Сложно любить своего хулигана

      Каникулы. Единственный отдых, который я могу себе позволить перед экзаменами. На всю неделю я уехал к бабушке. Бим остался на попечение у мамы. Черненко вместе с Авдеевым и Маниловым уехал к последнему в деревню. А девчонки остались в городе. Каждый день я позволял себе ещё немного поваляться в постели, позалипать в телефоне, и только вечером я садился за подготовку к экзаменам. Наша компашка часто устраивала общий созвон в любое время дня и ночи. В целом дни проходили спокойно и весело. Невольно я возвращался к мыслям о Яшине. Разговаривал на эту тему только с Ваней. Он всегда говорил, что не надо переживать по этому поводу, он всё уладит. Но мне не нравились эти слова. Не хотелось, чтобы он как-то пострадал или что-то в этом роде. Да он парень спортивный, умеет драться, но именно Яшин его отметелил.       Как и ожидалось, неделя пролетела быстро. Всё вернулось на круги своя. При встрече с Ваней я в очередной раз заговорил про Яшина. — Так, успокойся. Даже если он и затеет драку, противостоять мы сможем. Ты же до сих пор ходишь в зал? — Причем здесь это? — Ходишь? — Да. — устало проговорил я. — Ну вот, уже что-то. Вечером пойдём на площадку, покажу пару простых приемов, и это не обсуждается.       Мне ничего не оставалось, кроме как пойти. Часов в десять вечера мы были на месте. Ваня показывал и рассказывал, куда лучше бить, с какой силой и с какого угла. Я пытался запомнить как можно больше. А когда дело дошло до практики, и вовсе влился в антураж. Черненко стоял как тренер по рукопашному бою, выставив ладони перед собой, на чуть согнутых ногах. Он ждал, когда я нанесу удар. Он в разы сильнее меня, мои удары практически не чувствовал, а у меня было ощущение, что я бью стену. Закончили мы «тренировку» только в первом часу. Придя ко мне домой, мы быстро приняли душ, покушали. — Ну чего, спать? — зевнув, сказал я. Из-за длительного нахождения на улице мы изрядно вымотались. — А может…переспать? Хе хе. — Много хочешь, мало получишь. Рука у тебя всё ещё есть, удачи. — с этими словами я пошел в спальню. Я всё ещё был зол на Черненко за его беспечность, беззаботность и немного безрассудность.       Я укрылся одеялом чуть ли не с головой. Матрас за моей спиной прогнулся от тяжести чужого тела. Ваня также забрался под одеяло и легонько коснулся рукой моего плеча. Я открыл глаза. Парень провел рукой вдоль моей и прильнул губами к моей шее. На этом всё закончилось, он уместил руку на моем животе, плотнее прижимаясь к телу. За то недолгое время, что мы находимся в отношениях, я немного выучил язык тела Черненко. Я знаю, что сейчас он извинялся. Он делает так всегда. От этого я влюбляюсь в него ещё больше.       В школе всё по-старому. Всё те же лица. Всё та же ненавистная учеба. И куда же без Яшина. В коридоре он старался всячески задеть меня плечом или поставить подножку. С Ваней было всё хуже. Яшин откровенно толкал его в стены и двери. Бросал ему оскорбления и так далее. Терпение Черненко было на исходе. Манилов и Авдеев как могли сдерживали его. Каждый вечер мы с Ваней тренировались на площадке. Ну как тренировались, он тупо бил стену, а я просто разминался. После он всегда уезжал к себе домой. Он всегда твердил, что всё нормально, что он вытерпит до конца 11-го и драк не будет.       В один из таких дней, когда я зашёл в квартиру, зазвонил телефон. Это была мама. Я спокойно снял трубку. — Да? — Илья, ты дома? — голос мамы дрожал. — Да, что случилось? — Тут отец домой пришел, приедь, пожалуйста. — Да, конечно, скоро буду.       