлила с уходом. Но она поняла, что Джиба терпеливо ждёт, когда она удалится. Прямым текстом попросить её поскорее покинуть его квартиру парню мешает хорошее воспитание и такт. Нацуми решила не испытывать его терпение и, попрощавшись, вышла в коридор. — Нацуми…       Девушка удивлённо обернулась. — Ещё раз спасибо тебе за чудесный вечер и за заботу, — промямлил Мамору, глядя в алые глаза гостьи. — Не…не за что, Мамору. Прости, но меня ждут брат, Мотоки и Бертьерайт. Мне надо идти… Мы ведь ещё встретимся, да? — Обязательно встретимся, — твёрдо произнёс молодой человек. — Спокойной ночи, — тихо промолвила Нацуми и собралась уходить. — Нацуми…       Она снова обернулась. — Я…если ты… Я буду завидовать тому человеку, которого ты полюбишь…       Девушка с красными волосами застыла на месте. Она не ждала таких слов от Мамору. Вернее, ждала. Но он их произнёс в такой момент, и она совершенно не знала, как реагировать на них. В голове Нацуми всё перемешалось, она не отдавала отчёта в своих поступках. Поэтому она подбежала к Мамору, повисла у него на шее и нежно коснулась своими губами его губ. Парень замер, не зная, что ему делать дальше. Оттолкнуть от себя Нацуми он не мог. Не хотел. Наконец, парень крепко прижал к себе Нацуми и страстно ответил на её поцелуй.       Их сердца громко бились, им не хватало воздуха, их разум затуманился. Девушка забыла о том, что на улице её ждут брат, Бертьерайт и Мотоки. — Нацуми, ты где потеря… — раздался раздражённый голос Сейджуро.       Нацуми испуганно глянула на брата и замолчала, а Мамору продолжал обнимать девушку за плечи. Первым опомнился Сейджуро и резко приказал своей сестре идти на улицу. Нацуми повиновалась, потому что она знала, если её братец рассержен — с ним лучше не спорить. Когда она ушла, Мамору виновато посмотрел на шатена. — Мамору, Нацуми всего лишь пятнадцать лет, это ты понимаешь? — грозно прошипел Сейджуро. — Сейджуро, прости, просто…так получилось… Но я не хотел делать Нацуми ничего плохого. — Чтобы я тебя рядом с ней больше не видел, понял?       Парень не стал дожидаться ответа Джиба и ушёл. А брюнет заскочил в свою квартиру, закрыл дверь и, усевшись на диван, прикоснулся пальцами к своим губам. На них остался аромат губ Нацуми Гинга. Его сердце отбивало чечётку, дыхание стало тяжёлым, словно не хватало воздуха. Мамору поймал себя на мысли, что такого волнения он не испытывал даже после поцелуя Усаги, хотя он до сих пор любил её. — Или я внушил себе, что люблю Усаги? — спросил самого себя Джиба, сфокусировав свой взгляд на кресле, в котором всего лишь несколько минут назад сидела Нацуми.       Вдруг парень подскочил, словно ужаленный. Сон! Нет. Не тот кошмар, в котором ледяной и наводящий страх голос приказал Мамору Джиба бросить Усаги Цукино. Другой сон. В котором ему приснилась загадочная дева с ярко -красными волосами. — А ещё мне ведь снилась маленькая девчушка со странной игрушкой, — продолжал вспоминать парень.       Он быстро прошёл на кухню, налил себе чай и положил в большую белую чашку четыре ложки сахара. Чтобы лучше соображать. Мамору понял, что девушка с волосами цвета пламени огня это ни кто иная, как Нацуми Гинга. Но тогда кто та маленькая симпатичная девочка с розовыми волосами, огромными алыми глазами и с непонятной игрушкой в виде большой кошачьей головы?

