Все мужики козлы

Кьеко, прижав к себе Марию, сидела под столом в кабинете Такарады. Девушка так и не поняла, что понадобилось внучке спереть у деда, но уже десять раз костерила себя за эту авантюру. Директор расхаживал по кабинету заглядывая в самые разные углы, но пока не догадавшись сесть за стол. За что ему можно сказать большое спасибо, потому что у девушек и так сердце ушло в пятки. Вот до них дошел запах табака, который решил покурить Такарада, потом, кажется, он взял мобильный. «Ну вот, - горько подумала Кьеко, - сейчас мы еще и что-то подслушаем. Как нехорошо!» -Привет, Куу! – весело поздоровался директор. И Могами напряглась. Он с папой будет говорить? Тогда, может быть, даже не все так страшно. Ведь это вряд ли будет что-то секретное. – Как твои дела? Рад, очень рад! А вот у меня полная беда. Кьеко удивилась, переглянулась с такой же ошарашенной Марией. Вообще у президента все шло в гору, им бы так везло с делами как ему. -Твой сын полный болван! Сколько я не убеждал Рена признаться в чувствах Кьеко, на меня злобно смотрят и рычат, как на врага народа. Тут шпионки окончательно впали в транс. Первое, что сумела сопоставить Могами это: Рен – сын папы. Мысль сама по себе была ужасна, потому что больше никаких других подтверждений этому не было. Но президент точно говорил о Рене как о сыне Куу. Может быть, конечно, они скрывали все это и играли так же, как она, чтобы никто не пронюхал о настоящем прошлом Рена. Тогда, конечно, все объяснимо, но… И тут, когда она примирилась с первой новостью, до нее дошла другая. В чем Рен ей не признается?! -Да я тоже думаю, что они созданы друг для друга, да и Рен все ходит вокруг нее, вздыхает и не может налюбоваться. Но я не понимаю, почему он не признается, что любит ее! Видимо, президент решил не оставлять раздумья над возможным извращением значения слова «чувства» Кьеко и раскрыл тему так, что не отвертишься. Девушку словно гром поразили. Цуруга ее любит?! Что?! -Я понимаю, что может быть, он боится этой так называемой «своей тьмы» в душе. Но, мне кажется, это было так давно, его бандитские замашки давно в прошлом, а смерть того парня и вовсе не имеет, на мой взгляд, никакого отношения к нему. Но только Куон все равно продолжает себя в этом обвинять! Так у него еще и темное прошлое?! Тогда понятно, как ему удавалось так естественно играть Хилла. -Яширо, конечно, думает, что парень просто опасается, что Кьеко его отвергнет, потому что боится любви. Хотя, на мой взгляд, он иногда делает ей такие откровенные намеки, что если бы я был девушкой и хотел его отвергнуть, то давно бы уже скрылся из виду. Ну нельзя же все это в шутку принимать, право слово? Президент немного помолчал, молчали и мысли Кьеко, которые вообще словно бы заледенели и перестали двигаться. -Вот знаешь, смотрю сейчас на его фотографию в двенадцать лет, такой лапочка был. Ладно, мне пора по делам, пока-пока! Будем надеяться, что у них что-то сдвинется. И президент вышел в коридор. Кьеко с Марией пулей выскочили из-под стола. -Вот это новости, да? – удивленно смотрела на подругу девочка. А она и не думала, что Кьеко находится в эпицентре любовного треугольника. Кьеко же думала совсем о другом, но о чем именно, понять не удавалось. -Послушай, Мария-чан, а давай ты никому об этом не расскажешь? Совсем никому! -Как скажешь, - с готовностью подтвердила малышка. -А теперь линяем отсюда! – предложила Кьеко, но сама же и замешкалась, увидев на столике, за которым сидел президент, фотографию. Подбежав туда, она бросила взгляд только мельком, но уже безошибочно узнала своего старого приятеля Корна. Ну, это стало не таким уж и большим