Ты меня слышишь?

Ветер трепал его волосы, пока он бежал по тротуару. Они начали отрастать, это круто. Темно-черные пряди очень хорошо сочетались с его кожей. Чонгук широко улыбался, слишком жизнерадостно для человека, у которого сегодня еще занятия, но он, тем не менее, не чувствовал себя несчастным. Пребывая в задумчивом настроении, он шагал по улице в кафе. Он жаждал и кофеина, и внимания со стороны своего низкорослого друга. Было еще очень раннее утро, но, тем не менее, улицы были заполнены гудящими машинами и людьми, готовыми начать свой день. Он был в наушниках и слушал музыку, от которой старшеклассника Чонгука из прошлого передёрнуло бы, он уверен, но этот этап уже пройден, музыкой он действительно наслаждался. Даже несмотря на то, что она гремела в ушах, он следил за всеми, кто проходил мимо, и медленно направлялся к кафе. Когда он вошел, раздался знакомый звук колокольчика, и прохладный освежитель воздуха растопил жару снаружи. Несколько человек обернулись на звон двери, но вскоре вернулись к своим делам. Заметив своего друга, Чонгук подошел к стойке, — Доброе утро! — Ты можешь заткнуться? — трет глаза Юнги. Когда Чонгук вошел, он застал его ссутулившимся над стойкой, и было неожиданно, что он нашел время вздремнуть в такой оживленной кофейне. Чонгук смеется над тем, насколько ворчлив его друг. Юнги хмыкает в ответ, — Сейчас десять утра, не все хотят быть развеселыми в такую рань. Можешь быть потише? — Это чертова кофейня, Юнги, не библиотека. — Поправочка, это моя кофейня. А теперь заткнись, пока я не внес тебя в черный список, — ворчит он, снова опуская голову. Фыркнув на своего друга, Чонгук подходит, чтобы погладить его по голове, но Юнги шлепает его по тыльной стороне ладони. Он как будто ждал, чтобы его ударить. Чонгук думает, напасть ли на него в ответ или все же сохранить между ними мир, но старший прерывает его мысли: — Так… тебе как обычно? — Отнеси заказ на мое место, пожалуйста, — отвечает Чонгук. — Пока сядь где-нибудь в другом месте. Кто-то решил поиграть в «камень, ножницы, бумага», причем очень напряженно, и они разбили тот табурет, — Юнги указывает на стул, украшенный молочным коктейлем. — Блять, и кто это был? — Школьники. — Как обычно. Чонгук отворачивается, чтобы подыскать себе место. Это было маленькое кафе, достаточно маленькое, чтобы с ним справился один человек — причина, по которой Юнги никогда не позволял ему там работать. Ну и еще потому что в фартуке он выглядел глупо. Несмотря на скромный внешний вид кофейни, бизнес всегда процветал, и именно поэтому он не мог найти ни одного свободного стула ни в одном углу. Это место было популярно для всех типов студентов, как из-за студенческой скидки, которую предлагал Юнги, так и из-за того, что это место было близко ко многим школам. Интерьер уютный и хорошо оформлен, меню не то чтобы экстравагантное, но домашнее и знакомое, что нечасто встретишь в городе. Он продолжает оглядывать местность и приходит к выводу, что сидеть ему придется рядом с кем-то. У подоконника сидит читающий парень, а рядом свободно. Чонгук решает подойти и чувствует себя немного неловко из-за того, что прерывает его. Он кашляет, чтобы объявить о своем присутствии, — Извините, это место занято? Парень не реагирует и продолжает читать. У него не было наушников, может быть, он думал, что Чонгук разговаривает не с ним? На этот раз он хлопает его по плечу и просто кивает в сторону стула. Мальчик выглядит немного испуганным и нервно оглядывается. — Могу я сесть здесь? — снова спрашивает Чонгук. На этот раз парень щурится, глядя на него. Он не понимает? Чонгук собирается спросить в третий раз, как вдруг парень только с готовностью кивает и отодвигается, чтобы они оба могли сидеть на расстоянии, не нарушая личных границ. Он, казалось, был чем-то обеспокоен, но Чонгук предпочёл об этом не спрашивать. Он сел на свое место, доставая книгу, чтобы почитать. Время от времени он поглядывал на парня, ведь тот выглядел очень привлекательно. Его сосредоточенность на книге казалась забавной. У него была большая чашка, в которой, как мог сказать Чонгук, было много кофеина. Он достаточно долго работал с Юнги, чтобы распознавать, добавлял ли тот дополнительные порции эспрессо в напитки. Прочитав несколько страниц, Чонгуку уже не терпелось что-то сказать. Он не знает парня и не хочет доставлять ему дискомфорт, поэтому лишь машет Юнги за стойкой, но тот бросает на него незаинтересованный взгляд. Взгляд, который, вероятно, означал «заткнись нахер». Он знает старшего достаточно долго, чтобы суметь это распознать. Через некоторое время ему снова становится скучно, и он вновь осматривает парня. Тот все еще утыкается носом в книгу, а его чашка пуста. Пуста?! — Черт возьми, ты все это выпил? — Чонгук практически кричит парню, сидящему рядом с ним. Когда он не отвечает, Чонгук смотрит на него, хмурясь, — Эй, ты не слушаешь? — он собирается похлопать по его плечу снова, как вдруг в поле зрения внезапно появляется Юнги. — Чонгук, — говорит его друг предупреждающим тоном, — он тебя не слышит.

*

— Что значит «не слышит»? — шепотом кричит Чонгук, пока Юнги тащит его обратно к стойке. Старший бросился к нему в ту же секунду, когда услышал его крик. — Значит именно то, что я сказал, он тебя не слышит. А теперь перестань его беспокоить, я убрал твое место, так что теперь ты можешь сесть обратно. Чонгук не садится, его толкают на стул и снова заставляют читать книгу. Напомните ему найти друзей подобрее. Он молчит, но его полные вопросов глаза сосредоточены на Юнги. Старший чувствует прожигающий взгляд на себе и отчаянно скулит, — Ради бога, пожалуйста, молчи, я даже разрешу тебе помочь мне подавать напитки. Приняв его предложение, он затыкается и бежит одеваться в «дурацкий фартук». Если Юнги был так против, чтобы он работал там, почему у него был комплект фартуков, подходящих Чонгуку? Ему на самом деле нравится помогать в кафе, особенно зная, какой груз он снимает с плеч Юнги (с его бедных плеч, которые также несут огромный груз и в музыкальной индустрии). Когда Чонгуку предоставляется возможность работать за кассой, он старается делать это непринужденно. Может быть, это убедит старшего нанять его? Несколько постоянных гостей, которых знает Чонгук, приветствуют его и расплачиваются до тех пор, пока парень из-за стола тоже не оказывается там. Чонгук улыбается ему, а парень уклоняется, он явно все еще переживает по какому-то поводу. — Эй, ты в поряд… — Чувак, как насчет того, чтобы ты позволил разобраться с ним мне, — вновь из ниоткуда появляется Юнги. — Но… — Иди убирай стол, — Юнги прогоняет его к столу, где другие школьники оставили беспорядок. Он неохотно убирает его, пристально глядя на парня у прилавка. Парень смотрит ему в глаза, прежде чем покинуть это место. На этот раз Чонгук краснеет без всякой видимой причины. Кто это был?

