Сочно

— Ёбаная картошка!       За плитой стоял худощавый парень в специальной одежде. Своей тонкой с просвечивающимися венами рукой, обмундированной перчаткой, он отрывистыми движениями переставлял докрасна накалённую сковородку на соседнюю конфорку. — Кость, поторопись! Там уже второй раз спрашивают, когда заказ будет готов. — Да знаю я! Сейчас всё будет.       Как опытный фокусник, Константин отточенными движениями рук переложил чуть подгоревший картофель на тарелку, передал её своему помощнику, который дополнил блюдо стейком средней прожарки и, залив его сверху соусом, отправил заказ на поднос официанта.       Закончив с последним на сегодня заказом, Костик, облегчённо вздохнув, оперся на рабочий стол и закрыл глаза. Этот день он наградил званием самого худшего дня в своей жизни, несмотря на постыдные воспоминания первого секса. Сегодня он ни черта не выспался благодаря пьяным соседям, завалил экзамен по философии в универе, встретил бывшую, мило воркующую со своей девушкой. Да-да, вы не ослышались. Костик, конечно, не строил воздушных замков и понимал, что он не альфа-самец, но смена его на полторашку-первокурсницу сильно ударила по самолюбию. Хотя, с одной стороны, это хоть как-то оправдывало отсутствие секса в их отношениях. Сначала он думал, что она проверяет прочность его намерений, спустя год уже загонялся, что не интересует её как мужчина. А оно-то вон как оказалось. На каждого разрыв подействовал по-разному: она сменила бананы на пирожки, он же загнался и перестал доверять красным шапочкам с пирожками, предпочитая, в крайних случаях, свою левую руку. В минуты отчаянья он представлял, как его бывшая доводит до исступления неопытную первокурсницу своими талантливыми пальцами и качественным страпоном. От таких мыслей становилось мерзко, но в то же время волнительно…       Парень никогда не думал, что будет страдать от ломки. Его не сильно привлекал алкоголь, он не выносил проводить длительное время перед монитором компьютера. Из пагубных привычек он предпочитал сигареты, хотя назвать это привычкой сложно, так, очень редкая блажь. А вот природа распорядилась несколько иначе. После злополучного расставания прошёл год. Оскорблённый до глубины души, Костя всячески избегал девушек, все они представлялись ему обманщицами и предательницами. Но его младший помощник явно не одобрял такой изолированности. На ручном режиме долго не протянешь, особенно когда тело требует мягких нежных женских изгибов, выпуклостей и влажных соприкосновений, и есть те, кто может это дать, — за деньги, за написанный курсач, за оплаченную выпивку. Только вот Костик не хотел падать до такого низменного уровня. Он человек, а не животное, поэтому рано или поздно усилием воли победит плотское наваждение. Только вот в этом противостоянии разума и природы нервы натягивались, как гитарные струны, грозящие вот-вот оборваться. Борьба с собственным телом дико изматывала парня. В голову лезли трусливые мысли: может, сдаться, пустить поварёнка в какую-нибудь слойку, чтобы выпустить пар?       Его размышления прервал голос официанта. — Четвёртый столик требует шеф-повара.       Единственное, чего не хватало в этом дне — неудачного блюда. За три года работы здесь Константин уже зарекомендовал себя. Без специального образования, на увлечении приготовлением еды и нужде в деньгах он из статуса помощника шеф-повара постепенно занял его место и создал репутацию талантливого и рукастого парня с качественной подачей. Но чёртово сегодня.       Оторвавшись от столешницы, Костик поправил шапку и снял перчатки. Сейчас главное — не нервничать и быть вежливым. Клиент всегда прав, даже если утверждает, что Земля плоская. Половина успеха работы в сервисе заключается в умении общаться с клиентами: слышать их запросы, опасения, иногда странные пожелания и беспочвенные претензии. Чем лучше ты стелешься и создаёшь впечатление раскаявшегося раба, тем больше шансов, что всё обойдётся без каких-либо последствий. Константин уже познал науку сервиса, поэтому со спокойным видом вышел в зал.       