***

      Угораздило же Минако Айно взять трубку, когда зазвонил телефон. — Минако!       Внутри девушкиу вспыхнуло пламя, во рту пересохло, все мысли в голове стали вязкими.Этот голос… До боли знакомый голос, который она столько времени жаждала услышать, но всегда попадала на автоответчик. А потом то письмо от этой Эвелин… — Алло, Минако, — заволновался тот самый голос в трубке, — ты где? Почему ты молчишь? — Я здесь, — холодно ответила девушка, удивляясь своему самообладанию.- А молчу я, потому что мне нечего тебе сказать. — Минако, прости меня за мою трусость, — раскаивался Алан, — я знаю, что Эвелин отправила тебе письмо. Она…каждый день заставляла меня рассказать тебе о нас… Но я не хотел тебя расстраивать. Хотя я понимаю, что это не оправдывает меня. — Это всё? — спросила девушка, сжимая трубку так, что костяшки её пальцев побелели. — Прости меня, Минако…       Блондинка молча положила трубку и опустилась на мягкий ковёр, обняв колени и положив на них голову. — Минако? — из ступора девушку вывел голос Артемиса. — Ты в порядке? С кем ты разговаривала? С Усаги? Ну, не молчи ты! Поговори со мной! — Мне звонил Алан, дорогой мой Артемис, — монотонно промолвила Минако. — Алан? — белоснежный кот отказывался верить своим ушам. — Ты серьёзно? А что ему от тебя нужно было? — Не знаю. И знать не желаю. У него теперь есть Эвелин. Пусть он с ней и разговаривает. — Венера, ты не кипятись так, — Артемис потёрся об её колени, — может, он хотел помириться с тобой? Вдруг он вернётся к тебе?       Минако посмотрела на своего приятеля и тихо заплакала. Артемис не утешал её. Он понимал, что его хозяйке необходимо немного поплакать, а потом она успокоится, и всё будет как прежде.

***

Гштаад (кантон Берн). Особняк Кунсайта.              Кунсайт сидел в кресле перед пылающим камином, в его руке был бокал белого вина. Незабвенный образ Рей Хино не отпускал его ни на секунду. Ему постоянно казалось, что перед этим самым камином сидит и медитирует она. Как он скучал по ней! Блондин теперь был твёрдо уверен в своих чувствах. Красавица —брюнетка с роскошными фиалковыми глазами запала в его душу и сердце. Он понял это ещё тогда в храме Хикава, и, испугавшись, что он не сможет справиться с собой, поспешил уехать. Он любезно попрощался с господином Хино, поблагодарил его за гостеприимство, пообещал, что непременно снова навестит его. — Как же мне вновь увидеть её? — в который раз задавал самому себе этот вопрос Кунсайт.       Он хотел, чтобы их встреча произошла случайно. Если Кунсайт сам позвонит и пригласит Рей к себе — что она подумает? Навряд ли она согласится на подобное приглашение от мужчины, который на несколько лет старше её. А учитывая тот факт, что Рей несовершеннолетняя…        И тут блондина осенило. Он позвонил в Токио своему брату Зойсайту, который являлся владельцем антикафе «Чёрный Кристалл». — Оу, кого я слышу! — услышал блондин насмешливый голос братца. — Зой, ты как был идиотом, так им и остался, — ухмыльнулся Кунсайт, — ничего не меняется. Иногда я очень жалею, что наши родители не завели собаку, а родили тебя. — И я тебя очень рад слышать, братюнец, — ядовито отозвался Зойсайт. — Жалуйся! — Зой, очень надо, чтобы выпускной бал одной из школ Токио прошёл в твоём клубе, — начал объяснять Кунсайт, — какая именно школа я тебе потом скажу. — Как ты себе подобное представляешь? — удивился Зойсайт. — Ты владелец антикафе или где?! — рявкнул блондин. — Приходишь в эту школу. Наверняка, уже многие учебные заведения головы греют, где им устроить выпускной и плюс выгода! Усёк? — То есть ты предлагаешь мне из-за своей очередной тёлочки подвести моё заведение под убытки? А я, между прочим, с нуля начинал, ни у кого денежных средств не просил. Всё сам! — Ты всегда был проницательным, братан, — проворчал Кунсайт, недовольный тем, что младший брат так легко раскусил его. — Ага, ты хотел сказать проницательным идиотом? — съехидничал Зойсайт. — Ладно, потом позубоскалим. Что за школа и кого надо очаровывать? — Вот это уже конкретный разговор, — довольно выдохнул Кунсайт.

