Случайно встретил тебя

Минхо ненавидит свою работу. Но еще больше его раздражают люди, которые обесценивали его труд. Вот и сейчас он наблюдает за очередной не трезвой компанией мужчин, а на его лице кривая улыбка. Ведь за нее он может получить неплохие чаевые в конце вечера. Как назло, именно самая шумная компания решила сесть за столик в его зоне, а у Минхо с утра ужасно болела голова. Парень уже выпил несколько таблеток, которые нашел в аптечке, но легче ему не становилось. Голову сжимали свинцовые обручи, а перед глазами плыли цветные круги. Уже несколько раз он ловил замечания от управляющего, так как сегодня был крайне невнимателен. Официант прекрасно осознавал, что еще один взгляд со стороны управляющего Хвана и он останется не только без чаевых, но и без работы.   Молодой человек прокручивал в голове фразу управляющего про важных гостей, перед которыми нельзя было облажаться. Однако кроме того, что сегодня в ресторане должны быть «очередные богачи», он ничего не запомнил. Весь инструктаж Ли прослушал, пытаясь одолеть головную боль силой мысли.   Минхо замечает, как один из гостей машет ему рукой. Он услужливо подходит к столику и тут же чувствует, как крепкая мужская рука хватает его за задницу. Это было недопустимо в заведении их уровня, однако стоило ему сделать шаг вбок, чтобы освободиться от мерзкой руки на правой ягодице, как он тут же поймал взгляд управляющего Хвана. И в голове у него тут же выстроилась логическая цепочка — он вспомнил, как во время инструктажа Хван говорил ему быть покладистым и работать не только руками, но и "милым личиком»". Последнее вызывало у официанта приступ тошноты, ведь если бы он хотел зарабатывать таким образом, то устроился бы в бордель, а не в приличное заведение. У ресторана были очень высокие оценки и положительные отзывы на всех площадках.   —  Может быть, вам что-то посоветовать? — Ли выдавливает дежурную улыбку, замечая боковым зрением, как рука снова пытается атаковать его зад, но ему ловко удается увернуться, практически незаметно для других гостей. — С красным вином отлично будет сочетаться… —  Сколько стоит заказать тебя, куколка? — Мужчин средних лет жадно облизнул губы, отчего затрясся его второй подбородок, а вместе с ним румяные щеки.   Ли частенько получал комплименты относительно своей внешности, однако не понимал, что в нем такого необычного, отчего и мужчины, и женщины оборачивались, завидев его на улице или в спортзале возле дома. Спортзал был вторым любимым местом парня после любимой кровати, где он обожал проводить время в окружении своих трех котов. Они были его семьей и почти единственными друзьями — своего друга Хан Джисона он не воспринимал за человека, потому что тот был белкой. Так Ли и жил, окружив себя животными.   Минхо нередко ловил себя на мысли, что "особая внешность" была в своем роде его личным проклятием. В старшей школе его бросила девушка, в которую он, между прочим, был влюблен. Предмет его влажных фантазий решил, что в отношениях парень не может быть красивее девушки после нескольких случаев, когда на улице подходили знакомиться не с ней, а с ошарашенным Минхо. Это был большой стресс для подростка, но он быстро забылся, когда Ли осознал свою бисексуальность и уже в университете начал встречаться с однокурсником, к которому бегал после занятий в студию. Его выбором стал Ким Сынмин, парень с ангельским голосом, которому пророчили карьеру айдола. Впрочем, так оно и случилось, но в той жизни не было места для Ли Минхо, работающего в сфере общепита. Иногда Минхо казалось, что в той жизни Сынмина не было места для самого Сынмина. Но каждый раз, видя улыбку бывшего парня с экрана телевизора, Ли думал, что они делают все правильно. Свободные отношения без обязательств, без прошлого. Так должно было быть легче, но все стало лишь запутаннее, а причитания Сынмина о том, что Минхо "с таким лицом" обязан найти кого-то другого становились только громче.   —  Прошу прощения? — У Минхо вырывается вопрос, на который не было ответа. —  Я хочу заказать тебя на десерт, малышка.   