Отголоски старой дружбы

      Остолбеневшая Шольцева осмотрела погром, царящий в куриной избушке, взглянула на громадную чёрную псину, сидевшую на полу с перебитой передней лапой, и на сопли Оборотнического зелья, капающие зверю на загривок с кукушки сломанных часов. Сделала шаг вглубь комнаты – под ногами затрещали осколки разбитой посуды, и тапочки с помпонами поехали по рассолу из разбитой кадки с огурцами.       – Осторожнее. – Белла откинула от себя ножку сломанного стола и вынула из слипшихся от сока волос пучок сушёного зверобоя. – Здесь не прибрано…       – Не прибрано? – Шольцева круглыми глазами посмотрела на Беллу. – Не прибрано?! Аванисян, это единственное, что вас смущает?! Воронцов, вылезайте немедленно из собачьей шкуры, пока вас кто-нибудь не увидел! Голубева… Голубева!       Даша выплюнула перья от разорванной Ромой подушки. Порезанные ладони горели и чесались от сока.       Преподавательница попыталась, впрочем, безуспешно, взять себя в руки:       – Скажите мне на милость, почему именно ваша компания всегда вляпывается в какой-то ужас, связанный, если не с чудовищами, так обязательно с тёмной магией?!       Проректорша явно готовилась ко сну, перед тем, как попасть сюда: белый халат, длинная шелковая ночная рубашка, волосы, заплетённые в косу. Даша уже видела однажды подобное зрелище, но сейчас вид Шольцевой был скорее испуганным, чем сонным или, уж тем более, смешным.       – Почему, когда я смотрю в окно, чтобы насладиться лунным пейзажем, я вижу дом Рады и ведьму, обстреливающую его проклятьями? – продолжала кричать Шольцева. – Что тут вообще происходит?!!       – Марина Вадимовна. – Игорь обратился человеком. – Вы не поверите.       Эта ночь будет долгой, Шольцева так просто не отстанет.

