Тени забытого городка

По пути Минхо позвонил Джиха, но его мать опять не взяла трубку. – Может, она тебя не слышит? – предположил Чан. – Или по-прежнему не хочет говорить, – ухмыльнулся Минхо. – Но я знаю, что она уже вернулась со съемок, а значит, не сможет скрываться вечно. Начать они решили с квартиры Чана. Его мама Бан Се Чжун была очень рада гостям, особенно Чонину. – Давно я хотела познакомиться с парнем своего сына, – сказала она, смутив одновременно и Чана, и Яна. На столе тут же появилось угощение, пирожки и жареная картошка с грибами. Тесная кухня наполнилась смехом и веселой болтовней. Чан рассказывал матери о своих успехах и трудностях в учебе, а Чонин – о работе на радио и в газете академии. Сынмин отчего-то сильно заинтересовался простенькими кухонными ножами, которыми мама Чана резала пироги и колбасу. Особенно Бан Се Чжун взволновала новость о сенсэе Кан Тэхене. – Настоящий изверг! – заявил Чан с набитым ртом. – Думаю, мы еще трижды пожалеем, что он пришел на работу к нам в академию! – Вообще-то он давно там работает, – сообщила Бан Се Сжун. – Я тоже у него училась, когда была в «Пандемониуме». – Ты тоже там училась?! – изумился Бан. – Очень давно, – кивнула мама. – Тогда это была просто школа, правда закрытого типа. Нечто вроде интерната. Нас не учили тому, чему учат вас сейчас. Но Кана я помню, уже тогда он был очень хитрым, несносным мальчишкой. Приезжал пару раз в неделю и гонял нас почем зря. Пытался выявить наши способности, но у многих из нас никаких особых талантов просто не было. Это ваше поколение стало избранным. Не знаю, дар это или все-таки проклятие. – Она вдруг погрустнела. – Если Кан был мальчишкой еще тогда, – задумался Чонин, – сколько же ему лет сейчас? – Страшно даже представить, – рассмеялась Бан Се Чжун. – Он ведь тоже Первородный. – Да ладно! – удивился Минхо. – Он происходит из рода кицунэ. А с ними никогда не угадаешь, они принимают тот облик, который им выгоден в данный момент. – Кицунэ?! – Чан едва не подавился. – Это еще кто? – Японская лисица-оборотень, – ответил Чонин, хлопнув его по спине. – Даже я это знаю. Ты что, мультиков никогда не смотрел? – Видимо, мы с тобой на разных мультфильмах росли, – ответил Бан. Минхо в очередной раз подивился про себя тому, как много существует родов Первородных. Он знал, что Чан и его мама ведут свою родословную от злыдней, как и Хёнджин с отцом. Предками Чонина были кикиморы. Сынмин, по слухам, происходил из рода каких-то подземных гномов-рудокопов – глядя на его рослую фигуру, в это верилось с трудом. А вот о себе Минхо не знал ничего. Джиха никогда с ним об этом не говорила. Сидя сейчас в уютной теплой кухне Банов, Минхо, как всегда, немного завидовал Чану. Ну почему у них с матерью все не так? Он вытащил телефон и снова набрал ее номер. В трубке послышались короткие гудки. Джиха беседовала с кем-то другим. С тем, кто был для нее важнее собственного сына. – Вам когда в академию возвращаться? – поинтересовалась Бан Се Чжун. – А то можете остаться переночевать. В тесноте, да не в обиде. – Может, и останемся, но сначала еще погуляем, – ответил Чан. – Так-то нас до утра отпустили. – Отлично, – обрадовалась мать. – Тогда вечером приходите, я вам постели приготовлю. Всем четверым. – Я у себя переночую, – сразу сказал Минхо. – У вас тут, наверное, и места не хватит. – Хватит! – заверила его Бан Се Чжун. – К тому же что тебе в одиночестве сидеть? Джиха-то наверняка на съемках и вечеринках пропадает. – Тогда я тоже приду, – улыбнулся Ли. Вскоре они засобирались дальше. Семья Ли жила неподалеку, и ребята добрались минут за десять. Матери дома не оказалось, и Минхо от досады громко чертыхнулся в коридоре. Чонин и