***
17 апреля 2022 г., 13:14
Пытаясь унять противную дрожь в пальцах, молодой маг обхватил себя руками. Внутренности будто скрутились в тугой узел и определённо не поддавались распутыванию.
После Победы Поттер надолго пропал. Его искали. И друзья, и Министерство, и учителя. Но никто не мог найти – Фиделиус надёжно скрыл Блэк-Хаус на площади Гриммо.
Объяснение такой резкой пропажи было до банального просто: Гарри Поттер запил. Как бы старый Кикимер не прятал спиртное, Хозяин всё равно его находил и тогда всё повторялось по кругу: гнев на Дамблдора, крики на «друзей», которым нужна была лишь слава, рыдания из-за одного зельевара и своей ненужности, апатичные высказывания по поводу дальнейшей жизни...
Гарри не рассчитывал дожить до своих девятнадцати, да что там! Он каждый год со страхом ожидал, что за ним вот-вот придут и убьют! Паранойя стремительно крепчала, прорастая своими склизкими, холодящими душу корнями в самое сердце.
Со Снейпом отдельная история. Когда Ужас Подземелий испустил последний вдох, в мозгу Гарри что-то щëлкнуло. Он понял, что всё это время любил этого носатого ублюдка (по крайней мере последние пару лет так точно). Осознание этого помогло спасти зельевара – неконтролируемый выброс магии сработал как дефибриллятор. После, когда всё закончилось и Снейпа вылечили, Поттер пришёл к нему с повинной.
«Будь, что будет!» – решил он. И наткнулся на стену холодного презрения. Мужчина был благодарен и за то, что он выжил, и за оправдание его в суде по делу оставшихся на свободе Пожирателей, но отныне Снейп не желал слышать даже упоминаний ненавистной фамилии. Сам он исполнил свою долгожданную мечту – ушёл из Хогвартса и занял место штатного зельевара в Гильдии.
Это было больно. По большей части именно это стало тем спусковым крючком, сломавшим когда-то сильного парня.
Но всё имеет свой конец. Он был и у запоя Поттера...
Однажды Кикимер наотрез отказался варить новую порцию антипохмельного, и Гарри пришлось самому тащиться в подвальную лабораторию. И то ли он что-то намудрил с составом зелья, то ли, заснув, сделал что-то непонятное, но результат был на лицо: демон, сидящий на его кухне и пьющий чай в компании охреневшего недозельевара. И пошло-поехало!
Демон – кстати, вполне представительного вида мужчина, только с рогами – заявил, что когда-то знал род Блэков и даже состоял с одной его представительницей в интимной связи – тёмный род никогда не гнушался вливанием волшебной крови в свой генофонд. Почувствовав знакомую кровь и увидев печальное состояние парня, житель Ада решил помочь (да, вот такой он неправильный демон, что уж тут поделаешь? Сентиментальный он!). А потом... Гарри не знает, как так вышло.
Сперва всё шло хорошо, Асмодей вёл себя исключительно хорошо, помогал с уборкой и делами двух свалившихся на хрупкую шею парня Родов, даже взялся подтянуть Гарри по зельеварению! С этого-то всё и началось: невесомые, будто случайные, прикосновения к оголённым участкам кожи, шёпот в самое ушко, ненавязчивые объятия... Однажды, не выдержав, Поттер развернулся к мужчине и впился в его губы неуверенным поцелуем, тот подхватил, и вот юноша уже сидит на столе, абсолютно чистом от котлов и ингредиентов. Там и был его первый раз, после которого ужасно болели спина и локти.
Так и повелось. Днём – дела и учёба, а ночью – страсть в исполнении молодого мага и его адского любовника. В какой-то момент Поттер испугался, что им поиграются и бросят. Даже попытался первым отдалиться от любовника, но тот быстро смекнул в чём дело. В ту ночь они поистине занимались любовью. Страсть на время отошла на второй план – нужно было показать искалеченной душе, что её не выкинут вновь как сломанную игрушку. Удивительно, но великий Князь Ада действительно привязался к человеческому подростку.