***

Чонгук возвращается на следующий день, он бывает там ежедневно, и хотя Юнги много жаловался на этот счет, втайне он всегда ждал, что тот придет. Он снова эффектно появляется в десять утра, на этот раз его друг действительно бодр и обслуживает клиента. Юнги уже приготовил и отложил напиток для него. Так что Чонгук возвращается на свое привычное место, ожидая, пока Юнги освободится. Неосознанно он смотрит туда, где сидел вчера, рядом с тихим парнем. Тот снова был там, а в его руках лежала новая книга. Он не осознает, как долго он, должно быть, наблюдает за посетителем, и парень, вероятно, чувствует его взгляд на себе. Как только Чонгук ловит ответный взгляд, его телефон взрывается от звонка его друга по поводу опоздания на встречу. Она совершенно вылетела из его головы. Чонгук роется в кошельке, чтобы расплатиться, хоть старший и настаивает, что не стоит. Он выбегает из кафе, не забыв в последний раз взглянуть на парня в окно. Тот тоже смотрел на него, с нежной улыбкой на лице.

***

Еще одним ранним утром Чонгук заходит в кафе. На самом деле не таким уж и ранним, но он проспал, так что двенадцать часов дня для все еще было ранью для него. Все равно пятница, по пятницам время не имеет значения. — Привет, Юнги! — Привет, малолетка. Как в университете? — Ты только вчера меня видел… И ты сам выпустился только в прошлом году. — Боже, не надо вдаваться в подробности, и кстати, ты оставил это здесь вчера, надо быть более ответственным, мальчик, — Юнги пододвигает ему удостоверение личности. Он даже не заметил, что оно пропало. — Я не мальчик, заткнись! — фыркает Чонгук и кладет карточку в карман. Юнги небрежно усмехается, — Сегодня пятница, хочешь десертное меню? — говорит он, зная привычку подростков перекусывать десертами именно в этот день недели. Чонгук хмурит брови, будто злится, и вырывает меню из рук Юнги, — Можно мне банановый сплит? С дополнительной крошкой, пожалуйста. — Сию минуту! — усмехается он, разворачиваясь, чтобы взять тарелку с мороженым. Чонгук не совсем понял, что это было, но Юнги казался немного странным. Ему подают мороженое, украшенное посыпкой-сердечками. Что-то точно было не так. Он запихивает ложку себе в рот, прежде чем сказать, — Хватит пугать, что случилось? — Если у тебя сегодня нет занятий, не мог бы ты мне немного помочь? Сегодня было ужасно многолюдно… я выжат и ни на что больше не способен. — О боже, конечно. — Я оплачу часы работы, спасибо. — Что? Не… — Пожалуйста, позволь мне заплатить, у меня нет никаких сил спорить с тобой, чувак. Чонгук не отвечает, просто кивает. Он никогда не видел старшего таким вымученным. Человек за человеком, посетителей становится только больше, и Чонгук наконец понимает, почему его друг не хотел давить на него с работой здесь. Тихий парень входит в кафе намного позже, чем ожидалось. Чонгук думал, что он пришел раньше, но ошибался. Было почти пять вечера, когда он махнул Юнги рукой и сменил его привычное рабочее место. Тот подтолкнул Чонгука принести напиток, от которого все еще сильно пахло кофеином, парню. Как он пьет эту дрянь? Чонгук никогда бы не смог, Юнги должен обсыпать все его напитки сахаром, иначе он отказывается их даже нюхать. Сегодня на парне был берет, и вместо книги у него в руках альбом для рисования. Берет ему шел, а внешне он действительно напоминал Чонгуку тех богатых студентов по обмену, которые носят дорогие пальто без всякой причины. На минуту тот забыл о напитке в руке и решил полюбоваться выгравированным рисунком. Он студент художественного факультета? Он окликает парня, но тот, как обычно, не отвечает, поэтому он хлопает его по плечу. Парень вздрагивает от прикосновения и тут же оборачивается. Он тихо отодвигает чашку. Он, кажется, выглядит более взволнованным, чем обычно, а также тщательно скрывает, что рисовал. Чонгук не спешит с выводами и, готовый принять следующий заказ, возвращается к стойке. Он не спускает глаз с парня, который не задерживается надолго от слова совсем. Может, у него тоже была ленивая пятница? Он подходит, чтобы расплатиться, и Юнги несколько минут играет с ним в какую-то игру руками, прежде чем тот платит и уходит. Дожидаясь подходящего момента, Чонгук спрашивает, — Что это был за танец рук? — Типичный язык жестов, Чонгук, — Юнги помогает ему смешать следующий заказ. — Когда ты… — Мой дядя немой, поэтому мне пришлось научиться с ним общаться, забыл? — Но твой дядя меня слышал. Он всегда что-то отвечал. — У моего дяди были слуховые аппараты. Да перестань, Гук, я же воспитывал тебя так, чтобы ты был в курсе о разных людях. Глухие тоже существуют. — Виноват. Юнги снова вздыхает и заканчивает заказ, — Не спрашивай его, есть ли у него слуховые аппараты или нет, это грубо. Чонгук только кивает. Между ними тишина, так как время приближается к закрытию, а кафе почти опустело. — Знаешь, он очень милый, — случайно говорит он, протирая стол. Юнги находится в другом конце зала, но все же отвечает, — Ох, очень. Ты должен сказать ему, если ты так считаешь. — Как я… подожди, как его зовут? Он здесь, должно быть, постоянный клиент, даже если я никогда его не замечал. — Спроси его сам, — Юнги бросает в него грязную тряпку. — Как? — Как ты разговариваешь с кем-либо, Чонгук? Он не инопланетянин, просто попробуй пообщаться, — прямо говорит он, и Чонгук давится воздухом, почему он не подумал об этом? — Я поговорю с ним завтра! — Громко и неверно, кафе закрыто по выходным, помнишь? — Ах, да. — Кстати, у тебя на руке взбитые сливки. — Я в курсе, — он бросает их Юнги в лицо.

