Мне выпал джекпот

Этот молодой человек не выглядел беззащитным, скорее наглым. Хотелось его если не напугать, то хотя бы прижать, чтобы не дергался. Вот объясните, зачем он пришел в клуб, где толпа оголодавших женщин готова его растерзать? Чего он добивается, глядя порочным взглядом из-под длинных ресниц, и время от времени облизывая якобы пересохшие губы? Чтобы его выебали. Разве не так? Нужно действовать, иначе это нахальное создание будет стонать под кем-то другим. Беру чашку с кофе и иду знакомиться. Взмах охуенных ресниц, взгляд снизу вверх – вы что-то хотели? Хотела. Ты даже не догадываешься, как сильно я чего-то хотела. - Могу я угостить тебя кофе? Кажется, мне удалось его смутить своим предложением. Или я ему не понравилась? Признаюсь, что конвенционально красивой меня можно назвать только при определенном приближении… или отдалении. Скорее мужественная, чем женственная. Плеть в моей руке смотрится органичнее, чем веер, а стакан виски органичнее, чем бокал шампанского. - Можно? Не дожидаясь ответа, сажусь рядом и со значением смотрю на местных дам: этот парень мой. Пока моя добыча пьет мой кофе, я ее/его рассматриваю. Худой невысокий. Белая кожа, темные волосы. Подвижное лицо, глаза карие и выразительные как у моего кота. - Хотите меня трахнуть? Молчу. - А я девственник. Надеюсь, на моем лице не дрогнул ни один мускул. Поздравляю, Реджи, тебе выпал не парень, а джекпот: несчастная любовь, жизнь не мила, отдамся первой встречной – а потом разрыдаюсь, убегу в туман и разорюсь на психотерапевтах. - Так иногда бывает. - Все равно хотите меня трахнуть? - А чего хочешь ты? - А вы не догадываетесь? - Догадываюсь. Однозначно джекпот, выматерилась я про себя. Лучше бы я сегодня осталась дома, посмотрела порнушку. Ласково приобнимаю наглеца и болевым приемом укладываю себе на колени. Только я знаю, что, если он пошевелится, его рука будет сломана в двух местах. Со стороны мы выглядим как милая парочка, которая позволила себе чуть больше нежности, чем принято в приличном обществе. Свободной рукой перебираю его мягкие локоны. - Отпустите, мне больно. - Так и должно быть в БДСМ-клубе. - Я закричу. - Да, пожалуйста. - Что вам от меня нужно? Стоп. Разве мне от него что-то нужно? Ах, да! Я же хотела его прижать – вот и прижала. Теперь можно отпускать. Осторожно убираю руку. Не убегает. Сидит рядом раскрасневшийся, злой, но не напуганный. - Вы психопатка? - Немного. - Как вас зовут? - Реджи. - Трахните меня, Реджи. - Хорошо. Прямо сейчас? - Да. - Как тебя зовут? - Не важно. Свободная комната в клубе нашлась на удивление быстро. Надеваю страпон, на страпон презерватив, на презерватив лью смазку. - Раздевайся. Раздевается и становится на четвереньки. Колечко ануса сжато, надеюсь, что это ненадолго. Почему-то в этот раз мне не хочется церемониться. Лью смазку между ягодиц и вдавливаю головку страпона в узкий проход. Головка заходит максимум на сантиметр, надавливаю сильнее – не идет. Не врал, зараза, действительно, девственник. Варианта два: или расслаблять, или насиловать. Можно пригласить Джун, она с такими не церемонится. Задумчиво глажу своего пока еще девственника по пояснице. Задышал. Пробую войти пальцем – опять замер и сжался. - Не хочешь? - Хочу. - Уверен? - Да. - Тогда откройся. Снова глажу его по пояснице – бесполезно. Поднимаю с колен, сажусь напротив, беру за подбородок и осторожно целую в губы. Затем кладу руку на затылок, сжимаю в кулаке волосы и откидываю его голову назад, чтобы удобнее было подобраться к горлу. Снова затаил дыхание. - Как тебя зовут? - Рики. - Ты мне нравишься, Рики. Очень нравишься. Задышал. - Ты очень сексуальный, Рики. На сегодня насилие отменяется. Будем брать лаской. Смотрю в карие глаза, глажу нежную кожу на пояснице, трогаю спину, шею, живот. Провожу пальцами по губам, он приоткрывает рот и обхватывает губами мои пальцы. Спустя полчаса мой уже не девственник постанывает в такт моим движениям. Анус раскрыт и развратно хлюпает от смазки. На лбу капельки пота, взгляд мутный. - Рики, ты меня слышишь? - Да. - Считай вслух до ста. Перехожу на режим жесткой ритмичной долбежки. На счете 67 он вскрикнул, выгнулся как в судороге и замер. Одного оставлять его теперь нельзя, надо выбираться из клуба.