Поломанный

***

Турнир окончен. И он проиграл. С треском проиграл лучшему другу, нынешнему чемпиону, номеру один в мире. Вальту Аою. Не сказать, что Шу был сильно опечален проигрышем. Он был даже рад, что наконец смог избавиться от личности Красного Глаза. Последнее время ему казалось, что он совсем не управляет своим телом. Будто в него вселилось нечто…потустороннее? Да, именно так. Было страшно. Страшно, что никогда больше не сможет вернуться к прежней жизни. Что вообще больше ничего не будет как прежде. Куренай знал, что так будет. Он знал, что момент, когда его бледное лицо скрыла зловещая маска, навсегда заперев внутри истинную личность, эмоции и характер, это была точка невозврата. Но людям свойственно совершать ошибки. На них и держится жизненный опыт. Жалеть Шу точно не собирался. Но ему было грустно от изменений своего друга. И как он понял они начали происходить ещё тогда, когда он был Красным Глазом. В том момент, когда он оттолкнул лучшего друга. Ещё тогда он заметил, что глаза мальчишки потускнели, но из-за льющихся ручьём слёз хорошо разглядеть не получалось. Тем более, если бы он стоял и пялился на него, выглядело бы как минимум странно. С виду Аой не изменился. Но больше он не излучал тепло и радость. Раньше, смотря на него хотелось обнять, рассказать что-то, открыться. Сейчас же мальчишка похож на куклу. Ходячая бездушная оболочка. Но ошибка уже сделана, пора собирать плоды.

