Чапман красные и девушка с живыми глазами

Гермиона не брала скрипку в руки, казалось, целую вечность. Нарцисса сегодня ушла к Андромеде, дабы договориться о делах касательно Люциуса, а Миона наконец вспомнила про музыкальный инструмент. Во время побега из дома, девушка схватила только рюкзак, приготовленный на всякий случай, и скрипку. Снова почувствовать такое родное дерево. Снова вспомнить, как всхлипывая, маленькая Гермиона сбегала в сад дома, для того, чтобы вложить эмоции в музыку. Такую тёплую, успокаивающую. Снова взять смычок. Подготовить с помощью Конифоли. Настроить инструмент. Выдохнуть. Можно просто закрыть глаза и думать о прожитом. О том, сколько всего произошло за то время, что скрипку не трогали. Вновь слышать звуки инструмента, что в прошлом заменял тебе друга. А сейчас. Закрыть глаза и думать о ней. Попытаться поверить что это не сон. Что всё это происходит здесь и сейчас. Что ты наконец смогла полюбить кого-то, и кто-то смог полюбить тебя. Невольно улыбнуться при мысли о такой ранее невозможной реальности. Как стремительно она вошла в жизнь Гермионы. Как тот разговор с Андромедой казался непринуждённым. Как казалось, что это будет просто прекрасным опытом. И как же реальность оказалась в сотню раз лучше. Девушка вздрогнула, когда услышала шорох, вернувший её в реальность. Музыка прекратилась, а рука стала чуть дрожать. Она боится открыть глаза. Боится открыть глаза и убедиться, что всё это сон. Что она находится в саду, а сзади неё стоит мать, готовая разрушить весь мир девушки. Но нежное прикосновение к плечу, слишком нежное для матери, заставляет её чуть расслабиться. Девушка всё ещё не открывает глаза, но опускает скрипку. Она чувствует тепло тела за своей спиной и невольно подаётся ему навстречу. Рука с плеча перемещается на талию Гермионы и нежно обнимает. Грейнджер расслабляется, когда чувствует подбородок на своём плече, и шёпот прорезает тишину. — Это было чудесно, — такой знакомый, такой родной голос. Неожиданное прохладное прикосновение к спине вызывает мурашки по коже девушки, но она не придаёт ему значения, пока сзади стоит она. А зря. В спину вонзается кинжал, разрезая кожу и заставляя шатенку выдохнуть и резко открыть глаза с тихим криком. Потолок отличается от того, что в гостиной. Да и темно. Слишком темно, даже для вечера. Нарастающая паника и понимание настигают Гермиону, заставляя перевернуться на бок и зажмуриться. Она боится повернуть голову. Она лежит в кровати. Но вот в какой? Лежит ли рядом кто-то? Рядом раздаётся шум, и пока Гермиона сжимается от страха, кто-то осторожно касается её плеча. Гермиона вздрагивает. Нет. Нет. Нет. Нет, она не поведётся на это второй раз. — Дорогая, проснись, — слышится тихий голос, — Гермиона, прошу тебя, — повторяет голос, и человек тянет девушку за плечо, дабы та легла на спину. Миона открывает глаза, про себя говоря: «Только чтобы убедиться, что это всё неправда», но вместо ожидаемого кошмара жизни, видит обеспокоенную Нарциссу. Женщина лежит, приподнявшись на локте. Её светлые волосы по большей части за спиной, но часть выбились и пали вниз с плеча. Голубые глаза обеспокоено смотрят на испуганную девушку. Нет. Даже если это сон, то Гермиона не хочет его покидать. Она резко приподнимается и прижимается к Нарциссе. Блондинка обнимает дрожащую девушку и, поворачиваясь, ложится на спину, позволяя Гермионе прижаться к её шее, крепко сцепив руки на уровне талии. — Всё хорошо, это лишь кошмар, — шепчет Нарцисса, осторожно перебирая локоны каштановых волос. Гермиона закрывает глаза. Лишь кошмар. Она с Нарциссой. Цисси её не предаст. Нет.