Яркий свет обоев цвета свежей зелени ударил в глаза. Столики и кресла цвета слоновой кости магическим способом делали помещение кафе намного просторнее, чем оно было на самом деле. Развешанные репродукции известных пейзажей намекали на некоторую утончённость и вкус владельца. Заведение у них не самое элитное, но всё-таки приличное. Здесь зачастую обедали обеспеченные студенты и ужинали молодые пары. Наверняка и сейчас Косте предстоит разговаривать со своими сверстниками. Не спеша он дошёл до углового четвёртого столика. Его догадки оправдались: за столиком расположилась молодая парочка. В выцветшей голубой джинсовке сидел светловолосый парень и вертел в руках стакан, гипнотизируя скользящий по стеклу апельсиновый сок. Напротив парня — темноволосая девушка с каре. На секунду Костя взглянул на неё: ярко-красная помада привлекала внимание к сочным губам, в тёмных, как спелая смородина, глазах читалось раздражение. Перед девушкой стояла тарелка со злополучной картошкой и стейком. Содержимое тарелки методично раскладывалось вилкой на отдельные ломтики картофеля, критично осматривалось и безжалостно отодвигалось в сторону. Интересно, брюнетку так бесил пережаренный картофель или равнодушный парень? — Здравствуйте, меня зовут Константин. Я шеф-повар ресторана. Чем могу помочь? — Картошка подгорела. Такое чувство, будто Вы мне её со сковородки соскребали. Брюнетка впилась в повара глазами, а алые губы сложились в строгую линию. — Прошу прощения, если хотите, мы можем заменить Вам картофель и к нему добавить бутылку вина в качестве извинений.       Сидящий за столиком парень неожиданно ожил и прекратил играться со стаканом. — Долли, не бесись, у тебя обычная картошка. Если ты сердишься на меня — другие тут не причём.       Брюнетка не удостоила его взглядом и поспешно ответила. — Захлопнись. То есть Вы предлагаете мне вновь ждать чёртову кучу времени в надежде, что Вы снова не принесёте мне угли? Она значительно повысила голос.       Вот так вот. Костя начал догадываться, что между этими двумя что-то произошло, а его несчастный картофель и лично он сам попал под горячую руку или становился некоторым стабилизатором между этими двумя. — Понимаю Ваше недовольство, но гарантирую, что новое блюдо принесут спустя минимальное количество времени. Девушка ухмыльнулась и опустила глаза на тарелку, улыбаясь, будто ей сказали идиотскую шутку. — Оплати счёт и поехали домой. Вероятно, эти слова были обращены к её парню, который, чуть откашлявшись, сложил руки на груди и процедил сквозь зубы. — У нас больше нет дома. Нас больше нет. Поэтому возвращайся без меня. Вещи я заберу завтра. Он поднял серые глаза на Костика. — Рассчитайте нас. — Счёт пополам?       Между ним и парочкой возникла неловкая пауза. Бля, Костян, до чего же неловкий вопрос. У этих двоих сейчас холодная война, а ты, даже не будучи официантом, такое говоришь, словно льёшь воду на раскалённую сковороду с маслом. Девушка испытывающе посмотрела на своего бойфренда, по всему видимому, бывшего, а тот, непринуждённо поправив часы на запястье, еле слышно ответил: «Нет, общий». Не выдавая волнения и желания как можно скорее унести ноги, Костик спешно без лишних расспросов отправился на кухню. Уже конец рабочего дня, грёбаного дня, когда все несчастья мира снизошли на него. Ещё и чуть в переделку не попал. Костя отдал указание официанту рассчитать пару и начал второпях собираться домой. Нужно как можно скорее добраться до квартиры и, спрятавшись в ней, как можно быстрее уснуть, чтобы череда дерьма, валившегося как из рога изобилия, наконец-то закончилась. — Парни, у меня деловая встреча, нужно срочно уйти. Справитесь без меня?       