С первого взгляда
11 апреля 2022 г., 17:29
Если влюбиться в тебя - это всего лишь сон Как снова заснуть после пробуждения
阳光下的星星
Код зеленый
Проснулся. Еще один день, неужели? И этот долбаный телефон закрался в сон и теперь продолжает орать в оформившейся реальности. Что там снилось? Кажется, опять огромная волна накрывала с головой, а он все пытался доплыть до кухонного стола на собственной кухне. Но внезапно чайник закипел не бульканьем, а отвратительной трелью телефонного звонка. Он отвлекся, волна с головой накрыла его и вышвырнула из тисков сна на сбившуюся простынь кровати. Опять этот кошмар. Пытаясь пятками расправить складки серой простыни, Ибо одной рукой потянулся к тумбочке, чтобы достать чертов телефон. - Ты еще спишь?! Ты помнишь, что сегодня у нас встреча?! – кричала немного истерично в трубку девушка. - Да, я еще сплю, да, я помню. Ты помнишь, что вчера я вернулся со съемок в пять утра? – спокойно спросил Ибо хриплым ото сна голосом. Манера все обращать в крик его раздражала, манера забывать про то, что с ним происходит и чем он живет, – удивляла. Он помнил о ней все, хотя это было сложно. Но запоминалось само. - Слушай, я сама не хочу идти, но вынуждена, а ты обещал пойти со мной! Иначе я не выдержу! – захныкала она все также нервно. - Я помню, ты ненавидишь его и вынуждена сотрудничать, а я должен тебя поддержать. Я же сказал, я помню, что сегодня у нас званый ужин, полный ненависти и обязательств. Раздражает. Жизнь – бесконечный серый поток. А хочется просто поспать, и хотя бы один день без кошмаров. Тао Линг, его девушка, ведущий дизайнер студии «MX», доросла до проекта городского масштаба. Ей доверили разработку дизайна самой оживленной торговой улицы Пекина. В полную власть команды попадала сама торговая аллея, все фасады, вывески, рекламные конструкции. Простор для творчества был неограничен. Ну, почти. Проект доверили двум командам. Команда Тао Линг выполняла дизайн-код с упором на зеленый цвет. Вторая команда, ее главные конкуренты в рамках студии и компаньоны на время проведения проекта, создавали дизайн-код красных оттенков. Такова была задумка их шефа: сочетать несочетаемое. Две команды, которые негласно боролись за первенство. Код зеленый и код красный. Тао Линг и Сяо Чжань. - Что ты опять надел? – с ужасом спросила Тао Линг, заходя в квартиру Ибо. – Мой внутренний дизайнер негодует! Она опять оделась как на работу: юбка-карандаш, блузка, узенькие туфли на высоком каблуке, - стандартный офисный набор. - Мы же идем к ним домой, а не в ресторан? Они что, наденут вечерние платья? - Вряд ли Сяо Чжань выйдет к нам в вечернем платье, но и не в толстовке же?! Они подумают, что я взяла с собой ребенка! – Тао Линг начинала нервничать все больше. – И… и что это за принт? Зевающий младенец? То есть ты не успел зайти, но тебе уже скучно? Ибо ненавидел, когда настроение другого передавалось ему воздушно-капельным путем, а потому поднял руки в примирительном жесте: - Ладно-ладно, сдаюсь! Толстовку заменю на кожанку. Идет? Достаточно стильно для парня ведущего дизайнера? - Давай. Но лучше я проверю. Интересно, всегда ли встречаться с дизайнером так напряжно? Они хоть иногда выключают свое особое мнение, или это окончательная и бесповоротная профдеформация? Будет очень обидно, если девушке этого Сяо Чжаня разрешили надеть толстовку. Ибо нацепил кожаную куртку, но не удержался от маленькой шалости: надел полосатые пчелиные носки, горчичные кеды, драные до самых ушей джинсы. На возмущенные крики девушки он просто