Капля яда в море справедливости (BL novel)

Повсюду тишина, кажется, даже птицы на миг перестали исполнять свою полюбившуюся трель. Летние деньки уж подходят к концу, хочется задержать это прекрасное время любыми способами и оставить глубоко в сердце. Приятная глазу уличная растительность все ещё цветет и радует глаз, а сейчас, под розовым покровом заката, она кажется словно заколдованной. Дворовые коты то и дело нежатся в уходящих и ещё теплых лучах, в попытках насладиться моментом как можно больше. Голубое небо ближе к горизонту совсем не кажется тем, что вначале. Волшебный градиент от желтоватого до ярко-красного цвета заставляет дыхание остановиться на мгновение. Горячий воздух ласковыми прикосновениями ложится на лицо, а благодаря бликам от солнца приходится слегка жмуриться, расплываясь в нежной улыбке. Холодный пол был первым, что почувствовал мужчина. Белые, как первые снежинки, ресницы дрогнули и разум начал проясняться. Приподнялся на колени в небольшом опьянении то ли от манящего запаха благовоний, то ли от сильного свечения, что исходило от золотистой ткани, отражающей солнечный свет прямо юноше в глаза. Он осмотрелся. И стены, и потолок, и даже пол были украшены золотыми капельками на нитках. Место было чем-то похожее на бальный зал или современный церковный собор: белоснежные колонны возвышались до потолка, где можно было разглядеть фрески с изображением белоснежной змеи в золотом кубке. Перед альбиносом красовалась золотая ткань через которую можно увидеть утонченный женский силуэт, что медленно и элегантно помахивал веером. Но это была лишь тень: ни лицо, ни цвет одежды нельзя было увидеть. "Стоп. Где-то я это уже видел..." —подумал альбинос, приглядевшись к фреске —"... Точно! В аптеке! Но это место точно не-" Юношу ногой прижали к полу и он случайно закончил мысль уже в слух, выкрикнув слово "аптека". —Да как ты смеешь смотреть на императора? Проклятиями разбрасываешься?! Отвечай, щенок, что означает это слово? "Императора?! Это мужчина? Почему он так женоподобен? Я бы и не догадался... Хорошо, что ничего не ляпнул"— с лица путника скатилась капелька липкого пота, но видно от волнения, а не от жары. Похоже, что чуда не случилось, поездка в бочке обошлась не без травм. Из рта альбиноса со словами выплеснулась и алая, немного вязкая кровь. Похоже появилась проблема с лёгкими или ещё что похуже. За это его собирались убить на месте, но из-за ткани показалась ухоженная тонкая ладонь, будто женская. Она была бледная, но в отличии от альбиноса причина была в недостатке солнечного света. Стала видна вертикальная ухоженная ладонь. Показанный знак дал понять страже, что пора перестать кричать и послушать. Оба стражника сразу упали на одно колено и задержанный увидел, что это братья Цун. Те самые, что "гостеприимно" встретили его, а потом ещё и вырубили, не дав отдышаться. —Какого твоё имя, путник?... —донесся голос из-за ткани. Голос был и вправду мужским, от чего в лице альбиноса проплыла неловкость. Он подумал, что это красивая госпожа. Юноша задумался. Он не помнил своего настоящего имени, придется придумать новое. Альбинос молился, что придумает что-то оригинальное и не повторится, иначе будет неловко входить в чью-то семью. —Моё имя Джинао¹— ответил уверенно задержанный юноша, не понимая что сказал. Ладонь быстро вернулась обратно за балдахин. Веер закрыл половину лица императора, а маленькие стражники держались, чтобы не засмеяться. Сами же говорили о мерах приличия. —Интересное у вас имя... Джинао. А откуда вы приплыли? Наверное ваша семья очень тоскует по вас... "Я даже кто я такой не знаю! О чем вы?! Понял я, что сказал что-то странное, но не пытать же меня вопросами!" – подумал Джинао и вздохнул, не поднимая глаз, так как боялся опять получить оплеуху от довольно сильных малолеток. Кровь ему ещё нужна, да и умирать юноша не собирался. —Я не знаю откуда прибыл, ваше превосходительство. Также не помню свою фамилию и семью... —Ох, как жаль. Тогда добро пожаловать в город Цизин. Цун Жун, отведи этого достопочтенного к библиотеке, а после к мастеру Лю. Цун