Дети гнилого мира

      Пятнадцатилетний подросток нервно покусывал губы, почти до крови, мелко дрожа, как кролик. Кабинеты, полностью белые, без единого пятнышка, вызывали в нём ассоциацию страха. Страх с ним всегда был. Но чувство, бурлившее в нём, несколько отличалось от него. Он не хотел ломать стену шкафом, а он мог при желании. Ему просто было очень и очень... неловко. Мужчина, сидевший перед ним, казался безобидным. Химавари прикрыл глаза. Конечно же, психолог должен казаться белым и пушистым.       Это был не первый психолог, которого он встречал. Все они задавали одинаковые вопросы. Они одинаково хмурились. Синхронно не понимали, почему сын про-героя не хочет использовать свои силы по прямому назначению. Почему боится? Но этот... этот психолог молчал. Просто смотрел. Ждал. А потом мягко улыбнулся (искренность, пускай и такая грустная). Психолог с внешностью очеловеченного стройного белого кота с забавным чёрным пятном, словно шапочка. Он задал странный (нужный) вопрос. — Я могу чем-нибудь тебе помочь?       Химавари выдохнул горячий сгусток воздуха. Никто никогда этого не говорил ему. Все хотели, чтобы он принял причуду, но не в этом было дело. Он принял причуду, но не само будущее про-героя. И этот мужчина... кажется, понял. — Я... мне... м-мне...       Ошибка.       ...Ему было пять лет, когда отец начал его тренировать, чтобы стать про-героем. Цель взрастить достойного наследника была не новой в кругах геройского общества, плюс, ни для кого не секрет, что некоторые создавали семьи для лучшей комбинации причуд. С страниц научных изданий звучало на редкость слаженно, если не прекрасно. На деле же подобные эксперименты редко заканчивались успехом. Кто-то непременно ломался первым. Отец. Или ребёнок. Жестокая правда общества, неприглядная. Редко кто вообще осмеливался всмотреться за гранью пафоса.       Химавари старался изо всех сил. Выбора не было, только наивная мечта, что что-то изменится, когда он станет намного сильнее. Если он станет сильным, это же когда-то обрадует дорогого отца? Он долго так думал. Отец заставлял его днями не есть, усиливая его причуду. Причуда усиливала мускулатуру и здоровье в целом, мальчик мог гнуть железные балки, как какую-то бумагу. Но это не проходило даром для слишком юного тела. Голодовка вызвала целый букет заболеваний спектра РПП.       Сын с сильной причудой оказался провалом.       Сбой системы.       Психолог притянул дрожащего подростка к себе в объятия, мягко поглаживая лапкой спину. Он не из тех, кто будет на стороне плохого отца, пускай и героя. Он на стороне душевного равновесия. К сожалению, его работа связана с детьми, у которых всё... плохо.       ...Тренировки не прекращались. Они только приобрели некоторые нюансы, вроде несколько раз, утром и вечером, по чуть-чуть, можно что-то съесть, в остальном же таблетки, вода и силовые упражнения. Так хотел отец. Не должна же пропадать настолько хорошая боевая причуда.       Химавари мечтал не о том, как стать известным про-героем. Ему хотелось стать писателем или поэтом, уехать куда-нибудь далеко-далеко, возможно, сотворить свой садик. Или посвятить себя сельской жизни. Он и вправду устал за эти годы. Да, и вправду был странным от природы. Слишком мечтательным Чудиком. Как странно, если подумать...       Если подумать, что его принял другой чудик.       Пожалуйста, можно мне съесть хоть кусочек! Я голоден! — Мне... помощь. Помогите мне!       А ты достоин этого?       Причуда «Не поддаваясь дождю». С её помощью, он может становиться сильнее, когда голоден. Однако при приёме пищи он быстро засыпает и может проспать довольно долгое время. Крайний срок, что был зафиксирован — три дня.