***

В следующий раз, когда Чонгук приходит в кафе, он даже не сжаливается поприветствовать своего друга и сразу переходит к вопросу, — Этот парень пришел сегодня? — Вау, привет, Чонгук, спасибо, что спросил, как прошли мои выходные! Я собирался рассказать тебе о том, как я отхватил свидание с крашем, но ни в коем случае ни о чем меня не спрашивай. — Заткнись, это неважно… Подожди, Намджун ушел с тобой? Юнги кивает. — Настоящий Ким Намджун, а не персонаж, которого ты сделал в симсе? Типо, Намджун, наконец, проснулся и понял, как сильно ты в него влюблен? Юнги хочет его ударить, правда хочет, но средь бела дня — неподходящее время для совершения убийства, особенно в его собственном кафе. Он вздыхает, — Он где и обычно, на своем месте, я принесу тебе коктейль. — Спасибо! — громко говорит Чонгук и подходит к подоконнику. Его ночная зубрежка должна помочь ему начать общаться, верно? Он часами изучал алфавит и неоднократно пел песню во время практики. «Привет, меня зовут Чонгук» — единственная фраза, которую он репетировал всю ночь. Чонгук был почти рад, что парень не слышит как он идет сзади, он немного нервничал из-за всего этого. Он осторожно положил руку на плечо парня, но даже это заставило того подпрыгнуть на стуле. Когда он обернулся, то выглядел озадаченным. Он, должно быть, узнал Чонгука, потому как он сразу же пересел со стула, указал на место рядом с собой и кивнул. — Ой, подожди, нет, я пришел, чтобы поговорить с тобой, — пытается объясниться Чонгук. Он полагает, что отлично справился, потому что парень указывает на себя и оглядывается. Он выглядел удивленным от того, что кто-то с ним заговорил. — «Со мной?» — шепчет одними лишь губами он, и Чонгук нетерпеливо кивает. Он пытается продолжить общаться беспорядочными движениями рук. Он помнит, как сказать «меня зовут», но на этом все, он добирается до буквы «з» и уже забывает расположение пальцев. Парень ничего не говорит, даже если бы мог не сказал. Он терпеливо ждет и внимательно наблюдает за Чонгуком, который начинает краснеть от взгляда парня. Он чувствует, как Юнги наблюдает за ними из-за стойки и, вероятно, смеется над тем, как жалко Чонгук проваливает разговор. Он уже собирается сдаться, как вдруг парень сам показывает буквы, напоминая Чонгуку изученное прошлой ночью. Он следует за движениями рук, что заставляет парня улыбнуться. Также тот показывает жесты, чтобы объяснить свое имя. К настоящему времени Чонгук был абсолютно не уверен в своих навыках, но так как его самообъявленный статус мима был под угрозой, он продолжал пытаться их разобрать. — Тэн? — произносит он, но парень качает головой, — Тэхан? — он пытается снова, но не выходит и на этот раз, и когда Чонгук вновь терпит неудачу, тот показывает ему свое удостоверение личности. — Ким Тэхён? Какое прекрасное имя! — «Чонгук», — намекает тот в ответ. Чонгук, кажется, был лучше в чтении по губам. — Подожди, как ты узнал мое имя? — он говорит медленно, чтобы помочь парню получше понять. Тэхён делает какие-то замысловатые жесты своими руками, а Чонгук лишь пялится широко раскрытыми глазами, пытаясь разобрать предложение. Он быстро понимает, что язык жестов — это больше, чем просто буквы. Юнги был прав, ему нужно перестать быть невеждой. — Юнги! — кричит он, игнорируя взгляды других вежливых людей в кафе. — Что тебе, надо, блять? — На самом деле Тэхён звал тебя, — гордо объявляет он, и Тэхён, кажется, заметил какой-то жест, потому как помахал старшему. — Молодец, теперь ты знаешь его имя! Ты уже сказал ему, что считаешь его милым? — Заткнись! Тэхён переводит взгляд с них двоих и делает движение руками в сторону Юнги, нахмурив брови в замешательстве. — Что он говорит? — Он спросил, о чем мы разговариваем, я думаю, он не смог прочитать по губам, что я сказал. Тэхён что-то объясняет Юнги, и тот тоже что-то отвечает. Чонгук пребывает в шоке и не шевелится. Он снова толкает старшего локтем. — Он сказал, что это он нашел твое удостоверение личности на днях, вот так и он узнал. — Почему ты не сказал мне, что это он его нашел? — Неужели это было так важно? Ты потерял его, тупица. Тэхён снова просит Юнги объяснить, что он имел ввиду, старший вздыхает, но подчиняется. — Можно я не буду вашим переводчиком? У меня есть работа, — говорит Юнги, одновременно с тем жестикулируя. Когда он уходит, Чонгук садится, закатывая глаза. Он бормочет о том, что Юнги раздражающий, а Тэхён рядом с ним только кивает. В конце концов они все же разговаривали какое-то время, и это скорее смахивало на игру в шарады, но Чонгук был просто рад, что смог хоть каким-то образом законнектиться с парнем. Тэхён поначалу казался немного нерешительным, но в конце концов уловил суть и сосредоточил все свое внимание на Чонгуке. Оказалось, Тэхён действительно увлекался искусством, как и предполагал Чонгук, и на удивление не был какой-то моделью. Или все же может быть? Чонгук до сих пор не уверен на сто процентов в том, что услышал. Время от времени Тэхён издавал тихие звуки, и Чонгуку так и хотелось спросить, может ли он на самом деле говорить или нет. И все же, придерживаясь своей разумной стороны, он от этого отказался. Он не понимал, сколько времени провел там, пока его телефон не отключился, он посмотрел на часы и расширил глаза. Тэхён повторил его движения, когда он раздраженно вскочил с места. — О чёрт, у меня занятия! Я пойду тогда. Было приятно поговорить… пообщаться с тобой. Пока, Тэхён! Скорее всего, он говорил слишком быстро, потому что Тэхён не отвечал до тех пор, пока Чонгук не ушел. — Уже уходишь? — спрашивает Юнги, — Сдался? — Очень смешно, у меня занятия, — говорит он, доставая бумажник, на этот раз убедившись, что у него есть все свои вещи. — За него я тоже заплачу. — Ого, как смело с твоей стороны, ты сказал ему, что он милый? — когда Чонгук не отвечает, Юнги усмехается, — Серьезно? Вы оба разговаривали или что это, черт возьми, было около часа, и… Знаешь что? Просто свали уже отсюда. — Да, пока, — он машет своему другу, а затем парню у окна. Тэхён смотрит на Юнги и снова смотрит на выбегающего наружу Чонгука. Его растерянное лицо заставляет старшего засмеяться. — «Он заплатил за твой напиток.» — «Зачем?» — «Он думает, что ты милый.» Юнги снова смеется, когда Тэхён быстро отводит глаза и возвращается к чтению книги. Вскоре парень уходит, все еще краснея от того, что Юнги начал его смущать.

***

Спустя какое-то время Чонгук получает сообщение от своего друга, в котором говорится, что он помог ему, и назвал Тэхёна милым. Вскоре после этого он целый час ругался на Юнги, уткнувшись в подушку, прежде чем заняться изучением жестов. Его сосед по комнате заметил, что он потерял сознание, пока смотрел аниме о глухой девушке, над которой издевались. Он оттащил Чонгука к себе на кровать, и продолжил досматривать аниме за него.