Жао, подготовь этого мужчину к переезду. Доложи горожанам о новом жителе, найди жилище и сменную одежду. Можете отправляться. Джинао не мог понять, почему допрос был столь коротким, ведь он приплыл в бочке, в ранах, так ещё и альбинос, а такие люди очень редки. Многие даже не верят, что такие существуют, но похоже, что мужчина верное доказательство для всего мира. "Почему меня вначале ведут в библиотеку, а не в травмпункт? У меня же из головы кровь идет! Какая одежда? Почему мне сразу дают всё необходимое для проживания? Слишком много вопросов. То ли я чего-то не понимаю, то ли император здесь никудышный. Ну слишком он хорошенький с каким-то бродягой. Тут точно есть подвох!"—заявил для себя Джинао, когда его поток мыслей перебил вопрос подростка: —Сколько тебе лет то?— Цун Жун завернул за угол. По интонации легко можно сказать, что новому жителю юноша не рад. Закат его глаз точно нельзя было зачесть как от наслаждения или удовольствия. Хотя виновнику это показалось даже смешным, и он усмехнулся: —А сколько бы ты мне дал? –каждый шаг альбиноса был похож на тысячу мечей, вонзающихся в его плоть. Кровь стояла мерзким металлическим привкусом на языке, но и это не останавливало его любопытства. Особенно нечего было разглядывать по сторонам. Один зал был похож на другой, тот на последующий и так далее. Это место можно было бы назвать настоящим золотым лабиринтом². Юноша ответил вопросом на вопрос не из-за желания посмеяться над Цун Жуном, он просто и сам не знал сколько ему лет. Это тело было ему совершенно не знакомо. —Я первый задал вопрос. Отвечай— высказался стражник и вдруг до него дошло, что наш альбинос не помнит кто он и тем более не знает сколько ему лет— ну или придумай сколько тебе лет. Только в пределах разумного. От двадцати до сорока. —Тогда мне будет...— Джинао задумался и сглотнул поступающую к горлу кровь— Двадцать шесть. —Теперь придумывай себе дату рождения. —Шестнадцатое октября— быстро ответил альбинос первым числом пришедшим на ум. —Придумывай другое число! Это мой день рождения! Я не собираюсь отмечать его с тобой в один день! — подросток грозно взглянул на попаданца, оказалось, что это его день. Джунао сразу увидел, что у подростков довольно много психологических травм. Не обладая медицинским или педагогическим образованием можно легко заметить, как глаза ребенка округлились от услышанного. Казалось, что это был единственный его праздник, когда о нем вспоминали или по другим причинам этот день был ему очень дорог. В глазах Цун Жуна будто застыли слезы хрусталём, но он всё ещё держал планку стражника и непоколебимо шел вперёд. —Оу, прости, я правда не знал... Тише, тише...Давай тогда двенадцатого ноября? Если этот день тоже нельзя, я могу придумать что-то другое— Джунао решил не злить мальчишку, ему стало его жаль. Альбинос похоже мог записаться в следователи, так как уже по часу нахождения с этим маленьким мужчиной³ понял, что тот не должен работать стражником. Несмотря на его умения– на пальцах Цун Жуна была сахарная пудра, сам он пах карамелью, а на его обуви был белый след, похоже от муки или той же сахарной пудры. Вряд ли он просто купил булку в лавке и так испачкался. Похоже, что следы были уже не свежие и появились примерно часов шесть назад. Поспешных видов было делать нельзя, но "настоящий детектив не верит в совпадения"⁴. Подросток выглядел несчастно. —Да, забирай —последний поворот и они дошли до двери. Она была огромной по размерам– метра три в высоту. По сравнению с ней можно было почувствовать себя крошечным. Цун Жун ловко одной ногой открыл дверь и провёл альбиноса в библиотеку. — А зачем вообще брать книгу? Какую выбрать?