сказал: «Иди и не оборачивайся». Тао Линг мягко вела машину. Вечерний Пекин подмигивал пролетающими огнями в окна автомобиля. Ибо неотрывно следил за конвейером фонарей и мечтал, чтобы эти огни поскорее провожали его на обратном пути. «Лишние стекла и никакого движения воздуха», - думал Ибо всякий раз, когда вынужден был ехать в машине, а не на мотоцикле. Но ехать с Тао Линг на байке было исключено. Она никогда бы не согласилась, а он никогда бы не предложил. - Мы на месте, - нервно возвестила Тао Линг, мелко подрагивая плечами. – Давай, Ибо, мы сделаем их! – подбодрила она саму себя. - Что мы будем с ними делать-то? – спросил Ибо весело. - Конкретно ты – молчать, держать меня за руку, можешь кивать головой. Только молча! - Понял, я и не планировал открывать рот сегодня, - усмехнулся Ибо. – Ну разве чтобы перекусить? - Только молча! – повторила Тао Линг и нажала на звонок. Дверь распахнулась, их встретили радушные хозяева. Позже Ибо прокручивал этот момент у себя в голове. Кажется, дверь открывалась медленно, постепенно освещая серую полутьму коридора. В дверном проеме было двое человек. Расстояние между ними было в один взмах ресниц. Ибо посмотрел на миловидную девушку, моргнул, перевел взгляд на парня. А дальше - смерть. Кто-нибудь сравнивал любовь с первого взгляда со смертью? Кажется, он только что видел мягкий свет из дверного проема, как в пресловутом тоннеле. Потом лицо. Порядок какой-то неправильный. Но кто вообще проверял? Лицо. Светлое и открытое. Парень улыбается, он медленно кивает в приветствии и переводит взгляд на Ибо. Улыбка застывает неестественно. И теряется счет времени, теперь секунды отсчитываются стуком сердца. Жизнь делится на до и после. А в голове кадрами мелькает жизнь. Что он вообще успел сделать до встречи с этим человеком? Достаточно ли хорошо он прожил жизнь, чтобы продолжить ее с ним? Кто он, Ибо, такой? Расстаться с девушкой прямо сейчас или подождать окончания ужина? Он, парень, тоже влюбился? Такое возможно? Сердце колотится слишком громко, это слышно в тишине коридора. Почему никто не реагирует, ведь они стоят в оцепенении полчаса? Или прошла секунда? Тогда сколько ударов сделало обреченное сердце? А перед глазами слишком ясно и трезво - лицо. Ибо почувствовал, что обрел зрение, будто до этого он всю жизнь смотрел через мутный пузырь. В чем же дело? Всю эту мучительно долгую секунду Ибо судорожно соображал, чем, черт возьми, он его зацепил? Лицо светлое и свежее, на щеках румянец от теплоты квартиры и приготовления еды. Брови подняты слегка удивленно и весело: в дверь позвонили, и хозяева кинулись вдвоем встречать прибывших гостей. Его лицо… такое знакомое. Он его не встречал раньше, но ждал. Ждал это лицо и этот взгляд. Черт, неужели перерождение душ существует? Возможно они встречаются каждую свою новую жизнь, и всегда эта удивленная реакция? Он и сейчас чувствует, что реальность потеряла границы, они вдвоем смотрят друг на друга, а за спинами все их прожитые воплощения. «Что с тобой, Ибо, что за хрень в твоей голове?» - мысленно взмолился он, чувствуя в груди разрастающуюся тревогу. Парень не отводил взгляд. Глаза смотрели как-то обреченно, губы застыли в улыбке. Он услышал тихий отдаленный голос. Кто-то пытался достучаться до него сквозь густую пелену. Нет, на самом деле, девушка напротив просто предложила войти. «Что дальше? Мы так и будем притворяться, что жизнь продолжается?» - судорожно соображал Ибо. Кажется, его толкнули в плечо. Он нехотя разорвал зрительный контакт с парнем и