***

В следующий раз Чонгук видит Тэхёна посреди улицы, переходящего дорогу, словно мертвец. Он безответственно побежал, в попытках его догнать. Он выкрикнул имя парня несколько раз, прежде чем осознал свою тупость, а потом просто подбежал, чтобы поздороваться. Вспоминая, как тот вздрагивает, когда Чонгук выпрыгивает перед его лицом, чтобы заговорить, он нежно, почти ласково гладит его по волосам. Сначала Тэхён выглядит встревоженным, но успокаивается, когда видит, что это Чонгук. Он здоровается неверным жестом. Тэхён, кажется, понимает его и тоже приветствует его четкими и плавными движениями. — Как ты? От Тэхёна нет должного ответа. Он что-то шепчет, и Чонгук не может понять, что он имеет в виду. Для вида он бормочет что-то в ответ, но это тоже не срабатывает. Это продолжается некоторое время, и к концу они оба выглядят немного растерянными. Они обмениваются некими неловкими прощаниями и расходятся в разные стороны. Чонгук оглядывается и видит, как напряженно идет Тэхён, и выглядит он весьма обеспокоенно. Ему становится интересно, какого это, когда в ушах глухо. Он видел, как грустил парень, когда им не удавалось поговорить. Он не хочет, чтобы Тэхён чувствовал себя неуслышанным. Когда Чонгук вернулся домой в тот вечер, он начал заниматься дикцией и артикуляцией. Его сосед по комнате предположил, что это какой-то музыкальный прием, и оставил его в покое.

***

— Чонгук, что за хрень у тебя на голове? — Это называется пучок. — Похоже на пальму, — говорит Юнги, хватаясь за её крону. Далеко не нежной хваткой он дернул его волосы, будто они не были прикреплены к голове. Чонгук его отталкивает. Еще слишком рано, чтобы заниматься такой ерундой. — Просто подай мне мой заказ, — вздыхает он. — Тупой Юнги, всегда издевается надо мной. Это не похоже на пальму! У меня классные волосы, он просто завидует, да, Туп-ги, ему просто нужно меня позлить, — продолжает бормотать он, а затем садится. Тэхён чувствует грохот стула и смотрит в его сторону, Чонгук приветствует его. — Привет, Тэхён. Тэхён не ожидал, что Чонгук действительно попытается заговорить с ним после их неудачного общения накануне, но, тем не менее, он сидел рядом с ним, будто ему здесь самое место. Чонгук начинает тараторить о своих волосах, обращаясь к Тэхёну, забывая, что так он его понять не сможет. Однако, вместо того, чтобы подать напоминающий сигнал, Тэхён изо всех сил старается прочесть по его губам, даже когда тот говорит слишком быстро или слишком хорошо, бессвязно бормоча. Он понимает слова «волосы» и «глупый», которые поначалу Тэхён считал адресованными ему самому, но когда он, наконец, отрывает взгляд от губ Чонгука, он понимает, кого тот имел в виду. Посреди его головы был посажен хохолок. Тэхён вырывает лист бумаги из своего блокнота, пряча его, пока что-то на нем пишет. Чонгук с любопытством ждет. Как только тот вручает ему лист, он стонет, а Тэхён только смеется в ответ. Он нацарапал рисунок пальмы и указал на волосы Чонгука, пытаясь сдержать смех. Он не смог понять, что сказал Чонгук, но, судя по его раскрасневшемуся лицу и тому, как быстро он открывал и закрывал рот, это должно было быть что-то вроде «ты такой же засранец, как и Юнги, боже». Затем он резко встает. — Боже мой, подожди! Тэхён улавливает слово «подожди», он хочет показать, что не понимает, но прежде чем он успевает что-то предпринять, Чонгук исчезает из вида. Он выбегает из магазина, а его пучок подпрыгивает из стороны в сторону, пока он исполняет свою шалость. Несколько пар глаз обращаются к Тэхёну, и тот сразу же становится еще более тихим, чем он когда-либо был. Он садится и смотрит на стойку, за которой работает Юнги. Старший смотрит на него, а затем на дверь, которую резко распахнул Чонгук секунду назад. Он хихикает, и Тэхён не понимает, над чем именно. Тэхён не собирался задерживаться надолго, но слово «подожди» ему хорошо запомнилось. Что он имел в виду? Любопытно, что заставило Чонгука убежать так внезапно? И ошивается он там намного дольше, чем предполагалось. Даже предложение Юнги помочь за стойкой его не остановило. Они ведь знают друг друга достаточно хорошо, чтобы он мог предложить ему помочь.

*

Спустя огромное количество времени, после того как Чонгук внезапно выбежал из кафе, он вернулся с пластиковым пакетом в руках. Его дыхание сбилось, а пучок сполз набок. Он бежал. Когда Чонгук входит в кафе, его глаза сразу же устремляются туда, где он обычно сидит. Он хмурится, так как там уже пусто. К стойке он подходит явно разочарованным, в полной готовности оглушить своего друга тирадой. Но сделать это не успевает, потому что Тэхёна толкают в его объятия. — Отлично, Гук, наконец-то ты здесь! Забери его нахер, — раздраженно говорит Юнги. — Чем ты его так разозлил? — спрашивает Чонгук, когда они возвращаются на свои места. Тэхён пожимает плечами, затем быстро меняет позу и скрещивает руки. Даже без его слов Чонгук может сказать, что означало выражение его лица. — Я ходил за этим! Он с гордостью достает блокнот из пакета. Тэхён сразу понимает, для чего он и пишет в нем первым. — «Мы могли бы использовать мой скетчбук» — «Мне неловко пользоваться твоей дорогой бумагой», — пишет Чонгук в ответ, его рука немного дрожит от того, что он долго бежал. Он был весьма озадачен, несмотря на все школы в округе, он долго не мог найти ни одного гребаного магазина с канцтоварами. — «Она не такая уж и дорогая, зачем было рисковать?» — «Немного бега еще никого не убивало» — «Чонгук» — «Мне нравится, как ты пишешь мое имя» — «Заткнись» Чонгук усмехается, но не комментирует, как покраснел собеседник. Они пишут взад и вперед, непрерывно общаясь и рисуя в блокноте мелочи. Пока не стемнеет. Чонгук берет блокнот и передает его Тэхёну, он шепчет, — Ты первым бери, — и прощается, прежде чем отойти к стойке. Тэхён всю дорогу домой прижимает блокнот к себе. Разум трепещет от улыбок, которые подарил ему сегодня младший. Он чувствовал себя услышанным впервые за много лет.

***

Они забирали блокнот по очереди. Каждый раз, когда Тэхён возвращал его в кафе, он был заполнен очередными маленькими набросками, которые он рисовал, когда ему было скучно. Он использовал картинки, чтобы рассказать Чонгуку, как прошел день. Чонгук же писал небольшие отрывки о своем дне и рисовал свои собственные маленькие каракули. Это был детский способ разговаривать друг с другом, дневник переговоров был чем-то, чем Тэхён пользовался в детстве. Сейчас же люди не могли прибегнуть к этому для общения с ним. Но Чонгук смог, и это значило для него целый мир.