—Джунао вопросительно посмотрел на подростка и тот закатил глаза. —Идиот, ты не должен выбирать книгу! Это книга тебя выбирает. Проверка на личность. Ты думал, что всё так просто? Никогда в библиотеках не был? —Извини уж, я этого не помню как и себя, как и вообще этот мир. Как она может выбрать меня, если книги неодушевлённые? Их делают из дерева! —С ума сошел? Не кричи в библиотеке! —Цун Жун закрыл рот альбиноса сладкой ладонью, но похоже, что было уже поздно. Полки задребеждали, книги начали из них выпадать, целились именно на Жуна и Джунао. Оба быстрее спрятались под стол, что одиноко стоял в углу комнаты. Послышался размеренный стук каблуков. Попаданец был слишком любопытен, поэтому начал наблюдать за происходящим через щёлку между старыми деревянными панелями стола. Книжные полки рухнули и по ним как по ступенькам спустилась высокая стройная девушка. Она выглядела мягко говоря статно. Похоже, что это библиотекарь. Рыжие вьющиеся волосы под лаком падали на тонкие плечи, острые черты лица и вечернее платье болотно-зелёного цвета. Роскошные ресницы и зелёные, как наряд, глаза. Девушка была очень красива и выглядела как минимум мудрой. Книги сразу успокоились и собрались в несколько стопок по буквам и цветам. Похоже, что они и вправду были живые. Незнакомка подозрительно осмотрелась и будто принюхалась. —Посыпка... Крошки...—девушка говорила что-то непонятное, обратив внимание на стол—Цун Жун? Это ты? Кого это ты привел? Он мне не нравится! Книги, как заколдованные кружились по комнате и становились на свои места. Резко что-то взорвалось и Джунао пришлось закрыть глаза и отвернуться от щёлки. Стол был не тронут, но в щель могла попасть пыль, которой было довольно много. Теперь перед юношей и подростком стояла уже не та властная девушка, а маленькая девочка лет десяти. На ней были круглые большие очки, глаза остались зелёными, как трава на лугу. Волосы— рыжие, но теперь заплетены в две косички. На ней был надет светло-зелёный сарафан, а из под него была видна белая водолазка. На ногах белые колготки и миниатюрные босоножки. Сама по себе девочка была миниатюрной и очень похожа на вредную "заучку". "Здесь только дети работают? Где все взрослые? Что за место такое!"—мысли бегали одна за другой в голове альбиноса. Не каждый день увидишь летающие книги, женоподобных наивных императоров и девушек, что превращаются в агрессивных крошек. —Я пока что никому и не понравился. Моё имя Джинао, фамилии нет, я знаю, что так себе имя, но так получилось – альбинос с Цун Жуном вылезли из под стола и повернулись лицом к маленькому ребёнку. Девочка подбежала, обняла Цун Жуна за ногу и зарядила кулачком прямо в живот попаданцу. Удар был, как у полноценного взрослого человека, поэтому кровь опять плеснула на пол, но девочка и не стала извиняться, хотя юноша и упал на пол. "Господи, почему они все такие сильные... Я ущемлён" —подумал альбинос, вытирая с лица кровь, и вопросительно-восклицательно посмотрел на Цун Жуна. — Её зовут– Шутай Цзу(5), это моя... —подросток сглотнул слюну, похоже ему не очень хотелось продолжать, всё же личный вопрос. —Же-на!– заявила за него девочка, несмотря на её детскую улыбку, обращенную к Жуну, глаза не выдавали никаких эмоций. Ранее это была злость или раздражение, а теперь ничего. Она будто о чем-то задумалась и склонила взгляд на пол, где заметила кровь. Джунао сильнее закашлялся. Где это видано, чтобы девочка уже в таком раннем возрасте была чьей-то женой? Хотя их характеры подходили друг другу. Мурашки побежали по коже, когда альбинос увидел, что ребёнок подошел к лужице крови, поправил свои очки и этой же кровью что-то написал на полу: —Ты чего это делаешь? –Джунао медленно попытался встать на ноги. —Книгу ищу, недотёпа. Я по твоему столь глупа, чтобы просто так бить незнакомцев? Я бы тогда не работала четыреста лет в этом помещении. Мне всё равно откуда ты, главное это твоё имя и кровь. Книга сама тебя найти не сможет. Нужно показать на то, что ты пришел. Кстати, тебе идеально подходит имя. Рисунок был похож на священные руны, но юноша не знал их значения. Альбинос понимал, что спорить с ребенком не только бесполезно, но и глупо. Несмотря на своё низкое положение даже перед такой маленькой помехой, парень решился съязвить. Неожиданно он осмыслил слова маленькой леди: —А тебе твоё... Стоп, сколько ты здесь работаешь? Девчонка похоже сама была недовольна своим именем и фамилией, поэтому грозно взглянул на на Джинао, а после, задрав нос, воскликнула: —Четыреста лет, что не понятного?