оглянулся на Тао Линг. Дадут ему спокойно умереть? Разве он многого просит? Почему их разлучают перед самыми вратами рая? Тао Линг повернулась к Сяо Чжаню и непринуждённо сказала: - Добрый вечер! Парень участливо посмотрел на коллегу и спешно поздоровался: - Тао Линг, здравствуй! Знакомьтесь, моя девушка, Син Янмей, - он приобнял ее за плечи одной рукой. Маленькая, слишком мелкая в сравнении с высоким Сяо Чжанем, девушка была одета в кукольное сиреневое платье. «Очень по-женски», - подумал Ибо. Она мило улыбалась, хотя разделяла общее напряжение. - Приятно познакомиться, - сказала Тао Линг и пожала ее маленькую ладонь. – Мой парень, Ван Ибо. Ее парень продолжал стоять, лишь коротко кивнул Син Янмей и уставился на Сяо Чжаня. - Ибо, это мой коллега Сяо Чжань, - зачем-то уточнила Тао Линг. Ибо молчал, как и обещал. Все знакомство прошло в беспорядке, как-то скомкано и нелогично. Кто, кого и зачем представил? - Ну, проходите! – вежливо сказал Сяо Чжань, жестом изящной руки пропуская всех в уютную гостиную. Ибо разулся, снял кожанку, оставшись в футболке, дырявых подвернутых джинсах и полосатых носках. «И так я вырядился на встречу с судьбой?» - нервно подумал Ибо, попутно разглядывая сценку в гостиной: хозяева показывали Тао Линг комнату, рамки на стенах, многочисленные рисунки и постеры. Сяо Чжань то и дело бросал быстрые взгляды в сторону застывшего в дверях Ибо. Сяо Чжань был одет весьма изящно: легкая белая рубашка в мелкий горох и строгие черные брюки. Челка была зачесана назад, открывая ровный фарфоровый лоб. Никаких колец, никаких сережек, только на груди в расстегнутой на одну пуговицу рубашке тонким блеском сверкала цепочка. Ибо так и стоял на входе, не в силах сдвинуться с места и подойти к группе, увлеченной обычными формальностями. - Ибо, подойди же! – нетерпеливо позвала Тао Линг, жестикулируя рукой. – Посмотри, это все работы Сяо Чжаня. Пришлось подойти. И чем ближе он подходил, тем жарче ему становилось, кожа покрылась мурашками, волоски вздыбились как наэлектризованные. Сяо Чжань в свою очередь стоял неподвижной глыбой, и чем ближе подходил Ибо, тем больше тот напрягался. К счастью, девушки стояли у стены и любовались картинами, а Сяо Чжань скромно стоял в отдалении за диваном. Ибо магнитом притянулся к парню, коснулся его руки своим локтем и начал рассматривать. Но не картины, а их автора. Сяо Чжань был выше, поэтому Ибо смотрел чуть снизу, разглядывая застывшее лицо. Он заметил родинку под губой. Как вообще создавали этого человека? Даруем тебе идеальное тело и лицо, и, чтобы добить, держи родинку? Преступная оплошность. Ибо сглотнул скопившуюся слюну. И вовремя успел отвернуться, потому что притворно восторженная Тао Линг обернулась на него: - Красиво, правда? Сказала молчать, а теперь выводила его на разговор. Странная женщина. - Мгм, - только и согласился Ибо. Он почувствовал, как дрогнула рука Сяо Чжаня, поэтому прижался к нему еще ближе, чтобы успокоить, и еще привыкнуть к его теплу, перенять его температуру тела. - Сяо Чжань приготовил отличный ужин, пойдемте к столу, пока все горячее, - торжественно возвестила Янмей. Они с Тао Линг двинулись по направлению к кухне, оба парня остались стоять на месте, но через секунду пришли в себя и синхронно отправились за девушками. Гостиная была соединена с кухней, с зоной готовки, обеденный стол располагался немного поодаль. Ибо вдруг почувствовал запах еды, до этого все его рецепторы были направлены на изучение Сяо Чжаня. Он вообще удивительным образом стал трезво