Моя жизнь в твоих руках.

Узнав, что Саске раньше учился в лицее с техническим уклоном и что у него есть диплом о прохождении курсов по преподаванию физики и математики, Хината от удивления раскрыла рот: этот высокомерный насмешник - учитель?... Верится с трудом. Учиха объяснил свой выбор учебного заведения тем, что все телохранители обязаны знать физику и поэтому проходят усиленную подготовку. Саске мог стать учителем. Но он выбрал работу телохранителя. Диплом был как бы "запасным аэродромом", по которому, чтобы не остаться безработным, мог пойти охранник в отставке. Из таких людей получались лучшие учителя: во-первых, они имели внушительный опыт, во-вторых, объем их знаний значительно превышал обычных выпускников из техникумов. Хьюга была потрясена, но внешне никак этого не показала. После собеседования, на котором настоял Саске, пара пошла в продуктовый магазин. Хината заметно погрустнела. Её пальцы всё время теребили низ кофты. Не выдержав, Учиха спросил: - Что случилось? – холодно, без интереса. Подняв глаза на юношу, девушка долю секунду думала: стоит ли отвечать? Ему всё равно не интересно, но выговориться-то надо. - В классе меня ненавидели. Не за плохое поведение или заносчивость. За то, что я, по мнению одноклассников, не ценила того, чего имею. За то, что парни бегали за мной, как собачки... За то, что я была известна..., - Хината запнулась и снова неуверенно взяла в руки край одежды. - И? – подтолкнул к дальнейшему рассказу Саске. - Когда появился ты, стало ещё хуже. Я… , - но теперь уже сам Учиха перебил Хинату. - Почему? – в черных глазах зажегся огонек любопытства. Хьюга смутилась. - Ты сам всё прекрасно знаешь! Не перебивай... - Так дело не пойдет. Я задал вопрос и прошу на него ответить. Почему? – произнес с нажимом Саске. Напущенной скуки как не бывало. - Грр... потому что ты слишком смазлив! – выпалила Хината. - Правда? – ухмыльнулся Саске. Как будто в зеркало не смотрелся… В чем Хьюга точно не сомневалась, так это в том, что Учиху когда-нибудь обделял вниманием слабый пол. Зло зыркнув на Учиху, Хината отвернулась. Издав смешок, парень дотронулся до плеча девушки: - Люди не любят тех, кто от них отличается. Забудь о них и иди своей дорогой. Они всегда будут осуждать тебя, а вокруг тебя всегда будут кружить сплетни и слухи. Если слушать других, то и останешься ты с теми, кто тебя не достоин, – и, как бы отвечая на немой вопрос, добавил. – С гнилью, Хината. В новой школе всё равно все будет по-другому. Зайдя в магазин, девушка тут же поймала на себе и на своем спутнике заинтересованные взгляды. Провожая людей глазами, Хьюга не заметила, как идущий впереди Саске остановился у одной из холодильных камер, рассматривая морепродукты. Врезавшись в него, Хината в испуге отскочила. Саске перевел взгляд на девушку и спросил: - Будешь рыбу на ужин? – не дождавшись ответа, обратился к продавцу. - Можно вот эту форель? Заполучив свежую рыбу, завернутую в пакет, Саске положил её в корзину и пошел дальше, уверенно лавируя между людьми. Хината старалась не отставать, но ей это удавалось с трудом: девушка была невысокого роста и её подчас не замечали, толкая или наступая на ноги. Один мужчина в черном даже чуть не сбил с ног. Он показался Хинате подозрительным: длинное драповое пальто, на голове черная шляпа, на носу узкие солнечные очки – он не был похож на остальных. Даже не извинившись, человек прошел мимо. Придирчиво осмотрев свою одежду, девушка подняла голову и огляделась. Саске нигде не было... Растерянно мотая головой, Хината сделала пару шагов и остановилась. Страх охватил ее. Мозг пытался найти связь между "черным" мужчиной и исчезновением телохранителя. «Так, успокойся... Он просто ушел вперед и сейчас вернется! Вот-вот подойдет...» - Испугалась? – нет, все же Учиха был на редкость противный. - Нет! – соврала Хьюга. - А я вижу, что да. В любом случае не создавай мне проблем. Я на работе, - Саске повернулся и тряхнул объемистыми пакетами. - Пошли к кассе. Пока ты болталась незнамо где, я успел по пути прихватить всё необходимое. И да, чуть не забыл... ты платишь! «Лучше б он не возвращался», - грустно усмехнулась про себя Хината.

