Перемены приносят рост

Картмана никогда не беспокоила дружба Стэна и Кайла. Конечно, он хотел бы иметь кого-то, кто был бы ему близок, как эти двое друг другу. И время от времени он мог завидовать тому, что у них было. Но в целом он был согласен с тем, что они лучшие друзья. В конце концов, это было частью динамики их группы. К тому же, у него был Кенни, хотя он знал, что Кенни не собирается делать все возможное, чтобы спасти его от смерти или написать пидорскую песню, чтобы вернуть его домой. Чертов Кенни. А еще был Баттерс. Но Баттерс был придурком, так что вряд ли он считался потенциальным лучшим другом. Но самое главное - Картман был соперником Кайла, и это было гораздо важнее, чем какая-то глупая дружба. Друзья приходят и уходят, а соперники? Соперники - это навсегда. Именно по этим и многим другим причинам Картман был удивлен, когда Кайл бросил Стэна за то, что тот был депрессивным мудаком, и стал больше общаться с ним, как с другом. Сам по себе этот факт был достаточно шокирующим: Кайл решил перестать быть маленьким геем со Стэном. Но еще большее впечатление произвело то, что Кайл по собственной воле выбрал Картмана в качестве своего нового... друга? И, несмотря на то, что, по всем законам, они не должны ладить друг с другом, Картман наслаждался этим. Ему было приятно играть вместе с Кайлом в игры, смотреть с ним фильмы, есть вместе мороженое и прочее дурацкое дерьмо, которое он видел, как тот делал со Стэном. Иногда там был и Кенни, но было неважно, был он или нет. Он был чем-то вроде фонового шума. Картман понятия не имел, что с Кайлом было довольно круто тусоваться. Все это время он думал, что Кайл был просто надоедливым засранцем, который злился по любому поводу. Ну, он все еще часто злился, в конце концов, он был Кайлом, но что-то изменилось. Между ними больше не было вражды...была...дружба? И Картман обнаружил, что не хочет, чтобы эта новая фаза заканчивалась, даже если это означало, что Стэн в его жизни превратился в фонового персонажа. В любом случае, это была вина Стэна, он решил стать скучным без всякой причины. У них не было никаких обязательств терпеть его. Однако он был вынужден признать, что его настораживало то, как мало Кайл скучал по Стэну. Больше всего Картман заметил, что иногда, когда Кайл и он спорили, Кайл смотрел в его сторону, как бы ожидая, что Стэн согласится с ним, но потом вспоминал, что его там больше нет. Но вместо того, чтобы выглядеть меланхоличным или сожалеющим, Кайл просто пожимал плечами и продолжал препираться с Картманом. Это было странно. Разве Стэн не был его супер-лучшим другом или еще каким-то гейским дерьмом? Как Кайл мог вести себя так нормально? Ему было интересно, будет ли Кайл вести себя так же, если Картман перестанет с ним общаться. Если бы Кайл просто нашел кого-то другого, с кем можно было бы поссориться, он забыл бы о Картмане совсем. Картман был потрясен, обнаружив, что эта идея пугает его. Он не хотел, чтобы Кайл ушёл от него, заменив его. Он хотел быть особенным для Кайла. Поэтому, когда Стэн пришел к ним на работу, пьяный и глупый, и попросил простить его, Картман забил тревогу. Пытался ли он что-то решить? Чтобы все стало так, как было раньше? Нет, нет, Картман ему не позволил. Прости, Стэн, но твое время истекло! Не то чтобы ему пришлось много делать: поговорив немного, Стэн ушел совершенно подавленный, и Картман решил, что Кайл его послал. И это так его обрадовало, что он улыбался весь оставшийся день. Глупый Стэн. Как будто Кайл примет его обратно после всего этого. От него тоже воняло алкоголем, Боже. Неужели он становится таким же бесполезным пьяницей, как его глупый отец? Господи. Даже если это означало, что на горизонте нет никаких угроз, Картман хотел убедиться в этом. Ему нужно было дать Кайлу понять, что он думает по этому поводу. Чтобы он почувствовал, что его ценят и все такое. Если уж на то пошло, Кайл, вероятно, думал, что Стэн воспринимал его как должное, поэтому он устал и ушел. Он не собирался повторять эту ошибку. Поэтому, когда их рабочее время закончилось и Кенни с Баттерсом ушли, Картман подошел к рыжему. – Кайл... – начал он, немного колеблясь. Трудолюбивый, как всегда, Кайл был занят чисткой гриля. – Да? – ответил он, протирая решетку тряпкой. –Я просто хотел сказать тебе, что... э-э... – удивительно, но слова давались ему нелегко, несмотря на то, что он так опытен в манупуляции людьми с помощью слов. – Ну... эээ... – Картман почесал голову. – Хм... Кайл остановился и уставился на него, подняв обе брови. Господи, как же ему было неловко сейчас. – Просто... – мальчик заставил себя улыбнуться. –Было приятно, эм, работать вместе... и все такое...? – Картман вытер потные ладони о заднюю часть штанов. Постепенно глаза его друга широко раскрывались, но рот оставался закрытым. Почему он ничего не сказал?! Он же старался изо всех сил! Неблагодарный еврей! – Я пытаюсь сказать, что... – Картман в отчаянии потер потные ладони о заднюю часть штанов. – Последние несколько недель...