Минхо едва удерживается от желания закатить глаза и треснуть мерзкого гостя картонкой по лицу. Его все еще останавливало желание зарабатывать приличные деньги на жизнь. Этот ресторан, действительно, был достойным местом в сфере общепита, если не учитывать отвратительного управляющего, который не нес ответственность за своих работников.   —  К сожалению, вы не можете выбрать позиции, которые не указаны в меню. Выработанному годами самообладанию Ли можно только позавидовать. В итоге гость выбрал несколько позиций из меню и больше не пытался нарушать личное пространство официанта. Минхо сверил заказ, а затем заметил, как молодой человек с серыми глазами внимательно сканировал его. Он сидел не в центре стола, а сбоку от мерзкого гостя, а значит, скорее всего, был его секретарем или помощником. Ли смутился, столкнувшись с ним взглядом, но ему было легче, зная, что они примерно в одной категории. — Спасибо за заказ. Остаток вечера проходил спокойнее. К счастью, головная боль Минхо начала утихать; возможно, подействовали обезболивающие таблетки. Официнт носился между кухней и залом, почти забыв о неприятном инциденте с одним гостем, решив, что тот просто перебрал с алкоголем. Однако этот гость оказался куда настырнее, поэтому подкараулил официанта в небольшом темном коридоре, который разделял уборные и основной зал. Минхо даже не мог кричать, так как осознавал, что именно его сделают виноватым, после чего он не сможет устроиться на работу в нормальное заведение. В нем говорила паника, когда тело в два раза больше него прижимало его к стене, слюнявя бледную шею.   Ли пытался вывернуться из крепкой хватки этого человека, но был значительно слабее несмотря на то, что ходит в зал. В голове парня уже возникли картинки потенциального изнасилования, как он почувствовал легкость напротив. Мерзкие поцелуи больше не обжигали шею, а огромные руки не стискивали его запястья.   Минхо открывает глаза и видит своего обидчика на полу. Его глаза полные шока упираются в фигуру в темном костюме. Он все еще был оцепенении и не мог говорить.   —  Возвращайся к работе. Он больше не тронет тебя. — Это был тот самый секретарь, который сидел справа от обидчика Минхо. Он выглядел очень злым и раздраженным. — Ты в порядке?   Минхо быстро кивает и спешно идет на кухню. Он все делает на автомате, почти не слыша поваров, других официантов. Он еще несколько раз получает замечания от управляющего, главного повара на кухне. Однако опыт не пропьешь, и он справляется со всеми заказами. Уже поздно вечером Минхо срывает с себя униформу с огромным желанием сжечь ее. Ему хотелось немного плакать, позвонить Сынмину, а потом спрятаться под одеялом в обнимку со своими котами. Впервые в жизни он стал жертвой таких действий и не мог справиться со своим ступором.   Ли выходит на улицу через заднюю дверь, так как основной вход уже закрыт. Он не сразу замечает припаркованную рядом машину, пока она не блеснула фарами во тьме. Через пару секунд возле Минхо стоял его спаситель, тот самый секретарь. Уже потом Ли будет думать о том, что у него хорошо поставлен удар, а еще позже — тонуть в серых глазах напротив.   —  Ты в порядке? —  Да, в порядке. — Минхо пытается звучать уверенно, но его трясет то ли от нервов, то ли от холода.   —  Я могу подвезти тебя, я на машине.   Ли пытался сопротивляться, но в итоге благоразумие взяло вверх и сейчас он грел руки в теплой машине, слушая легкий джаз из динамика. Если бы он отказался от предложения, то ему пришлось бы идти двадцать минут пешком до метро под неприятным осенним дождем.   Спаситель Минхо не был особо разговорчив. Он извинился за поведение своего руководителя и предложил возместить моральную компенсацию, от которой официант отказался, несмотря на то, что остро нуждался в деньгах. Он обязательно заработает деньги, но своим трудом.   Ли украдкой бросает взляд на Бан Чана — секретарь представился этим именем. Это был невысокий парень широкий в плечах, с достаточно-таки крупным носом, который, впрочем, ничуть не портил его. У Чана были вполне правильные черты лица, светлая кожа и очаровательные ямочки, когда он улыбался. Их Минхо заметил, когда Чан улыбнулся, увидев, как чихнул Минхо, отчего последний густо покраснел — ему всегда говорили, что он чихает как котенок.   Ненароком голову Минхо посещает мысль, что Чан красивее Сынмина. Но он поступил точно так же, как сделал бы Сынмин. В этом они были похожи. Еще одно сходство было в том, что они оба не пытались лезть в душу Минхо. За всю дорогу Чан обратился к нему всего один раз, чтобы спросить не холодно ли ему. Следующий раз, когда Минхо услышал голос спасителя был тогда, когда он поблагодарил его выходя из машины. Негромкое "Береги себя" еще долго будет звучать в его ушах  