потрясением за день. Кьеко сидела у себя в комнате. Хозяева Дарумаи спали, а мысли девушки просто сходили с ума. Столько всего за один день. И то, что Рен – это Куон, и то, что он же Корн, и то, что был в банде… Почему папа ей не сказал, про Рена? Почему Рен ей ничего не сказал про папу? Почему Такарада ей ни на что не намекнул? Но больше всего ее мысли занимала загадка, о которой разум думать не хотел, но приходилось. Цуруга Рен в нее влюблен! Больше от этой мысли спрятаться не удастся. Теперь уже не представишь, что есть еще какая-то другая школьница, младше его на четыре года. Не спишешь его поведение на волнение семпая. Не станешь гадать, почему это он так злиться, когда к ней приближаются другие парни. Теперь все предельно ясно. Вопрос остается только один: КАКОГО ЧЕРТА ОНА УЗНАЕТ ОБ ЭТОМ ВОТ ТАК ВОТ?! Кьеко нервно вздохнула. Вообще его намеки, конечно, наводили на подобные мысли, с этим не поспоришь. Но никогда же нельзя быть в чем-то уверенной. Что было бы, если бы она все-таки повелась на них, открыла эту гребанную шкатулку, а в итоге оказалось бы, что все это ей почудилось? Получилось бы намного хуже. Но и сейчас ситуация не самая лучшая. Оказывается, что столько времени Цуруга в нее безответно влюблен и страдает от этого. -Но почему он не мог мне сразу во всем признаться? – Кьеко откинулась на подушку, вглядываясь в потолок, на котором ничего хорошего написано не было. Никаких подсказок. – Но столько времени намекал о своих чувствах… чего он от меня хотел? И тут ответ пришел в голову сам собой, как будто правда нашелся на потолке. -Он что хотел, чтобы я в него влюбилась и призналась в чувствах первая?! Собственно, иначе и быть не могло, учитывая его поведение. Он хотел, чтобы Кьеко на свой страх и риск открыла душу, влюбилась, призналась, а с него, мол, взятки гладки?! Демоны тут же вылезли наружу, истерично вопя о том, что он такой же мерзавец, как и Шо. И рада была бы Кьеко им возразить, но после сегодняшних новостей не могла. И Яширо обо всем знал, и Куу ничего не сказал, а президент Такарада вообще строит коварные планы, если учитывать, как он поселил их в образе Хиллов в один номер! «Козлы!!!» - завопили демоны, осознав весь масштаб трагедии. На съемочной площадке Кьеко сидела злая. Сегодня роль злодейки получилось у нее просто изумительно. Режиссер даже сам временами начинал бояться, да и все актеры обходили по широкой дуге. Рен, который в этом проекте снимался вместе с ней, попытался, как обычно, уладить все проблемы, но неожиданно столкнулся со странной реакцией. Она не стала извиняться, врать, вообще как-то объясняться. Она просто так на него глянула, что желание говорить пропало вовсе. -Юки, я понимаю, что прошу тебя о странном одолжении, - подошел к своему менеджеру Рен. – Но Кьеко сегодня, похоже, не хочет со мной разговаривать. Можешь узнать у нее, что случилось. Менеджер посмотрел в тот угол, где сидело что-то черное и очень злобное. Сглотнул. -Рен, ты уверен, что она мне скажет? -Но надо же попробовать? – притворно улыбнулся актер и толкнул своего друга прямо в гущу страстей. Яширо неуверенно подошел к девушке, которая его пока не заметила. -Привет! – неуверенно поздоровался менеджер, за что тут же получил злобный взгляд. – Я вижу, настроение у тебя не очень. Что случилось? -Все мужики козлы! – четко ответила Кьеко, и Яширо даже поздравил себя с успехом. Рену она вообще ничего не сказала. -И я тоже? – неуверенно уточнил менеджер. -Все, - отрезала девушка. -Ладно, верю. А кто сегодня главный козел? – попытался прояснить все Яширо. И тут ее как прорвало. -Рен! – взвыла актриса нечеловеческим голосом. – Урод! Как