***

      – Тшшш, полегче!       – Ох, и любишь ты жаловаться! – Даша не отдёрнула руку от Роминой спины, когда парень зашипел от боли. Только зачерпнула из баночки ещё немного тёмной, пахнущей дубом и можжевельником мази, осторожно, но уверенно растирая её по обожжённой коже.       – Легко тебе говорить, – глухо пробурчал Рома, вжавшись лицом в подушку. – Не тебя вчера ночью утюгом прижигали!       – А что, нормальная отсрочка! – Игорь сидел на соседней койке в Роминой больничной палате и магией чистил апельсин. Регенерирующие заклинания сработали на нём, как бешеные, и переломанная кисть левой руки почти срослась, но вот ободранные пальцы отекли и всё ещё оставались до ужаса неловкими. – Можно практиковать периодически.       – Только через мой труп! – Рома поднял от подушки лицо. Оно было в красных пятнах, мелких волдырях и коротких, но глубоких порезах, а правый глаз, в который ночью попал сок, скрыла повязка. На шее парня багровели синяки от клыков. – Никогда больше, только вот если реально кому-то будет грозить смертью! Вервольф без сознания – смешно просто!       Полнолуние редко проходило легко, но в этот раз парню досталось по полной. До коттеджа в лесу он добрался вполне успешно, запечатал дверь и даже успел снять кольцо и куртку. А потом рухнул на пол прямо в коридоре и начал превращаться. Да как! Серебристые пятна на коже жгли калёным железом, их невозможно было стереть, а глаз, залитый соком, пузырился и кровоточил. Боль была такой, что едва превратившись, Рома тут же отключился, так и пролежав на полу всю ночь, в обличье большого белого волка, и не придя в себя даже во время утреннего превращения.       Тревогу забили друзья: после полнолуния Рома просыпался около часа дня, даже в те ночи, когда ему приходилось особенно несладко. Но вчера днём он так и не появился в общежитии. Выручать отправился Игорь; Воронцов нашёл друга там же, на полу, без сознания и всего в серьёзных ожогах. Телепортировал прямиком в больницу – из коттеджа это можно было сделать напрямую, Огнев подредактировал магию после случая с Гохманом.       Очнулся Рома только к вечеру. Спину в районе правой лопатки и вдоль верхней части позвоночника, правую руку, шею и лицо покрыли полноценные ожоги первой и второй степени. Глаз пострадал больше остального, но лекари обнадёжили: вылечим, хоть и поболит достаточно долго.       – Так это Мамонов уделал ведьму? – спросил Рома.       – Да, – кивнула Белла, приняв от Игоря несколько долек апельсина. – Его Шольцева туда привела. Говорит, что увидела наше побоище из своей комнаты, её окна как раз на озеро выходят. Поняла, с кем имеет дело, запаниковала, чуть не бросилась в бойню сама. Потом вроде как взяла себя в руки…       – Ну да, мы помним её истерику! – засмеялись Даша с Игорем.       – …отыскала Мамонова. А уж он в этом деле толк знает!       – Но побороться с Вайрэт ему пришлось, – добавила Даша, отрицательно помотав головой на предложенные Игорем дольки – у неё грязные руки, а противоожоговую мазь употреблять внутрь себе дороже. – Это его магия долетала до избушки, не ведьмина. Поэтому нас и шатало в стороны.       – Хм, колдовство против ведьмы перебило магию ведуньи… а Вайрэт? Где она теперь? – спросил Рома, поморщившись, когда Даша нанесла немного мази на очередной пузырь ожога.       – В тюрьме, конечно! – ответила Белла. – Она и не скрывала своей вины, представляете? Осыпала всех проклятиями и угрозами, говорила, что обязательно вернётся и тогда всем будет худо. Но на ОБТСовский конвой её угрозы как-то не подействовали. Думаю, что тут будет высшая мера, без вариантов.       – И приготовься, – сказал Игорь, с набитым ртом, роняя капли сока, – мы всей компанией идём в ОБТС, как свидетели. Не сейчас, конечно, потом, ближе к суду.       – А когда суд? – Рома требовательно протянул ладонь за своей порцией апельсиновых долек.       – Летом, – ответила ему Белла, передавая остатки апельсина от Игоря.       – Ну, тогда я пас! – Даша подняла вверх руки, всё ещё перепачканные мазью. – Я же буду в параллели… вот чёрт!       Девушка поникла: за чередой безумных событий она совершенно забыла, что дома у неё больше нет. Об этом позаботился любимый папочка – даже если Даша и захочет вернуться, он ей просто не позволит.       – Кстати, об этом. – Белла слегка улыбнулась. – Я написала маме с папой, что благодаря вам троим бабушку скоро освободят.       – Оперативно, – кивнула Даша. – И когда ты только успела?       – Вчера утром, – ответила ей Белла. – Ещё до того, как Рома в больнице оказался. И сегодня пришёл ответ. Родители безумно хотят с вами, наконец-то, познакомиться и зовут в гости на каникулы. Даша и вы, парни – мои будут очень вам рады.       – Белла, я вервольф, – нахмурился Рома. – В параллели это чревато, так что сразу нет. Извини.       – Я понимаю, – грустно улыбнулась Белла, погладив парня по ладони. – И не извиняйся, это просто приглашение, а не обязательство. Игорь?       – Я за любой кипишь, ты меня знаешь, – Игорь задумчиво провёл по волосам на затылке. – Но это неожиданно. Я и бригаду успел нанять, они второго числа будут у меня дома. А без меня Дрю там Эйладрейс отгрохает!       – Дашка?       Глаза подруги казались почти умоляющими, но Даша и не собиралась её огорчать:       – Белка, я ж бомжую! – девушка улыбнулась, вытирая руки от остатков мази льняным полотенцем. – Так что я за. Целое лето на море – что может быть лучше!