Одержим тобой

《Одержим》

      В воздухе висела тишина со вкусным запахом еды, который стоял на столе. Ким глотнул ком, старясь сдержать слёзы. Руки и ноги дрожали. Он всё ещё помнит тот день, когда Донхва застрелил его отца. Помнит как он не разрешил ему проводить отца, в последний путь. Но отныне он не позволит ему делать это с ним. — Иди к чёрту. Ты думаешь, я поверю тебе? Тебе это с рук не сойдёт.       Прежде чем, как Тэхён направился к двери, он ощутил острую боль на запястьях. Будто его держали на кандалах. Рука Донхвы сжалась в запястьях Кима, а после он швырнул его в стенку. Ким ударился головой об край дивана. По щеке потекла струя крови. Полковник с улыбкой наклонился к нему, сжимая его щёки и суя ему пальцы, в глотку. — Ты позабыл? Если я разрешил тебе развлечься пару дня, не значит что я отпущу всё на самотёк.       Ким начал кашлять от не хватки воздуха, дрожащими руками он вынул скальпель, спрятанное им вечером. Пнув Донхву ногой, Ким достал находку, направляя острее прямо на старшего.       Донхва не сдерживая смех, начал смеяться, облизывая пальцы которые недавно были во рту Кима. — Собака начала кусать хозяина. Так не пойдёт. Что же мне с тобой сделать?       Руки Тэхёна сжимали скальпель, а Донхва шагал по комнате, делая задумчивое лицо. Рация которая лежала на полу, переместилась в руки полковника. Он нажал на кнопочку и молча смотрел на Тэхёна, потом широко улыбнувшись, отправил ему воздушный поцелуй. — Входите ребята. — В предвкушение сказал полковник, облизывая губы и снимая рубашку.       Спустя считаные минуты, на дверях образовались множество солдат, в форме. Не то что Ким знал всех, но их точно не знал. Что-то подсказывало что парни вовсе не из Северной Корее, но думать об этом сейчас было последнее. — Я зарежу тебя. Убью любого, хоть один сделает шаг в мою сторону. — Нет, нет. — Донхва уселся поудобнее, снимая с себя одежду и оставаясь в боксёрах. — У тебя есть клятва.       Солдаты в форме заперли дверь. Тэхён стоял в углу. Скальпель на которого он надеялся был ничтожным, да и клятва, он не может никого убить.       Донхва взял подготовленный пакет и кинул возле ног Тэхёна игрушки, ремни, и всякое прочее вывалился из пакета, возле его ног. — Донхва, прошу тебя прекрати.       Полковник засмеялся, положил подбородок на тыльную сторону ладони и усмехнулся. — Нет мой ангел, теперь поздно.       Сколько бы Тэхён не старался, но сдержать слёз не смог. С глаз потекла слеза. Он обещал что не будет плакать, но слёзы не слушаясь текли. Даже понимая что теперь его никто не спасёт, он не хотел, не хотел жить в аду, который построил для него Донхва.       Солдаты не спеша подошли к Киму, Донхва окликнул парня который проверял ошейник и ремень. — Жиху, завязывай, давай проверим на нём. — Тот в ответ широко улыбнулся, подошёл к Киму. И не смотря на скальпель в руках, ударил парня не рассчитывая силу. Единственное что сделал Тэхён, это оставил небольшую царапину в руке, перед тем как нож упал на пол.       Жиху силой порвал одежду на Тэхёне, оставляя его полностью голым. Надел ошейник и засунул кляп в рот. Парни которые наблюдали, включили камеры. Пока Жиху собирал хвостик в макушке Кима, чтобы лицо был отчётливо виден. — Наигрался ты у меня, Мой Ангел.. — Донхва мотнул головой, подзывая его. Жиху подал ему цепь от ошейника. Когда тяжёлая цепь попала в руки Донхвы. Он силой потянул его, заставляя Тэхёна прибежать к нему на четвереньках. — Мой ангел.. — Повторил он. — Добро пожаловать в АД.       Тэхён потерял смысл жить, все планы и мечты сбежать на Юг, умерли в тот момент когда он увидел Хву. Он теперь реально в аду. В аду который был построен ради него. — Ыху, принеси нам еду.       Мужчина с тёмно-синими волосами, принёс мясо, которым пахло вся комната. Приблизившись к полковнику, он положил тарелку между ног. Хва убрал клап изо рта Кима, теснее стягивая узел на шее. — Я тебе говорил, ешь по хорошему. Даю тебе второй шанс, теперь глотай не жуя. — Прекрати сволочь, ты не имеешь права.. — Тэхён начал хныкать, сжимая голую плоть на ногах, его глаза набухли от слёз, а нокти царапали бёдра, пытаясь достать до костей. — Ответь на один вопрос, где Чонгук? — Переходя на крик, Ким ощутил резкую боль на виске, только сейчас он понял что ему врезали под дых. Неужели он когда-то любил этого поддонка, неужели он когда-то хотел быть с этим сволочом. — Ты всё таки не понял. — Донхва выбросил цепь, кивнул солдатом и подозвав одного, поставил его на колени. Наблюдая как тот начал стягивать его трусы, и вынимая член, начал обводить, головку своим мокрым языком.       