***

Быть глухим не так уж плохо, на самом деле, иногда это даже круто. Ты можешь избежать ужасного звука, издаваемого гвоздями на доске, или ужасной строительной музыки. Но сейчас это не приносило никакой пользы. Глупо ходить по городу, когда нет никакой подмоги, но Тэхёну срочно нужно было выйти. Обычно все было хорошо, когда он выходил на улицу. Тэхён очень даже привык к городу, хорошо знал все вокруг. Ему не нужно было ничего слышать, чтобы довольствоваться каждым днем. Но боже, как бы ему хотелось, чтобы он хотя бы чаще это осознавал. Он неограниченный человек, он в состоянии сделать все, что делает любой другой. Большую часть времени он может ходить свободно и ничего не слыша. Но Тэхён считает, что звук имеет решающее значение в общении с другими людьми. И именно сейчас он не обращал внимания на то, что происходит вокруг, и случайно на кого-то наткнулся. Тэхён чувствовал себя неловко из-за того, что наткнулся на женщину, и она была на нервах. Он просто не услышал, как она прошла мимо, но этого дама не знала. Она шевелила губами слишком много и слишком резко, он не мог понять, что она имела ввиду. Тэхён изо всех сил пытался объяснить движениями рук, он не хотел говорить. Он не знал, как он будет звучать, и сможет ли он вообще издать правильные звуки. На счет этого было обидно. Люди начали глазеть на него, кто-то что-то шептал справа. Хотя он не был уверен, что именно они говорили. Он опускает голову от стыда. Никто из людей поблизости не казался достаточно открытым, чтобы правильно понять ситуацию, в которой он оказался, и он уже предчувствовал ярлыки, что на него вешали окружающие. С такой суматохой вокруг даже без звука было оглушающе. Легкое постукивание по затылку концентрирует его внимание обратно. Только один человек делает так, чтобы поздороваться. Тэхён поднимает голову и видит рядом с собой Чонгука. Парень, казалось, был везде, куда бы он ни пошел. Чонгук мягко берет его руку и обводит на ладони буквы. Он нашел еще один способ поговорить с Тэхёном. Пусть это был не самый быстрый способ общения, но зато рабочий. — «Ты в порядке?» — «Не знаю» Дама снова начала что-то кричать, но Тэхён не сводил глаз с губ Чонгука. Он не знает почему, но сейчас он мог повторить все, что говорил парень, несмотря на его легкую шепелявость. Он произносил каждый слог. Будто намеренно, чтобы Тэхён его понял, но это ведь не так… верно? Он смотрит на губы Чонгука, пытаясь понять, что он говорит. — Мэм, мне действительно жаль, что вас столкнули, но вы не имеете права говорить такое. — «А что она сказала?» — Тэхён проводит пальцем по другой руке, озадаченный тем, что Чонгук имел ввиду. — «Не переживай по этому поводу», — Чонгук отпускает его руку на секунду. А затем он берет Тэхёна за запястье и пишет в радиусе ладони, — «Закрой глаза на секунду» Тэхён смущенно смотрит на Чонгука, но все равно закрывает глаза, когда младший подмигивает. Дама просто смотрит на них и на их не менее странное общение. Когда Тэхён открывает глаза, Чонгук уже стоит перед ним, а женщины нигде не видно. Она скрылась в другом проходе, а суетливая толпа людей так же поспешила отойти от этих двоих. Тэхён смотрит на Чонгука, ожидая от него объяснений, но вместо этого тот нахально пишет «привет» на запястье. Он снова подталкивает парня объясниться, но вместо этого Чонгук просто тянет его к стойке. На входе Тэхён снова увидел ту женщину. Она посмотрела на него сердито, но в то же время очень смущенно. Чонгук так и не поведал ему, что она сказала и что он сказал потом, чтобы заставить ее заткнуться.

***

В следующий раз, когда они встретились в кафе, Тэхён уже заказал напиток Чонгуку. Он был удивлен, что в меню вообще есть такой напиток, но оказалось, что вкусы Чонгука были специфическими. Фруктовая смесь, приглушенная нежирным молоком без кофеина. Для кого-то настолько гиперактивного было забавно видеть отвращение Чонгука к кофеину. Чонгук приветствует его как обычно, на этот раз немного взъерошив ему волосы. Он благодарит Тэхёна, четко произнося буквы. Он не знает, насколько хорошо вышло, потому что парень только кивает, ухмыляясь. После этого они мало разговаривают, может быть, пишут несколько слов в блокноте, но остаются рядом друг с другом в свойственной им манере. Тэхён хотел о чем-то спросить Чонгука, но оставил его со всей серьезностью смотреть на свой ноутбук. Судя по его сосредоточенным глазам, там, должно быть, было что-то важное. Чонгук не замечает, как быстро небо снаружи темнеет. К тому времени, как он закрывает свой ноутбук, Тэхён уже успел прибраться. Парень двигается так тихо, что Чонгук может быть уверен, что из них двоих глухой именно он. Тэхён держит в руках их блокнот, в котором жирным шрифтом написано «до встречи», а вокруг него несколько каракулей. Чонгук усмехается и пытается нарисовать что-то подобное. Язык жестов был не самым простым, и он все еще пытался его выучить, тем не менее, он набрался уверенности, чтобы попытаться сказать «до свидания». Сначала Тэхён изо всех сил пытался помочь ему соединить буквы, но вскоре сдался, рассмеявшись. Настоящим смехом. То есть говорить он мог? Тэхён держит его за руку, раскрывая ладонь, чтобы вывести на ней, —«Попробуй лучше так» Он показывает, как делать простые жесты, такие как «привет», «до свидания», «спасибо» и еще несколько повседневных терминов. Чонгук повторяет так старательно, как только может. — «Это, наверное, трудно», — пишет Тэхён в блокноте. — «Все в порядке, я слышу тебя», — пишет Чонгук в ответ. Когда Тэхён возвращается домой той ночью, он решает, что пора. Ему потребовалось слишком много времени, чтобы принять это решение, и время, проведенное с Чонгуком, вероятно, его и подтолкнуло. Он проскальзывает в свою кровать с телефоном в руке. Его палец некоторое время зависает над кнопкой вызова, прежде чем он решает просто её нажать и надеяться на лучшее.