***

— Андромеда, нет! — У тебя есть другие варианты?! Нарцисса трёт переносицу. — Да. Я пойду одна. — говорит женщина. — Да конечно! Выбирай. Или Люциус, или Гермиона. Мы обязаны прийти с парой, — шипит Андромеда. Женщины сидят в кафе около школы Гермионы. Нарцисса и Андромеда ждут её. Сегодня они планировали сходить прогуляться. И вот шатенка пытается вразумить сестру. — Твою ж мать, Энди! Я не за что не поведу её туда! — устало говорит Нарцисса, выпивая свой кофе. — Да, но играть на её доверии и идти с Люциусом ты тоже не будешь! — уверенно говорит Андромеда. — Да они уничтожат её! — Так не позволь этому случится! Цисси, во первых, там будем мы с Беллой. Пусть только рискнут что-то сказать в ваш адрес. Во-вторых, ты не можешь вечно скрывать её! Вальбурга уже пускает слухи, и Друэлла точно что-то подозревает! И боюсь худшего, так что прекрати препираться, — шипит Андромеда, начиная злиться. — У нас осталось четыре гребаных дня. Завтра мы пойдём за платьем для вас обеих. Зная тебя и Гермиону, кроме штанов вы ничего не носите, — Андромеда закатывает глаза, — Сегодня она должна увидеться с Беллой. Меня уже заебали её вечные вопросы, касательно твоей девушки, — Андромеда откидывается на спинку стула. Нарцисса сжимает челюсть и поворачивает голову к окну. Она наблюдает за проезжающими машинами, обдумывая произошедшее. Грёбанный вечер, который Друэлла и Сигнус Блэк устраивают каждый год. Полный лицемерия, вежливых масок и яда. Нарцисса ненавидела его всем сердцем. И самое главное, надо было приходить с парой. Почему? Неизвестно. Но когда кто-то приходил один, его окидывали таким взглядом, будто он был дохлой крысой. Нарцисса готова была стерпеть этот взгляд, но зная своих родителей, ей они обязательно устроят скандал. Их итак не устраивала жизнь дочери. То она выбирает карьеру художника, то она разводится с мужем, игнорируя их письма и звонки. А тут, они точно уничтожат Нарциссу. Ведь та предпочла Люциусу Малфою, какую-то незнакомую студентку, ещё и девушку! Они и так презирали Сириуса Блэка, за связь с мужчиной. Нарцисса легко справилась бы со всеми атаками, но тянуть за собой Гермиону? — Цисси, — мягко вырывает из мыслей Андромеда. Блондинка поворачивает голову в её сторону, — Мы все выдержим этот вечер, — твёрдо говорит старшая, смотря прямо в глаза океана. Нарцисса выдыхает и кивает. — Привет, — раздаётся голос, и женщины поворачивают голову к Гермионе. Девушка улыбается им и снимает лёгкую куртку, накинутую от весеннего ветра. — Привет, — улыбается Андромеда, вставая и обнимая Гермиону. Грейнджер поворачивается к Нарциссе, и та тянет её за руку на диванчик. Гермиона чуть усмехается. Иногда Нарцисса слишком ревнива. Младшая целует её в щеку и поворачивается к Андромеде, которая внимательно наблюдает за ними. Цисси кладёт голову на плечо девушки и закрывает глаза, чувствуя, как напряжение уходит. Гермиона кладёт голову поверх и с вопросом смотрит на Андромеду. Нарцисса редко бывает так напряженна и молчалива. Андромеда прикусывает губу и смотрит на свою чашку. Цисси тянется и подаёт Гермионе свою чашку с кофе. Пусть Гермиона, в отличии от Нарциссы, предпочитает капучино, их выбор стал сходится на раф, который обе любили. Грейнджер принимает чашку, чувствуя, как начинает нервничать. — Гермиона, — начинает Энди. И Грейнджер знает этот грёбанный тон. Андромеда говорит так и называет её полным именем, только когда речь заходит о родителях Гермионы. — Цисси тебе рассказывала о наших родителях? — спрашивает Андромеда, смотря на свою чашку. Гермиона делает глоток и отвечает, — Частично, — наступает молчание. Гермиона смотрит на Андромеду, потом опускает взгляд на Нарциссу, которая, казалось, прижалась к ней сильнее. — Что