Сынмин с восхищением принялись разглядывать многочисленные портреты Джиха, развешанные по всей квартире, постеры ее фильмов, висевшие в темных рамах, коллекцию антикварных фарфоровых кукол, которые заполняли почти все свободное пространство. Чан, которому уже приходилось бывать здесь раньше, их восторгов не разделял. – Поверить не могу, что нахожусь в доме самой Ли Джиха! – с придыханием сообщил Ян. – Я о таком и мечтать не смел! – Поздравляю, – мрачно буркнул Минхо. – Эти картины… А эти ее знаменитые куклы! Я читала статьи в журналах, где она рассказывала о своей коллекции! – Они дорого стоят? – осторожно поинтересовался Сынмин. – Конечно! – горячо воскликнул Чонин. – Платье на одной кукле стоит в десять раз дороже, чем все мои шмотки! – На коллекцию мать денег не жалеет, – подтвердил Минхо. – Но куда она сама запропастилась? И домработницы нет… – Может, вместе отправились по магазинам? – предположил Чан. – А чего тогда на звонки не отвечает? Бан пожал плечами. В этот момент снаружи донесся звук остановившегося лифта, затем звякнул дверной звонок. Минхо выглянул в глазок. На пороге стояла его бабушка Го Ын. Он радостно распахнул дверь. – Ба! Привет! – Хо! – ахнула бабушка. – Ничего себе ты вымахал! Ли обнял бабушку, а она в ответ стиснула его так, что перехватило дыхание. Среднего роста, плотно сбитая, бабушка всегда была сильной и крепкой женщиной. Она много лет работала домоправительницей у одной богатой семьи, владеющей крупной строительной компанией, и жила в их огромном особняке за городом. Бабушку там любили, уважали и немного побаивались. Строгая, острая на язык, она держала всех подчиненных в ежовых рукавицах. Минхо виделся с ней не очень часто, зато они много общались по телефону. – Как же мне повезло, что я тебя застала! – сказала бабушка Го Ын, ослабляя хватку. Минхо тут же вздохнул полной грудью. – А где твоя непутевая мамаша? – Хотел бы я это знать… – В кои-то веки я приехала в город. Дай, думаю, навещу дочь. А она, как всегда, где-то носится. – Позвонила бы заранее. – А что толку? На мои звонки она редко отвечает! Знает ведь, что получит по первое число! Минхо рассмеялся. Он обожал свою бабушку. Го Ын вошла в прихожую и огляделась: – А тут все по-старому. Все так же вешает свои портреты на любое свободное пространство, столько лет налюбоваться не может! – Здравствуйте, – робко поздоровался Чан. Они с Сынмином и Чонином вышли из гостиной. – Да ты тут с друзьями! – обрадовалась бабушка. – Привет, мальчишки. И как всегда, в доме есть нечего! Погодите, сейчас пошарю в ее закромах да приготовлю вам что-нибудь на скорую руку. – Не надо, ба! – остановил ее Минхо. – Мы сыты. Только что к маме Чана заезжали. Это Чан, Сынмин и Чонин, мы вместе учимся. – Бедные детки, засунули вас в закрытый интернат посреди леса! Поди, не кормят вас там, вон какие тощие! – Это академия, – рассмеялся Минхо. – И кормят нас там хорошо. – Но все равно не так, как дома! – Это точно, – согласился Чан. – Мама готовит вкуснее. Ли было не с чем сравнивать, дома ему частенько приходилось питаться полуфабрикатами. Так что кухней академии он был более чем доволен. – Ну давайте хоть чаю попьем да поболтаем, – предложила бабушка. – Раз уж Джиха все равно нет, зря я, что ли, тащилась в такую даль? – Это можно, – улыбнулся Чонин. Чай и кофе на кухне у Ли нашлись, как и сахар, и сухие сливки. Минхо пошарил в буфете и нашел упаковку сахарного печенья, а в холодильнике обнаружились свежие шоколадные пирожные – мамины любимые. Значит, Джиха тут точно побывала. Минхо не моргнув глазом выставил все на стол. Ничего, она себе еще купит. Бабушка заварила чай, и вскоре все уже сидели за столом. Минхо рассказывал о своих буднях в