Забытая историей Султанша

— Что ты так смотришь, Хюррем, ты слышала? Хатидже Султан родила прекрасного Султанзаде Мурада, — с улыбкой произнесла матушка Хюррем хотела сказать, как она рада за Хатидже, но ей это сделать не дал Мехмед, на чьём лице могла было прочитать одно — страх. — Т.ам служанка… у неё кровь. Много крови, — заикаясь, выговорил брат — Аллах, Дайе, — шумно вздохнув, обратилась к своей верной служанке Валиде, — неужели снова во дворце убийца? Немедленно проводит внуков ко мне в покои. Нас быстро увели и остаток дня мы провели с бабушкой. К нам то и дело кто-то заходил: Отец, как только узнал, рванулся к нам. Сатушка несколько раз захаживала. А под конец для примчалась Хатидже — А где Мурад? Хатидже, он же маленький совсем, ему нужна мать, — с укором смотрела на тётю Валиде. — Не беспокойтесь, он сейчас спит. Да, и как я могла сидеть там, зная что моему племяннику угрожала опасность? Слава Аллаху всё обошлось. Заснули мы в тех же в покоях. Было немного неудобно, но как говорится в одной из книжек «В тесноте, да не в обиде». Разбудили меня на утро приглушенные голоса. Прислушавшись, я поняла, что они принадлежали отцу, Валиде и матушке: — Сынок, ты знаешь кто убийца? Та девушка рассказала? — с настойчивостью расспрашивала Валиде — Куда уж так, матушка, она даже в сознание не приходит у той служанки очень глубокая рана, но врачи надеятся, что она выживет. — Но ты ведь кого-то подозреваешь? — настороженно спросила Мама — Я думаю это Хюррем, ведь только ей была нужна смерть наших детей. — Но ведь у тебя много недругов. Может это сделали шпионы Лайоша, или кого-то другого. Нет, не подумай что я её защищаю, просто, — серьёзно начала матушка. — Я так не думаю, Гюльбахар моя. Ты особенная, ведь ты в каждом ищешь что-то хорошое, будь то даже ядовитая змея, — с улыбкой посмотрел на неё отец, — но ты права, надо допросить всех девушек и стражу, должны же они были что-то видеть. В конце концов выяснилось, что это всё-таки было дело рук Хюррем. Одна из девушек слышала, как она разговаривает про план с Гюль Агой и какой-то Хатун. Как позже выяснилось, эту девушку звали Фидан и она приехала вместе с евнухом. Схватив девушку, её стал допрашивать сам Султан, и под давлением она проговорилась и выдала Хюррем, что была благополучна сослана с Гюль Агой и девушкой. Пусть благодарят Аллаха, что остались в живых

