Это не должно было произойти

- Что это? - Представленная картина не столь смущала, сколько посеяла странных эмоций. Этот день был тяжелее обычного: конец года, куча тестов, невысыпания... Всё это забылось, как только неожиданно предстала даже в коем смысле забавная ситуация. Большие пальцы на ногах из последних сил пытались уверенно держаться стойки. Дрожащие колени под давлением упирались в кровать. Тонкие пальцы суетливо маячили по контору фаллоиметатора, с последним выдохом вталкивая его глубже. Вся эта ситуация вводила в ступор, Киллуа пришёл не вовремя, он не должен был увидеть этот ужас. Было бы разумно забыть этот случай как страшный сон, но сознание медленно покидало, оставляя тебя один на один с противным чувством. Чувством неправильности. По спине пробегало несчитаемое количество мурашек, словно ток, разбегаясь по венам. Безжалостно, словно камень, оно падало сквозь достоинство разума, завязываясь в тугой узел внизу живота. Так и тянул все ниже ниже. Хватаясь последними мыслями, и желая услышать отдаляющийся внутренний голос, в последних силах надежды вразумить почерневшие мысли. Тело словно парит. Ватные ноги ломанныими медленным шагами, перетаскивали одну за другой. Измотанные мышцы неровно пульсировали, но хозяин тела способен заглушить ноющую боль, следуя к своему. Упругие пальцы коснулись горячей кожи, медленно опускаясь вниз, вызывая волну мурашек, и снова вверх, рисуя на бёдрах незамысловатые узоры. Обводили круги ягодиц, подарив одной быстрый, сильный шлепок. Получив одобрение в виде лёгкого стона, он вёл дальше загибая на углах и выступах костей, останавливаясь на краешке игрушки. На лице непроизвольно растянулась улыбка. "Он делал это с игрушкой. Настолько я забылся учёбой что смог забыть про свою крошку, и оставить в одиночестве?". Мягко наклоняясь вперед, прижимая к себе мокрое, маленькое тело, Киллуа шептал на ухо самые грязные вещи которые только пришли в уставший мозг.. - Гон, ты такой горячий. - Руки без сомнения стали срывать с себя одежду, сбрасывая куда-то на пол, где было положено. Возвращаясь к сладкому телу и обвивая руки вокруг в полукольцо, скользя по груди, несильно прижимая соски. Пальцы щекотали, ласкали удивительно умело, доводили до оргазма. Сладкие вздохи словно пелена дурманила голову. Они наслаждались, так искренне просили ещё. Пахом прижимаясь к затычке, Киллуа навалился всем весом на Гона, задирая руки назад так, что парень не сдержал стон боли. Одной свободной рукой он разорвал белую простынь, делая из ткани импровизирированный кляп. Остальной частью он туго завязал руки на спине. Покончив с руками, Киллу вытащил этот резиновый огурец, к которому уже заметно успел приревновать. Мышцы растянутой дырочки подрагивали, и тогда Гон уже не мог выдерживать, толкаясь назад, скуля. Некая грусть окутала сердце, теперь не надо растягивать малыша, удлиняя удовольствие и желание. Тяжко выдохнув, Киллуа резко перевернул на спину Гона. Ноги рефлекторно обняли упругие бёдра, тем самым прижимая пах ближе к проходу. Возбуждение наростало, отдаваясь пульсированием разгорячённого органа. Член неистово болел от разительной эрекции стоит лишь только коснуться. Размазывая на головке выступившего предэякулята, он приставил к началу входа. Плавно, из последних сил контролируя свой разум, дабы не сорваться, Киллуа кропотливо протолкнул вперёд головку. Пару секунд возвратили сознание чтобы привыкнуть уже к кое какому забытому чувству старых ощущений. Не желая продолжать останавливаться, Блондин грубо втолкнул остальную часть плоти без сочувствий. Парень снизу пропустил протяжный стон сжимая пальцы в кулак. Аффект протекает по венам словно электрический разряд, зверски вбивая в голову, как пачка хорошего героина смешаваясь с кровью, разрывая внутри все органы, что словно бабочки парят в животе. Тело поддаётся вперёд. Киллуа уже не заботиться о благополучии по утру своего партнёра, им управляет зверское чувство страсти. Лёгкий темп переливается вдалбливание в кровать. Грубые шлепки кожу о кожу раздавались пошлыми вибрациями по всей комнате. Тихие стоны переросли в крик удовольствия, моля о большем наслаждении. Мозг бился в агонии, уже не прося о помощи. Свободной рукой Киллуа принялся стимулировать чужой член, понимая что сам приближается к финалу. Внезапно для себя, тело снизу стремительно потянулось наверх, вытаскивая из себя залитый кровью член вот-вот готовый к разрядке. Карие