были веселыми...и...классными... – неуверенно он поднял глаза на Кайла. У парня было самое скептическое выражение лица, как будто он ждал от Картмана какого-то извращенного подкола. Вот засранец. Может быть, ему стоит так ответить? Но нет, в этот раз Картман хотел поговорить о том, что он действительно чувствовал. – Послушай... – он начинал расстраиваться. – Я просто хочу сказать, что ты мне нравишься, хорошо! – воскликнул он, возможно, громче, чем планировал. Между ними воцарилось молчание, когда он наблюдал, как медленно падает челюсть Кайла, в то время как его лицо становится немного розовым...а затем красным... и еще краснее... Что? Почему он покраснел? Неужели то, что сказал Картман, было настолько впечатляющим? Он просто сказал, что ему нравится... подождите, нет, нет, нет, нет, черт, нет! Это не то, что он имел в виду! Не это! Блядь! – Подожди, подожди, подожди! – Картман резко замахал руками. –Например, как друг! Мне нравится дружить с тобой! Как бы ни трудно было это сказать, это было гораздо менее неловко, чем случайное признание своему сопернику. Картман слегка ухмыльнулся, гордясь собой и надеясь, что Кайл оценит его старания. Вместо этого выражение лица Кайла стало бесстрастным, и он отвел взгляд. Через несколько секунд он отвернулся и вернулся к своим обязанностям уборщика. – Понятно. – Картман едва расслышал его за уборкой. Серьезно? Серьезно, блядь?! Картман говорил ему, что ему нравится дружить с ним, в отличие от того, какими были их отношения, а этот ублюдок только и мог сказать: «Я, блядь, вижу?!». У него что, дефект речи?! Как можно быть таким неблагодарным мудаком! Его нельзя было бы винить, если бы он решил бросить попытки разговора с евреем, но Картман был человеком настойчивым, он не собирался бросать это дело, это было важно, черт возьми! – Я не пытался сейчас шутить. - уточнил брюнет, помрачнев. – Конечно, не пытался, Картман. – Кайл даже не потрудился посмотреть на него, когда ответил, явно больше заинтересованный в чистке дурацкого гриля. – Я не пытался! – настаивал Картман. – Я просто... я...я...я переполошился и облажался! – он снова заикался на словах, что за хрень с ним сегодня творилась? Кайл остановился и недоверчиво посмотрел на него. – Ты был ошеломлён? – Да! – случайно выкрикнул Картман. – Я просто не привык говорить о таких вещах, ясно! Скрестив руки, Кайл сел на решётку гриля. – Ты не привык говорить своим друзьям, что они что-то значат для тебя? Какого хрена этот рыжий стал таким умником? Он знал Картмана, он знал, какими они были, почему он не принял это в сведение, а жаловался, как чертова сука? Но опять же, это было так похоже на него. Всегда найдет, зачем поплакаться. Придурок. Внезапно Кайл, казалось, осознал, насколько раздражающим он был, и прекратил. –Мне жаль. – он вздохнул. – Наверное, я все еще на взводе из-за появления Стэна и прочего... В этом есть смысл, подумал Картман. Возможно, в конце концов, это было не такое уж удачное время. – Ты беспокоишься о нем? – по какой-то причине его пульс начал ускоряться, когда он это сказал. – Мм? – Кайл посмотрел на него. –Нет, он больше не моя проблема. Просто было обидно видеть, во что он превратился, понимаешь?. – затем его взгляд переместился на пустой дом рядом с домом Картмана. – Подумать только, еще недавно это был мой лучший друг... Ну, это было неловко. Кайл редко, если почти никогда, доверял Картману. Это была работа Стэна. Поэтому Картман не знал, что сказать, чтобы не показаться крайне бесчувственным в данной ситуации. Уязвимость Кайла была привилегией, и он не хотел испортить этот момент. – Кайл... – Однако, не жалею об этом! – он продолжил. – Жизнь продолжается и... – Кайл переключил свое внимание на Картмана. – Я рад, что я в «Картман Бургер». Он искренне улыбнулся. Не обращая внимания на стук своего сердца, Картман разразился бурным смехом. – Ты чертовски прав, еврей! Этот бизнес будет и дальше процветать! Скоро мы станем такими богатыми, что нам больше не придется возвращаться в школу! – с энтузиазмом заверил он. Кайл хихикнул. – Я буду верить в это, жиртрест. – заявил он и щелкнул Картмана по лбу, после чего поднял свой рюкзак. – Думаю, на сегодня все. Увидимся завтра! – он попрощался и начал уходить. Ошеломленный Картман потрогал свой лоб, глядя вслед уходящему Кайлу. Стэн был идиотом, настоящим идиотом. Он не ценил того, что было перед ним, а теперь было уже слишком поздно. Вот идиот. Впрочем, Картман не собирался его жалеть. К черту Стэна, это было началом новой эры. Эры Картмана. – Картман? – Кайл остановился. – Да? – он непроизвольно пискнул. Яркие зеленые глаза пронзили его насквозь. – Мне это тоже нравится. – Кайл усмехнулся и продолжил идти, напевая песню, которую Картман не мог распознать. Какое-то непонятное тепло разлилось по телу Картмана, когда внутри живота защекотало. Прежде чем он осознал это, он уже сиял как идиот, охваченный неведомым ему самому восторгом. Если это и была настоящая дружба, то она была не так уж плоха.