ощущать все вокруг. Запахи, цвета, звуки. Они уселись за широкий стеклянный стол, пара напротив пары. Ибо напротив Сяо Чжаня. - Итак, выпьем за знакомство? – предложил хозяин дома, украдкой бросая взгляд на Ибо. - За знакомство! – повторили девушки, чокаясь кто вином, кто соком. - Ибо, чем ты занимаешься? – спросила Янмей. Ван Ибо бросил взгляд на Тао Линг. Та одним движением головы разрешила говорить. Великодушная. - Профессиональный танцор, - сказал он слегка охрипшим голосом, потому что вот уже полчаса у него не было повода открыть рот. - О, так ты выступаешь? Слушай… А не ты ли участвуешь в «Уличных танцах»? – Янмей вдруг озарило, она даже заерзала от волнения. Он участвовал в проекте, но, ожидаемо, без грима он выглядел не так круто и дерзко. Да и программа вышла недавно, его в целом редко узнавали. За Ибо восторженно ответила Тао Линг: - Да, Ибо – капитан в «Уличных танцах»! Ибо равнодушно пожал плечами. Его вообще не интересовало прошлое и даже настоящее, если в нем по какой-то причине не будет Сяо Чжаня. Но мерзкая мысль, как назойливый комар в жаркую ночь, точила его мозг: они сидят сейчас, две пары, с девушками. Насколько серьезно было у Сяо Чжаня, Ибо не мог знать. Он точно знал, что они будут вместе, только когда, как и какими жертвами? Тао Линг продолжала рассказывать про своего парня, про танцы, бесконечные съемки и ночные перелеты. Так, значит, она все это знает? Но и это, к сожалению, мало интересовало сейчас Ибо, потому что Сяо Чжань внимательно смотрел ему в глаза. Ибо не мог не воспользоваться случаем, чтобы не уставиться на него в ответ. Сяо Чжань красиво улыбался, обнажая ровный ряд белых зубов. На щеках образовывались небольшие аккуратные ямочки. Контрастируя со скульптурно очерченными скулами, они придавали лицу детскую мягкость. На каждый факт из биографии Ибо, Сяо Чжань восторженно поднимал брови и так искренне удивлялся, что Ибо задерживал еду в палочках, не донеся ее до рта. Наконец, рассказав все, что только могла, как ярая фанатка своего парня, она посмотрела на Сяо Чжаня и с улыбкой произнесла: - Итак, код красный!Код красный
Сяо Чжань не хотел говорить о работе, только не сейчас. Он забыл, по какому поводу они собрались, что входило в его дизайн-код, зачем об этом спрашивала Тао Линг. Они сто раз обговаривали это в студии, но та настояла на обсуждении в неформальной обстановке. Напротив сидел Ван Ибо, с синими взъерошенными волосами, серьгами в ушах и в какой-то невероятно неподходящей для их торжественного ужина одежде. Сам ужин был неподходящим. Ибо был идеален. Внутренний дизайнер Сяо Чжаня восхитился его смелостью и выбором оттенков. Ему поразительно шел этот шутливый дерзкий образ. Когда в дверь позвонили, они с Янмей как раз заканчивали накрывать на стол. Сяо Чжань суетился на кухне, разыскивая куда-то запропастившиеся приборы. Они вместе рванули встречать гостей. Открывая дверь, Сяо Чжань ожидал чего угодно, но только не влюбиться. Как только они встретились взглядом, прошибло чувством дежавю. Он будто бы встречался с этим парнем, но вроде как видел его первый раз. Парень тоже не отрывал взгляд. Это было сродни симпатии, но только сильнее и глубже. Кармическая связь. Как песня, которая одной мелодией может довести до слез, создавая в груди чувство счастья одними лишь нотами, так и Ибо одним своим видом и своим взглядом заставил сердце колотиться так сильно, что отдавало в горле. Сяо Чжань перестал ощущать себя в пространстве, перестал чувствовать опору, руки его не двигались, и он думал, что