12 номер

“К” шла по дождю и лужам, пытаясь привлекать как можно меньше внимания. Хоть город и был маленьким, уровень преступности, как и во всех частях страны, зашкаливал. Шли тяжелые времена. “К” снова курила и укутывалась в куртку - холодно. Она понимала, что поссорилась с “Н” из-за чистого пустяка, но никак не могла совладать с эмоциями. Она всей душой ненавидела все эти чертовы правила, эти штрафы, и даже эти чертовы сигареты. И свою чертову слепоту, которая может проявиться в любой момент, хоть правительство и обещает, что люди с пятым номером спокойно доживают до старости, если, конечно, ничего другого “случайного” с ними не происходит. Она не хотела бросать “Н” ночью одну, наедине с собой, но и оставаться с ней вдвоем ей становилось совсем невмоготу. Она любила ее. Но так же сильно и начинала ненавидеть. За каждое неудачно сказанное слово, любое неправильное, раздражающее действие, за ее когда-то неописуемую для нее красоту, за эту улыбку, ради которой она могла сделать все, что в ее силах и даже больше, за нежность, что была уже не в радость. Погруженная в мысли, курящая сигарету за сигаретой, “К” и не заметила, как на часах уже стукнула полночь. Ночь обещала быть длинной и тяжелой. Она не знала, как и с какими словами, да и нужны ли они еще, возвращаться домой, а сделать это все равно рано или поздно придется. Бродя по уже совсем темным улицам и каким-то закоулкам, в дальней части улицы ей в глаза бросилась ярко-розовая вывеска над местом, похожим на подвал. Кажется, заведение было открыто, несмотря на все запреты. Да уж, городок и правда, похоже, никому, даже мелким властям, не был нужен. Зайти или нет? Стоит ли Рискнуть? А если поймают? “Терять нечего, все и так пошло в пизду, почему бы и не развлечься”. “К” открыла тяжелую расписанную красками дверь и погрузилась во тьму, переливающуюся всеми красками этого мира, она утонула в свете и яркости, в звуке бешено громко стрекочущей и бьющей музыки, похожей на ту, что отправляет в полный и глубокий транс. Ее ослепляли тени и тона, сердце в диком темпе забилось в груди. Опираясь почти на ощупь и забыв о способности глаз видеть, она пробиралась по длинному коридору к бьющей все ближе и ближе музыке, пока не увидела толпы людей на большом танцполе, странно и как бы не в такт двигающимися и словно еле держащимися на ногах. “Давно я не бывала в подобных местах” Да, потому что с тех пор, как началась революция, их все позакрывали. “К” решила сразу направиться к бару под лестницей и выпить чего-нибудь покрепче. -Слушаю,-прокричал бармен, обслужив очередного уже вдребезги пьяного под ноль стриженного и высокого парня. -3 водки и вишневый сок,-”К” осматривалась по сторонам и всеми органами чувств привыкала к новой обстановке хаоса и такого яркого мрака. “Неужели это то, что ждет меня в будущем?” Она разом выпила все шоты, на глазах выступили слезы. Она любила танцевать, но совсем под другую музыку и только подшофе, поэтому нужно было выпить еще очень и очень много-пьянела она медленно. В голову снова лезли мысли об “Н”. -Налей еще. -Попробуй вот что,-бармен поставил перед ней стакан с серо-голубой жидкостью. “К” вопросительно посмотрела в его черные как уголь глаза. -Не бойся, не ослепнешь,-бармен улыбнулся, сверкнули острые, явно искусственно заточенные клыки. -У меня 5 номер. -Тогда еще один за наш счет! Пей быстрее, тебе понравится. “К” взяла стакан и медленно сделала глоток. Жидкость по ощущениям была похожа на какую-то слизь или жижу, а по вкусу терпко-сладкая. И очень крепкая, явно. После нескольких выпитых стаканов непонятной жидкости у “К” перед глазами все закружилось и затряслось. “Да, время идти танцевать”. Она ворвалась в толпу.