так можно! Все вокруг все знали, а я узнаю последней! А вот когда у меня секреты, он добирается ответа как может. Сам же даже признаться не может. Он что правда хотел, чтобы я сама призналась ему? Ками-сама, какое унижение! Дальше слова девушки превратились в какое-то невнятное бормотание, а Яширо решив, что узнал уже достаточно, быстро смылся к Рену. -В общем, так, - отдышавшись, доложил менеджер, с укоризной глядя на актера. – Главный злодей сегодня ты! Что ты сделал – я не понял, но мне кажется, что, возможно, это связанно с твоим затянувшимся признанием. -Что? -Мне кажется, она откуда-то узнала, что ты ее любишь и как-то очень неправильно отреагировала. Рен с интересом посмотрел на комок злости в углу. Ну, если это все так, то намного лучше, чем испуг… Кьеко шла домой, а за ней следом шел Рен, отчего радиус полета демонов вокруг нее все увеличивался. Помимо злополучного невысказанного признания, девушка нашла еще кучу поводов злиться на парня, поэтому с каждой минутой вскипала все больше. И в ее иерархии отрицательных персонажей он уже пошел на повышение. -Кьеко, - окликнул ее парень в безлюдном переулке. Девушка обернулась, злобно сверкнув на него глазами. - За что ты на меня так злишься? -Ты… ты… я слышала… Такарада говорил, что ты в меня влюблен! – взбешенно произнесла девушка. – Давно! И не признаешься, но при этом намекаешь! Ты хотел, чтобы я сама тебе призналась первая! Повелитель тьмы!!! -Какой я нехороший, - в шутку высказался Рен. – Наверное, ты теперь хочешь мне отомстить за то, что я так над тобой издевался? -Да! – неистово взревела Кьеко. Рен только горько покачала головой, потом быстро подошел к девушке, прижимая ее и всех ее демонов к себе. -Прости меня, пожалуйста, за то, что я такой дурак. Я вовсе не хотел, чтобы ты признавалась мне первой. Просто я надеялся увидеть какой-нибудь знак, что я тоже тебе не безразличен. Еще раз прости. Кьеко даже дар злости от такого потеряла. А ведь действительно, если человек извинился, на него не за что обижаться. -А то, что ты сын папы, почему мне не сказал? -Это большая тайна… Кьеко предупреждающе кхекнула. -Хорошо, прости, пожалуйста, я как-то не подумал об этом… -А то, что ты был в банде? -Прости, не хотел портить о себе впечатление. -А то, что из-за тебя человек погиб, и ты себя винишь в его смерти? -Ты что там прослушивание в кабинете директора поставила?! – возмутился Рен, который теперь прекрасно понимал, почему Кьеко так злилась. Да уж, такое количество тайн иметь очень вредно. -Не уходи от ответа! -В смысле от очередного извинения? Прости, меня, Кьеко, я очень много от тебя скрывал… Больше такого не повторится, я обещаю тебе! -Есть что еще страшные тайны? – хитро спросила девушка, пытаясь чуть ослабить его объятия, чтобы можно было посмотреть в глаза. -Думаю, самые страшные ты уже узнала… -Вот опять! – возмутилась Кьеко, полностью вырываясь из объятий. – А то, что ты – это Корн из моего детства ты рассказать не хочешь?! -А об этом ты как узнала? Такарада был не в курсе! – опешил парень. -Зато у него была твоя детская фотография! – у Кьеко слезы набежали от обиды. И он опять ей ничего не рассказывает. Она развернулась, но Рен снова схватил ее, прижав к себе. -Прости, прости меня такого глупого! Если хочешь, я расскажу тебе всю свою жизнь! И всегда буду рассказывать все! -За ужином, который я сегодня для тебя приготовлю? -Я предпочел бы за завтраком после бурной ночи, - усмехнулся Рен, уже готовясь к бурной реакции со стороны девушки. -Бурная ночь – только после свадьбы! Так же как и поцелуи! Поэтому с этим вопросом я бы посоветовала тебе не тормозить! Мне замуж уже можно!