потерял их и себя. Что делать дальше? Он впервые столкнулся с таким. И он ощущал на уровне интуиции, что Ван Ибо что-то почувствовал тоже. Когда тот подошел вплотную и прижался к нему локтем, Сяо Чжань не чувствовал разницу между их кожей, как будто это он сам прикоснулся к своей руке, а не Ван Ибо. С огромным усилием Сяо Чжань все же заставил себя вернуть вечер в безопасное русло. Но этот внимательный взгляд исподлобья лишал его здравого рассудка. И когда Тао Линг предложила рассказать про свою часть проекта, он долго рылся в опустошенной памяти, выискивая нужные слова. - Это так интересно! Вы смешали два символа, две стихии! – тонко восхищалась Син Янмей. Сяо Чжань встречался с ней месяц. Он в принципе не встречался с кем-то дольше этого срока. Так уж вышло, что он был тверд в своей ориентации, но не афишировал ее, а потому встречался с девушками. Ему было не противно, он никогда не думал, что можно устроить все по-другому. Пока не встретил Ван Ибо, сегодня, в этот вечер. И тот сидел напротив и бросал на него взгляд, в котором проскальзывала не то надежда, не то нежность, не то тревога. Он покусывал пухлые губы, кратко вздыхал, нервно дергал ногой под столом. В какой-то миг Сяо Чжань почувствовал, что Ибо поставил ступню рядом с его ногой и больше ее оттуда не убирал. Никаких пошлых поглаживаний и игривого взгляда, только прикосновение. - Я хочу курить! – вдруг сказала Янмей и встала из-за стола. - Я, пожалуй, присоединюсь, - приподнялась со своего места Тао Линг. Сяо Чжань проводил их взглядом и, как только они скрылись на балконе, он протянул через стол руку к Ибо. Тот незамедлительно потянулся в ответ. Они сплели пальцы и нетерпеливо встретились глазами. Сяо Чжань чувствовал шершавые мозоли на теплой ладони, мягкие подушечки пальцев и гладкие ногти. Они просто гладили, сжимали, соединяли пальцы, привыкая к теплу. Он не знал, нужно ли что-то говорить или достаточно просто смотреть в глаза. Кажется, этого достаточно. Сяо Чжань просто изучал его лицо под громкий звук своего сердца, осматривал ровные брови, большие карие глаза, родинки на лице, пухлые губы, которые Ибо нервно покусывал. Он пытался запомнить его образ, впитать, сфотографировать на внутреннюю память, в которой теперь было место для него одного. А еще судорожно думал. Глаза щипало от несправедливости, от несвоевременности, от неизвестности. Как много «не» для одного судьбоносного вечера. Ибо смотрел на него также жадно, изучая каждый сантиметр лица, каждую черточку, каждый волосок в уложенной прическе. Часто останавливался взглядом на родинке, отчего Сяо Чжань инстинктивно облизывал губы. Ибо мутным взглядом следил за этим легким движением, сжимая его руку чуть сильнее. Шорох открывающейся балконной двери возвестил о том, что мгновение закончилось. Сяо Чжань расслабил кисть, но Ибо задержал руку и жадно сжал ускользающие пальцы. Он бросил последний нежный и обреченный взгляд на красивые глаза и обернулся в сторону балкона. Когда девушки вернулись, парни уже сидели как прежде. Какая ирония, ведь как прежде уже ничего не могло быть. - О чем болтали? – спросила весело Янмей. - Да ни о чем, из Ибо слова не вытянешь, - отмахнулась Тао Линг. Ибо глянул на Сяо Чжаня, усмехнулся и едва уловимо кивнул в знак согласия. Сяо Чжань опустил глаза и улыбнулся уголками губ. Чтобы как-то смахнуть наваждение, а это было действительно тяжело рядом с Ибо, Сяо Чжань поднялся, чтобы унести на кухню грязную посуду. Ибо дернулся, чтобы встать и помочь, но Тао Линг схватила его