Я пулей собрался и вылетел из дома. Ждать транспорт не вариант, быстрее добежать. Так и получилось, я добежал минут за 10. Вломился в дом. Отец кричал на маму, она кричала ему в ответ. — Да вы вообще никто! Квартиру она захотела! Да кто ты такая, чтобы посягаться на мою собственность?! — Эту квартиру мы купили вместе! И большую часть заплатила я! И чья эта квартира будет, решит суд! — Да хер вам! — он замахнулся и уже собирался ударить маму, но я перехватил его руку. — Только тронь. — О, а вот и герой! — только сейчас я учуял запах алкоголя. — Неужто стал мужиком? Да только кишка тонка! Поднимешь руку на отца?! — А ты поднимешь руку на женщину? — я сделал небольшую паузу. — Ты отвратительный. Как тебя только земля носит?! Да тебе вообще место за решеткой. — я с силой опустил его руку. Никогда я ещё не был таким уверенным и злым. Я чётко смотрел ему в глаза. — Да и ты мне не отец. — Ах вот как заговорили?! — Илья, не надо. — послышался голос мамы где-то за мой спиной. — Давно пора тебя проучить! — Ещё раз хочешь на 15 суток в участок загреметь? — спокойно проговорил я, чуть поднимая голову выше.       Отец замолчал. Я уже подумал, что он просто уйдет, но он отошёл на шаг назад. Я сделал тоже самое. Рука отца пролетела в сантиметрах от моего лица. Я начал вспоминать все приёмы, которые мы учили с Ваней на протяжении недели, попутно вставая в стойку. Из-за того, что отец поддатый, уворачиваться от ударов было легче. Я не хотел его бить, чтобы он меня потом не приплел к побоям. Я перехватил его кулак, вывернул руку за спину и нажал ногой под коленом. Отец упал на колени, на его лице красовалась гримаса боли. — Если ты не уйдешь сам, это сделаю я. — Ах ты сосунок! Ты кем себя возомнил?!       Я взял его за волосы, и оттянул назад, чтобы он встал, и потащил в сторону выхода. Открыл дверь и «вышвырнул» его.       Я закрыл дверь на 2 оборота. Перевел дух и пошел к маме. — Он тебя тронул? — Нет, нет, всё нормально. — Может ты в квартиру переедешь? Или к бабушке с дедушкой? Так мне поспокойнее будет. — Я подумаю. Ты останешься сегодня? — Конечно.       Мы сели за стол на кухне, мама приготовила ужин. Я пошерудил по карманам. Блять, телефон остался в квартире. Надеюсь, ничего серьезного не произойдет. Конечно прилетит от девчонок, но это я переживу.       Как всегда заснул я не сразу и ближе к глубокой ночи. Утром пришлось встать пораньше, чтобы забрать вещи из квартиры и придти в школу вовремя. На удивление был я достаточно бодрым. Когда зашёл в класс, не обнаружил Авдеева и Ваню. Никаких предупреждений от своего парня я не получил, поэтому немного заволновался. — Эй, Манилов. — парень обернулся. — Здорово. — мы пожали друг другу руки. — Чё этих двух нет? — Хз, я думал, ты знаешь. — Класс. Ты им не писал? — Они игнорят меня, попробуй ты.       Я написал и тому, и другому. Ответов не было 2 урока. На третий они сами пришли. Пришли, молча сели и всё. В их глазах я не мог ничего прочитать. Ване надо бы сейчас настраиваться на серьезный разговор со мной. Я уже давно хотел с ним так поговорить, но он всегда быстро уходил. После всех уроков он также быстро собрал вещи и начал выходить из класса, но я задержал его, схватив за руку. — Надо поговорить. И это не обсуждается. — я, не дожидаясь ответа, пошел на четвертый этаж.       Я сидел на подоконнике и ждал Ваню, подбирая правильные слова и претензии. Сказать, что я был в шоке, когда в комнату зашёл Яшин вместо Черненко, ничего не сказать. Я был в ахуе. — Привет, соколенок. — на его лице была до жути противная улыбка. — Я так полагаю, ты не меня ждал. — он сделал паузу. Моё сердце бешено колотились, а мозг вообще потихоньку отключался. — Не спросишь, где он? — Я вообще не горю желанием с тобой разговаривать. — Как грубо. — Яшин наигранно удивился и что-то типо оскорбился. — Я же хочу нормально с тобой поговорить. — он сделал паузу. — Как же вы всё-таки похожи.       