***

Тэхён улыбается, когда чувствует нежное поглаживание по голове. Стул рядом с ним двигается, и он закрывает книгу. Рядом садится Чонгук с огромным куском торта. Он даже не знал, что здесь продают пирожные. Тэхён протягивает руку, уже запомнив, как они теперь приветствуют друг друга. — «Доброе утро, крутая прическа.» — «Спасибо, где ты взял этот торт?» — протянул Тэхён. Он хотел сделать комплимент Чонгуку в ответ, но струсил. Вместо ответа Чонгук указал ему за спину. Он обернулся, позади был Юнги, стоящий со своим напитком. Юнги улыбается ему и протягивает его чашку, затем он поворачивается к Чонгуку, и его улыбка исчезает. — Ты в курсе, что ты станешь диабетиком? — Ты управляешь этим рассадником кофеина, не я, — отвечает Чонгук, уже начав пожирать лежащий перед ним чизкейк. Юнги смотрит обеспокоенно. — По крайней мере, с каждым днем я не становлюсь толще от сладкого. — По крайней мере, у меня есть мышцы. — Конечно, ты же, блять, спортзальный психопат, — усмехается и он, и Чонгук. Несколько студентов, которые случайно подслушали их разговор, удивленно посмотрели на Юнги. Чонгук знает, что им не нужно объяснять, и надеется, что они знают, какой на самом деле старший. Да, Юнги обзывает его каждый день. А также он наматывает по два дополнительных часа в неделю на покупку клубники, чтобы Чонгук мог заказать свой «особенный» чизкейк. Остальным может показаться, что они всегда ссорятся, что в большинстве случаев, конечно, так и есть. Но они оба знают, как сильно они заботятся друг о друге и насколько они на самом деле близки. Тэхён замечает эти мелочи, которые они делают друг для друга. Юнги никогда не забывает прикрепить мини шутку на чашку Чонгука. Чонгук же никогда не забывает проследить за тем, чтобы Юнги пил воду во время работы. Всякий раз Чонгук тихонько проскальзывал за прилавок и помогал Юнги, когда тот казался уставшим. Он же велел другим быть тише, когда младший засыпал. Настроение Юнги всегда немного приподнималось, когда его друг был рядом, и Чонгук всегда старался с ним поговорить. Они казались почти братьями. После того, как Тэхён вышел из-за их столика, он похлопал Чонгука по голове. Тот посмотрел на него, хмыкая, и непринуждённо махнул рукой, чтобы Тэхён заговорил. Он думает, как лучше всего спросить, и заканчивает тем, что выводит, — «Как ты познакомился с Юнги?» — Раньше он издевался надо мной, — говорит Чонгук, как будто в этом нет ничего такого. — «Что?» — Да, в основном из-за моих волос, раньше они были похожи на кокос. А потом он избил кого-то за попытку посмеяться надо мной, — медленно объясняет он, выделяя каждое слово. — «И над чем они смеялись?» — Слишком много болтаю, и я шепелявлю, ты знаешь. — «Нет, не знаю», — мрачно смотрит на него Тэхён. — Ой, конечно нет! — Чонгук почти хихикает. Слава богу, Тэхён не услышал, как он издал этот смущающий звук. Тэхён улыбнулся вслед за Чонгуком. — «Мне нравится распознавать твою речь.» — Мне тоже нравится с тобой разговаривать. Они улыбаются друг другу, а после возвращаются к своим делам.

***

Прямо перед тем, как Чонгук объявляет о том, что ему нужно идти, он бросает взгляд на их блокнот. Тэхён небрежно набросал Юнги и Чонгука вместе. Чонгук широко улыбается, одновременно морщясь из-за пропорций. Они выглядели нормально, просто Юнги почему-то казался титаном. — Так то я намного выше Юнги, — говорит он, хмурясь. Тэхён берет карандаш и что-то пишет ему, прежде чем собрать свою сумку и уйти. Они прощаются, и, уходя, Чонгук открывает блокнот, интересуясь, что же там написал Тэхён. Он чувствует заливающий лицо румянец, когда он читает мелкий почерк. — «Зато так ты симпатичнее» Домой Чонгук шагает, пребывая в мечтах и думая только об одном человеке.

***

Чонгук заходит в кофейню немного позже, чем обычно, его утренние занятия закончились намного позже, чем он ожидал. Он приветствует своего друга, прежде чем повернуться к своему месту. Тэхён уже там, выглядит более встревоженным, чем обычно. Он приветствует его улыбкой. Парень даже толком не поздоровался, сразу же хватая того за руку, — «Завтра меня здесь не будет», — быстро вырисовывает он. Чонгук немного ошеломлен настолько быстрым письмом, но улавливает смысл, когда Тэхён уже во второй раз пишет это на его ладони. — Почему? — «Мне нужно сделать кое-что очень важное» — Ну ничего, мы все равно увидимся на следующей неделе! Заметив, как напряжен Тэхён, Чонгук нежно берёт его за руку, растопыривая пальцы и переворачивая её ладонью вверх. — «Я буду ждать тебя здесь, обещаю», — широко улыбается он. — «Я могу не прийти…» — выводит Тэхён. Он знает, что Чонгук не понимает о чем речь, но понятия не имеет, почему так взбесился, об этом объявляя. Парень лишь пожимает плечами, не понимая. Чонгуку все равно не нужно знать, куда он уходит, не нужно переживать на этот счет. Они общались часами. Выпив довольно много напитков и сделав Юнги намного богаче, чем утром. Чонгук не может не заметить, что Тэхён сам не свой. Он хочет, чтобы парень знал, что он может рассказать ему что угодно, но он также не хотел совать нос не в свои дела, поэтому сдерживался. Однако он сделал все, что мог, чтобы убедиться, что Тэхён был счастлив, проводя время вместе с ним, так как его радость, безусловно, была и радостью Чонгука. Когда, к их сожалению, настало время уходить, Тэхён передает свой блокнот Чонгуку, дергая рукой, чтобы начать писать. Он не знает, когда им стало более комфортно рядом, но держаться за руки или просто дотрагиваться друг до друга теперь было чем-то нормальным. — «Теперь ты берешь его» — Но я брал в прошлый раз. — «Просто возьми» — Ладно ладно, босс, — он кладет его в сумку и отходит к стойке. Однако прежде чем он успевает уйти, Тэхён хватает его руку и притягивает к себе для объятий. Обнимаются они впервые, и ситуация просто не могла быть ещё более клишированной. Чонгук не совсем понимает, почему Тэхён так в него вцепился, но он отвечает тем же. Когда они расцепляют объятья, Тэхён лишь легко улыбается. Юнги прощается с ними обоими, притворяясь невинным, будто он не фотографировал Чонгука, что, наконец, предпринял хоть какие-то действия. Чонгук показывает «до встречи», Тэхён отвечает тем же. Как только он остается один, его улыбка исчезает. Он так и не смог ничего сказать Чонгуку, хотя знал, что парень его выслушает, несмотря ни на что. Неужели его бы действительно не услышали? Или он и не пытался быть услышанным? Он думает об этом все время, возвращаясь домой и начиная собирать вещи.

