Отголоски старой дружбы

      Субботнее утро выдалось солнечным и прохладным. Ратибор Олегович Соловьёв – тренер квиддичной команды третьего общежития – своим единственным глазом осматривал игровое поле. Средний шест с кольцом дал небольшой крен. Это может помешать забросить квоффл. Хотя, если этот шест будет у третьего общежития, то противнику сложнее в него попасть. А если не у третьего? Нет, надо всё исправить.       Тренер, сильно хромая на правую ногу, прохаживался по полю. В целом, он остался доволен его состоянием. Только шест поправить…       Холодный ветер растрепал седые волосы Соловьёва. Мужчина полной грудью вдохнул свежий, леденящий внутренности горный воздух. Ах, как хотелось сейчас схватить самую быструю метлу, на ходу оседлать её и с бешеной скоростью подняться в воздух! Он жаждал этого не первый год, но такого сильного желания, как сегодня, не испытывал уже очень давно.       Соловьёв подставил своё изуродованное лицо очередному порыву ветра. Нужно успокоиться. Тренер ругал себя самыми отборными словами, среди которых «старый смердящий козёл» было самым безобидным и, можно даже сказать, нежным.       Ну куда, куда тебя несёт? Закончилась твоя карьера талантливого вышибалы! После того, как шальной бладжер на полной скорости ударил тебя в лицо, лишив глаза. После того, как ты без сознания упал на землю с тридцатиметровой высоты и раздробил ногу на восемнадцать осколков. Нет. Теперь ты способен лишь обучать молодых игроков, делать из них чемпионов.       Тренер подумал о своей команде. А что? Они очень даже неплохи. Мятлева и Седых прекрасно лавируют в полёте, близнецы Комовы быстрые и ловкие, Каратеев вообще бесподобный вратарь. А Голубева? Соловьёв понимал, что девочка из простой параллели будет заниматься чем угодно, хоть квиддичем, хоть экзорцизмом. Просто потому, что для неё это интересно и необычно. Но тот день, когда Даша притащила на поле снитч, что случайно словила у себя с подоконника, стал началом её блестящих побед. В прошлом году эта девчонка не упустила ни одного мяча, и во многом благодаря ей они завоевали кубок академии. А, ещё Воронцов: Циклоп подавил улыбку, вновь вспомнив как этот наглый, но жутко неуверенный в себе первокурсник оседлал какую-то швабру. Но в парне уже тогда было что-то, что заставило Соловьёва вспомнить самого себя, каким он был в молодости…       Соловьёв напряг взгляд: к полю с мётлами наперевес, широко зевая, шли игроки. Семь утра в субботу – хм, пожалуй, это жестоко. В следующий раз надо назначить тренировку чуть позднее.       – Чего топчемся, как сонные мухи? Живее, а то проспите всю игру! Давай, бегом, Воронцов, твою ж мать, хорош курить! Андрей, брось ты этот кофе! Да мне похер, что ты Лёша!       Тренер кричал на свою команду. Он всегда на них кричал, даже несмотря на то, что очень ценил их всех вместе и каждого по отдельности.       Тренировка шла уже третий час. Голодные, злые игроки, как ястребы, летали над полем, забивая квоффлом голы, отбивая бладжеры и ловя маленький снитч. Тренер был доволен. Если они будут играть так на матче против пятого общежития, то они определённо победят.       В воздухе раздался женский крик. Тренер поднял голову вверх, да так резко, что шею скрутило болью. Он недовольным взглядом посмотрел на Веру, в ужасе застывшую над землёй и указывающую куда-то в небо над лесом. Тренер пригляделся и в исступлении сделал несколько шагов назад: над кронами деревьев плыл чёрный силуэт ведьмы в деревянной ступе.       Это однозначно была ведьма – когда ты встречал такое на своём пути, то просто знал это. Помахивая метлой, словно веслом на борту лодки, та плавно летела вглубь хвойного леса. Совершенно спокойно, от чего становилось как-то особенно жутко, хотя никто и не смог бы объяснить тот беспричинный страх, охватывавший человека каждый раз, когда он встречал на своём пути похожую тьму.       – Великое Открытие… – прошептал Соловьёв. – Все на землю!!!       Тренер заорал во всю мощь лёгких, однако было уже поздно. Непонятно откуда над полем вдруг образовалось некое подобие смерча. Тёмный столб пыли кружил в воздухе буквально мгновение, а затем подхватил оказавшуюся в эпицентре Голубеву и, закрутив её волчком, отбросил куда-то далеко-далеко в сторону деревьев.

***

      Даша замёрзла так, что казалось, её пальцы сейчас почернеют и отвалятся, а нос и уши покроются язвами. Желудок немилосердно пел голодную песню, а ледяной ветер задувал за шиворот и трепал короткие волосы.       Игра сегодня была жёсткой. Команду разделили напополам, и теперь Андрей нагло пытался устремить бладжер Даше в мягкое место. Даша пообещала себе, что когда она приземлится, то обязательно накостыляет нахалу рукояткой метлы по спине.       Дашины размышления прервал крик. Девушка опустила голову: в паре метров под ней Вера зависла на метле и с меловым лицом наблюдала, как что-то тёмное движется по небу. Дашу внезапно охватил приступ беспричинного ужаса, и не её одну: игра резко остановилась, игроки будто застыли в воздухе на своих мётлах. У всех на лицах читался только первобытный, почти животный страх. Даже Воронцов, что в экстренных ситуациях держался хотя бы с напускным хладнокровием, сейчас просто оцепенел, словно вновь повстречался с Веди.       – Все на землю!!!       Даша никогда не слышала в голосе тренера такой паники. Спустя мгновенье она поняла почему: огромный чёрный столб смерча возник из ниоткуда и, поглотив в свои недра опешившую девушку, устремился к лесу.       Дашу крутило в вальсе обезумевшего ветра. Её буквально приклеило к метле. Ощущения были такие, будто она, как в детстве, катается на карусели, на которой буквально впечатывает в стенку и невозможно поднять даже руку.       Смерч исчез так же неожиданно, как и появился. Даша не успела сориентироваться, и, натыкаясь на острые сучья и ветки деревьев, полетела на усыпанную хвоей землю.       Больно ударившись о твёрдую лесную подстилку, девушка почувствовала невыносимую резь в левом боку. Повернула голову: сквозь порванную куртку виднелась длинная кровоточащая рана и петля бледных кишок, вывалившаяся наружу. Даша перестала соображать; она сдуру зачем-то попыталась вправить выпавший орган, но боль стала настолько сильной, что девушка начала терять сознание.       Последним, что она запомнила, был силуэт невысокой женщины, показавшийся вдалеке.