глаза вполу мраке светились от налитых слёз. Разом срывая с своих тонких запястий кусок ткани, нахрапом вваливаясь на мокрое, накаченное тело. Опрокидывая на постель спиной своего ненаглядного, Гон присел на надлобковую область живота. Карие глаза сияли безумием и приодолевшей эротикой, пошло заглядывая в другие светящие голубоглазые очи напротив, полные недоумения. На пальцах собираются крупинки света, преобразовываясь в небольшие лучи света. И вот уже на ладони лежало небольшое кольцо, по середине которого тусклым светом светилась темно-фиолетовая полоска. Не успел Киллуа осознать увиденное, как под ухом раздался тихий щелчок закрытого механизма. Опустив взгляд Киллуа взбесился от увиденного. На его шею нацепили имитирующий ошейник. - Киллуа, теперь моя очередь. - В злорадной ухмылке прошептал Гон прямо над ухом. На лице невольно губы оскалились, обнажая ряд белых зубов. - И как же ты собираешься мною манипулировать? - В ответ тишина. Чужой язык коснулся губ, обводя контуры. Он протиснулся внутрь, без стыда изучая каждый ряд зубов, каждый сантиметр, навязчиво сплетаясь с другим. Киллуа не особо то сопротивлялся. Очень было интересно как поведёт путь его возлюбленный. Руки метнулись к груди, обрисовывая упругие края гладких мышц, неспеша, наслаждаясь красотой мускулистого тела. Лёгкими постукиваниями проворные пальчики пустились ниже, жестко сжимая между тёмные соски. Оттягивая назад, играясь, Гон тут же зализывал, якобы, извиняясь. Наворачивая круги по контору, язык пустился дальше, оставляя после себя мокрую дорожку слюны. Вылизывая каждый миллиметр кубико-образной выпуклой мышцы на аккуратно-впалом животе. Эта фантомная сладость кожи, притворным (в данном случае искриннем) чувством возбуждала до пика возможностей организма вырабатывать такое количество тестостерона. Жёсткий стояк упирался в нижнюю часть живота, приятно натираяя. Поджимаясь ближе к твёрдой эрекции, парень терся, голодными глазами заглядывая в чужие напротив. Тут же почувствовав на своих бёдрах мощные пальцы, что давили нестерпимой болью, Гон выдавил из себя протяжный сладкий стон. Хватка тут же ослабилась, тело снизу задергалось, через пару секунд вернувшись в сознание. Голубые глаза горели огнём, и непонимание происходящего. Брови спустились к переносице, губы искривились, обнажая пару клыков. - Что это черт возьми было?! - грубым басом заревел Киллуа. Заглядывая в карие глаза, ища в них ответ, заглядывая в самую душу, с целью напугать и подчинить. Но чужие глаза молчали, безразлично отвечая на яростный взгляд. Грудь поддалась вперёд, нависая над ухом. - Теперь, ты будешь делать то, что я пожелаю.... - гробовым голосом отозвалось в ушах. Киллуа никогда не забудет это дерзскую ухмылку, полная власти и распоряжения. Сердце отдало взволнованный стук, разгоняя кровь. Сверху раздался безумный смех, подставляя заостренный пальчик к губам. Свободной рукой парень направил на Киллуа, расширяя ладонь, словно маг. Напряжённый воздух наполнился голубо-фиолетовыми искрами электричества, освещая сзади, из за чего тень спереди делала парня ещё страшнее, ужасающим. Ладонь легла на часть груди, перебираясь к шее, к подбородку. Поглаживая, Гон продолжает: - Тебе не будет больно, если ты будешь слушать меня. Но если аппарат обнаружит что ты не сдерживаешься, по твоим мышцам и сосудам пробежит разряд электричества, и тебя на пару секунд парализует. Это не безумие, это игра, в роли которой ты будешь моим послушный парнем. - Сейчас надо злиться, брыкаться, и кричать, но Киллуа из перечисленного ничего не чувствует. Его захлестнула волна восторга и возбуждения от таких уверенных слов, и оценивающих глаз. Давно он не видел таким, этого на вид, бессильно малыша. Но эти добрые глаза порождали умиление, неотносясь к такому заявлению с серьёзностью. Гон проводит пальцем по скулам, острому выступу подбородка, игриво коснувшись кончика носика. Киллуа лежал, лишний раз боясь разъярённого механизма так чётко отслеживающий каждый вздох. Медленно опускаясь, Гон берет двумя руками член, прикасаясь кончиком языка. Спереди послышался тихий скулёж. Понимая, что на этом останавливаться рано, Гон опускает влажную дорожку, и снова поднимается вверх слизывая капельки предеякулята. Почему так стыдно и одновременно классно? Чувства, которые тяжело понять, должны быть устранены, но не он сегодня главный. Не ему решать, что правильно, а что оставить как есть. Но