Как-то все это слишком быстро, тебе не кажется?

Нет, до меня не дошло никакого неладного слуха. Но ведь ты там, а я здесь, - вот и боишься всего. Проперций. Тота обещал зайти за тобой около семи часов вечера. С пяти до пяти тридцати вы весело о чем-то болтали по телефону, в шесть он написал СМС с забавным смайликом, в котором в очередной раз уточнял, не забыла ли ты про встречу, в шесть пятнадцать ты решила высушить волосы феном, а в шесть тридцать, выключив фен, услышала, что мобильник в комнате разрывается от звонков. Еще влажная прядь волос спадает на лоб. Раздраженно смахиваешь ее, открываешь телефон-раскладушку. Четыре пропущенных. Набираешь его номер, вперив взгляд в пустую стену. Тота снимает трубку мгновенно. – Прости, пожалуйста, - ты уже знаешь, с чего начинать и каким голосом это делать, - фен шумел. Я все прослушала. Прости. Что-то случилось? – Да нет, ничего, - беззаботным голосом отвечает он. Он только хотел напомнить тебе, чтобы ты не забыла зонт и надела плащ – сегодня на улице прохладно, ветер какой-то неуютный, того и гляди, пойдет дождь, «ты точно хочешь сегодня гулять?», шарф тоже не помешал бы, ну и весна выдалась… Ты слушаешь несколько секунд и потом спокойно говоришь то, что должна: - Тота, ну его, этот парк. Посидим в кафешке через дорогу, а потом зайдем ко мне. Как тебе идея? Идея лучше некуда! Как только ты кладешь трубку, раздается звонок в дверь. Вы познакомились чуть меньше года назад, еще до поимки Киры, и тогда все было как-то недосуг присмотреться к друг другу как следует. Был какой-то невнятный флирт на рабочем месте, короткие юмористические вставки в очень грустном черно-белом фильме. Они были нужны вам обоим как воздух, но никто этого так и не сказал вслух; все было на бегу, не всерьез, вы часто (несмешно) шутили, что до конца расследования легко можно не дожить, и в бесконечных тревогах и переработках мысль о том, что однажды можно будет просто взять и начать встречаться – без страха, без оглядки, без спирающего чувства в легких – казалась дикой. Забегая вперед – дикой она и осталась. С порога Мацуда тебя порывисто обнимает – чуть крепче, чем это принято, воздуха в легких сразу становится мало, но ты привыкла. Он таким не был раньше. В нем всегда был какой-то непоколебимый баланс между твердыми принципами и заразительной легкостью, эдакий образец психического здоровья (так тебе казалось), образцовый даже в забавных комплексах и небольших (допустимых) заморочках: нервное подрагивание пальцев, привычка не наступать на трещины на асфальте… Лайт всегда казался идеально – и потому ненормально – нормальным, а Тота был нормален по-земному, по-человечески. Был. Вы идете по улице, взявшись за руки, словно очаровательная парочка школьников, и это, наверное, смотрится очень мило. Про погоду он не наврал (по крайней мере, в _этот_ раз), слегка накрапывает мелкий дождь, и Тота раскрывает над вами зонтик. Вы теперь будто под маленькой изолированной крышей. В твоей жизни теперь все какое-то маленькое и изолированное. – Нам как обычно! – Тота весело подмигивает официантке, и тут же поворачивается к тебе. – Или нет? Т/и, тебе чего-нибудь хочется? Больше всего тебе хочется понять, в какой момент все пошло наперекосяк. Наверное, это смерть Лайта с ним что-то сделала – вернее, не она сама, а то, _как_ он умер. Запомнилось, как вы в тот вечер ехали со склада – на заднем сиденье машины, вцепившись друг в друга, словно потерявшиеся дети. Ты тоже плакала. Лайт не мог, не мог, не должен был оказаться Кирой. Этого всего просто не должно было быть. Смерть прошла рядом с вами, над вами, через вас. Больше нельзя было терять времени. Через неделю он позвал тебя на свидание. Ты сегодня слишком хорошо выглядишь, и ему от этого кисло-сладко. Тота заметно нервничает, когда какие-то черти за соседним столиком окидывают тебя заинтересованным взглядом, насупливается, и ты накрываешь его ладонь своей, чтобы отвлечь. После того случая в торговом центре ты уже знаешь, что дерется он неумело, но отчаянно, и до этого лучше не доводить. – А я начала новую главу в ‘Ace Attorney’! – сообщаешь ты, ободряюще улыбаясь. – Долго сидела на предыдущей, расследование зашло в тупик из-за какой-то ерунды, - ну, как в жизни. Тота робко улыбается тебе, чуть сжимает твои пальцы: это он посоветовал тебе игру, вы даже прошли пару первых глав вместе, и ему приятно, и ему хочется сосредоточиться на этом моменте, и ему хочется, чтобы вы здесь были одни, и ему хочется, чтобы вы были одни всегда. Почему этого нельзя? Визуальную новеллу про будни юристов ты начала проходить, когда наконец-то признала, что лучше уйти из полиции и защищать закон иначе – безопаснее для тебя самой. Скоро экзамены в университет, ты немного нервничаешь, вдруг новая специальность окажется тебе не по зубам, и еще несколько минут вы говорите об этом. «Может быть, мне не стоило так быстро увольняться?». «Милая, я с ума схожу, когда ты на дежурстве. Пожалей хотя бы меня, если себя не жалко!». И тебе его в самом деле очень жаль, потому что ты видишь, как ему с каждым днем все сильнее срывает крышу. Куда-то это приведет? Четыре месяца прошло с того дня, кошмару бы развеяться, но он только набирает обороты. Прозвоны теперь в порядке вещей, но к постоянно включенной геолокации надо было привыкать. Удивляло то, как он это проворачивал – не повышая голоса, застенчиво потупившись, неловко пожимая плечами, будто речь шла о самых обыкновенных вещах. Наверное, в тебе тогда тоже что-то сломалось, а как иначе объяснить, что участница опаснейшего расследования, лучшая в своем деле, не могла просто вычеркнуть Тоту Мацуду из своей жизни? Пускай катится куда подальше на своих разболтавшихся катушках и оставит тебя в покое! Но вместо этого ты зачем-то возишься с ним, мягко споришь, строишь хрупкую пирамидку из компромиссов, целуешь заплаканные глаза, когда он опять и опять просыпается после страшного сна. «Все хорошо, все хорошо, Тота, Тота, посмотри на меня, все в порядке, я здесь, я никуда не денусь, ай, вот что ты наделал, теперь синяк на запястье останется, все хорошо, все-хорошо-все-в-порядке…». Черт бы побрал этого Лайта. Уже четыре месяца как лежит в земле и все-таки продолжает отравлять жизнь двум хорошим людям. На следующей неделе вы с Тотой поедете к его родне в Киото – знакомиться.