Понять, с кем он меня сравнил, не сложно. — Давай побеседуем по душам, пока у нас время есть. — он посмотрел на часы на левой руке. — Мои парни задержат его ненадолго. Минут пять у нас есть. — Что?.. — Не выдашь ваш план мести? — он выжидающе и с улыбкой смотрел на меня. — Какой ещё план мести? Что ты ему приготовил?! — Спокойно, спокойно. — Яшин начал медленно идти в мою сторону, выставив ладони вперёд. — Расскажешь мне всё, в целости останутся все. — Ничего мы не готовим, сдался ты нам. — Неужели вы пропустите мимо всё то, что я делаю на протяжении двух недель? Так я и поверил. — Я говорю правду! — Ну-ну. — Соколов!.. — послышалось из коридора. — Ну ладно, я пойду. Но мы не закончили. У нас впереди ещё столько сеансов. — он подошёл ко мне вплотную, заставляя просмотреть на него снизу вверх. Он широко улыбнулся, хотя эта улыбка больше была похожа на оскал. — Расскажешь ему, что был со мной, сеанс начнется раньше. И уверяю тебя, будем действовать без анестезии. — после этого он быстро вышел.       Через несколько секунд в комнату ввалился Черненко. Я стоял как вкопанный, не шевелился. — С тобой всё нормально? Только попробуй соврать! — Ваня тяжело дышал. Он стоял в метрах 2-ух от меня, облокотившись на свои колени. — Чё молчишь? — Да. — Что «да»? — Со мной всё нормально, а с тобой? — Кроме потрёпанных нервов, всё цело. — Ты куда вообще подевался? — После того, как ты ушел я ещё немного постоял, тихо матерясь себе под нос. " — Блять! Я так с ума сойду! — я уже двинулся в сторону выхода, как в класс влетел Манилов. — Бегом в спортзал! — Зачем? — Блять, ты можешь не задавать лишних вопросов? — я стоял и смотрел на него. — Бегом, говорю! — Да ты можешь нормально сказать?! — Сейчас 11А с Петуховым туда Соколова потащили, ждут, когда ты придёшь. — Суки!..       Я побежал в зал. Внутри помещения небольшим кружком стояли ебанаты Яшина, его самого не было видно. — Э! — я свистнул. — Егор! Объяснись, сука! Какого хрена вы делаете? — А, план значит сработал. — парень развернулся лицом ко мне. — Какой ещё блять план? — я осматривался по сторонам в поисках Ильи. — План нечаянно растрепаться про Соколова, вообще я ставил на Авдеева, но Манилов тоже неплохо сработал. — Ты чё несёшь? Где Илья? — Ты не догнал? Вроде умный. Его здесь нет. также, как и Димона. Додумаешь или помочь? — Вам всем пизда. Абсолютно всем!       Я побежал по всем кабинетам и этажам. На втором этаже ко мне пришла мысль, что они в туалете на четвертом…» — Так он был здесь? — Ваня уже привел дыхание в норму и прожигающе смотрел на меня. — Какая разница? — скрестил руки и недовольно посмотрел на него в ответ. — Ебать, в смысле? Я хочу знать! — Я тоже хочу знать. Почему ты постоянно молчишь, почему ты быстро уходишь? Разве так сложно один раз нормально поговорить? Без всяких гордостей, сарказма и долбоебизма? Да, он был здесь. И дальше что? Ты сказал мне, что продержишься до конца года. Ну и что ты сделаешь? Пойдешь и серьезно поговоришь с ним? Нее, ты так не умеешь. — Что ты начинаешь? — Я хочу понять, почему ты стал таким? — Я всегда таким был. — Нет, стоп. Ты всегда говорил мне, что не любишь врать. Но сейчас ты нагло врешь. — Я пытаюсь уладить ситуацию. — А почему я не могу помочь тебе в этом? Почему не может Манилов? Почему ты выбрал для этого Авдеева? — Он здесь не причем. Мы просто вчера пили, вот и проспали. — Ахеренно. А почему не со мной? — Так ты на звонки не отвечал. — Ты мне не звонил. — А ты проверь телефонную книжечку то, блять.       Я достал телефон, открыл приложение. И правда, 3 пропущенных. — Я его оставил в квартире, когда спешил домой, а уведомлений не было. — Супер. И зачем ты домой спешил? — Не важно. — Вот! Ты мне тоже мало что рассказываешь! — Вот не ровняй сейчас! Это единственный раз, когда я тебе за эту неделю об этом не сообщил, и то потому, что утром до тебя хрен дозвонился. Решил он выпить видите ли. — Я уже и выпить с другом не могу?! — Да нет, почему?! Пей с другом, кто не даёт?! А с парнем морозься! Тема, во! — я показал большой палец и отошёл в сторону, смотря в окно.       