Урок танца

      Арсений — классный руководитель одиннадцатого класса, и каждый день у него, что не проблема, то неожиданное приключение…       — Здравствуйте, Ольга Викторовна, — приоткрыв дверь актового зала, выглянула голова учителя, — вы вызывали меня?       — Да, вызывала, — полуоборотом обернувшись к двери, проговорила преподавательница, — спасибо за вашу быструю реакцию Арсений Сергеевич.       Она мило улыбнулась, а Арсений, в свою очередь, поправив спадающую на лицо челку, зашел в зал.       — Ну, так что произошло? — он резко переменился в лице, стал более внимательным и серьезным. — Эти сорванцы опять пытались сорвать урок?       Мужчина тяжело вздохнул. В последнее время причиной, по которой его звали к себе учителя, была отвратительное поведение его учеников. Одиннадцатый «А» хоть и носил статус прилежного и способного класса, но это совершенно никак не касалось поведения. За прошедшую неделю уже четверо преподавателей, включая одного завуча, пожаловались Арсению на постоянные срывы занятий, которые устраивали его «взрослые» дети.       Если честно Арсений уже успел пожалеть о своем решении пойти учиться в педагогический. Ну не думал он, что на детей уйдет так много его сил и нервов.       — О нет, Арсений Сергеевич, — поспешила успокоить его Ольга Викторовна, — Никто ничего не срывает, мы тут вот стоим, пытаемся вальс репетировать!       Классный руководитель осмотрелся по сторонам. А ведь действительно, все ряды стульев были убраны в сторону, а перед ними в ряд стояли ребята, по левую сторону девочки, а по правую — мальчики.       — Вальс? — с неким недоверием поинтересовался Арсений.       — Да, вальс! — кивнув головой, ответила учительница.       — А в чем собственно проблема? — все еще ничего не понимал он.       — Да тут с Шастуном, — Ольга кинула свой взор куда-то вдаль и, махнув рукой, кого-то подозвала, — Шастун выйди, пожалуйста, сюда. Выходи-выходи!       Высокий парень до этого стоявший где-то в углу актового зала с недовольным лицом, осмотревшись по сторонам, накинул на себя капюшон толстовки и вышел вперед.       — Еще, пожалуйста, выйди. И капюшон свой сними. Немедленно! — скомандовала учительница, после чего, развернувшись к Арсению, она продолжила. — С Шастуном никто вальс танцевать не хочет...       — В каком плане не хочет? — уточнил классный руководитель. — Ему партнерши не хватает?       — Нет, всего ему хватает, да вот только все девочки жалуются на него — она тяжело выдохнула — Он якобы все ноги им истоптал уже…       — Это правда Арсений Сергеевич! — крикнула девочка, немного выйдя вперед. — Меня поставили с ним в пару, а он мне своими грязными кроссовками…       — И ничего они не грязные… — ответил парень, вальяжно разглядывая свои слегка потрепанные кеды.       — Не тебя спрашивают, Антон! — возмутилась девочка, а затем, поправив край своей юбки, вновь повернулась к учителям. — Он своими лапищами мало того, что все пальцы мне отдавил, так еще и туфли испортил!       — И не только Ире, Арсений Сергеевич, — вскрикнула еще одна из девочек, по всей видимости, хорошая подружка этой самой Иры, — после танца с ним мне пришлось выкинуть новые, недавно купленные, белые кроссовки. А они были очень дорогими, мне их папа из Италии привез!       — Уж не походили они на дизайнерские… — съязвил Антон, показав своим одноклассницам очень «дружелюбный» жест совершенно при этом, не стесняясь не учителя по танцам, не своего классрука.       — Вот так всегда Шастун! Как насчет того, чтобы хоть каплю уважения проявить к девушкам? — крикнула Ира, а за ней весь последующий галдеж подхватили и остальные девочки.       — И так каждый раз, Арсений Сергеевич, — как некий итог подытожила Ольга Викторовна и, посмотрев на Арсения, состроила сочувственное лицо, спросила — именно поэтому я вас и позвала, вы, наверняка, сможете мне помочь. Есть какие-то предложения?       Сказать, что Арсений был в шоке, ничего не сказать. Он знал, что Антон Шастун, этот высокий, худощавый, светло-русый парнишка, вечно одевающийся не по форме, был проблемным подростком. Всегда ходил один, ни разу ни с кем не общался. Один раз он даже подрался со своим одноклассником. Они что-то там не поделили, но это был так давно, что даже Арсений со своей блистательной памятью уже и не вспомнит.       Кого-то застали в туалете за курением — Шастун. Кто-то разбил окно мячом — Шастун. Пропали реактивы в кабинете химии — сто процентов Шастун.       В общем, Антон всегда была рядом с проблемами. Но решать данную проблему надо было, ведь все так или иначе должны будут станцевать этот последний вальс на линейке, И Шастун не исключение.       — Ну, — спустя полминуты молчания наконец-то начал классный руководитель, — попробую сейчас что-нибудь сымпровизировать этакое…       Он прекрасно понимал, что к такому, как Антон, нужен свой подход. Нечто экстравагантное, необычное, экспериментальное, неожиданное….       Неожиданное.… Ну, точно!       — Придумал! — вскрикнул Арс. — Когда у вас репетиции вальса?       — По вторникам и четвергам на четвертом уроке… — как-то неуверенно ответила учительница. Видимо даже она не ожидала такого вопроса. — А вы зачем интересуетесь?       — Шастун, а ну-ка подойди ко мне… — резко переключившись, произнес мужчина, жестом подзывая паренька к себе. Антон, косо взглянув на препода, вопросительно взглянул, как будто подозревая что-то неладное. — Давай иди сюда, я же не кусаюсь, Антош       — Меня зовут Антон, а не Антоша… — буркнул Шаст, подойдя к учителю на расстоянии двух шагов. — Что вам нужно от меня Арсений Сергеевич?       — Пока не научишься управлять своими длинными ногами, — Арсений усмехнулся, — твоим партнером на вальсе буду я!       — Что? — произнес Антон, широко разинув рот. — Вы шутите что ли?       Кажется, не один Антон воспринял это все, как шутку. Девчонки, в частности Ира и ее компания, о чем-то громко зашушукались.       — Он же вам все ноги истопчет Арсений Сергеевич! — вскрикнула Ира. — Арсений Сергеевич вы же такой замечательный, зачем вам возиться с этим отстающим?       — Это моя работа Ирочка, — улыбнувшись, ответил классрук, — помогать детям, которые отстают по программе, — мужчина вновь обернулся к своему ученику. — Ну, так что Антон, ты принимаешь мое предложение?       Арсений сделал шаг навстречу Антону, тем самым сократив расстояние между ними, из-за чего парень, слегка опешив, начал отходить назад.       — Арсений Сергеевич, Арсений Сергеевич, — повторял он, — а может вы все-таки, не будете мне помогать, а? Я обещаю, что больше не буду топтать девочкам ноги. Клянусь вам!       — Ну, уж нет, Антоша, — учитель, заведя руки за спину, слегка наклонился вперед своим туловищем, оставив между ними совсем уж мизерное расстояние, — я тебе помогу! Вот увидишь, на последнем звонке ты станцуешь лучше всех в классе, за это я лично ручаюсь…       Похлопав паренька по плечу, Арсений обернулся назад и, поправив спавшие очки, поинтересовался у Ольги Викторовны.       — Мы можем начать репетицию?       — Конечно, можем… — спешно произнесла она, после чего, захлопав в ладоши, приказным тоном сказала. — Так класс разбились по парам, Ира пока можешь посидеть просто со стороны посмотреть, у тебя и так все в порядке…       — Ну, что Шастун пошли… — произнес классный руководитель, подхватив за руку ученика и отведя его ближе к преподавательнице по танцам.       — А зачем так близко? Я привык танцевать сзади… — слегка запинаясь и путаясь в словах, пролепетал Антон.       — Шастун, … — вскрикнул Арс, — Не уж что ты только что раскраснелся? Вон смотри у тебя уши красные!       — И ничего они не красные! — возмутился парень и, завязав веревочки на своей толстовке покрепче, что-то невнятно пробурчал — Пошлите лучше быстрее на наше место…       Учитель, закивав головой, подбежал к Антону и, стянув с его головы капюшон, строго настрого приказал больше никогда не носить его в школе. Шаст, недовольно фыркнув, встал в нужную позицию.       Спустя пару минут, в актовом зале была слышна медленная музыка и топот множества детских ног. Антон действительно был никудышным танцором. Он постоянно наступал своими кедами на лакированные туфли Арсения и почти каждый раз извинялся за это перед учителем. Арсений в свою очередь прощал его, так как понимал, что только на ошибках и можно выучиться. И пускай это ошибка будет стоить ему больных пальцев и испорченных туфель.       Но уже к концу занятия Антон шагал более уверенно. Все реже и реже наступая на ноги, он начал выполнять маломальские элементы вальса. Не идеально, да, не совсем правильно, да, но всяко лучше, чем изначально.       И непонятно, то ли девочки специально нагоняли на него, и Шастун действительно хоть что-то, да и умел, либо же Арсений был настолько шикарным учителем, настоящим мастером своего дела, что смог обучить необучаемого.       И что-то подсказывает Антону, что второй вариант больше смахивает на правду, ведь после того урока танца с Арсением, у него ни с кем так идеально не выходил танец, как с его классным руководителем.       Интересно, а согласится ли Арсений на авантюру Антона станцевать с ним на последнем звонке?       Возможно, ведь после того дня у обоих внутри зародились доселе им неизвестные чувства…       Но это уже совсем другая история…