***

— Ты ужасно рано сегодня, только восемь утра. Как же твоя утренняя пробежка? — Юнги трет глаза, глядя на утреннее солнце, просачивающееся сквозь стеклянную дверь. — Не мог уснуть, поэтому я пришел, чтобы тебе помочь! — Чонгук не дает ему возможности среагировать и перепрыгивает через прилавок. — И что мне с тобой делать? Ты уже практически мой сотрудник. — Я даже лучше! Не надо мне платить. — Ты страшно веселый сегодня, в чем дело? — Я начал ходить на занятия. — Черт, ты все это время прогуливал? Твоя мама в курсе? — Что? Нет, я имею в виду, что начал ходить на занятия по языку жестов, — объясняет Чонгук. Он надевает всегда готовый для него фартук, сегодня он даже оделся под цвета магазина. — Я научился делать классный латте-арт, тот, который ты всегда делаешь, тебе и правда стоит меня нанять, — говорит он, затягивая фартук на талии. — Я действительно думал об этом… — бормочет Юнги, прежде чем отправиться на заднюю кухню. Чонгук не замечает, как проходят часы, он был настолько поглощен работой, что и не понял, сколько времени провел за стойкой. Он также не заметил, что Тэхён до сих пор не появился. Обычно в понедельник он приходил не позже одиннадцати. Он ждет до закрытия, но Тэхёна так нигде и нет. У Чонгука до сих пор улыбка на лице, не то чтобы это что-то значило, он просто старался оставаться приветливым для посетителей кафе. Юнги тоже сам не свой, но заверяет Чонгука, что тот, может быть, просто занят. Не каждый же день ему приходить в кафе.

***

На следующий день Чонгук врывается так рано, как только может. Снова он проводит весь день в ожидании, но никаких признаков парня нет. Следующий день проходит так же, только на этот раз у него не выходит скрыть свою грусть за улыбкой. Он выходит из кофейни, не переживая, что выглядит так, будто вот-вот заплачет.

***

Даже спустя неделю после последнего появления Тэхёна здесь, тот все еще не вернулся. Его место все еще пусто. Чонгук по-прежнему обеспокоен, расстроен и даже немного обижен исчезновением. Он все еще прилагает все усилия, чтобы посещать уроки языка жестов каждый день. Он пока не пропустил ни дня, во всяком случае, с тех пор, как пропал Тэхён. В конце концов он начинает плакать, осознавая, что парень, вероятно, пропал навсегда.

***

— Чонгук, эй, я заказал еду, будешь?  — стучит в дверь его сосед по комнате. — Нет. — Ты в порядке? — приоткрывает дверь тот. — Зачем спрашиваешь? — стонет Чонгук. Зачем он вообще зашел? — Ты выглядишь расстроенным, — отмечает его сосед, разглядывая разгромленную комнату. — Нет, на самом деле я сегодня устроился на работу. — О, поздравляю, но я надеюсь, что покинешь настрой, в котором сейчас находишься, он нездоровый. — И что это значит? — Ничего, иди поешь. Чонгук не шевелится, а его сосед закатывает глаза. Ему надоело такое отношение. — Вставай, или я позвоню твоему низкорослому другу. И это сразу же ставит его на ноги.

***

В свою первую смену Чонгук приходит на удивление поздно. Юнги видит его по какой-то причине несчастное лицо, и решает оставить его в покое. Он приветствует его с натянутой улыбкой, — Чонгук, эй, твой фартук лежит там. Парень не отвечает, но все равно сосредотачивается на работе. Юнги следует за его взглядом, он направлен в угол, в котором обычно бывает Тэхён. На этот раз его заняла молодая девушка. — Он не вернулся. — Я не спрашивал, — тут же отвечает Чонгук. Юнги только вздыхает, прежде чем отправиться вытирать стол, на который кто-то пролил свой кофе.

***

Что это было? Эти несколько недель. Несколько этих несчастных гребаных дней, которые когда-либо были у Чонгука. Он ведь даже не может сказать, почему он так расстроен. Ему просто грустно и одиноко. Через Юнги Чонгук узнал, что Тэхён уехал в другой город, правда он понятия не имеет, как старший об этом узнал. Ни у него, ни у Юнги не было возможности нормально связаться с Тэхёном. Чонгук уже начал терять надежду на его возвращение. Поначалу он больше всего переживал, в безопасности ли добрался Тэхён. А как же его занятия? Но он быстро понял, что не его дело думать обо всем этом. Хотя он был уверен, что они стали достаточно близки, чтобы рассказать друг другу о чем угодно... нет? Они всего-то проводили по несколько часов вместе каждый день. Он уже начинает сомневаться, действительно ли Тэхён хотел с ним общаться. Такая вот глупая мысль, что вторглась в его разум за время, проведенное без компании парня. Он хотел, чтобы он хотя бы попрощался, прежде чем уехать куда он там хотел.

***

— Почему он так много вздыхает? — шепчет Намджун за спиной Чонгука. Да, это Намджун. Он и Юнги теперь, по-видимому, встречаются. Голос Юнги не такой тихий, — Я, блять, не знаю, и он, блять, не скажет мне, и это бл… Чонгук оборачивается лицом к Намджуну, сдерживая Юнги, что буквально готов на него напрыгнуть. — Я больше не чувствую, что меня слышат. — Что ты имеешь ввиду? — Не знаю, ничего, по-моему, больше не имеет смысла, — растерянно объясняет он. — Ты о чем? — Я начинаю сомневаться, действительно ли он когда-либо хотел разговаривать со мной. Я имею ввиду, что я всегда писал на бумаге или рисовал на его руке. Он ведь мог говорить, но никогда не пытался, — он облокачивается на спинку стула. Юнги смотрит на него серьезным взглядом, прежде чем издать надрывный звук, похожий на хрюканье. — Знаешь, может, ты и не глухой, но чертовски слепой. — Юнги хочет сказать, что ты не должен унижать себя. — Нет, Намджун, я хочу сказать, что он чертовски слепой. Парни оставляют Чонгука наедине со своими мыслями. И это в любом случае было к лучшему.

***

Несколько дней спустя до Чонгука дошло, что имел в виду Юнги. И причем дошло так глупо… Он просто сидел на своей кровати поздней ночью, весь учебный материал был разбросан на столе, а сам он разглядывал их блокнот. В нем были намоченные дождем страницы и выцветшие от того, что Чонгук пролил на них свой чай с молоком чернила. Они не тратили много времени, на то чтобы лучше друг друга узнать, но за те часы, что они провели вместе, они успели создать огромную историю, запечатленную в блокноте. Чонгук рад, что он взял блокнот последним, ему нравится рассматривать маленькие каракули, которые рисовал Тэхён, пытаясь рассказать свои истории. И именно тогда он понял, что Тэхён общался с ним уж точно не в пол силы. Он всегда был открыт для разговора. Он всегда пытался по-настоящему услышать то, что хотел сказать ему Чонгук. И он всегда, казалось, понимал. Чонгук всегда слишком много говорил, это он, он проявлял нетерпение и продолжал болтать снова и снова. А Тэхён никогда не прекращал слушать. Он начал чувствовать себя хуже, потому что, несмотря на то, что Тэхён не слышал, он никогда не жаловался, он никогда не останавливал Чонгука. Как же глупо это оказалось. Человек, который вообще ничего не слышал, стал тем, кто слышал Чонгука лучше всех. Единственный человек в его жизни, который ничего не говорил, говорил с ним больше всех. И что Чонгук сделал? Проанализировал его уход? Как только он начинает ругать себя, он останавливается, злясь на то, что всегда думает о худшем. Оно не вернет Тэхёна, и уж точно не сделает Юнги счастливее. Он ложится спать, надеясь, что Тэхён в безопасности, где бы он ни был. Он хотел бы, чтобы тот вернулся как можно скорее. На следующее утро или через несколько месяцев. Он просто хочет увидеть его снова.