академии, Чан, Чонин и Сынмин как могли дополняли его рассказ. – Ну а чем Джиха занимается в твое отсутствие? – поинтересовалась бабушка Го Ын, когда они закончили свой рассказ. – Летала на съемки в Японию, кажется. А больше мне ничего не известно, – пожал плечами Минхо. – Вот так мамаша! – всплеснула руками бабушка. – И она еще злится, когда я пытаюсь учить ее уму-разуму. Не родительница, а одно сплошное недоразумение. – Ба, – вспомнил вдруг Минхо, – а ты знаешь моего отца? Родного? Мать никогда о нем не рассказывала и, мне кажется, не собирается. Раньше меня этот вопрос особо не волновал. Но тут такое дело… В общем, мне необходимо знать, от кого я родился. – Понятное дело! Но стоит ли обсуждать это при твоих друзьях? – Го Ын покосилась на притихших Чана и Чонина. Сынмин снова разглядывал ножи. – У нас друг от друга секретов нет, – сообщил Минхо. – Столько пережили вместе. К тому же они тоже Первородные. – Одна беда с этими Первородными, – вздохнула бабушка. – Нет, Хо, твоего настоящего отца я никогда не видела. Джиха всегда вращалась в своей тусовке с кинозвездами и прочими знаменитостями. Там с ним и познакомилась. Я его имени так и не узнала, хотя не раз пыталась прижать ее к стенке. Но думаю, он был из знаменитостей… Кто-то из этих шикарных актеров с большого экрана. Джиха боится его скомпрометировать, вот и хранит все в секрете. Тем более он тоже Первородный, это как пить дать. А они стараются держать свою жизнь в строжайшей тайне от всех. – А ты? – осторожно спросил Минхо. – Тоже Первородная? – Да упаси бог, – отмахнулась бабушка. – Вот муж мой, покойничек, тот – да… Джиха в него пошла. Но дед твой особыми способностями не обладал, хоть и происходил из рода каких-то там колдунов. А в Джиха проснулась какая-то дьявольская сила… Я все гадала, передадутся ли тебе какие-никакие способности. Даже подарила серебряный оберег, чтобы узнать, когда именно это случится. – Я больше его не ношу, – признался Минхо. – Он вдруг стал меня жечь… – Как и любое серебро, – кивнула Го Ын. – В тот момент ты и переродился. – Но способностей к колдовству у меня не появилось. – Если ты в отца пошел, у тебя могут только его способности проявиться. Перемены уже чувствуешь? – Нет, – покачал головой Минхо. – Абсолютно ничего. – Но, раз к серебру чувствительность появилась, значит, процесс идет, – заявил Чонин. – Ты уже меняешься, просто не чувствуешь. – Про отца твоего Джиха никогда не говорила. – Бабушка Го Ын допила чай и тут же сполоснула чашку в раковине. – Когда она за Ли Дон Ука вышла, я так радовалась, что наконец-то нашла она свое счастье. Не тут-то было! Что за человек! Вы с Дон Уком-то общаетесь? – Да, у нас очень хорошие отношения. – Вот и славно, – удовлетворенно кивнула Го Ын. – Он мужик серьезный, деловой и очень мудрый. Держись его, раз у матери ветер в голове свищет. Она взглянула на настенные часы и всплеснула руками. – Времени-то уже сколько! Торопиться надо, скоро машина придет. – Машина? – не понял Минхо. – Мои хозяева приехали в город по делам, ну и меня с собой захватили. Договорились, что на обратном пути они меня подхватят у подъезда. Всего десять минут осталось! Бабушка быстро начала собираться. – Звони мне в любое время, – на ходу напутствовала она Минхо. – И в гости приезжай, и друзей захвати. У меня дом свой, просторный, места всем хватит. И хозяева хорошие, возражать не станут. А Джиха, как увидишь ее, скажи… А впрочем, ничего не говори. Я сама ей при встрече все выскажу! Она сжала в объятиях Минхо, затем неожиданно обняла по очереди Чана, Чонина и Сынмина и проворно выбежала из квартиры. – Вот это бабушка! – восхитился Чонин. – Электровеник! Не то что моя. – Да, Го Ын крутая, – согласился