Небылица

Вскоре Миша остановился и вновь глянул на друга; тот тоже остановился. — Милости прошу к моему шалашу. — произнес трубадур, отодвигая еловые ветки… Перед парнями сразу же будто раздвинулся занавес из густых мохнатых лап ели. И они увидели дивную картину залитой лунным светом лесной опушки, с тихо шелестящей от ветерка травой. Был виден и сделанный кем-то костёр, ожидающий пока владелец его подожжёт, и палатка была там, построенная из прочных густых еловых веток и палок, с кроватью из листвы. Понятно стало, что трубадур живёт в лесу достаточно долго, а топором довольно хорошо орудует. Михаил прошел на поляну, жестом подзывая Андрюху двинуться следом. Усевшись рядом с костром, трубадур достал из кармана два кремня и начал пытаться выбить искру на заранее подготовленные палки, даже не обращая внимание на недавно покалеченные руки. Когда у него получилось добыть огонь, вся поляна мигом залилась ярким и приятно теплым светом и запахом горящей сухой листвы. Принц улыбаясь прошел во владения своего друга, будто тянулся к этому волшебному свету и пляскам огня, делающими лес восхитительным местом, полным невообразимых чудес. Андрей уселся рядом с другом на большое бревно, которое явно притащил сюда музыкант, обустраивая свой небольшой лагерь. — Красиво у тебя. — произнес член королевской семьи, чувствуя, будто он впервые за много лет действительно попал домой. А этот беззубый товарищ, сидящий рядом, самый настоящий брат, порой такой дурной, но зато готовый полезть за Андреем хоть в огонь, хоть в воду. Горшку же явно было приятно слышать такую похвалу в свой адрес, изначально он старался только для себя, обустраивая лагерь, но не думал, что принцу это тоже понравится. Решив не терять времени даром, Миха снял свой пояс с деньгами и топором, аккуратно все раскладывая, затем ещё снял и лютню. — Слушай, Андрюх, псевдоним сценарный надо бы придумать для тебя. Может фамилию скажешь свою? — сообщил трубадур, конечно у него имелась пара идей насчёт прозвища для своего лучшего друга, но ему было интересно узнать фамилию этого принца. — Князев. — сказал Андрей, раскрыв другу ещё и свою фамилию, но абсолютно не ожидая, что Горшок внезапно начнёт смеяться. — Принц с фамилией Князь. Хорошо я смотрю с фантазией у вас все. — сквозь свой почти беспрерывный хохот произнес Михаил, просто не в силах удержаться и не ржать. Принц же шутку не оценил и перестал смотреть на Мишу, уставившись на горящий костёр, все-таки ему нравилась его фамилия, а друг так нагло высмеял весь королевский род. — Ну, прости, Андрюх меня. Пусть Князь будет сценарный псевдоним твой, нравится тебе? — трубадур успокоился сразу же, как только понял, что Князеву подобные шутки не очень понравились. Хотя Михаил не понимал почему именно друг так отнёсся к самому обычному смеху. — Да, нравится, Мих. — ответил Князев, вновь заулыбавшись как прежде, подняв глаза на друга и показывая, что он не держит на беззубого обиду. Горшок же, сразу, как разложил свои вещи, прошёлся по поляне к своей импровизированной кладовой. Он наполнил какой-то чистый большой лист орехами и ягодами. Затем ещё достал из сумки тканевый свёрток с недоеденным с утра мясом и хлебом. Ему хотелось чем-то угостить своего друга и гостя, чтоб тому было хорошо в этом темном прохладном лесу в компании трубадура. Андрей все продолжал осматриваться, заметив, что на большой ветке другого упавшего дерева лежит кольчуга и даже шлем. Вероятно, эти вещи тоже принадлежали Михе, который сейчас носиться по лагерю, собирая хорошую еду для своего друга. Будто настоящая хозяюшка, Михаил собрал каких-то припасов и уселся рядом с Андреем, пододвинув к нему пенок в качестве стола, куда и выложил явства. - Не богато, но, другого нету ничего. - пожал плечами беззубый, смотря на своего нового лучшего друга. - Да это прекрасная еда, Миш. Может тоже покушаешь? - улыбнулся Андрей, смотря на Михаила и чувствуя к этому малость дурному парню самую настоящую братскую связь. - Не, не хочу. - отмахнулся Миха. Тогда принц начал есть те действительно небогатые угощения, любезно предоставленные трубадуром. Горшок же, смотрел как друг ест и улыбался, стараясь лишний раз не светить свои руки. Они итак пострадали, а если Андрей этим заинтересуется, то наверняка будет сильно волноваться. Хотя, кажется Княже уже давно увидел, что ладони Миши замотаны, просто член королевской семьи искал нужный момент для разговора об этом. - Миш, почему у тебя перевязаны ладони? Ты ранен? - докушав принц все же решил поднять этот довольно тревожащий его вопрос. Как и следовало ожидать, он действительно уже давно это увидел. Но Горшенев, поднявшись с бревна тут же решил уйти от ответа и сменить тему: - Поздно, спать ложиться надо бы. - Горшок блядь! - внезапно даже для себя рявкнул Андрей, перехватив друга, который неспешно, прогулочным шагом шел в сторону своей импровизированной палатки. Князев развернул друга к себе лицом и посмотрел ему в глаза, чувствуя себя либо мамочкой этого лохматого дикого паренька, либо старшим братом, хотя на самом деле понимал, что был старше Горшка максимум на полгода. - Да ладно тебе, ну подумаешь поранился немного. - сказал Миша с таким лицом, будто это была маленькая царапина на пальце, а не обе забинтованные ладони. - Покажи. - потребовал настырный