***

— Мои дорогие ученики, — проникновенно говорила госпожа Харуна Сакурада, — вы все очень успешно сдали экзамены. Мой класс самый сильный по успеваемости. Я этому очень рада, как и вы все. Меня приятно удивили Усаги Цукино и Минако Айно, я не могу не отметить их успехов в учёбе. Молодцы, постарались. Я очень горжусь вами, ребята. Впереди у вас колледж Джубан. Я искренне надеюсь, что там вы покажете свои способности.       Ученики засвистели и захлопали в ладоши. — Мне так жаль с вами расставаться, — взволнованно продолжала Харуна, — но увы. Вы уже выросли, вам надо идти дальше. А на прощание…       Госпожа Сакурада подошла к двери и пустила в класс красивую эффектную девушку с ярко-красными волосами, собранными в тугой хвост. Мальчишки одобрительно загудели. В том числе и Сейджуро, но тут же умолк, поймав взгляд Нацуми. — Это госпожа Каоринайт Намурэ, — представила гостью Харуна. — У неё для вас потрясающая новость. — Приветствую вас, друзья, — неожиданно низким голосом поздоровалась Каоринайт, обводя учащихся своим цепким взглядом. — Я управляющая антикафе «Черный Кристалл». Ваш выпускной вечер будет проведён у нас. Мы будем искренне рады видеть вас всех. Сейчас я раздам вам приглашения и карты гостей на несколько бесплатных посещений. Надеюсь, что вам понравится. — Ещё бы! — радостно загудели ребята. — Фишка в том, что вам не надо приобретать наряды, ценники которых вызывают оторопь даже у меня, — продолжала девушка, — вы приходите в повседневной одежде. Нет, я не имею ввиду домашний замусоленный халат и разношенные плюшевые тапочки с помпонами.       Каоринайт подождала, пока хихиканье учеников стихнет и продолжила. — Обстановка в нашем антикафе домашняя, уютная, впрочем, вы сами всё увидите своими глазами. Единственное, что от вас требуется, дорогие мои, это угощения. Чай, кофе, какао, соки и минеральная вода — это всё за наш счёт. Поверьте, это будет гораздо круче, нежели очередной скучный выпускной в каком нибудь дорогом ресторане, за аренду которого надо платить баснословные суммы. Ох, чуть не забыла — алкоголя не будет! Это даже не обсуждается! — Неплохая идея! — воскликнула Минако Айно, а остальные ребята поддержали её. — Госпожа Намурэ, а вы замужем? — с нотками ехидства спросил высокий симпатичный брюнет, который сидел перед Макото Кино. — Бэйли, что ты себе позволяешь? — возмутилась Харуна. — Не обращайте на него внимания, госпожа Намурэ! — Бэйли, ты придурок! — прошипела Макото. — Всё в порядке, дорогая, — холодно улыбнулась Харуне Каоринайт и посмотрела на шутника Бэйли. — А насчёт моей личной жизни — я люблю умных. Но вам, юный друг, это не грозит!       Бэйли покраснел от досады и опустил глаза. А одноклассники засмеялись над незадачливым Ромео и принялись всячески над ним подшучивать. Но госпожа Сакурада громким голосом потребовала немедленно прекратить балаган. — Какое жуткое название «Чёрный Кристалл», — фыркнула Нацуми, разглядывая приглашение. — А мне кажется прикольным такое название, — пожал плечами Сейджуро, — что то в нём такое мрачное, готическое, загадочное. — Конечно, идея классная, — поддержал Сейджуро Бэйли, — и идти можно в том, в чём хочешь. — Вот именно, — поддакнула Нару Осака, — а то как представлю, что надо будет провести несколько часов в дорогом платье, которое ты наденешь всего лишь один единственный раз. — Ага! — поддержала её Нацуми. — И за этот один единственный раз ты оставишь в бутике половину состояния. — Правильно, девочки, — поддакнул Умино, — деньги любят счёт! — Я уже молчу об этих ужасно неудобных туфлях на высоком каблуке, — добавила Усаги. — В них мои ноги будто в колодках времён инквизиции. — Всё таки, очень жаль, что школьная пора так быстро закончилась, — грустно промолвила Рей Хино. — Дорогая, не стоит так огорчаться, — улыбнулась Ами Мицуно, — мы ведь планировали вместе учиться в колледже «Джубан». — Надо туда ещё поступить, — печально потупила глазки Минако. — Обязательно поступим! — твёрдо произнесла Ами. — Мы никогда не расстанемся, и никуда мы друг от друга не денемся. Мы всегда будем вместе. — Девочки, я вам, случайно, не мешаю? — вкрадчиво спросила госпожа Сакурада?       Девочки смущённо улыбнулись и извинились. — Друзья, мы ждём вас в нашем антикафе, — торжественно произнесла Каоринайт и, подойдя к двери, вдруг резко обернулась и устремила свой взгляд на Бэйли, — мой юный друг-шутник, надеюсь, что я могу рассчитывать на положительный ответ с вашей стороны. Это я про белый танец! До встречи!       Одноклассники вновь восторженно загудели, даже Харуна не сдержалась и улыбнулась. — Вот ведь чертовка! — прошипел Бэйли.       Но последняя фраза Каоринайт его не задела, наоборот, ему это даже польстило. — Ну что ж, девочки, — заключила Рей, — сначала расправимся с экзаменами, а потом зажгём напоследок в «Чёрном Кристалле»!       Эта идея была принята бурными и дружескими овациями.