***

Всматриваясь глыбы камней, беловолосый прокручивал в голове слова друзей, хотя скорее сказать товарищей. А единственного друга, который был с ним всегда и поддерживал, он сломил. Оттолкнул от себя и построил между ними стену. Хотя было такое впечатление, будто Вальта в эту стену замуровали, ведь он не видел и не слышал ничего вокруг. Но всегда можно всё исправить. Шу на это очень надеялся и верил. Да, не просто. Да, надо будет узнать как, а это время. Но он не собирался всё так оставлять. От воспоминаний об Аое стало грустно, но красноглазый успешно выкинул это из головы, закинув в дальний угол. Не время щас для таких мыслей. Не хочется сейчас портить себе настроение, ведь он, скажем так, наконец вернулся в своё тело. И это прекрасное чувство. Шу никогда не придавал раньше значения всяким мелочам, но сейчас он понял, что теперь будет ценить абсолютно каждый момент в жизни, будь он хороший или плохой. Постепенно начинало темнеть. Голубоволосый парень вышел из огромного здания. Надо было как-то охладиться. В помещении достаточно много народу. Всё-таки полу-финал и финал чемпионата. Все заядлые фанаты игры, которая уже несколько лет на пике популярности, собрались на стадионе. Не меньше давило собственное поражение. И в придачу сломанный бэй. Луи не привык проигрывать. Всегда считал это унизительным. Плохо относился к людям, которые проигрывали. Хотя «плохо относился» это мягка сказано… А теперь он сам проиграл. Опозорился. Как он выглядит в глазах тех людей, которых он морально убивал из-за проигрыша. Которым отбил стремление к победе. Раньше в такие моменты он разговаривал с Луинором. Друзей не было, да и какой человек выдержит постоянные оскорбления, упрёки и скверный характер Широсаги. Такого ещё не находилось. Даже вечно спокойный Гоу не выдержал пресса со стороны голубоволосого. А сейчас Луинор разбит, как и Луи. Хотелось просто выть и лезть на стены. По-моему, если бы Луи не был бы Луи, он бы расплакался прямо у арены, смотря на то, что осталось от его напарника. Но Куреная он не винил, всё-таки это его слабость. Он недостаточно тренировался. Он позволил победить его и сломать самое дорогое, ведь единственным людям в его окружении-родителям, было абсолютно плевать как там их сын. Главное чтоб не опозорил, а он опозорил… Значит недостаточно тренировался, недостаточно сил приложил, он мог победить, нет ничего невозможного, но даже не дошёл до финал. Это значит он делает недостаточно… -Боже за что мне это…-не удержавшись взвыл голубоволосый падая на колени, а по щекам потекли слёзы. Он отошёл достаточно далеко от стадиона, и никого рядом не было, поэтому он позволил себе такую слабость. Но Луи ошибался. А Куренай решил не раскрывать своё присутствие. Ему было интересно, что голубоволосый будет делать дальше. Не сказать, что ему было его жалко. Всё-таки у них не лучшие отношения, и сам Луи принёс не мало боли Шу. Но какую-то жалость он всё же испытал, хоть и не знал всей ситуации. Шу всё-таки человек, и он испытывает эмоции, в том числе и жалость, и грусть. Он не бесчувственный. У Луи на тот момент в голове было много мыслей: Что же подумают родители? Они же не отрекуться от меня? Зачем им такой позор в семье? Перед глазами всё плыло, но даже так он заметил пристальный взгляд алых глаз. В них не было той жестокости, с которой он разбил Луинора. Было жалость. Но Луи не нужна жалость. А тем более чья, Куреная? Нет, не смешите… Но всё-таки хотелось тепла, чтоб кто-то утешил, но точно не Шу. Он не станет взваливать на него свои проблемы. Но вопреки желаниям Луи о тепле, начался дождь. С места же никто не сдвинулся. Ну что им дождь, не сахарные-не растаят. Кое-как, не смотря на боль в разбитых коленях Широсаги прополз метр и сел рядом с Куренаем. В обычной ситуации он бы вряд ли он бы к нему сел, но сейчас над обрывом друго места нет, «может сброситься с него?» Луи потряс головой, выбивая воздухом глупые и ненужные мысли. Он считал, что так поступают только слабые, хотя, разве он сильный? Почему он должен быть сильным? А главное для кого? Надумав кучу отговорок, почему он сел к Шу, он всё-таки успокоился. Повисло молчание. Приятное молчание. Разговоры тут были лишними. Но спустя минут двадцать Шу заметил, что Луи более менее успокоился, по крайней мере плечи перестали содрогаться, а вот плакал аметистовоглазый или нет узнать из-за дождя было не суждено, и решил воспользоваться моментом. -Что уже успело произойти?-было прям очень интересно, что смогло вывести такого как Луи, жестокого и непоколебимого. Хотя так ли это на самом деле? Куренай уже начал сомневаться, но решил поинтересоваться, что же всё-таки произошло. Может Луи довериться и расскажет, ведь могло произойти и вправду что-то серьёзное. -Какое тебе дело…-голос немного дрогнул. Он никогда не разговаривал не с кем по душам. Не привык открывать кому-то свою душу. Он не понимал. Как это? Взять и рассказать кому-то о своих проблемах? Бред. Какая кому разница? У каждого свои проблемы, а на него всем плевать. Станет ли человек помогать Широсаги, если ему и самому нужна помощь. По себе Луи судить не мог. Никогда не доводилось с таким сталкиваться. Куренай нахмурился. Действительно…Чего он ожидал. Чтоб сам Луи Широсаги рассказал причину своей слабости, да он наверняка вообще не хотел чтоб кто-то видел, а тут рассказать причину. Для такого гордого человека это тяжело. -Не хочешь-не отвечай, я просто мог бы выслушать, а может и помочь… -Ну попробуй,-и Луи Широсаги сдался, по-моему впервые за всё своё существование. Решил довериться. Открыть двери в свой маленький мир. А это нелёгкая задача. Всё-таки он всю жизнь устанавливал на них кучу замков, а теперь постарается их открыть. Но было и чувство вины. Зачем ему слушать Луи, забивать горой ненужной информации голову, пытаться помочь, если в прошлом их отношения были не просто плохие, а отвратительные.