Жиху и Ыха получив кивок, положили парня на обеденный стол, стягивая его руки и ноги в четыре стороны. Завязали ремнём, ставя его так чтобы Донхва видел всё. Парень чуть помоложе, встал перед Кимом, который почти не осознавал всего происходящего, вынул член и засунул в рот Кима. Когда Ким задыхаясь укусил его, то получил очередной удар, полностью теряясь во времени и чувствуя адские боли. Когда в него входили, давали какие-то препараты и плевали на него. Он чувствовал каждую боль, при каждом ударе, когда плоть соприкасалась с кожаным ремнём, каждый глубокий вход в его анус, когда в него долбились. Каждый укус в губы и соски, когда его трогали там. На теле не осталось место, не избитого, не дотронувшегося. Каждый солдат который был в комнате, хотя бы раз вошёл в него. На него не осталось чистого место, и когда он так страдал. Донхва сидя на диване получал экстаз, видя как мучается Тэхён.       Тэхён которого любит Донхва, и которого насилуют все, получал удовольствие от происходящего. Давая очередному солдату в рот.       Тэхён потерялся во времени и множество раз отключался, даже когда тот был не в сознания, солдаты не переставали в него долбиться. С каждым разом просыпаясь, он ощущал все те же неприятные ощущение и даже позабыл сколько раз кончил. Иногда он вообще ничего не чувствовал из-за наркотиков, а иногда чувствовал будто ему кожу стягивают.       Дни заменяли ночами, а Донхва всё там же сидел, иногда пропадая, когда тот был в отключке, а иногда подходя ближе и плюя ему в лицо. — Ты рождён — для того чтобы тебя осквернили. Тебе идёт быть грязным и развратным, я выбью из тебя всю дурь, до того пока ты не забудешь этого никчёмного.       На улице уже ночь, Ким очнулся, ощущая на теле очередное касание. Руки настолько онемели, что он не чувствовал их, ноги раздвинутые не слушались. Даже после того как его сняли со стола. Донхва стоял наблюдая за этим. Когда Ким упал не удержавшись на ногах, он с лёгкостью поднял его, направляясь в душевую. — Если бы ты видел эти диски. — Как будто ни чего и не бывала, произнёс Хва, протирая его спинку.       Из-за боли и шрамов, каждое прикосновение откликалась болью. Тэхён дрогнул когда очередной раз Хва прошёл по ране. — Ты слышишь меня Тэхён? Или хочешь повторить? — Хва заботливо чмокнул парня в щёку, где остался синяк от его же кулака. — Ты хорошо держался, а ведь прошла неделя. Представляешь неделя. — Что со мной не так? Почему ты это делаешь со мной. — Тэхён смотрел на ноги, которые покрылись красными пятнами, где были кандалы. — Теперь всё в порядке, я с тобой. Всегда буду с тобой. — Донхва обнял парня, улыбаясь ему в шею. — Я ведь ещё тогда говорил тебе, ты мой и ты никуда не уйдёшь. — Перестань. Ты мне противен. — Тэхён толкал парня, чтобы тот отлип от него. — Где Чонгук? Я спрашиваю где?       Очередная пощечина, сейчас Ким не чувствует абсолютно ничего, даже когда полковник ломает ему руки назад, заставляя его подставить ему жопу, а после входит в него, заставляя его прижаться к стене. — Не благодарная шлюха, я столько всего делаю для нас. — Ты сделал всё для себя мразь. Ты убил моего отца. Я никогда не прошу тебя.       Полковник сильнее прильнул к Тэхёну, кусая его за плечо, до того пока не почувствовал косточку. Из рта полковника потекла струя крови, на месте укуса осталось большой шрам, и рана начала истекать кровью. — Если бы ты не хотел сбежать, всего бы этого не было, ты же понимаешь. У нас всё было хорошо. Почему вдруг ты хотел сбежать? — Не было ничего хорошего, это ты не принял меня, боялся что твоя семья тебя не примет.       Донхва облизнул рану. Делая очередную фрикцию. Ким ощутил горячее дыхание на шее. — Теперь всё кончено, теперь мы можем быть вместе. — Нету нас. Есть ты и я.

