напрасное далеко

«мне кажется что я затих. мне чудится — меня не стало» в жизни каждого человека появляются новые люди: кто-то случайно, а кто-то запланированно; кто-то вовремя, а кто-то не очень. с одними хорошо, с другими нет. один позвонит посреди ночи потому-что знает что вам снятся кошмары и поговорит о всяком чтобы отвлечь, а второй забудет об этом, даже не попытавшись запомнить. и арсений говорит: это нормально. убеждает, наверное, то ли себя, то ли ещё кого. у жизни попова есть такой человек, прекрасный и до ужаса захватывающий — Антон, с чудесной улыбкой и ростом два метра. есть, безусловно и конечно, ещё сережа, ака матвиеныч или «хвостик» (из-за его забавно собранных в хвостик волос) в конце концов, но он не помнит что арсению снятся кошмары. Антон — попов может официально заявить — самый случайный человек в его жизни, он появился необъяснимо вовремя, прямо посреди ночи, посреди прогулки по ночному Петербургу, под фонарями на скамейке в парке. Антон, как он сам заявлял потом, необъяснимым порывом был потянут подсесть к арсению, спросить самые глупые вопросы на которые только способен и загадать только что увиденную на заборе шараду; «— арсений, ты знал, что в этом парке убили девушку?» «— ты сказал это слишком радостно, Антон» а арсений был в шоке. это было неожиданно, странно, совсем не неловко и, может, чуточку подозрительно. «чуточку» только потому, что на парня в овер оверсайз толстовке и смешной кучерявой челкой, безумно яркой улыбкой и заразительным смехом инстинкт самосохранения не сработал, на Антона в организме попова вообще никогда ничего не срабатывало, кроме зудящего чувства в самом центре солнечного сплетения и разливающегося тепла, которым Антон одаривает арсения каждый раз, когда они видятся. арсений помнит: они быстро подружились, ещё тогда, в парке, в самом деле они не списывались ни в каких приложениях, не давали друг другу своих номеров, только проговорили два часа о насущном сидя на все той же скамейке расписанной надписями черным маркером, договорились, что «если тебе понравилась эта встреча — приходи ровно в это место, на эту скамейку, завтра в два часа дня — я буду тут пока ты не придёшь.» и сжав ладони в рукопожатии крепче и дольше нужного, постояли с минуту, как будто раздумывали о чем-то, расслабили руки и отпустили друг друга, пошли в свои стороны, оглянулись, улыбнулись, разошлись. арсений пока шел куда-то, думал, правильно ли он делает? почему так интуитивно доверился какому-то парню? но тогда он так и не понял почему, и на следующий день поэтому пришел, как и Антон. оба ровно в два, оба мечтательно и ярко улыбались видя, что они и вправду тут, идут к друг другу. сидя в тишине наполняемой только щебетом птиц и шелестом листьев негласно решили, что этот человек нужен в их жизни, они хотят продолжать видеться, общаться, рассматривать, решили, что они не должны теряться. арсений это помнит так, будто всё происходящее было вчера: тогда-то все и полетело, кажется, так, как должно было быть всегда, как будто встреча была предначертана: в тот день они много говорили, много гуляли, много смеялись и долго смотрели друг в другу глаза. ансений зачитывал наизусть выученные стихотворения, смотрел как завороженно его слушает Антон, тот, в свою очередь, показывал новые, ранее неизведанные арсением места Питера, узнали, что оба много ходят по городу в поисках тихих кафе и общительных бариста, которые запоминают твой любимый кофе. много общались, держались за руки и громко смеялись пока шли к фонтану чтобы достать чужие монетки и кинуть свои, «чтобы вернуться», только, брали больше — кидали меньше, «должно же окупиться», — говорил Антон заливаясь громким смехом и выплескивая ладошками в Арсения воду, падали в неё же неоднократно а потом бежали от полиции не обращая внимания на косые и непонимающие взгляды. в тот день Антон много говорит, что у них такие взгляды потому-что они и вправду ничего в жизни не понимают, ходят на тусклую работу и умирают. рассказывает про какую-то теорию, которую арсений тоже недавно видел и тоже не понял, пытались вместе разобраться. Погода была такая солнечная! от полиции в тот день они всё-таки сбежали, зашли в какой-то еле живой подъезд, долго пытались отдышаться и смеялись сидя на ступеньках, рассматривали граффити и похабные надписи, Антон, правда, потом сам написал какую-то глупость невесть откуда взявшейся ручкой про рыбу, хуй и попова, но арсений не сильно запомнил. мама арсения, Мария, совсем не одобряла их с Антоном