Образовалась тишина. Она была очень противной, словно я в одно мгновение оглох. — Ладно, прости меня. — он сделал небольшую паузу. — Ну не мог я тебе рассказать то, что рассказал Авдееву. — Почему? — я не смотрел на него, лишь чуть наклонил голову. — Ты бы всячески пытался остановить меня. — Что ты придумал? — Поговорить с Яшиным.. по-мужски. — я развернулся на пятках. — На кой, прости меня, хуй? — Ну он же наша первостепенная проблема. — Вот именно, наша. А ты опять действуешь в одиночку. — Я просто хочу отплатить за всё, что сделал с тобой. — Я тебя просил об этом? Как же ты не поймёшь, что я давно простил тебя! Что всё в прошлом! Прошлое на то и прошлое, чтобы его не вспоминать. — Илья, это единственный нормальный выход. — Только попробуй с ним подраться. — он замолк и опустил голову. Я резко почувствовал вину за то, что вспылил и наорал на него. — Прости за эту сцену. Я понимаю, ты хочешь помочь мне с моими проблемами, но я тоже хочу принять участие. Мои проблемы не должны становиться твоими личными. Мир? — я протянул ему мизинец. — Мир. — он протянул палец в ответ. — Пожалуйста, рассказывай мне всё. А то кажется, что мы расстались. У меня уже девчонки стали интересоваться, нормально ли всё у нас. — Черненко слегка ухмыльнулся. — Так.. зачем ты спешил вчера домой? — он осторожно посмотрел в мои глаза.       Я пересказал ему события минувшего вечера. — А ты говорил, что это нигде не пригодится. — Знаешь, не очень хочется повторять это снова. — Понял, понял. — мы шли вдоль коридора к выходу. — Поедешь ко мне? — Надо только Бима покормить.       В итоге мы заснули на диване в моей квартире. Где-то в ногах лежал Бим. Ваня сказал, что этому животному у меня больше нравится. Он здесь более игривый, более открытый и дрыхнет как не в себя. Потом парень добавил, что это из-за отсутствия его отца. Животные всё понимают. И Бим всегда шугался его. А здесь он чувствует себя в некой безопасности.       Завтра последний учебный день на неделе, который мы решили благополучно прогулять. *** — Ало? — Кристин, это пиздец! — Олесь, что случилось? — Ты в школу сегодня придёшь? — Нет, скорее всего. — Я ща фотку пришлю, это надо видеть!       Девушка прислала фото. На нем их собственный класс. Но единственное, что от него осталось целым, это стены, по которым и можно определить чей он. Все парты и стулья вверх дном. Содержимое шкафов валяется на полу. Всё в мелу. А места Соколова и Черненко полностью в голубой краске. — Ебануться!       Кристина переслала это фото Илье. Тот особо никак не отреагировал, лишь сказал, что это 100% проделка Яшина. ***       На удивление следующие две недели прошли нормально. Ни учеба, ни шайка Яшина, ни отец, никто не мешал. Я спокойно занимался экзаменами, помогал ребятам, ещё успевал хорошенько отдохнуть.       Я сидел у бабушки дома. Дедушка как всегда чем-то занимался в гараже (конечно же пил), бабушка готовила на кухне картошку с курицей, попутно шинкуя салат. Недавно состоялось последнее судебное дело, по итогам которого в нашем пользовании осталась и квартира, и дом. Мы с адвокатом уговорили маму, рассказать судье про побои, сцены и всё то, что делал отец. На этом деле должен был присутствовать и я. Доказательств у нас было мало, но на помощь пришел адвокат, который по неожиданному стечению обстоятельств оказался у нас дома во время очередной ссоры и записал небольшое видео, где отец с силой дал пощечину маме. В этот момент я сжал кулаки и приложил максимум усилий, чтобы не наброситься на этого урода прямо на заседании. Как итог, отец должен выплатить штраф, моральную компенсацию и не появляться в нашей жизни. Где он будет жить, нас с мамой особо не волновало, наверное поедет к сестре. В тот вечер мы всей нашей семьей (бабушка и дедушка тоже считаются) хорошо так отметили это дело.       