происходит? — не выдерживает девушка, ставя чашку на стол. Нарцисса берёт её за руку и переплетает их пальцы. Это всегда действует успокаивающе на Грейнджер. — Друэлла и Сигнус Блэк каждый год устраивают вечер… Я бы сказала, Блэков, — начинает Нарцисса, — Просто вечер, наполненный гре… — она осекается. Не хватало сразу испугать девушку. — Мы обязаны привести пару, — заканчивает она, отстраняясь от плеча младшей, но не отпуская руки. Она поднимает голову и смотрит за реакцией Гермионы, как и Андромеда. Грейнджер обдумывает сказанное. Её взгляд сфокусировался на стене напротив. — И… я буду там? — спрашивает девушка, поворачивая голову к Нарциссе. Та неуверенно кивает. Гермиона медленно выдыхает. — Я. Да. Хорошо, — говорит младшая, опуская взгляд на переплетённые пальцы. Нарцисса и Андромеда обмениваются встревоженными взглядами. Обе знают, что если Гермиона говорит таким тоном, то она явно не хочет этого делать. Нарцисса садится ближе и свободной рукой поднимает голову девушки за подбородок. — Дорогая, я тоже всем сердцем не хочу там находится, а тем более тащить туда тебя, но… без тебя… я боюсь меня разорвут. Я не позволю им оскорбить тебя, — заверяет она, уверенно глядя в шоколадные глаза. Младшая кивает — Хорошо, — она вздыхает, — только ради тебя, — тише произносит она, улыбаясь блондинке. Нарцисса нежно проводит по щеке девушки и убирает руку. Обе оборачиваются к Андромеде. Женщина сидит, с улыбкой глядя на столь близких ей людей — Миона, — произносит она, — сегодня ты познакомишься с Беллатрикс Блэк. — Белла! — Андромеда бежит к старшей сестре, обгоняя спокойно идущих Нарциссу и Гермиону. — Боже, Энди! Мы не виделись две недели, а ты меня уже задушить хочешь, — с улыбкой говорит Беллатрикс, обнимая сестру. Перед Гермионой стоит высокая женщина с чёрными, как смоль волосами. Длинные кудри необузданные и пугающие. Пробор с левой стороны оставлял большую их часть на правую сторону, чуть прикрывая эту часть лица. Аристократические черты лица, бледная кожа, выпирающие скулы — всё выдавало сестру Андромеды и Нарциссы, единственное, с менее спокойными волосами. Темно-карие глаза почти сливающиеся со зрачком, смотрели внимательно и настороженно. Губы, подчеркнутые винного цвета помадой, были растянуты в лёгкой улыбке. Женщина одета в чёрную шёлковую блузку до середины бёдер, застегнутую на все пуговицы, перетянутую ремнём на тонкой талии. Чёрные облегающие брюки. Такие же чёрные, как ночь, ботинки на небольшом каблуке. — Беллатрикс Лестрейндж, — женщина протянула руку с серебряными кольцами и длинными ногтями чёрного цвета, — полагаю, вы слышали обо мне. Гермиона мягко улыбнулась и кивнула, сжимая тёплую ладонь. — Гермиона Грейнджер, — сказала девушка, прежде чем отпустить руку. Беллатрикс и Гермиона внимательно осматривали друг друга, не замечая, как Андромеда и Нарцисса затаили дыхание, наблюдая за их эмоциями. Нарцисса оценила реакцию Беллатрикс. Женщина была явно заинтригована, она осмотрела Гермиону с присущим ей высокомерием, но осталась довольна. Гермиона, на счастье Андромеды и Нарциссы, не боялась тёмноволосой женщины. Она, скорее, была восхищена и, как и Белла, заинтригована. — Итак! Белла, думаю ты знаешь, что Гермиона будет парой Цисси на этом гребанном вечере, — сказала Андромеда, обращаясь к старшей сестре идущей слева. Женщины шли по улице, намереваясь прогуляться и обсудить все нюансы. Беллатрикс кивнула и бросила взгляд на девушку справа, находящуюся слева Нарциссы. Гермиона смотрела себе под ноги, пока Нарцисса держала её под руку, бросая обеспокоенные взгляды. Андромеда прикусила губу. Гермиону не стоило сейчас запугивать. Тонкс взяла Беллатрикс под руку, говоря тише, дабы Грейнджер не услышала. На её