Положительное угуканье команды означало зелёный свет для бегства от реальности. Ещё пережить метро, без приключений пройти дворы и добраться до квартиры — и он будет спасён. Наспех парень накинул ветровку и схватил рюкзак. С некоторым усилием он отодвинул тяжёлую входную дверь кафе, словно она была огромной глыбой на входе древней пещеры. Оказавшись снаружи, юный повар глубоко вдохнул летний, уже по-осеннему прохладный воздух. Поднялся небольшой ветер, едва касающийся его пшеничных волос и полов ветровки. На секунду Костя огляделся вокруг: всё вокруг затянулось полупрозрачной чернотой вечера, словно кто-то разлил воду, разбавленную фиолетовой гуашью; полумрак на лоскуты разрезали высокие фонари, согревающие медово-красным светом дороги и фасады зданий. Кафе находилось вблизи спального района, поэтому раздражающий блеск неоновых витрин редко обжигал глаз. Пахло едой, пылью дорог и сигаретами. Где-то вдали Костя услышал скрежет колёс автомобилей, а затем близкий удар каблуков об асфальт. Звук усилился, будто обладательница туфель подошла к нему очень близко. — Уже уходишь?       От неожиданности парень почти подпрыгнул на месте. Рядом с ним, на расстоянии вытянутой руки, стояла та самая брюнетка. Из-за стола ему почти не удалось рассмотреть её как следует. Теперь же, хоть и при слабом освещении, девушка предстала перед ним во всей красе. Полная жизни, сочное тело, широкие бёдра, открыто демонстрируемые короткой чёрной юбкой и сетчатыми колготками. Некий намек на талию, где юбка, затянутая ремнём, переходит в бордовый топ. Выделяющаяся как гроздья спелых яблок грудь на секунду завладела вниманием парня, и он молился всем богам, чтобы девушка этого не заметила. Она медленно потягивала сигарету и без стеснения оценивающе осматривала его снизу вверх. Наконец их глаза встретились — бледно-серые и шоколадно-карие.       До Костика постепенно дошло, что ему задали вопрос, на который следует ответить. — Да, у меня закончился рабочий день. — Я Даша, но предпочитаю, когда меня называют Долли. Брюнетка протянула руку. Константин недоумённо на неё посмотрел и с заминкой в десять секунд пожал своей. Как только их ладони соприкоснулись, парня словно ударило током. Её хватка, крепкая, властная, но одновременно ласковая, электрическим разрядом прошлась от кончиков пальцев до макушки, оставив горячее чувство где-то в низу живота. Рукопожатие закончилось, но эффект ещё оставался. — А тебя как зовут? Да, тормозил он сегодня по-страшному. Хотя чего мы хотим, если к поспешно направляющемуся домой парню подходит такая красотка и сама начинает знакомство. Где тут подвох? — Я Костя.       Долли невозмутимым жестом пульнула окурок куда-то в сторону и свободной рукой заправила короткую прядь тёмных волос за ухо. Буквально на секунду она прикусила губу и чуть прищурилась, словно что-то обдумывала. — Слушай, я сегодня не очень себя хорошо повела в кафе. Ещё и с этим козлом при тебе поцапалась. Я бы хотела загладить перед тобой вину.       Костя пытался переварить происходящее. Эта роковая красотка ещё и извиняется. Не, здесь точно должно быть что-то не так. — Да ладно. Всякое случается. Я не в обиде. А с картофелем я и в правду накосячил. Нужно валить. Вырываться из плена глаз тёмного шоколада и насыщенно алых губ и идти до метро, а затем забираться в свою квартиру-раковину, вспоминать эти губы, возможно, помастурбировать, а потом забыть, как один из забавных случаев на работе. — Не проводишь меня? Этот придурок, мой бывший, может преследовать меня, я боюсь. Мне больше некого попросить. Я тут неподалёку живу.       От неожиданного предложения или, вернее, просьбы в низу живота заныло чуть сильнее и параллельно начало тянуть под ложечкой. Она, такая красивая, уверенная, просит его проводить. Обычно такие проводы ничем хорошим не заканчиваются. Не хочется прослыть извращенцем, но Костя вспомнил, что его первый половой акт именно так и организовался. Ну не может такого быть. Кажется, вот-вот из подворотни выскочит её парень и отлупит хилого повара или же она сейчас засмеётся и скажет: «Какой же ты глупый, ни готовить не умеешь, ни шутки понимать». Находясь между сомнением и лёгким возбуждением, Костик решил пойти ва-банк. — Хорошо, пойдём.       