Я решил прогуляться по району. Накинул куртку, предупредил бабушку и вышел. Погода классная, всё потихоньку начинает распускаться, жизнь налаживается. Одноклассники наконец то стали дружными, мы друг другу помогаем, друг друга спасаем. Вокруг меня потрясающие друзья и не менее прекрасный парень. При упоминании Черненко я начинаю улыбаться как влюбленный дурак. Словно я неизлечимо болен.       Погулял я так довольно долго. Часов в десять я был дома. Я решил позвонить Ване. Один звонок, два, три, шесть. Писать смысла не было, решил позвонить Авдееву. — Чё такое? — Это я у тебя хотел спросить. Чё с Ваней? — Аааа, а что с ним?.. — Кость, вот давай только без этого. Я знаю, что ты знаешь. — Я что, настолько сильно палюсь? — Да тебе надо к девочкам третьей сплетницей. — Блин, только поклянись, что не расскажешь ему, что это я тебе рассказал. — Да он сам догадается. — В общем, его отец из командировки вернулся. *** — Как там с оценками? — отец Вани сидел на кухне. — Что молчишь? Я вообще с кем разговариваю?! — Ваня всё также молчал.       Парень сидел на диване и тупо смотрел в одну точку. Отец приехал час назад. Он сразу пошёл в комнату сына. Выключил всю электронику из розетки, забрал телефон и приказал прийти на кухню. Сейчас Ваня сидел и молился, чтобы в квартиру не зашёл Илья.       На секунду он закрыл глаза и представил, что они сейчас вместе, только вдвоем. Что ему мешает прямо сейчас сорваться к нему? Наверное 16-й этаж. Отец закрыл дверь на замок. А при следующей встрече с Соколовым Ваня хочет быть живым. — Ты ответишь мне или нет?! Ваня медленно повернул голову. — Пошел нахуй. — он сказал это спокойно и медленно. — Ты как с отцом разговариваешь? Совсем от рук отбился. Мы тебя так не воспитывали. — Да, вы меня вообще не воспитывали. Всегда переживали о своём статусе. Как думаешь, что будет, если я расскажу всему городу, что вы вытворяли с сыном? — Во-первых, ничего сверх ужасного мы не делали. Во-вторых, ты это не сделаешь. Ведь хорошо, когда деньги есть всегда. Будешь много перечить, останешься без доли. — Ваня усмехнулся. — Ты этого сделать не сможешь. Ты видно забыл, что компания дедушки. И по завещанию после моего 18-го дня рождения компания становится моей. Весь капитал, все акции, всё моё. Даже эта квартира.       При упоминании своего отца Черненко старший заметно напрягся. Тот факт, что дедушка Вани — Черненко Василий — любил внука больше сына, невероятно раздражал его.       Для Вани в детстве дедушка был самым любимым человеком. Он всегда ходил с ним на работу, а дедуля всегда представлял его своим коллегам, как будущего руководителя. Когда Ване было 8, Василий заболел онкологией и через пару месяцев умер. Это было для мальчика самое тяжелое время. С тех пор у родителей были развязаны руки. Отец, забыв про завещание, быстро сделал себя директором компании, а свою супругу замом.       Ваня знал, если бы дедушка был бы жив, он давно бы пристрелил своего сына. Ведь он всегда хотел самого лучшего для своего внука. Именно дедушка пообещал ему на смертном одре, что, когда он выйдет из больницы, купит мальчишке пса.       При воспоминании о дедушке по щекам Вани скатились слёзы. Он быстро вытер их рукавом толстовки. — У тебя не получится этого сделать. — судорожно проговорил его отец. — Ты плохо меня знаешь.       Телефон Вани зазвонил. — Что ещё за «Парень мечты» с сердечками?! — Ваня встал с дивана и начал идти на кухню, чтобы забрать телефон. — Я тебя спрашиваю, что это значит? Ты что голубой?!       Когда парень был в нескольких шагах от цели, отец Черненко забрал телефон, резко встал со стула, подошёл к сыну и достаточно серьезно ударил его в челюсть.       