счастье, Цисси уловила движение и спросила Гермиону что-то о их проекте с портретом. — Белла, наша задача — держать её подальше от Друэллы. Их обеих. И если что, прерывать её яд, — тихо сказала Дромеда. Беллатрикс кивнула. — Цисси её правда любит? — спросила Беллатрикс, смотря на среднюю сестру. Андромеда улыбнулась. — Да. Эта парочка просто сияет, когда рядом. Просто сейчас, Гермионе тяжело. У неё проблемы с родителями. И Цисси рассказала ей о ситуации с Люциусом, — Энди сжала губы. Она готова была разорвать всё вокруг, когда услышала о том, почему Миона сбежала из дома. Помогло только присутствие Нарциссы и Гермионы, которые быстро смогли её успокоить. Энди уже однажды встречалась с этими людьми, называющими себя родителями. Тогда она под предлогом учёбы пришла к Гермионе домой, даже не сказав самой девушке. Но видимо пришла не вовремя. Тогда она и узнала о ситуации в её семье. — Как она тебе? — спросила Цисси, когда она и Белла остались наедине, а Андромеда увела Гермиону к книжному магазину, при виде которого глаза девушки загорелись и она забыла обо всём на свете. Белла повернулась к ней. Они сидели на лавочке в тени дерева. — Интересная. И вполне тебе подходит, — женщина задумалась, — Главное, что ты счастлива. — Цисси улыбнулась и прижалась к сестре.

***

Четыре адских дня подходили к концу. Андромеда мучала их каждый день. То платья, то нюансы, то тирада предостережений для Гермионы, то успокоение Нарциссы. Гермиона одновременно с этим пыталась учиться. Год подходил к концу. Последний год перед Бакалавриатом. Гермиона очень нервничала. Она знала, что хочет идти на бакалавр искусств и если получится на программу «Sandwich Cource». Грейнджер всегда привлекала профессия журналиста. И если в начале года, девушка боялась, что родители запретят ей идти на желаемую профессию, то сейчас она была полностью уверена в своем желании, поддерживаемая Цисси, которая с радостью отметила инициативу девушки. И вот сейчас, идя с очередного учебного дня, Гермиону думала о завтрашнем вечере. Она решила завтра не пойти на последний урок, дабы успеть ко всему подготовится. А готовится было к чему. Как бы Андромеда не пыталась её не запугать, Гермиона была в ужасе. Манеры. Маски. Яд. Всё это будет окружать её на протяжении вечера. Не помогло и то, что Эдвард — муж Андромеды, зайдя на кухню дома и обнаружив, как жена объясняет Гермионе что-то о вечере, с ужасом подошёл к девушке и сжал её плечо, сказав: «Там главное выжить» и быстро ушёл, шепча что-то о смерти и спасении. Гермиона открыла дверь и рюкзак рухнул в угол комнаты. «Нахуй» — прошептала она, устало опускаясь на стул и начиная расшнуровывать ботинки. Грейнджер разулась, и её пальто повисло на привычном крючке. О, как бы она хотела швырнуть его дальше. Взяв сумку, Гермиона, еле передвигая ногами, пошла в комнату, которую она и Нарцисса делили. Нарцисса передвинула свою студию в гостиную, и нашла это даже лучшим положением чем то, что было раньше. Девушки продолжали работать над портретами. Один раз они даже выходили на улицу, и Нарцисса сделала пару набросков девушки. Гермиона кинула сумку на стул и легла на кровать, закрывая глаза. — Это ради Нарциссы, — прошептала Грейнджер. Кстати о ней. Женщина плавно вошла в комнату, тут же отмечая состояние девушки. Она остановилась перед окном около кровати и опёрлась о подоконник, наблюдая, как Гермиона повернула к ней голову. Старшая подошла к ней ближе и протянула руку, помогая подняться. Женщина притянула её в объятия. Вот такие моменты спасали обеих. Они не могли нормально остаться наедине на протяжении этого времени. И только объятия в конце дня спасали их. Нарцисса подняла голову и завладела губами младшей. Девушка застонала в