руку и усадила рядом. - Ибо, Янмей интересовалась танцами… Сяо Чжань дрожащими руками опустил посуду в раковину. Что же делать дальше? Как раньше быть уже не могло. С ним случалась влюбленность, он списывал это на свою творческую натуру. Но все это не шло ни в какое сравнение с Ибо. Это наваждение, не иначе. Они не перекинулись и парой слов. И вот, когда он стоит один, отвлекаясь на горячую обжигающую воду, он пытается обмануть себя и внушить, что это лишь мираж. А может, банальное влечение? Разве любовь с первого взгляда существует? Может ли она перерасти в настоящую любовь, которая претерпит все испытания в виде совместного проживания, привычек друг друга, разных характеров? Он вздрогнул и очнулся от мыслей, когда Ибо уже почти вплотную подошел к нему. Зона готовки была отделена от обеденного стола углом стены, так что девушки могли видеть только край широкой столешницы, балкон и часть гостиной. Сяо Чжань замер с посудой в руках и напрягся. Но Ибо просто начал расставлять уже чистую посуду в сушилку. Сяо Чжаню так нестерпимо захотелось обнять его, прижать, почувствовать, как сердце Ибо будет пробивать путь в его грудную клетку. Но он этого не сделает. Что у них было с Янмей? Сяо Чжань не любил ее, они не жили вместе, она иногда ночевала в его квартире. На совместном ужине настояла все та же Тао Линг. Как это называется, двойное свидание? Он не видел смысла ни в обсуждении проекта, ни в знакомстве с партнерами друг друга. Он даже не вел с ней соперничества в рамках студии, он просто был лучше. Но теперь ее тяга к первенству привела его к этому мигу: он моет посуду вместе с парнем, в которого действительно влюблен. - Что на десерт? – ровным низким голосом, буднично, поинтересовался Ибо. Сяо Чжань посмотрел удивленно и улыбнулся. Как это просто и естественно. - Шоколадный брауни с жидкой начинкой, - ответил он. - Что, не успел допечь? – усмехнулся Ибо, стряхивая капли с последней тарелки и устанавливая ее в вертикальный отдел сушилки. - Что? Почему? – опешил Сяо Чжань, а потом рассмеялся. - Так должно быть, потом увидишь. - Я люблю любые десерты, - успокоил его Ибо. - Что ты еще любишь? – спросил Сяо Чжань и осекся. Это слово жгло. Он виновато посмотрел на Ибо, но тот улыбнулся. - Да все, что ты приготовил, все люблю. Только поменьше остроты в следующий раз. - Хорошо, учту твои пожелания, Ибо. В следующий раз. От звука своего имени Ибо вздрогнул. Сяо Чжань завороженно наблюдал, как он прикусил полные губы и дернул рукой, но вовремя остановился. - Что будем делать? – вздохнул Ибо. - Не имею ни малейшего понятия, - пожал плечами Сяо Чжань. Из-за стола донесся голос Янмей: - Чжань-Чжань, когда будет десерт? Ибо ел брауни с таким удовольствием, что Сяо Чжаню захотелось стать десертной вилкой в его руках. «Откуда у тебя эти пошлые мысли, Сяо Чжань?» - со смехом думал он и наблюдал, как Ибо широким жестом слизывал влажную шоколадную начинку с прибора. Пока он наблюдал очаровательную картину и пытался всем своим существом впитать тот факт, что вот Ибо ест приготовленный им пирог, за столом неспешно шла беседа. В основном, разговаривали девушки, обсуждали шоу-бизнес, политику и образование. В конце концов, Сяо Чжань спросил: - Тао Линг, может ты поделишься своими идеями по поводу проекта?Код зеленый