Из-за удара голова Вани отлетела в право, а сам парень пошатнулся. Он приложил руку к больному месту, немного размял и проверил состояние. После он развернулся. Отец выше него чуть меньше, чем на голову. Ваня посмотрел ему в глаза, в следующую секунду он ударил отца кулаком в солнечное сплетение, потом коленом в живот. Отец согнул пополам. Ваня взял одной рукой его голову и ударил туда коленом. Мужчина упал на колени, болезненно простонав. Парень взял со стола кухонную доску, обратно подошёл к отцу и ударил ею по лицу. Положив доску, он посмотрел на мужчину, потом на телефон. Поднял свою собственность, проверил на повреждения и сунул в карман.       Черненко смотрел на отца, не опуская вниз головы, лишь опустив взгляд. — Не лезьте в мою жизнь. И выметайтесь из моего дома. — он пошел обратно в гостиную и сел как можно дальше. — Если через пять минут тебя здесь не будет, вызову ментов.       Черненко набрал Илью. — О боги, ты живой. — Ваня улыбнулся. — Ты сейчас у бабушки? — Да, а что такое? — Когда на квартиру пойдешь? — Минут через 10, а что такое то? — Буду ждать тебя возле подъезда. — Ваня бросил трубку. ***       Как он и сказал, он ждал меня возле подъезда. Я не успел задать вопрос, как он обнял меня, уткнувшись носом в шею.       Мы зашли в квартиру и сразу встретили Бима. Он радостно залаял. Мы все вместе поужинали, а потом легли на диван и включили первый попавшийся фильм. Ваня всё время ни на шаг не отходил от меня. — Вань, что-то случилось? Ты обкурился или что? — Просто рад, что ты есть в моей жизни. — он улыбнулся и прикрыл глаза, лёжа на моей груди. — Кстати, можешь Бима обратно мне отдавать. — А отец? — Всё улажено.       Учеба перед майскими праздниками просто отвратительная. Контрольные, самостоятельные. Ещё этот Булгаков. Можно пистолет и пулю?       После того случая с краской и погромом класса вернуть прежний вид кабинету не удалось. А именно не удалось убрать краску. Классная руководительница поговорила со мной и Ваней. Мы в один голос утвердили, что это Яшин. С ним опять провели воспитательную работу. И теперь было страшно выходить за пределы кабинета и школы. Петухова не было видно насколько дней. Затишье перед бурей. Ссыкотно пиздос. *** — Так и думал, что ты долго не продержишься. — парень широко улыбнулся. — Ты точно один? — Когда я тебя обманывал? — Говори, что ты хочешь. — Хааа, в обмен на неприкосновенность к вашим личностям? — он слегка посмеялся. — Ты будешь выполнять всё, что я захочу. — Губу закатай, еблан. — А тебя соколенок не предупреждал, что я с ним сделаю, если он растрепется? — О чем ты? Ты ему что, писал или вы где-то пересекались? — Значит, не сказал, похвально. — Хватит хуйню нести! — У меня есть предположение, что у вас нездоровая любовь либо выгодные отношения. — Шел бы ты на хуй, Яша, со своими предположениями. — парень скрестил руки, смотря на Яшина, который сидел на кортах. — Хочешь сказать, вы пиздец какие влюбленные? Я, конечно, догнал, что ты убьешь за него. Но я не понимаю, почему такое чмо выбрало такого ублюдка? — Ты заебал. Мы чисто попиздеть пришли или решить проблему? — Какую проблему? — Твоего вислого писюна. Я же тогда в точку попал? — Ты за словами следи. — А, значит он стоит, но размер не устраивает? — Сука, — Яшин встал и подошёл к Черненко. — я и въебать могу. — Да, я понял, что ты начал заниматься борьбой из-за комплекса. Отточил все движения до идеала, круто. — Блять, Черненко, сейчас допиздишься. — А я что? Ты сам ищешь торчащие гвозди там, где их нет. Сам каждый раз ищешь повод поцапаться. Сам же хочешь, чтобы тебе в морду вмазали. — Я не дебил, чтобы напарываться на гвозди. — Нет, дорогой. Как раз таки сейчас ты напоролся на доску с кучей гвоздей. — парень сделал небольшую паузу. — Мне плевать, кто будет из нас «победителем», но я буду отстаивать свою честь и честь друзей до последнего. — Прям герой! Я давно хотел отплатить тебе за всё, так что можешь уже скорую вызывать. — Яшин похрустел пальцами.       