***

Следующая встреча Минхо и Чана прошла не менее эксцентрично. К тому моменту Ли успел уволиться из ресторана, чье руководство стремительно теряло уважение в глазах своих сотрудников. Несмотря на красивую картинку и успешную историю, мало кто хотел быть облапанным или еще хуже получить предложение уехать с клиентом от своего руководства за небольшую премию. Минхо точно не был готов уединяться с гостями. Поэтому вынужден был искать новую работу, но, к сожалению, предложения не сыпались на него, а за съем квартиры все же нужно было платить. Так Минхо устроился барменом в ночной клуб. Теперь его девизом было: "Меньше сна — больше денег". В ту ночь Минхо снова почти стал жертвой нападения нетрезвого посетителя, но теперь он ходил на курсы самообороны и мог постоять за себя. Случай в ресторане многому научил его — он не хотел быть тем, кто нуждался в защите. Всю жизнь Минхо был одиночкой и полагался только на себя, почему же теперь он должен быть тем, кто просит помощи. — Это что-то вроде нашей традиции? Ли поднимает голову и сталкивает с серыми глазами напротив. Это был тот самый секретарь, который помог ему несколько месяцев назад. Минхо нервно улыбнулся — у ног лежал человек, который пытался зажать его в углу возле уборной секундами ранее. — Ты только не пойми неправильно. — Минхо почему-то хочется объясниться, ведь он не виноват, что все эти люди, напившись, ведут себя неадекватно по отношению к нему. — Я ничего не делал. — Ты просто миленький, а они, — мужчина окидывает взглядом тело на полу, — животные. Кстати, меня зовут Бан Чан. Минхо тихо произносит имя собеседника, словно пытаясь распробовать его на вкус. Интересно. Ему нравится имя нового знакомого. — Ли Минхо. Можно просто… — Хо, давай сбежим? Минхо не знает почему он вообще послушал незнакомца и почему не послал его, услышав такое предложение. У него еще не закончилась смена, а значит он не получит чаевые из-за того, что раньше ушел. Но ему хотелось сделать что-то безумное хоть раз в жизни. Безумнее, чем тайные встречи с дебютировавшим айдолом. С Сынмином, правда, они похоже расстались. Младший не напоминал о себе уже больше трех недель. Минхо давно готовился к такому раскладу — ему не было места в том мире, который выбрал его бывший парень. А он точно знал, что Ким не вернется в их мир. С Чаном было спокойно. Он часто предпочитал просто молчать, находясь в одном помещении с Минхо. По началу это напрягало и раздражало Ли, ведь даже у стула было больше эмоций, чем у его друга. По правде говоря, Минхо не знал, кем они приходятся друг другу. Чан появлялся тогда, когда он больше всего был ему нужен. Без звонков и расписания в календаре, словно чувствовал, что сейчас должен быть в квартире Ли и заваривать вкусный чай в чайничке с отколотым носиком. Иногда Минхо думал, что Чан был кем-то вроде друга на час или его личным Такседо Маском — сильный, спокойный и крайне загадочный. Минхо до сих не знал, кем работал его приятель, но осознавал лишь то, что рядом с ним было спокойно. Ли в шутку часто называл Чана секретарем Баном, вызывая легкую улыбку гостя, но никогда не задавал вопросы о работе. Когда они были вместе, то смотрели фильмы, много читали или говорили о философских вещах. Минхо продолжал работать в ночном клубе, а Чан появлялся там со своим директором, который много пил, вкусно ел и занимал внимание красивых женщин. Чан в это время делал какие-то пометки в своем ежедневнике, изредка одаривая Минхо фирменным взглядом. Однажды сердце Минхо пропустило удар. С этого момента началась совершенно другая история. Минхо пытался вывести Чана на разговор, задавал много вопросов, интересовался как прошел его день. И если бы весь интерес Ли заключался только в этом, он смог бы справиться с