дружбу, говорила, что до добра она не доведёт, и что Антон вовсе не должен быть в жизни арсения, потому-что он только вредит. арсений тогда очень злился на неё. много кричал. Антон — вредитель, его не существует, говорит, представляете? она просто не понимает, не видела его даже. тогда ещё начались какие-то проблемы со здоровьем, но только Антон ему помогал, говорил что-то утешительное пока в глазах темнело, а в ушах появлялся мерзкий писк, руки тряслись а арсений никак не мог это остановить. в то время арсений часто просто бродил по Петербургу, он бы с радостью сказал: «бесцельно», но он солжет, да, гулял дворами-парками-площадками, но цель и правда всегда была одна: попова просто тащило как маленького котенка за шкирки к уличным музыкантам, арсению до невозможности сильно наполнялся там силами, мыслями и любовью, что бы её хватило на всех, кому арсений хочет её отдать. он очень любит рассказывать, что там по вторникам выходит скрипач, что по заказу может сыграть что угодно. арсений жутко ревнив и скрытен, не говорит где купил ту вещь, откуда принес это терамису, но для этого человека, этого скрипача которому арсений хочет чтобы бросали побольше монеток в чехол из-под скрипки, готов рассказать всему миру, поставить огромный банер рядом «ТУТ ПО ВТОРНИКАМ СТОИТ МИЛЕЙШИЙ СКРИПАЧ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ПРОХОДИТЕ МИМО — БРОСЬТЕ ЛИШНИЕ ДЕСЯТЬ РУБЛЕЙ». арсений всегда просил сыграть «пляску смерти», скрипач ему улыбался, совсем тихо-тихо произносил «конечно» и начинал водить смычком по струнам, арсению казалось, будто он видит отлетающих от скрипки бабочек. но иногда казалось, что, может, и не казалось. «арсений закрывал глаза, впускал в свою душу и сердце чувства, которыми музыку исполнял скрипач, водил по смычку, мягко и резко. арсения наполняло, переполняло чувство любви ко всему живому когда он слушает это. мысленно вспоминая оркестр, который он часто пересматривал.» на один из таких вторников арсений повел Антона к этому скрипачу, тот, как только увидел попова, сразу начал играть любимое произведение, чем просто поразил! арсений в тот день сравнил скрипача с бариста. день был ещё одним чудом света. они с Антоном впервые поцеловались. это было внезапно, как говорил арсений, внезапный порыв, которого они оба так жаждали. сидели на холодном полу в арсеньевской квартире, пили какое-то дешманское вино и обсуждали «морфий» булгакова, переплетали пальца в крепкий замок и глупо хихикали с шуток друг друга. глядели в глаза, рассматривали еле заметные переливы цветов, немного расширившиеся зрачки, пододвигались все ближеближеближе а затем резким порывом притянулись словно магниты. Антон водил своим носом по кончику носа арсения, целовал в скулу, веко, подбородок, брови, лоб и наконец-то в губы, так искренне и жарко, арсений сразу раскрыл свои губы, податливо отвечал на поцелуй пропуская Антонов язык, жался всем телом ближе, руками притягивал Антона за плечи к себе, обнимал ногами, пальцами и ладонями сжимал белую рубашку на Антоне, откидывал голову назад когда тот медленно и нежно начинал переходить с губ на шею, мелкими, мокрыми поцелуями прокладывал дорожку к кадыку, оставлял засосы, кусал, пальцами медленно расстегивал пуговицы рубашки до середины, запусткал под неё свою ладонь, оглаживал бока, возвращался снова поцелуями к губам, арсений не прикрываясь постанывал в поцелуй, продолжал расстёгивать пуговицы одну за другой дальше и до конца, оглаживал затвердевшие соски, улыбался когда почувствовал штанги-колечки, подушечками пальцев легонько сжимал и надавливал чем возбуждал арсения ещё больше и сильнее, тянул зубами за сережку, расстегивал штаны и залезал пальцами под резинку трусов, арсений реагировал на это громко, дышал горячо, сжимал кудри Антона, гладил по ним же прося прощения за это, водил по волосам. в тот день снова наступила темнота, антоново «тише-тише-тише, Арс, тише» и писк. только арсений в тот день проснулся в какой-то постели, совсем не в своей, даже совсем не в антоновой, и, кажется, даже не в своей квартире. арсений подошел к окну, там был все тот же родной Петербург, яркое солнце и бесконечные машины. попов быстро схватил телефон что бы узнать что было, где Антон и где он сам. В голове нисколько и триллион мыслей одновременно. Арсению страшно, в телефоне только десятки непрочитанных сообщений от матвиенко, пропущенный от Мамы, и несколько сообщений которые арсений не понимает. он разбит вдребезги. Чточточточточточто «антона не было. Я его выдумал.»