В свете компьютера

      Темно. Комната освещается лишь пульсирующим светом экрана компьютера. На белом фоне то и дело появляются символы. Тишина прерывается частым постукиванием пальцев о клавиши. В комнате прохладно из-за открытого окна, на улице осень, а отопление ещё не включено. Дверь в кабинет также приоткрыта, предоставляя своему обладателю возможность увидеть, что происходит за пределами помещения, в коридоре, хотя там по-прежнему не было света. Хозяин предпочитает «экономию».       В очередной раз стирая написанный текст, Мун хмурится, сдвигая темные брови к переносице. Серые глаза бегают по черным машинным строчкам, выискивая связь между предложениями и различные ошибки, но взгляд уже замылился, поэтому юноша откидывается на спинку стула на колесиках и откатывается от стола, обречённо вздыхая. Пару часов назад он был уверен в посетившем его вдохновении и в том, что сегодня он уж точно закончит написание новой главы, даже приступит к следующей, но уже в самый разгар работы эта идея для сюжета показалась ему сущим бредом. Мун работает писателем. Он трудится над созданием уже четвертой книги, которая должна стать такой же популярной, как и прошлые три.       — Ещё немного,— шепчет Мун, возвращаясь к тексту.       Парень нервно постукивает пальцами по столу, качая головой. Челка спадает на глаза. Ему следовало изначально продумать полный сюжет романа, а не работать по «зову сердца», каждый раз надеясь на появление Музы, которая и так довольно редко давала о себе знать.       Мун тянется за стаканчиком кофе, но, поднимая его над столом, понимает, что стакан уже давно пуст, в нем не осталось ни капли приятного ободряющего напитка, а только горький холодный осадок, впрочем, как и сознание брюнета сейчас. Монотонная работа все чаще и чаще стала наводить на него какую-то тревогу, чувство неопределенности, словно бы он не был уверен в завтрашнем дне. А ведь и правда. Работа писателя непостоянна.       — И все же, мне стоит поискать постоянный источник дохода,— шипит Мун, заводя пятерню в волосы,— Ладно, последний рывок.       Воздух снова наполняется нервным стуком клавиатуры, на которой уже местами протерлась краска. Шторы были закрыты, поэтому сейчас они мерно колышутся от уличного ветра, создавая атмосферу меланхолии и собранности.       Коридор наполняется тихими шагами. Деревянные половицы то и дело прогибаются то ли от веса тела, то ли от своей старости. Наконец дойдя до заветной двери, человек останавливается, набираясь смелости.       — Мунни?       Брюнет оборачивается на хриплый голос. В дверном проёме стоит Сан в своей фирменной большой серой футболке, тайно забранной из шкафа Муна, и жёлтых шортах, которые сейчас еле держатся на его худых бедрах, и потирает заспанные, чуть покрасневшие глаза кулаком.       — Ты ещё не спишь?,— бормочет блондин, робко подходя к другу.       — Нет. Я уже скоро закончу. А ты чего встал?       — Без тебя спать холодно. Неуютно,— обиженно шепчет Сан, приобнимая себя под локти.       Мун тяжело вздыхает. Он планировал быстро разобраться с работой и пойти спать, но теперь это явно будет не так скоро. Конечно, если он может сейчас все бросить и уйти, но тогда всю сегодняшнюю работу можно будет просто выкинуть, стереть, и писать заново, стараясь уловить цепь сменяющихся картинок. И все же брюнету не хочется сейчас оставлять своего мальчика одного.       Мун прекрасно знает о том, что Сана с детства преследуют кошмары, вне зависимости от его возраста и настроения. Поэтому брюнет всегда берет мальчишку под руку, и они вместе засыпают в обнимку. Сан может лежать у него на груди, в то время как Мун поглаживает его по пшеничным волосам, что-то говорит о том, какой он хороший, и что с ним он в безопасности, а Сан лишь смеётся, засыпая с глупой улыбкой на лице. И это устраивает обоих.       Но в последнее время график Муна стал более нестабильным, чем прежде. Это связано с требовательным издательством, а Муну ой как не хотелось впутывать в это ещё и своего мальчика.       — Хорошо. Иди сюда,— протягивает брюнет, отодвигаясь на стуле и раскидывая руки в стороны, зазывая блондина к себе.       Сан сперва немного глупо смотрит на друга, явно не понимая, чего тот хочет, но потом радостно идет к нему навстречу. Парень садится к Муну на колени, обхватывая руками за плечи и утыкаясь носом в шею, чуть краснея. Брюнет лишь хмыкает, сцепляя руки на спине парня в своеобразный замок, обнимая и поглаживая. Сан ластится к нему, как котенок к единственному источнику тепла в этом доме, в целом мире.       — Глупенький,— шепчет в чужое ухо Мун, возвращаясь к написанию текста.       — Я тоже тебя люблю.