***

Сидя за кухонным столом и искоса глядя на то, что творит Учиха с едой, девушка глотала слюни. Парень посадил Хинату рядом с собой и наказал резать лук. Глаза были мокрыми от слез, а нос категорически отказывался воспринимать другие запахи: лук засел прочно. Шмыгнув носом и вытерев оставшиеся на ресницах слезинки, девушка уткнулась во взятый в школьной библиотеке учебник английского. Саске высказал мысль о том, что новой ученице-японке, чтобы не ударить в грязь лицом, стоит немного освежить знания межнационального языка. Хьюга отнекиваться не стала. - Почти готово! – изрек Саске, закрывая духовку. – Пусть ещё немного постоит. - Ага, - безынтересно протянула девушка. Ухмыльнувшись, Саске сел напротив девушки. Если в двухэтажном доме брюнет пересекался с Хинатой не часто, то в американской квартирке человека среднего достатка лицо сероглазой мелькало постоянно. Да, Хьюга была красива. Более того - великолепна: длинный водопад иссиня-черных волос, миндальный разрез фиалковых глаз, пушистые черные ресницы, стройная фигура... Но странная. «Странная и сложная», - поджав губы, подумал он. Учиха привык вешать на людей ярлыки. По окончании ужина телохранитель поставил Хинату за мытье посуды. Оставшись на кухне одна, девушка вспомнила свой старый дом, просторную комнату... и вздохнула. К роскоши быстро привыкаешь. Да и постоянная слежка успела надоесть. Вот если бы у неё с Саске была любовь, Хьюга бы нарадоваться не могла столь удачному стечению обстоятельств. А здесь просто названный друг, неплохой приятель, но так или иначе телохранитель с противным характером. Выключив воду, Хината вытерла руки о полотенце и, приоткрыв жалюзи, посмотрела на вечерний город. Стемнело. В соседних зданиях горели желтые огни, а машины, размером со спичечные коробки, шныряли туда-сюда по дороге. Яркие вывески на магазинах привлекали внимание даже с высоты. Приоткрыв окно, девушка втянула прохладный воздух. Красиво. И живешь, как в отеле... Но что-то не то. Такая жизнь походила на искусственную, как и прошлая, где Хината ходила на банкеты, изучала английский и этикет, сидела за школьной партой под прицелом презрительных взглядов... Жизнь сейчас нравилась Хьюге больше. Было что-то завораживающее в существовании на волосок от смерти, в разящей адреналином опасности. Закрыв окно, девушка, напевая какую-то песню, пришедшую на ум, направилась в гостиную. Там на кресле спал Саске. Перестав петь, Хината подошла почти вплотную к нему и стала рассматривать лицо Учихи. Девушка так увлеклась, что не заметила, как Саске открыл глаза. Молодой человек ждал, когда она поймет, что её разоблачили. Но Хьюга всё стояла и стояла, пожирая лицо глазами. Не выдержав, Учиха спросил: - Нравлюсь? – смутившись, Хината отскочила от Саске на несколько шагов. Щеки покрыл легкий румянец, едва различимый в темноте. Тут юноша засмеялся, схватившись за живот. Вопросительно изогнув бровь, Хьюга пыталась понять: что смешного? Как и Саске, не выдержав ожидания, Хината схватила с кресла подушку и кинула в Учиху. Он не успел увернуться, и перекаты звонкого смеха смолкли. - Не делай так больше, - отстраненно произнес Саске, после чего встал, всучил Хьюге подушку и вышел на кухню. Хината так и осталась стоять посреди комнаты. Что случилось? С чего вдруг холодность? Может, Учиха насмехался над проблемами и страхами Хьюги потому, что у него всё было намного серьезнее? Но даже со слезами эти проблемы не смогли бы уйти - мужчины не плачут. А у Саске вообще, казалось, отсутствовали слезные железы. Настроение испортилось, и удрученная Хьюга села за книгу. Ей никогда не узнать Саске, никогда не понять его надменности. Когда всё закончится, телохранитель уйдет и точно так же будет защищать другую. Как глупо влюбляться в его поступки, которые он с легкостью совершил бы для другой. Как глупо искать друга в том, кто тебя ненавидит и презирает…

***

В темной комнате в доме на окраине города сидели двое - парень и мальчик. Всё шло как обычно: дети ждали возвращения родителей с опасного задания. Фугаку и Микото Учиха были телохранителями, и на одного из клиентов конторы, где работала замужняя пара, напала толпа киллеров. - Саске, сиди здесь и никуда не уходи, – в сотый раз повторял юноша. Черноволосый парнишка кивал головой, а его ониксовые глаза светились азартом. Итачи так давно не проводил время с Саске, что теперь мальчика захлестнули эмоции. Даже опасное задание родителей отошло на второй план. Итачи взял первый попавшийся под руку предмет – им оказалась подушка – и, с силой взмахнув, запульнул в Саске. Бум! Мальчик подавился пылью и стал кашлять, сжимая мягкую ткань в руке. Это был последний день, проведенный Саске вместе с братом. Больше Итачи никто не видел. Родители Учихи-младшего на том задании погибли, а его брат, если исходить из найденных улик, связался с какой-то бандой. Итачи бросил его. Обрек на жизнь в детдоме. И исчез, словно его и не было. Обида до сих пор жгла сердце Саске, и, несмотря на выживание, на суровые условия безрадостного прошлого, он чувствовал боль.