***

— Кёсем, собирайся, наведаемся в гарем, — обратилась ко мне матушка, и через минуту я предстала перед ней в сверкающем красном платье. На ней тоже было красное платье, но более темного цвета, даже коричневого. А на рукавах были вышиты золотые узоры, да и в добавок платье оттягивал уже достаточно большой живот. — Дорогуууу, объявил о нас евнух, — Махидевран Султан и Кёсем Султан! Войдя, мы увидели девушек в лохмотья и с растрёпанными волосами, что смирено стояли, согнувшись в поклоне. — Это новые рабыни, только сейчас привезли, — подбежал с объяснениями Сюмбюль Ага. Краем глаза я замечаю двух Хатун, что стояли отдельно от других и были в более дорогих нарядах. Они с каким-то надменностью смотрели на нас и даже не думали поклоняться. — Кто эти невоспитанные? — мой вопрос не заставил себя долго ждать — Извините, Султанша, — и евнух подлетел к девушкам и яростно что-то стал объяснять, после чего они всё ж склонили головы в поклоне. Но всё же продолжали злобно взирать на нас исподлобья. — Это, — Сюмбюль кивнул на темноволосую Хатун, — Ольга, прислана для Валиде. А это Татьяна, — он указал на светловолосую, что была чуть выше своей подруги, — подарена для Султана. — Что же раз так, — всё ещё спокойно произнесла матушка. Я всегда поражалась её умению сдерживать эмоции. Иногда это очень полезно, во-первых ты спокойна, и это не выдаст тебя, а во-вторых ты не кажешься слабой в глазах других. — Если они будут не подчиняться правилам и вести себя надменно, не мельтеши с наказанием, — пригрозила Мама и быстрым шагом покинула гарем, направляясь в сад забирать братьев, попутно отдавая приказы: — Ахсан, приготовь баню, сегодня иду к повелителю. Зайдя в сад, мы направились к шатру в котором уже были отец, братья и черноволосый мужчина с такими же чёрными усами. — Здравствуйте, отец, чем занимаетесь? — поклонилась я. — Братья твои учатся мечом участься управлять. — А это? — кивнула я на того мужчину. — Малкочоглу Бали Бей, — ответил мне отец и обратился к Бей, — Это моя дочь Кёсем Султан. — Большая честь с вами познакомиться, — поклонился мне Малкочоглу. — Да что вы, Бали Бей, это мне повезло с вами познакомиться. Вы ведь тот, про кого всё говорили после битвы при Мохаче. Что же, я много наслышана о тебе от Михримах. — обращаясь уже у отцу, я смотрела на него молящими глазами, — Отец, можно Малкочоглу и меня научит? Вдруг что случиться. — Я видела что он сомневался, смотря на мать, а потом перевёл глаза на меня и смягчился: — Ладно, Бали Бей, будешь учить и Кёсем. Я хотела завизжать от радости и обнять отца, но я же Султанша. Поэтому я только широко улыбнулась и подошла к отцу. — Спасибо большое. — и поворачиваясь уже к Малкочоглу, обратилась: — Когда мы будем начинать занятия, Бали Бей? — Когда вы пожелаете, Султанша, — склонил голову, улыбаясь мне. — Тогда пожалуй начнём завтра. — Отлично, а теперь садитесь будем обедать, — сказал Султан и показал рукой на стол, — Бали Бей ты садись тоже. Пока мы ели, Бали Бей разказывал про походы, а иногда и отец добавлял. — Отец, Бали Бей вам можно книгу писать, — восторженно произнесла я — Как нибудь всё же напишу, Кёсем Султан, — учтиво ответил Бей — Тогда, я буду первой кто её прочитает. Прийдя в покои, матушка стала собираться к Султану. На ней было молочно-белое платье, а на рукавах везде узоры цветов. В этом платье Мама выглядела как Ангел, спустившийся с небес. — Вы прекрасны, матушка. — Спасибо, Кёсем, я пошла к твоему отцу, — и поцеловав меня в лоб, вышла из покоев. POV Махидевран

