Зодиак: девы, воды и стук копыт

— Подожди. Чонгук громко выдыхает, выпрямляясь. Он убирает ногу с плеча Тэхёна, пытаясь оторвать его от нижней части живота, чтобы поговорить. Да, в такой интимный момент, когда голова его козерога находится у него между ног. Тэхён послушно отрывается, тут же заменяя язык пальцами. — Я чувствую. — Что чувствуешь? — Меняется, — Чонгук выдыхает тяжело. — Оу, — Тэхён тут же замирает. Он останавливает движения, убирая руку. Чонгук лежит под ним, выстанывая и от удовольствия от недавнего секса, и от болючего внезапного превращения. Тэхён редко видел, как именно Чонгук деформируется в деву, так что сейчас он, раз его не гоняют, сидит, внимательно осматривая растягивающееся тело своего парня. — У-уходи. — Не хочу, — возникает Тэхён, качая головой. — Почему это? — Я же не оставлю тебя в таком состоянии. Помогу справиться с болью, если что. Чонгук цокает языком. — Ты хочешь поглазеть на мою девичью форму. Тэхён смеётся. — Это тоже. Чонгук прикрывает грудь ладонями, как и пах, чтобы встать и начать одеваться. Тэхён толкает его обратно на кровать, качая головой. У него как некстати появляются рожки козерога. Как влияют на козерогов их рога? Тэхён в такие моменты просто бешено упрямый и безотказный. У него рога держатся долго, если идёт полное полупревращение. В отличие от Чонгука, для которого смена пола — дело одного часа, Тэхён полупревращается три дня. И вот так теперь Чонгук лежит под напором рог Тэхёна, превращаясь из парня в девушку. При этом, они оба возбуждены, у них минутами ранее был, чёрт возьми, секс. — Это странно ведь, — Чонгук бурчит, закатывая глаза. — Некоторые части тела иногда выглядят неестественно. За этим неприятно наблюдать. Да и вряд ли мы продолжим то, на чём остановились, — у Чонгука все мысли на языке. Он вообще редко стесняется, прекрасно зная, что Тэхён его за эту остроту и обожает. — Напоминаю, что я бисексуален. Все твои части тела в обеих полярностях меня будоражат, — Тэхён улыбается ему, наклоняясь, чтобы поцеловать. Чонгук ему отвечает, парочку раз повздыхав. Тэхён гладит ладонями талию, чувствуя, как под пальцами сужаются рёбра с хрустом. Чонгук стонет от лёгкой боли и дискомфортного ощущения, сжимая пальцами простынь. Тэхён накрывает его живот пальцами, поглаживая. Он наблюдает за тем, как на глазах мускулистое и подтянутое тело утончается, принимая формы. Крепкая грудь Чонгука выдвигается вперёд с хрустом спины. Дева прогибается, из-за чего груди, как пробка, резко проталкиваются вперёд, становясь мягкими, подпрыгивая с каждым движением Чонгука. Тэхён накрывает их пальцами, сминая, вызывая у парня стон. Он наклоняется к груди, касаясь языком соска. — Серьёзно? — Чонгук выдыхает неузнаваемым голосом, когда Тэхён другой рукой накрывает его ещё не исчезнувший член. — Ты не сделаешь это. — О, я ещё как сделаю, — Тэхён хмыкает. Он толкает указательный палец в уретру. Чонгук поднимает руки, схватившись утончающимися пальцами за плечи, впиваясь ногтями в кожу. Он стонет, ведь чувствует, как медленно этот палец, приносящий дискомфорт, внезапно оказывается с превращением в нём, уже толкаясь в его… (хотя уместно ли тут «его»?) влагалище. Чонгук выглядит прекрасно: рельефы его кубиков видны даже на женском теле, маленькие мягкие груди вздымаются с каждым вдохом, голос, более тонкий, чем настоящий, начинает выстанывать. Он меняется в лице, так как вид удовольствия в женских половых органах ощущается настолько полярно по-другому, что, похоже, с ума сводит. В нём сразу становится влажно. Тэхён не может на него не засматриваться. Или на неё. Или на него. Кто бы там ни был — его козерогу неважно, с кем упрямиться. — Что ж, — Тэхён смотрит на превратившегося в девушку Чонгука, широко улыбаясь. Он снова опускается между ног, высовывая язык. — На чём мы остановились?