Проснулся. Какого черта?! Ибо лежал на кровати ровно, не до конца ощущая свое тело. Под закрытыми веками застыли горячие слезы. Ему снился Сяо Чжань. Он стоял на стеклянном обеденном столе и тушил подступающую волну огнем из брандспойта. Ибо тонул, тянул к нему руку, но не мог достать даже до скользкого прозрачного края столешницы. Сяо Чжань кричал: «Код красный, код красный!», и, бросив шланг, потянул обе руки к Ибо. Он чувствовал во сне несправедливость, жгущую обиду и ужасное предчувствие, что, если он сейчас же не коснется руки Сяо Чжаня, они никогда не смогут быть вместе. Но как только он начал ощущать тепло его приближающейся руки, он проснулся. Ибо не стал открывать глаза, он пытался заснуть снова, вернуться в сон и взять Сяо Чжаня за руку. Вчера он так ничего и не сказал Тао Линг. Да и что говорить? Во-первых, она всю дорогу до его дома возбужденно рассказывала, как она удачно «выиграла» этот вечер, как Сяо Чжань и слова не мог сказать, а значит, он не до конца уверен в своем проекте. Во-вторых, они с Сяо Чжанем работают в одной студии. Сможет ли она находиться рядом с коллегой, зная, что к нему ушел ее парень? В-третьих, как она воспримет, что он гей? А гей ли он? Ибо скорее влюбился не в мужчину, а в конкретного человека. Это больно, когда в отношении с тобой парень вдруг осознает свою ориентацию? Он не был тем человеком, который делает больно. Он мог вытерпеть собственную боль, но виновата ли в его внезапных чувствах Тао Линг? Он лежал в кровати не шевелясь, слезы стекали, оставляя прохладный след на висках. Вчера, когда девушки ходили курить во второй раз, перед уходом, Ибо наскоро попросил номер телефона Сяо Чжаня. Но значило ли это, что, попрощавшись, они оба что-то предпримут? Уходя, Ибо пожал руку Сяо Чжаня, тот сжал ее так крепко, что появилась надежда, что ничего не исчезнет, как только закроется дверь. Ибо не смог больше заснуть. Он смотрел в освещенный первыми лучами солнца потолок уставшими глазами. Кому-то точно будет больно. Он потянулся к тумбочке, взял телефон и написал сообщение.***
Сяо Чжань сидел в маленьком уютном кафе и нервно крутил чашку с чаем. Он каждую секунду непроизвольно поднимал взгляд на дверь. Так случается, когда ты кого-то очень ждешь. Его лицо выражало крайнее беспокойство, щеки осунулись, вид был нервный. Он опять дернул взгляд на дверь. Никого. Получив вечером сообщение со словами «Давай встретимся», он не ожидал ничего хорошего, потому что положительные новости говорят сразу. В тот момент, когда он задумался, в кафе зашел посетитель. Ибо возник неожиданно. - Привет! – поздоровался он. Сяо Чжань вздрогнул и спешно поднялся со своего места. Он не знал, как себя вести. Поэтому просто протянул руку в знак приветствия с вопросом: - Привет? Ибо улыбнулся, но вместо рукопожатия обнял его за талию, уложив подбородок на плечо. Сяо Чжань прижал его к себе покрепче, поворачивая к нему лицо и вдыхая полной грудью запах его волос. Неизвестность тревожно повисла в воздухе, но он так хотел его просто обнять. Ибо повернул к нему лицо, заглядывая в глаза близко-близко. Опустил взгляд на приоткрытые губы и мягко прижался к ним поцелуем. Просто прикосновение, такое легкое, но такое желанное. - Я хотел поцеловать тебя с первой секунды нашей встречи, - произнес он тихо. - Ибо, - взволнованно позвал Сяо Чжань. - Я расстался с Тао Линг, - спокойно сказал он. - И как? - Что «и как»? А ты? - И я, конечно, сразу же, в тот же вечер, когда вы ушли, - спешно сказал Сяо Чжань. - Вау, - Ибо даже отстранился, чтобы охватить взглядом это смелое лицо. – Было больно? Сяо Чжань рассмеялся: - Янмей очень кричала, не знал, что в этой маленькой женщине столько силы. Мы встречались меньше месяца, но она очень оскорбилась. Потому что я знал о своей