《Одержим》

      Майор сидел на столе, вытирая кровь из раны, которую получил от людей Донхвы. Когда тот пытался вернутся со своей группой, после задание. Вертолёт ожидавший пропал. Чонгук отправил свой отряд в ближайшее убежище. Не смотря что Намджун и Джин отказывались идти. Чонгук насильно отправил их, а сам остался ждать вертолёт.       Впервые за всё время, вертолёт не пришёл вовремя. Чон понимал что тут, что-то не чисто, поэтому остался один. Ожидая в прикрытие.       Вертолёт приземлился с опозданием на семь минут, Чонгук сидел в прикрытия, и когда чуть выглянул, чтобы удостоверится, в него влетела пуля, пронзая прямо в грудь. — Донхва.. — Прорычал Чонгук, поставил новые патроны на пистолет, и выстрелил на всех троих, которые стреляли на него.       Задание было успешно закончено, раненых почти не было, все отделились с царапинами, кроме Чонгука, и то он получил его не в задание. Ожидая товарищей, он закрыл глаза, а когда очнулся, лежал в незнакомом месте, время было под вечер. Возле него сидели его парни, наклонив голову, будто охраняя, но каждый спал. И Чонгук это знал. Ударив Минхо по голове, Чонгук чуть поднялся, заставляя всех поднять голову. — Маййор очнулись? — Минхо вытер глаза, отдавая бутылку с водой. — Вы нас напугали хёним.       Джин зевнул в руки, поднимаясь. — Чонгук очнулся. Так что ставай мои красивые ямочки, и пойдём в скромный угол, а то я больше..       Капитан не закончил слова, ему влетело от Намджуна. — Простите майор, мы просто рады что вы очнулись. — Прекрати хён, я говорил без лишних любезностей. — Да ладно Чонгук, он любит это, оставь моего сержантика. — На Джина прилетел очередной удар под дых, он злобно фыркнул, обратно сев на место. — Ты нас очень напугал. — Где мы?       Хобби взглянул на рацию и обратно откинул голову. — Из-за твоего упрямство, нам пришлось тут торчать, и как ты мог получить рану, убив на смерть всех троих, теперь мы не узнаем чьи эти люди. — По любому, это рук Донхва. — Джин почесал затылок, оглядываясь на все четыре пары глаз. — А что, я не прав? — Ты что думаешь Чонгук? — Намджун тоже предполагал именно это, но решил узнать мнение своего майора. — А что если это люди из Южной, мы же не со всеми разобрались. — Минхо посмотрел на майора с тревожностью. Он всегда говорил что надо добить пострадавшего, и сейчас ещё раз убедился в этом.       Хобби прокашлялся, привлекая внимание. — Нет, они не посмели бы забраться в нашу территорию, да ещё и с вертолётом, к тому же там нет улик. — Ладно. —Чонгук начал подниматься. Но четыре пар рук, вернули его на место. — Ребята, вы же знаете, меня ждёт хён. — Уже не ждёт, прошла неделя. — Хобби поднялся, уходя в сторону выхода. — Что ты говоришь, какая к чёрту неделя?       Парни одно за другим начали переглядываться. Только Минхо нашёл мужество, но на крайнее случае передвинулся на несколько метров, чтобы его не достали. — Ты был в отключке, у нас не было выбора, да ещё и вертолёт нам не отправили, только сегодня обещали.       Майор кинул в него бутылку, обернувшись он искал предмет, чтобы кинуть в остальных, но они тоже ушли в безопасное расстояние. — Живо найдите мне вертолёт, я своими руками уничтожу этого яка Донхву, если хоть одна волосинка упадёт с его бошки. И вам ребята не сдабровать..       К трём часам вечера прибыл вертолёт, Чон кусал ногти, думая о том что случилось с Тэхёном. Что он подумал когда тот исчез ни сказав не слова, перед их отъездом. Что он скажет в своё оправдание, и простит ли ему это Тэхён.       Спустя три часа, которые как по мнение Чона тянулись вечно, вертолёт приземлился в середину поля. В их лагерь. Чон вылез и не смотря на раны побежал в свою комнату, ребята рванулись за ним. Когда Чонгук не нашёл Тэхёна, начал пинать каждую дверь, ища его по всему корпусу. Солдаты вытирая лицо, смотрели на него с недоумием, а он как бешеный пёс был готов сорваться на всех. Кто хоть скажет ему словечка.       Когда все начали подниматься на утреннюю пробежку, Чонгук схватил за солдата, упрашивая его, не видел ли он Тэхёна. Когда он узнал что якобы Донхва вернулся. То первым делом схватил калашник у солдата, и направился в первый корпус, где находилось комната полковника. Не смотря на рану, он попросил остаться парням в комнате и один направился к полковнику. Хватая по дороге бензин со спичкой. Добравшись до комнаты, он силой взломал запертую дверь.       Тэхён лежал голым на полу, на руках и ногах были красные и синие пятна. Он почти не дышал, возле него был скальпель, и лужа крови в котором он лежал лицом в пол…