настойчивая, и в то же время блять, такая приятная стимуляция просто выводила из себя. Хотелось кричать от удовольствия и несправедливости. Хотелось взять за голову парня и с силой запихнуть по самые яйца чтобы тот захлебывался от нехватки воздуха, и кончить ему прямо в глотку. Жёстко отыметь чтоб кричал, надорвал, потерял голос. Поставить раком, прижать грудью к кровати и вдалбливать как сучку. Главный только он, только он позволяет шевелиться. Наблюдая за жалким лицом, Гон ощутил это чувство доминирования. Ой как же ему хотелось в этот момент уничтожить в Киллуа его достоинство. Раздавить как мелкую сошку, чтобы показать, как долго он страдал, как долго он хотел его, но тот даже не смотрел в его сторону. Игнорировал. Учёба, это конечно важно, но как же ранит сердце когда любимый забыл про тебя. Если посмотреть со стороны, оущение что Киллуа изменяет Гону с кем то поинтереснее. Но как же он ошибался. Так сильно, что даже представить не может. Каждый день словно пытка. Да, если сравнить с электрическим разрядом, то учёба ещё хуже. Он мучался. Ему нехватало чего то родного рядом, что пристроится под рукой. Окутает своим теплом, и заботой. Сладким, настолько родным, и привычным запахом. Подарит сладкий вздох, так нежно посмотрит, позволит телам растаять, растекаясь по простыням. Нежно, словно бархат, проведёт рукой по щеке, и тихо прошепчет его имя, улыбаясь так правдоподобно, так искренне... Только лишь реальность ужасает. Так долго они оба терпели, так долго нуждались в друг друге, что забыли каково это любить. Осталась лишь злость и обида. Хотелось причинить друг другу боль, который испытал каждый. Показать, как ему было тяжело без него. В глубине сознания каждый понимал это, но старались забыть, не принимать как факт. Слезы капельками потекли по щеке, мягко приземляясь на тело, растекаясь. Руки неосознанно потянулись к чужому лицу, вытирая поток хлынувших слёз. Притянув к груди дрожащее тело, Киллуа стал гладить, в успокаевающем жесте. - Тише, тише. Я рядом. Все хорошо. Милый, я тут, теперь я с тобой. - Киллуа, ты не представляешь как я скучал по тебе, мне так тебя не хватало! - сквозь слезы и вхлипы, но все же смог выкрикнуть зелёноволосый. - Эта учёба полностью отняла, забрала тебя у меня! Я думал ты меня забыл! - Тише милый, я никогда, слышишь? Никогда тебя незабуду! Я твой, и всегда буду твоим! Никто меня не заменит! Ты же сам это знаешь... - В ответ яростные кивки. - Да... Я люблю тебя Киллуа.. - Я тоже тебя, очень сильно люблю малыш. - Я сильней! - секунды тишины.. И раздаются тихие смешки. Встретившись взглядами, проскользнула искра, врезаясь в сердца словно стрела. Пьяные, влюблённые глаза не опасались быть выжжеными, вырваными. Они смотрели, любовались, совершенно не думая от том, что это неправильно. Тело падает на кровать, позволяя жадно расцеловывать каждую часть. Сердце громко стучит, разливая кровь по венам с новой силой, наполняя половой орган новой эрекцией. Эти мгновения сводили с ума. Пальцы схватили член, умело растирая головку. Ответом на этот жест последовало пару глухих вздохов. "Ну что же ты так сладко смотришь?". Продолжая стимулировать, Киллуа потянулся вперёд, поглаживая щеку, и сплетаясь в нежном поцелуе. Языки - словно танец, действовали незамысловато, но так уверенно, с любовью. Мир вокруг заполнился туманом, кружась в бешеном ритме. Да, эти моменты были прекрасны.. Киллу приставил к началу, и вошёл неспеша, чтобы вновь привыкнуть. Сладостный вздох, словно песня лилась из уст, покрывая тело мурашками. Двигаясь небольшими точками, постепенно их ускоряя. Стоны попадали в такт толчком, превращающихся в больное вдалбливание. - Подожди, я найду это... - толчки становились сильнее и сильнее, но тут же внезапно парень снизу застонал, выгибаясь вперёд. - Вот оно... Нашёл - с улыбкой протянул последнее слово. Продолжительные толчки были просто невыносимы, когда Гону было так хорошо? Киллу вдалбливался не подетски, но так же нежно и бережно. - Киллу... Я сейчас... - Жди - Киллуа завалися вперёд, ускоряя толчки, свободной рукой надрачивая член. - Киллуа.... Быстрее...- уже из последних сил парень толкается. Тело снизу выгибается в оргазме, запустив руку под свободные пространство между спиной и простынью, Киллу кончается прямо внутрь. Тяжёлые вздохи и мокрые тела. Киллуа с улыбкой на лице смотрит на Гона, и нежно целует в краешек губ. - Я люблю тебя мальш.. - И я люблю тебя котик..