Идя по коридорам в покои Султана, меня настегает чувство, что что-то не так. Подойдя к покоям, я увидела Сюмбюля, что напугано стоял у входа. — Сообщите обо мне, — сказала я стражникам, думая что они сейчас уйдут, но он сразу же ответил, — Вам нельзя, Султанша, повелитель сейчас с гаремом. — Кто там, Сюмбюль? — устрашающе смотря на него спросила я — Госпожа, там сейчас Таня Хатун. — Что же, быстро пропустите меня, иначе вас всех казнят, — на удивленные спокойным, но грозным голосом приказала я, что помогло: они в страхе от расправы расступились, пропуская меня. Зайдя в покои, я увидела, как Хатун присев целовала подол платья. — Махидевран, что ты тут делаешь? — прогремел Султан — Пока я ношу под сердцем уже четвёртого ребёнка, вы развлекаетесь с какой-то рабыней? — Махидевран! Не слушая его, я обратилась к Хатун — Выйди от сюда немедленно. Она боясь ослушаться повиновалась. — Что ты устроила Махидевран? Как ты смеешь врываться сюда? — Вы не представляете, как мне больно смотря на Хюррем и её детей. Но я с ней смирилась! Я защищаю её детей, как своих. Но с этой, никогда! Не думаете про меня, подумаете про Хюррем, её и моих детей, — хватаясь за живот, прокричала на одном дыхании я. — Махидевран, что с тобой? — Ребёнок! Лекаря быстро! Роды начались! Эти роды прошли, как в тумане. Я только чувствовала боль. И вот спустя время, я очнулась и увидела вокруг себя всех представителей османской династии. — Поздравляю, тебя доченька, — заметив моё пробуждение сказала Валиде, — у тебя мальчик. Давайте проведём наречённые. После этих слов Султан взял ребёнка на руки и начал читать молитву: — Твоё имя Баязид, твоё имя Баязид, будешь отличным воином как и твой дед. Следующие несколько дней мы с Султаном не общались, но он приходил проведать нас. Мне сказали несколько дней лежать в постели, поэтому чтобы развеселить меня, приходили и Валиде Султан, Хатидже, даже Бейхан, Шах и Фатьма Султан зачем-то приехали. На все мои расспросы они только отмахивались мол «приехала навестить мать наследников». Дети каждый день захаживали и приносили букеты из разных цветов. Открыв глаза, я заметила букет больше обычного и записку в нём.

«Махидевран, приходи сегодня в сад» Султан

«Может что-то случилось?» — Ахсан, подай мне красное платье и дай подумать, ещё ты красную накидку, холодно уже. — Слушаюсь, Госпожа. Вернувшись, она протянула мне очень пышное, блестящие платья у подола и сверху с вышитыми цветами, и тёплую накидку под стать платью. Выйдя из покоев, я направляюсь в сад. У дерева стоял Султан и завороженно на меня смотрел. — Идём, кое-что тебе покажу. Он взял меня под руку и повёл в мраморный павильон. В нем сидели несколько людей — Что вы хотите мне показать? — Смотри — По воле всемогущего Аллаха, по завету избранного пророка, по решению улемов, в присутствии свидетелей… — Повелитель, это свадьба? Зайдя в покои под удивленные взгляды османской семьи, Султан взял меня за руку и подвёл к Валиде Султан — Валиде, у меня для вас есть важная новость. Только что Шейх Уль Ислам Ибен Кемаль Эфенди провёл над нами с Хасеки Афифе Махидевран Султан обряд Никаха. — Надеюсь, что брак наш счастливым будет. Как её представитель, принимаешь ли ты в мужья Султана Сулеймана Хана, сына Султана Селима Хана, давшего калым 100 тысяч акче? — Принимаю. — Принимаешь? — Принимаю. — Принимаешь? — Принимаю. Как представитель Султана Сулеймана Хана, принимаешь ли ты в жены Махидевран Султан, дочь Абдуллы как вы и просили? — Принимаю. — Принимаешь? — Принимаю. — Принимаешь? — Принимаю. А вы, в качестве свидетелей подтверждаете? — Подтверждаем. — Подтверждаете? — Подтверждаем. — Подтверждаете? — Подтверждаем. Я в присутствии всех свидетелей объявлен этот брак совершённым. — Валиде, скажите что-то — Сынок, ты ведь знаешь, против Никаха, но твоей воле перечить не стану. Махидевран достойна быть твоей законной женой. Я пред тобой, как ночной мотылек. А ты, как свеча, своим светом манишь меня. Ты-напасть для меня, я сошел от любви с ума, Ты мое несравненное горе, моя самая страшная мука, мое яркое солнце и щедрости полные горсти. Я сам не свой, я слепо тебе подчинен, Ты — Султанша моя, моя Повелительница. Один твой локон заставляет петь мое сердце, Стенания мои уже долетели до неба, Дорогая, Мухибби болен. Мой целебный экстракт — это ты. На моей руке красовалось всё тоже изумрудное кольцо. От любви так просто не избавишься.