Минхо. – Может, и нам пора собираться? Кажется, мать я сегодня не дождусь. Съездим в клуб к Хёнджину, а потом – к тебе, Чан. – Можно еще в кино сходить, – предложил Чонин. – Или по супермаркету прогуляться. Они обулись и вышли из квартиры, Минхо запер дверь. – Волнуешься? – спросил он у Сынмина. – За все это время ни слова не проронил. – Еще как волнуюсь, – признался Ким. – И чем ближе момент встречи, тем сильнее! – Нашел из-за чего волноваться, – самодовольно заявил Чан. – Бери пример с меня. Когда я ухаживал за Чонином, был сама невозмутимость! – Слушай его больше, – возмутился Минхо. – Я-то все помню! – Да и я, – признался Чонин. – Волнение перед свиданием – это нормально. – Скажете тоже. – Чан задрал нос и облокотился на двери лифта. В это время створки разъехались, и он рухнул в кабину, едва не сбив с ног человека, который там стоял. Самоуверенности у Бана сразу поубавилось. Чонин всплеснул руками и бросился его поднимать. К большому удивлению Минхо, да и остальных ребят, из лифта на лестничную клетку ступил Ким Хёджон, директор исторического музея. – Вы?! – изумился он при виде ребят. – Вот так встреча! – Что вы здесь делаете? – нахмурился Минхо. – Я приехал к Ли Джиха. – Моей матери нет дома. – О… – Ким застыл, внимательно разглядывая Минхо. – Как мне не повезло… Ну что ж, значит, в другой раз. – Как дела у вас в музее? – спросил у него Чонин. – Вы уже разобрались в причинах несчастного случая? – Какого случая? Ах да! – вспомнил Ким. – Нет, не разобрались. Никто толком ничего объяснить не может, а все камеры слежения в тот момент отключились. Чертовщина какая-то! Больше всего меня беспокоит, что черепа пропали… – Черепа двух других мумий?! – похолодел Чонин. – Именно. – Ким смерил его подозрительным взглядом. – Ты ведь был там. Скажи, когда вы подошли к столам, черепа лежали на месте? – Честно говоря, я не помню, – задумчиво ответил Ян. – Я разглядел лишь нечто, похожее на три кучи грязного тряпья. А еще какие-то блестящие побрякушки. – Это были мумии! Рядом с ними лежали артефакты из захоронений, драгоценности и украшения. А теперь – ни черепов, ни украшений! Ничего, я еще разберусь в этом безобразии! Ким развернулся и зашел обратно в лифт. Двери захлопнулись, и кабина поехала вниз. – Какой неприятный тип, – произнес Чонин. – Дерганый какой-то, – согласился Чан, отряхивая штаны. А Минхо вдруг вспомнил, как Бан уносил из музея в своем рюкзаке нечто круглое и большое. Нечто, что вполне могло оказаться одним из украденных черепов. Чонин тогда тоже нес за плечами рюкзачок, куда запросто поместился бы второй череп. Он подозрительно уставился на друзей. – И все же, что тогда случилось? – спросил Ли. – Про украшения вы раньше не говорили… – Да их там и не было! – возмутился Чан. – Валялось какое-то барахло, его и украшениями назвать язык не повернется. – Какие-то браслеты и ожерелья, – вспомнил Чонин. – Я хотел сфотографировать их на телефон, но тут нас накрыла тьма. Помню только, как Юрим что-то закричала… Что-то вроде: «Зачем ты это делаешь?» – Вот как? – удивился Чан. – Я такого не помню… А к кому она обращалась? Какому-нибудь своему знакомому из лаборатории? – Понятия не имею, – сказал Чонин. – Вообще странно это все. Получился бы хороший материал для газеты. Может, после клуба съездим к Юрим и расспросим ее? Что именно пропало, что она помнит? От Кима все равно ничего не добиться, он такой противный! – А поехали, – неожиданно согласился Чан. – Это куда интереснее, чем гулять по супермаркету. Они вышли из подъезда и зашагали к ближайшей станции метро. Ни Минхо, ни его друзья не заметили Ким Хёджона, который сидел в своей машине у детской игровой площадки и глаз с них не спускал.