наваждением. Но ему хотелось большего — касаться бледной кожи Чана, гладить там, где никто другой не мог. В самых ярких фантазиях Минхо они вытворяли невероятные вещи, отчего парень просыпался с мокрым пятном между ног. Так продолжаться больше не могло. Сейчас, оглядываясь назад, Минхо думал, что лучше бы никогда не начинал чувствовать то, что сносило ему голову последние месяцы. Он прекрасно жил, не зная, что все то, что у него было — обман. Ли проследил за Чаном и так узнал, что секретарь Бан — это прикрытие. К слову, очень хорошее прикрытие для генерального директора огромной корпорации. Минхо чувствовал себя идиотом в дурацких больших очках и бейсболке, которая не совсем хорошо скрывала его лицо. Объект слежки сразу же узнал Минхо и поспешил объясниться, но его не хотели слушать. Минхо отбивался от Чана прямо перед дверьми огромного здания, где работал не секретарь Бан. А за развернувшейся сценой с особым интересом наблюдали охранники Чана. — Я знать тебя не хочу. — Минхо шипит, почти плачет от боли в груди, едва сдерживается. Он не хочет ничего чувствовать по отношению к Чану, но, когда слышит тихое "Хо, я люблю тебя", обнимает крепко. Все эмоции превратились в огромный ком в горле — хотелось плакать, кричать, смеяться. — Придурок. Только Ли Минхо мог назвать придурком генерального директора уважаемой в стране компании. И ему за это ничего не будет. Минхо долго пытался смириться с тем, что Чан в отношениях был жутким собственником. Ему запрещали работать в клубе, говорили больше отдыхать и заниматься любимым делом, но рано повзрослевший Ли не мог "сидеть на шее", крепкой шее, своего парня. Ему нужно было работать. Так Минхо вернулся в тот самый ресторан, который принадлежал Чану, но уже в статусе управляющего. Ему нравилось то, что он делает и он получал удовольствие от самой атмосферы. А визиты Чана всегда были его личным праздником — Ли с глупой улыбкой вспоминал как впервые посмотрел в глаза "секретарю Бану". Их история началась именно тогда. В отношениях пары все было гладко — повышенный уровень романтики, долгие поцелуи в темноте до припухших губ, ласки, дальше которых они не заходили. Минхо отчаянно нуждался в Чане, но ему всегда отказывали и просили подождать. Неугомонный Минхо решил добавить остроты в отношения, появившись рядом с Сынмином. Тем вечером его ждал серьезный разговор. Бан Чан был собственником. Минхо никогда не мог подумать, что просто находясь рядом с кем-то может быть так хорошо. Рядом с Чаном он понимал, что значит слово "дом". Прижимаясь крепче к теплу, как маленький котенок, Минхо трется носом о щеку Чана, чтобы услышать одобрительное "мгм". — Я скучал. — Знаю. — Чан все еще не особо многословен. Ему нужно время, чтобы научиться выражать четче свои эмоции. — Сегодня вспомнил как мы познакомились. — Минхо тянется за поцелуем. — Снова подумал, что верю в судьбу. Чан ловко переворачивается, оказываясь сверху. Дыханием опаляет шею любимого. Ближе. Нужно быть ближе. Минхо отвечает на поцелуй, выгибается навстречу ласкам. Улыбается сквозь поцелуй — он верит в судьбу. Все должно было случиться именно так, чтобы в итоге он встретил самого заботливого и любимого мужчину в мире. Чан отрывается от шеи Минхо, чтобы еще раз взглянуть на произведение искусства, выточенное божественное создание, которое так призывно тянется к нему. — Ты такой красивый. — Шепчет куда-то в ключицу, где распускается алая роза. Касается нежно, но тут же прикусывает мочку уха. — Я люблю тебя. Чан никогда не признается, что переиграл судьбу и подстроил их встречу с Минхо. Он никогда не расскажет, что несколько десятков человек следили за Хо, узнавали, где он живет, чем занимается и что любит. Даже расставание с Сынмином было подстроено именно Чаном. Он как паук плел свои сети, окутывая ими красивую бабочку, пока она сама не сдалась. Минхо не знал, что каждый его шаг отображался на экране ноутбука Чана еще до их первой встречи. А все звонки и переписки сохранялись в облаке засекреченной папки, где уже были сохранены тысячи фотографий Минхо. Чан был одержим. — Хочу тебя. — Ли шепчет, прикусывая пухлые губы. — Чан-и… Его голос — музыка для ушей Чана. Он его никогда не отпустит.