Между парнями завязалась драка. ***       Я написал Ване, пригласил к себе на ночь, так как после того, как он забрал Бима, мы с ним виделись только в школе. Ответа не последовало. Но в сети он был. Значит придет.       Ага, придет. В первом часу ночи в дверь позвонили. Я подскочил с места и побежал открывать, а потом застыл. Не это я хотел увидеть.       Передо мной стоял Ваня, но полностью избитый, с ссадинами и синяками по всему лицу. Вид у него был, честно, предсмертный. Я прикрыл рот ладонью, продолжая смотреть на парня. Он медленно начал делать шаги, опираясь о стену. Каждое движение отражалось болью, это было заметно по его лицу. — Что с тобой?.. — с трудом выговорил я. — Подскользнулся. — И проехался по гвоздям? Вань, рассказывай. Ты был с Яшиным? — Не важно. — парню было сложно даже говорить. — Я же просил тебя! Почему так сложно было выполнить эту просьбу! — я закрыл дверь и последовал за Ваней. — Илья, не начинай, пожалуйста. — Почему? Почему ты опять один решаешь проблемы? — Я пытаюсь тебя защитить! Я хотел тебе помочь! — Я тебя просил об этом? Я не согласен на такую защиту. — я помедлил. — Тебе надо в больницу. — Не надо. — Вань, тебе надо как минимум обработать раны. — Само пройдёт. Никогда ничего не обрабатывал. — А если у тебя перелом? — Сам срастётся. — Ты себя слышишь?! Хорошо, если ты в своей жизни теперь делаешь всё ради меня, то поехали в больницу ради меня, ради моего спокойствия. — Илья, хватит! Ты говоришь какую-то дичь. — Я беспокоюсь о тебе, это не дичь. — Всё хватит, пожалуйста. Я не хочу выяснять сейчас отношения. — Ты серьезно, ты вот сейчас просто уйдешь от разговора? — От какого разговора? — Я говорю тебе последний раз, надо обработать раны. — А я говорю, нахуй. — Всё, выбесил! — я сел на диван в спальне. — Супер, спасибо! — парень докавылял до ванны.       Вот поэтому я и не хотел, чтобы он разговаривал с Яшиным. Ваня не умеет долго и спокойно разговаривать с людьми, которых он недолюбливает, агрессия и гнев всегда будет брать верх. Сейчас он в не пойми каком состоянии. Отказывается принимать помощь. Раздражает. *тем временем в ванной*       Парню было больно шевелить даже пальцами. В сегодняшней драке (хотя уже вчерашней) он выложился на все сто. Он знает, что Яшину тоже сейчас не сладко.       Больно даже дышать. Если переломов нет, то это чудо. Черненко смотрит на своё отражение в зеркале, видок так себе. Он до сих пор в куртке. Тянется рукой к вороту. Не получается. Пытается оттянуть рукав. Тоже нет. На глазах появляются слезы, дышит он сквозь зубы. Парень облокотился об дверь. Дал волю слезам, никак не останавливая их. — Почему всё так? Почему всегда происходит какая-то жопа? Почему обязательно должен кто-то страдать? — парень стоял и тихо плакал. *обратно возвращаемся в гостиную*       Я сидел и сверлил взглядом ковер. Сколько я так просидел, я не знаю. Слева от меня щёлкнул дверной замок. — Иль… помоги мне, пожалуйста. — Ты же у нас самостоятельный, сам справишься. — голос мой слегка дрожал. — Помоги снять куртку, пожалуйста. — я посмотрел на парня, переборол свою злость и подошёл к исколеченному телу.       Я аккуратно, мягко и плавно начал снимать вещь, каждый раз замирая, слыша тяжелые прерывистые стоны и вздохи. Спустя 5 мучительных минут для Вани с курткой было покончено, и он облегчённо выдохнул. — Если ещё кофту снимешь, цены тебе не будет.       Я помог Ване переодеться и всё-таки обработал раны. Мы сидели на кухне, когда Ваня неожиданно начал плакать. Он всё повторял «прости меня». Остаток ночи мы провели молча. Я сжимал пальцы парня, так как не мог его обнять. Всё плохое должно быть позади.