заботливый принц, уже кажется начав надоедать своему другу. Михаил с недовольства плюнул, а после сказал: - Слушай, я знаю, что делаю, мне не пять лет от роду. И я все обязательно тебе расскажу, но потом. Будущий король посмотрел на друга и позволил ему спокойно пойти ложиться спать. В конце концов беззубый был прав и ему явно ненужна была помощь от какого-то принца, который за пределы города то до этого не выбирался. - Давай спать, дружище? - смягчившись трубадур кивнул в сторону своей собственноручно построенной палатке. А затем, немного подумав предложил другу переночевать под звёздами на мягкой траве. Андрюха зевнул, что в принципе являлось согласием на предложение друга и недолго думая принц в чистой дорогой одежде улёгся на траву. Зато рядом с ним лег его беззубый друг, который был дороже, чем все шелка в мире. Уснули они быстро, а ночь была теплой и крайне тихой, особенно в сравнении с городом. *** — Княже… Пошли… — над мирно спящим в палатке Андреем настырно навис уже проснувшийся Миша, пытаясь ненавязчиво разбудить друга. — Миш?.. — принц лениво приоткрыл один глаз, плохо соображая и не до конца понимая, почему друг поднялся в такую рань. — Пойдем, "спящая красавица". — недовольно пробурчал Горшок, хватая толком не проснувшегося друга за руку и тут же потащив куда-то, не дав ему даже встать на ноги. Андрей не соображал толком и просто пытался идти за этим беззубым, из всех сил борясь с желанием прямо сейчас прилечь поспать. Сын короля привык спать до обеда, а сейчас его пробудили ещё даже до восхода солнца. Но Михаил не собирался отвечать, что ему понадобилось в такую рань от лучшего друга. Он просто весело шел впереди, таща за собой почти спящего Князя, подбираясь к большому крутому холму. — Мих, куда мы идём? — удивлённо спросил принц, понимая, что они полезли подниматься на самый верх холма. — Увидишь… — с каким-то устрашающей скрытностью ответил трубадур, продолжая подниматься выше. На самом деле Михаилу можно было позавидовать, он явно проснулся не очень давно, а был настолько бодрый, будто его молнией ударило. Он так и рвался куда-то вверх, не замечая будто что лезет на холм, а за ним с трудом карабкается Андрей. Все же деревенский парень Горшок был немного сильнее и ловчее, находясь в очень хорошей физической форме. Хоть принц из города изо всех сил показывал, что он не неженка и почти не уступает Горшеневу по физическим качествам. Вскоре двоим они забрались на самую вершину большого высокого холма, сильно возвышающегося над деревьями. - Мих, смотри, замок. - произнес с восхищением Андрей, даже не подозревая, что они поднялись так высоко, будто вспарив над дремучим лесом. Но Горшка гораздо больше интересовало то, что происходило с противоположной стороны. На прекрасный спящий город он даже не глядел. - Андрюх, ты обернись. - произнес с не меньшим восхищением трубадур, стоя у лучшего друга за спиной. Князь послушно обернулся и так и замер с открытым ртом, глядя на невероятную неописуемую красоту розового рассвета. И на самом краю холма стоял Миша, так и тянущийся туда, где свет и свобода, как художник пораженный этой прекрасной картиной. - Спасибо Миш... - произнес принц, подходя поближе к другу. Он был благодарен Михаилу за все, ведь он оказался первым другом за всю королевскую жизнь Князева. К тому же эта беззубая веселая морда спасла лучшего друга из-под заключения в замке. А теперь трубадур показал такую красоту, от которой захватывало дух и хотелось смотреть на рассвет, не отрываясь. Горшенев так и стоял, замерев на самом краю, даже не боясь, что упадет вниз и разобьётся на смерть. Андрей подошёл к лучшему другу и приобнял его, устремив свой взгляд на поднимающееся из-за гор солнце. - Знаешь, Княже, ты мой самый лучший друг. - улыбаясь произнес Михаил, приобнимая своего друга принца в ответ. Андрей чувствовал такое тепло, что на душе становилось хорошо и хотелось обнимать лучшего друга, никогда его не отпуская. Но трубадур абсолютно не сопротивлялся, так и продолжая приобнимать принца, любуясь рассветом. Это было не просто событие каждого утра, а будто нечто сакральное, символичное. Подъем сияющего солнца над деревьями, символизировал рассвет дружбы этих двух весёлых молодых парней. Они нашли друг друга, за один день став такими друзьями, что ни высочайшие горы, ни глубочайшие долины, ни широчайшие реки не могли разбить такую дружбу. Они стали друг для друга настоящей семьёй и каждый из членов этой совсем маленькой братии был готов с рвением сражаться за своего товарища. - Знаешь, братец, оружие раздобыть надобно тебе... - произнес Михаил, не отводя взгляд своих глубоких глаз от прекрасного рассвета. Княже даже на секунду замер, впервые его кто-то назвал братом, а значит Горшок тоже чувствовал эту связь. - Какие у тебя есть идеи? - с интересом спросил принц, даже не замечая, как сильно успел породниться с этим неопрятным беззубым бедняком. Все же было между ними что-то родное, оно будто говорили на своей языке и находились абсолютно на своей волне. - Кузнеца знаю одного я, должен он мне, я жизнь ему спас однажды. - сказал Миша, явно предлагая другу собрать вещи и рвануть на восток, к деревне где живёт этот кузнец. И Князев только поддержал мысль друга, будучи готовый отправиться с ним хоть на самый край света.