***

На дворе раннее утро, Юнги сказал, что ему нужно было поработать в утреннюю смену, ну и кто он такой, чтобы спорить со своим другом. Он наконец понял, почему по утрам Юнги всегда выглядел таким истощенным. Слушать как люди жалуются на свои заказы в девять утра действительно порождает новый вид ярости. Особенно когда ожидают, что ты будешь сохранять спокойствие. Юнги все еще был расстроен из-за плохого настроения Чонгука в последнее время, но сегодня он от него отстал. И на удивление хорошо справлялся с ворчливым другом. День тянулся медленно, у Чонгука был тест, который он полностью провалил накануне. День был совсем не его. Когда он задремал, Юнги хлопнул ему по затылку. Он что-то проворчал старшему, когда тот уходил, и закрыл глаза, вновь давая тем отдохнуть. Звенит дверной колокольчик, и Чонгук не удосуживается поднять глаза, уверен, его могут уволить, благо Юнги хорошо его понимает. Но, видимо, недостаточно хорошо, чтобы позволить ему продолжить спать. Спустя несколько минут Чонгук вновь чувствует, чье-то присутствие, нависшее над ним. Затем какое-то мягкое похлопывание по голове, прямо как он делал, всякий раз, когда видел Тэхёна. Он снова начал думать о нем, отлично! Нет, ужасно. — Юнги, не надо, блять, меня гладить, я зна…, — слова застревают у него в горле, потому что он видит, что Юнги обслуживает покупателя в другом конце кофейни. Чонгук никогда не оборачивался так быстро.

*

Чонгук смотрит, просто смотрит какое-то время, чтобы убедиться, что он все еще не спит. Все это может превратиться в жестокую шутку. В ту секунду, когда он обернулся, его сердце остановилось. Почти как призрак, Тэхён внезапно появился снова. Не помогло и то, как он побледнел, стоя перед Чонгуком. В какой-то момент Чонгук попытался провести рукой через парня, чтобы, может, убедиться в том, что он умер, и это был его призрак. Оказалось, Тэхён действительно вернулся. Ровно через месяц после гребаного исчезновения, да, Чонгук вел счет. Они сели на свое обычное место. Юнги подпрыгнул, увидев Тэхёна, но быстро извинился, заметив, как напряжённо они выглядели. Они сидели в неловком молчании, Тэхён потягивал свой напиток, Чонгук лишь только смотрел. Он чувствовал себя немного маниакальным, ситуация была просто шокирующей и даже ошеломляющей. Тэхён просто взял и появился, в тот самый момент, когда Чонгук скучал по нему больше всего. Он хочет говорить, он хочет, чтобы все знали, как сильно он скучал по нему, но он молчит. Вот когда он слышит, — Чонгук… Чонгук думает, что он окончательно потерял самообладание, но Тэхён снова зовет его по имени и на этот раз хлопает по плечу. Они смотрят друг на друга, Тэхён поправляет наушники, закрепленные на обоих ушах, делает глубокий вдох и приоткрывает рот. — Прости за то, что исчез. Я… у меня новые слуховые аппараты, они, конечно, простые, но теперь я понимаю тебя намного лучше. Он уже не уверен, что вообще слушает. Одного только его имени, слетевшего с губ Тэхёна, было достаточно, чтобы его парализовало. Первое слово, которое произнес ему Тэхён, было «Чонгук». Неожиданно его имя начало ему нравиться гораздо больше. Чонгук не говорит, он внимательно слушает, все глубже погружаясь в голос Тэхёна. Тэхён очень нервничает, разговаривая с ним, но знает, что должен как-то это преодолеть. Проблемой было не говорить, у него просто был этот непонятный страх, что даже если он заговорит, никто толком его не воспримет. Никто никогда не воспринимал его всерьез, потому что он был просто глухим ребенком, с которым было трудно общаться. Однако взгляд, которым одарил его парень напротив, придал ему смелости, чтобы продолжить говорить. — Надеюсь, я не звучу странно, я давно не пробовал говорить, — медленно выговаривает он, жестикулируя руками в воздухе, движения которых Чонгук теперь понимает намного лучше. У Тэхёна была привычка смотреть вниз, когда он нервничал. Привычка, которую он приобрел, когда ему было противно читать жалкие слова, срывавшиеся с чужих уст. Чонгук заметил её давно, и он находит это немного грустным, но, тем не менее, милым. Ему хочется схватиться за его лицо и посмотреть ему в глаза, чтобы Тэхён точно знал, что он слушает, и он будет продолжать слушать все, что тот хочет сказать. Но он сохраняет спокойствие, чтобы не причинить ему дискомфорт. — Извини, что не разговаривал раньше, я всегда мог говорить, просто… неловко, когда я не слышу собственного голоса. Надеюсь, я тебя не обидел. Он продолжает говорить, а Чонгук просто его слушает. Он, кажется, немного стесняется из-за своего голоса, что Чонгука просто шокирует. Он никогда не слышал, чтобы кто-то звучал так красиво. Никогда не видел, чтобы кто-то выглядел так очаровательно, просто разговаривая. — Что касается исчезновения, я брал уроки речи и привыкал к слуховым аппаратам. Я возвращался на некоторое время, просто было бы странно к вам приходить. Тэхён не обязан был оправдываться, но тот факт, что он изо всех сил пытался объясниться, много значил для Чонгука. — П-почему ты так смотришь? Чонгук чувствовал себя так, будто он не мог говорить, будто потерял дар речи. Его просто загипнотизировали речью Тэхёна. Как он мог стесняться такого голоса? Как мог кто-то настолько совершенный чувствовать себя неуверенно из-за того, чем он по сути не мог управлять? Поразительно, как все это время Тэхён оставался неуслышанным. Чонгук рад, что услышал именно он. Он рад, что услышал его голос, даже когда его не было. — Ты слушаешь? Чонгук вырывается из транса, качая головой и улыбаясь. Он притягивает Тэхёна в объятия, выводя что-то на ладони, как они делали раньше. — «Да, я тебя слышу.»