поцелуе, когда тёплый язык скользнул в рот девушки. Цисси мягко подвела её к кровати и оторвалась от желанных губы, только для того чтобы толкнуть её на атласные простыни. Гермиона смотрела на неё голодными и тёмными глазами, приоткрыв губы, в попытке восстановить дыхание. Нарцисса осторожно опустилась на девушку, толкая к спинке кровати. Они снова слились в голодном поцелуе. Грейнджер потянулась к чёрному атласному халату, скрывающему желаемое тело. Но Нарцисса прервала её и поцелуй, взяв оба запястья и подняв их над головой девушки. Та смотрела на неё с вопросом. Нарцисса ухмыльнулась и опустилась к уху девушки — Доверишься мне? — соблазнительно прошептала она, чуть прикусывая мочку уха. Тихое «да» смешанное со стоном, стало ответом. Цисси отстранилась и быстро взяла с тумбочки что-то. Девушка показала младшей, с вопросом глядя на неё. Гермиона сглотнула. В руках блондинки были три атласных ленты чёрного цвета. Конечно, Грейнджер знала, что это. Она перевела взгляд на глаза Нарциссы. Та смотрела на неё с вопросом, нежностью и дымкой возбуждения. Гермиона облизала нижнюю губу и кивнула, стянув рубашку и протянула женщине запястья. Нарцисса про себя выдохнула. Она надеялась, что девушка согласится, но сомнения оставались. Цисси мягко взяла запястья и завела их за голову младшей девушки. Привязав их к спинке кровати, Нарцисса провела дорожку поцелуев по рукам, доходя до плеч и пройдя по ключицам, оставила засос на шее, под тихие стоны Гермионы. Женщина поднялась и взяла последнюю ленту. В глазах Грейнджер было чистое доверие. Нарцисса чуть не застонала от этого вида. Она осторожно подняла голову девушки, стягивая резинку для волос и чуть разминая кожу головы. Лента перекрывала глаза младшей. Темнота. Гермионе оставалось надеется на слух и на Нарциссу. Старшая поцеловала её, медленно и томительно, руками спускаясь к юбке, которую Гермиону решила сегодня надеть. Цисси оторвалась от губ и стала спускаться вниз. Гермиона запрокинула голову, когда Нарцисса сжала губами грудь через ткань бюстгальтера. Цисси быстро заменила губы руками и переместилась на шею. Покусывая, посасывая, Нарцисса который раз оставила следы на бледной шее. Неожиданно руки и губы исчезли. Гермиона, всё ещё часто дыша, стала прислушиваться. Рядом раздался шорох и в миг юбка девушки слетела с неё. Гермиона дёрнулась, но её быстро прижали к матрасу две сильные руки. Нижнее белье тоже покинуло Грейнджер. Страх и возбуждение стали перекрывать все чувства, затуманивая их. Губы припали к пылающему центру, сжимая клитор. Гермиона дёрнулась и застонала от неожиданности. Рука с бедра исчезла, и Гермиону заполнили два пальца. Девушка выгнула спину, чувствуя лёгкое жжение в запястьях. Нарцисса двигалась быстро. Её язык кружил около клитора, а пальцы жестко вбивались в девушку. Грейнджер издала лишь выдох, когда её мышцы резко напряглись и расслабилась. Она рухнула, пытаясь восстановить дыхание. Пальцы покинули её, заставляя заскучать по их теплу. Язык последний раз прошёлся по клитору, и Гермиона почувствовала, как Нарцисса скользнула вверх по телу. Грейнджер переводила дыхание, когда повязка соскользнула с глаз. Ей пришлось зажмурится, дабы привести в порядок зрение, только после, она смогла разглядеть самодовольную Нарциссу. Которая сейчас нависала над ней. Волосы растрепались, подбородок и губы блестели, глаза потемнели. Старшая наклонилась и поцеловала девушку. Когда руки младшей были развязаны, Гермиона потянулась к женщине, готовая отплатить, но её прервали. — Я тебе тогда задолжала, — подмигнула она и поцеловала девушку. Гермиона фыркнула и перевернула их, садясь на бёдра. — Кто говорил, что я работаю на долги? — она ухмыльнулась и припала к желаемой груди.