Никто из них не помнит, как обычное Зельеварение перешло в Тёмное – варку зелий с помощью ритуалов и демонологии. Просто однажды Гарри понял, что готов к большему.
Но, как оказалось, таланта к ритуалистике Поттер не то что не имел, – о, он имел! – его в принципе нельзя было подпускать к ритуальному кругу. Живущий вот уже полгода под одной крышей с одним из самых опасных демонов Ада, Гарри спокойно отреагировал на сунувшееся из свеженарисованной пентаграммы существо, похожее на помесь быка, бульдога и спрута – со всей дури врезал несчастному половником промеж глаз. От шока существо залезло обратно в круг и исчезло в вонючем облаке серы и адского пламени.
И вот, юный зельевар стоит перед двумя дюжинами брезгливо сморщившихся старцев, на фоне которых ярко выделяются молодые парень с девушкой и... Снейп. Похорошевший, не такой худой и с тем блеском в глазах, что появляется, когда занимаешься любимым делом. Сердце отозвалось застарелой болью, но юноша поспешил унять её – он счастлив в нынешних отношениях.
Зелье, которое он собирался варить, могло спасти сотни оборотней, которые, как Люпин, не в состоянии принять себя и своего волка. Конечно, это не отменяло того, что некоторые оборотни могут встать на кривую дорожку, но разве среди волшебников нет преступников?
Пора было начинать. За последний год юный Поттер отточил своё умение подготавливать ингредиенты до автоматизма. Ножи мелькали в его руках с невероятной для обычного школьника скоростью, а в котле уже начинала закипать основа. У него действительно был талант к этой науке.
Северусу Снейпу оставалось лишь удивляться про себя. И это Поттер? Тот, который в Хогвартсе варил заданные зелья лишь с помощью своей подруги? Тот, который сейчас так виртуозно нарезает корень валерианы, как некоторым из них, признанных Мастеров Европы, и не снилось? Неужели... он сам загубил то, что могло вырасти из маленького мальчика под его чутким руководством?
В то время, пока один небезызвестный зельевар предавался тяжёлым думам, Гарри творил. Пока зелье настаивалось, необходимо было добыть один из главных компонентов.
Расчертив на полу классическую пентаграмму он принялся вырисовывать необходимые символы. Вот только не всё получается так, как нам надо. Из недочерченой ритуальной фигуры полезли существа самых разных форм и размеров. Волшебники повскакивали со своих мест, повыхватывали палочки, готовые защищаться, но замерли в ступоре. Самый обычный маггловский половник, принесённый Поттером с собой, сам влетел в руку хозяина, после чего с металлическим звоном опустился на покрытый твёрдой чешуёй лоб одного из существ.
— Заколебали! А ну назад! Дома от вас никакого продыху, так ещё и здесь решили мне всё испортить?!
Половник задорно поражал тварь за тварью, пока другой рукой юноша дочерчивал руны Призыва. Большим трудом и невероятным количеством матерных слов Поттеру всё же удалось загнать жителей Нижнего мира обратно. Особо настойчивые вдобавок к ударам половника получали ещё и пару-тройку заклятий особо пакостного характера – Гарри не без внутреннего удовольствия отметил, что нужно будет поблагодарить за них одного чер-р-ртовски красивого мужчину. Очень хорошо поблагодарить...
Тем временем все не принадлежащие этому миру существа скрылись в нарисованном портале. Выпрямившись и с секунду осмотрев готовую ритуальную фигуру, юноша зачитал короткое заклинание на странно-певучем языке, после чего прямо посередине пятилучевой звезды появился невероятный по красоте цветок на тонкой ножке без листочков. Его нежные, белые бархатные лепестки невероятно симметрично обрамляли плоскую серединку, будто пульсирующую в свете магических светильников.