ориентации, но все равно «позволил ей увлечься мной». - Жестокий, - ухмыльнулся Ибо, крепче сцепляя руки на талии Сяо Чжаня. - А как прошло у тебя? - Я ведь даже не знал, что меня привлечет парень. Я не уверен, что гей, просто до этого меня вообще никто так не цеплял, - после этих слов Ибо поцеловал Сяо Чжаня в щеку. - Я и вывалил все это Тао Линг. Она удивилась и отпустила меня, без истерик и слез. Боюсь представить, что ждет тебя в офисе, она так сильно увлечена этим соперничеством. - Я не думаю, что продолжать работу в этой студии отличная идея. И дело даже не в Тао Линг. Меня давно не покидает мысль открыть свою студию. Команда у меня есть. - Какой ты смелый, Чжань-гэ, - произнес Ибо и убрал челку со лба Сяо Чжаня. Тот не смог устоять от своего имени в устах Ибо и поцеловал его настойчиво и все же нежно. Долгие-долгие секунды они вдыхали запах друг друга, вжимались губами, пытались наверстать те несколько дней, что они не имели право быть вместе. Дыхание сбилось, оба не могли оторваться друг от друга, мягкие влажные губы слились в едином порыве. - Ты веришь в любовь с первого взгляда? – спросил Ибо, когда они все-таки сели за столик. Их поцелуй был продолжением того взгляда в дверях квартиры Сяо Чжаня – вне времени и пространства. - Теперь верю. Думаешь, это она? – спросил Сяо Чжань, ощупывая тонкими пальцами опухшую нижнюю губу. - Уверен. Думаешь, мы справимся? - Если это взаимно, то да, - улыбнулся Сяо Чжань. - Значит, точно справимся, - уверенно кивнул Ибо.Эпилог
Проснулся. Опять кошмар. Ему снился сон, в котором все цвета исчезли, остались только серые краски, серые будни, серая волна, которая опять накрывала его с головой. И не было спасения. Тревога и отчаяние сковало сердце. Одиночество, пустота. Он не мог даже вынырнуть, воздух заканчивался, легкие обжигало. Ибо проснулся резко, недвижимо, просто в страхе распахнул глаза и увидел только тьму. Сердце сжалось и теперь с гулким звуком билось о грудную клетку. Что, кто выключил ночник? Он повернулся к тумбочке и начал шумно нащупывать рукой переключатель. Кто-то обнял его в теплой постели. - Бо-ди, Бо-ди, я рядом, все хорошо! – голос говорил нежно и сонно, кто-то гладил Ибо по голове, прижимал к груди, ласкал его плечи, переплетал пальцы. Но Ибо не мог отойти ото сна, он не понимал, где находится, и почему вокруг так темно, он же всегда спит со светом. Потихоньку сон отступил, Ибо осознал себя в спальне, в квартире Сяо Чжаня. В их общей квартире. Он ощутил тепло родного человека, заботливые руки, которые успокаивали его. Вспомнил, что уже давно не включает ночник, потому что ночные кошмары больше не беспокоят. - Первый кошмар за полгода? - улыбнулся Сяо Чжань, сонно целуя Ибо за ухом. - Гэ, прости, во сне было чувство, что тебя никогда не существовало, как будто я вернулся в то ужасное время. Такая пустота и отчаянье. - Нам снятся кошмары, чтобы мы ценили то, что имеем, - мудро изрек Сяо Чжань и засмеялся. - Только что сам придумал, да? – усмехнулся Ибо и развернулся к нему на постели. Они сплелись ногами, обнялись руками. Сяо Чжань с улыбкой начал проваливаться в сон, а Ибо все смотрел и смотрел на любимое лицо, в котором была знакома каждая черточка, каждая родинка и изгиб. Он вдруг тихо сказал: - А знаешь, если бы все это исчезло, если бы даже я потерял память, я бы опять влюбился в тебя с первого взгляда. - По-другому и быть не может, Бо-ди, потому что я каждый день люблю тебя как в первый раз, - улыбнулся сквозь сон Сяо Чжань и покрепче прижал его к себе.The End