То ли игра света фар проезжающей машины, то ли правда на мгновение на лице Долли появилась толика удивления, переходящая в улыбку, которую обычно изображают мультипликаторы на лице злодеев.       Указав кивком головы на противоположную сторону улицы, девушка уверенно пошла вперёд. Костик лишь недоумённо следовал за ней. Ощущалось, будто не он, а она провожает его. В вечере, вобравшем в себя уже больше фиолетовой гуаши, чем воды, под успокаивающей вереницей уличных фонарей двое шли вниз по бульвару. По дороге они почти не разговаривали. Так, перекидывались парой фраз, за счёт которых Костя узнал, что Даша, точнее Долли, учится на дизайнера одежды. Данный факт объяснял её вопиюще демонстративный стиль в одежде. Курит она исключительно Винстон и не выносит сигарет с кнопкой. Из Костика девушка смогла вытянуть только тот факт, что он работает в кафе три года и его любимое блюдо — это лазанья. Со стороны они напоминали героев рассказа Чехова «Толстый и тонкий». Как и в произведении русского писателя один тяготился своей низменностью и недостаточной презентабельностью в глазах другого, а второй — наслаждался своим положением и никак им не кичился. Спустя четверть часа путники оказались у пятнадцатиэтажной новостройки, из-за бело-синего оформления напоминающую Косте пакет с кефиром. У третьего подъезда они остановились. Бросив взгляд на часы, повар сообразил, что на метро он уже явно не успеет, поэтому придётся заказывать такси.       Брюнетка с каре закурила при нём очередную сигарету и, кажется, совсем не собиралась уходить. «Так, ну и как же прощаться с незнакомками, которые сначала наорали на тебя, а затем попросили проводить?» — думал Константин. — Слушай, не хочешь подняться ко мне?       Недвусмысленный вопрос девушки вывел его из уже бессмысленных раздумий об этикете. Эта сочная красотка явно намекала на секс, даже не намекала, а открыто к нему приглашала. Идея будоражила разум и, конечно же, изнывающее от воздержания тело. Решение заняться сексом с немного ненормальной и раскрепощённой дамой стало бы неплохим способом решения всех проблем парня. Биологическая часть его уже вопила: «Соглашайся!», а вот выдрессированные обществом качества — совесть, самообладание и гордость — плевались в сторону. В тощем, измождённом теле победил мужчина. Мужчина, которого называют так не из-за наличия члена и определенного количества осеменённых самок, а по духу и силе воли. — Слушай, извини, я не могу, мне завтра на работу рано вставать.       Долли явно была ошарашена ответом. Затянувшись сильнее, она отбросила в сторону наполовину недокуренную сигарету и одним шагом, словно прыжком кошки, оказалась прямо перед лицом парня. Горячее табачное дыхание щекотало его нос, а скользившая по груди, а затем и по животу рука отозвалась россыпью мурашек по коже. — Послушай, мы можем сейчас подняться ко мне и ты трахнешь меня так, как хочешь и где хочешь. Соглашайся…       Пока парень раздумывал, темноволосая бестия прижалась к нему вплотную и впилась мягкими настойчивыми губами в его рот. Костя неуверенно отвечал на поцелуй. Едва покусав его нижнюю губу, она без предупреждения ввела свой язык в его рот. Оставшаяся без сигареты рука, скользящая по торсу и паху парня как змей-искуситель, задержалась напротив чуть выпирающего сквозь джинсы ствола и чуть сжала его.       В голове Кости мысли двигались со скоростью света. Это не сон? Она его хочет? У него сейчас будет секс? Прямо здесь и сейчас? Неужели одно прикосновение опытной руки и один влажный страстный поцелуй так быстро сломают его принципы, обойдут его страхи и нарушат полуторагодовой обет целомудрия?       Брюнетка разорвала поцелуй и вопросительно направила глаза-смородины на растерянного парня. — Ну так что? — Ладно, идём.