-Я не знаю, что мне делать… -Я не экстрасенс, и не могу понять, что ты имеешь ввиду.-хоть Шу и сказал это с ноткой недовольства, но он был прав. И Луи это понимал. -Не знаю куда мне идти дальше… -Тебе негде жить?-вот тут Шу испытал шок. Семья Широсаги очень богата, может что-то произошло, они обанкротились… Не мог красноглазый найти другого объяснения. -Можно и так сказать.-говорить это было не приятно. Луи в данный момент чувствовал себя бездомным, который сидел на картонке в грязной подворотне, обиженный жизнью, и просил милостыню. -Я бы мог предложить пожить у меня…-Шу запнулся, увидев шокированные аметистовые глаза. Луи просто не мог поверить в сказаное. Зачем кому-то ему помогать. Зачем?-но как же твои родители, где они будут жить? Луи понял всю комичность ситуации, и о чём подумал Шу, неудержавшись прыснул. Но нет, ему не было весело. Все его движения казались какими-то вялыми. Но Широсаги поспешил объяснить ничего не понимающему Куренай ситуацию, ведь тот не понял, что такого смешного сказал. -С ними всё будет в порядке, а жить будут дома…-голубоволосый вздохнул,-но у меня больше этого дома нет, и вряд ли меня даже на порог пустят. Куренай был шокирован,ему было интересно, что же вызвало у них такую реакцию. Что успел сделать человек сидящий рядом с ним. У самого Шу с родителями тоже были проблемы. Они часто ссорились, но не разводились. Изменяли друг другу. А потом в один момент каждый из них решил уехать к своим вторым половинкам, оставив 11 летнего мальчишку жить одного. Конечно они звонили, спрашивали как он там, кидали деньги, но и это продлилось не долго. Но хоть не выносили мозг, не ругались дома, поэтому ребёнок долго не мог понять, что произошло. Всегда дружные родители расстались, даже не ссорясь. -…-Луи хотел объяснить Шу, что же всё-таки произошло, и что он имел ввиду. Но вспомнив всё: холодный взгляд отца, без причины крики матери. Когда у кого-то из родителей было плохое настроение, можно было неплохо отхватить. А если голубоволосый ещё и провинился в чём-то…Не хотелось об этом думать, но воспоминания сами лезли в голову, вспоминались все синяки, кровопотёки, голодовки, а самое страшное, слова. Маленький мальчик всё детство был любимцем бабушки. Она дарила ему всю свою любовь, но когда Луи было пять её не стало. Родители и раньше с ним ужасно обращались, но смерть бабушки повлияла не только на мальчишку, а и на родителей, что ,казалось, сошли с ума. И тогда в семье началась настоящая тирания. Родители тоже часто ссорились, но никогда дела не доходила до физических повреждений. А если появлялся, ни в чём не повинный ребёнок, причём не чей-то, а свой, своя кровь, им просто сносило крышу. В этот момент они всегда были за одно. Куренай заметил, плечи опять начали трястись. Значит у Луи опять начиналась истерика. Чуть прижав голубоволосого к себе о слегка приобнял его одной рукой. К счастью, сделать это было не трудно. Хоть Широсаги и был достаточно сильным, но ростом его явно обделили. От такого касания Луи как током пробило. На секунду он даже перестал дышать. А глаза с шоком открыл и уставился на руку Куреная, так, как это была единственная часть Шу которую аметистовоглазый был в состоянии увидеть. Но отстраняться не стал. Он получил желанное тепло, глупо отказываться от своих желаний. Всё таки Луи был не прав. Не всем людям плевать на чужие проблемы.

***

Луи уже неделю живёт у Шу. Куренай заметил, что вдвоём даже легче справляться по хозяйству, хотя ничего такого дома в принципе делать не нужно было. Они не ссорились, Широсаги не огрызался. Он всё ещё был не в том состоянии чтоб вести себя как раньше. Тем более с такими переменами в жизни. И у него всё ещё было чувство долга. Он является нахлебником. Сидит не шее у Куреная. Голубоволосый первое время даже пытался почти не есть. Всё-таки продукты покупает не он. Но Шу сразу пересёк эти попытки, и сказал, что если такое повториться, он будет лично кормить Луи с ложечки. Вроде всё хорошо, но за неделю родители голубоволосого даже не спохватились, не написали, не стали искать… Луи чувствовал себя ненужным, даже собственным родителям на него плевать. Хотя возможно они были бы рады вообще вычеркнуть его из семьи, но точно парень никогда не узнает. А вечером Широсаги не сдержался, и подойдя со спины к Куренаю, который готовил ужин крепко крепко обнял, прижался как кот к батарее. Шу на это лишь хитро улыбнулся, и резко повернулся, взяв за подбородок поцеловал…