Гарри подал знак, и к столу подошёл молодой мужчина, выглядящий очень болезненно. Снейп скривился как при зубной боли – «ассистент» напоминал Люпина, за исключением одежды: хоть и было видно, что она не новая, но костюм и рубашка выглядели опрятно.
Мужчина подошёл к Поттеру и беспрекословно протянул ему руку, по которой тут же чиркнула серебряным ножом. Плоть и кровь на краях раны зашипели от соприкосновения с благородным металлом, заставив оборотня поморщиться.
Кровь по капле попадала прямо в середину корзинки цветка, что мгновенно преобразилась: то, что на первый взгляд было сердцем цветка, распахнулось, являя поражённым зрителям зубастую пасть, словно у пиявки. Несколько капель попали точно в «рот»... существа. Нежные лепестки окрасились в ало-бордовый, а из пасти цветка вверх выстрелили тонкие щупальца-захваты.
Молниеносная реакция оборотня спасла его руку от «нежных» объятий. Отвратительного лилового цвета отростки длинной не менее полутора метров слепо шарили по невидимой стене, образованной защитным кругом. Вскоре, ничего не найдя, щупы вновь втянулись в растение.
Гарри бесстрашно зашёл в ритуальную фигуру и, не медля, срезал цветок хрустальным ножом. Послышался слабый, но пробирающий до самого позвоночника писк. Растение зазмеилось, заизвивалось, пытаясь достать треугольными зубами до тёплой плоти, но юноша обхватил его пальцами у самой головки, лишая свободы движения.
В кипящий котёл неаккуратно приземлились тринадцать бархатных лепестков, неаккуратно оторванных от матери-цветка, отчего яро бурлящая жидкость изменила свой мутно-горчичный цвет на бледно-жёлтый, мгновенно успокоившись, будто застыв зеркальным мини-озером.
— Всё... Эрнест, ты готов?
— Давно, – твёрдым шёпотом ответил мужчина и залпом опрокинул в себя содержимое протянутого кубка.
Несколько минут ничего не происходило. Члены Гильдии в нетерпении зашептались между собой, выражая недовольство затянувшимся ожиданием. Но вот оборотня скрутило. Он, завывая от боли, свалился на пол, сжимаясь до предела и обхватывая себя руками. Гарри с интересом наблюдал за проявлением эффекта... Жизнь под одной крышей с демоном Высшего порядка определённо не пошла юноше на пользу... по человеческим меркам.
Агония вервольфа длилась недолго. Вскоре он замер, застыл, закрыв глаза и прислушиваясь к себе. Пот градом катился по его измученному лицу. Наконец, мужчина встал, шатаясь на нетвёрдых ногах и перекинулся. Просто и без спецэффектов. В одно мгновение перед двумя десятками магов стоял маг, больной ликантропией, а в другой – огромный серо-рыжий волк, не имеющий ничего общего с тем... нечто, в которое обычно превращаются другие оборотни.
— Эрнест, ты понимаешь меня? – Гарри улыбнулся кивнувшему волку и повернулся к жюри...
— И что дальше? – поинтересовался мужчина, нежно поглаживая юношу по спине.
— А ничего! – тот обиженно надул губы и сложил руки на груди, – Они сказали, что Тёмное Зельеварение запрещено, поэтому они не зачитывают мне зелье и экзамен, – обида тяжёлым камнем лежала на сердце.
Мужчина ласково улыбнулся и поцеловал Поттера в висок, отчего тот зажмурил один глаз.
— Не обращай внимания на этих смертных, ты намного лучше, – прошептал демон, оглаживая талию и внутреннюю сторону чужого бедра.
Гарри захихикал, подставляя шею под влажные поцелуи. И правда, чего переживать? Он может запатентовать это зелье и продавать его всём желающим. И без Мастерства. А пока у него есть, чем заняться.
