Hot Memories

***

На улице уже было достаточно темно. Несильный ветер развивал тёмные волосы. Парень шёл по полностью пустой улице дачного посёлка, что освещали лишь редкие фонари. Вскоре на горизонте показался довольно большой дом откуда звучала громкая музыка и выходили световые лучи. Видимо туса была уже в самом разгаре, но, тем не менее, Пик не будет Пиком, если не опаздает на такое мероприятие. Хотя окончание колледжа и вправду памятное событие, что должно запомниться надолго. Парень зашёл во двор, а после и в дом. Дверь, конечно же, была открыта, ведь с такой громкой музыкой хрен че услышишь. Вечеринка и правда уже шла во все тяжкие. Пик повесил свою кожанку на вешалку у входа и осмотрелся, присматривая себе местечко. Вскоре он уже направился к какому-то из столов, откуда взял банку пива и начал наблюдать за залом-гостиной. В самом центре было небольшое столпотворение и его зачинщиком был популярный наровне с пиковым королём парень - Вару. Та ещё, конечно, затычка в заднице, но эта черта характера и привлекла многих, хотя, вообще-то, пятый был круглым отличником. Все сессии всегда сдавал вовремя и с оглушающим отрывом от остальных. Хотя это и не очень удивительно с его рвением к музыке и искусству. Да и красотой он был не обделен: довольно высокий, красивые формы, привлекательно лицо да и талантов огромный трамвай и маленькая тележка. Самое забавное что у Пика и Вару идёт бурное соперничество за звание красавчика №1 в их колледже, а сами парни о нем даже не знают, да что там, они виделись от силы пару раз, на парах когда их группы объединяли. Наблюдая за залом, восьмой клон сделал вывод, что пришёл слишком поздно, потому что все уже знатно нажрались, а он до сих пор трезвый из-за того что пришёл только пару минут назад. Скучающе вздохнув, Пик оперся на стену подпирая её и продолжая разглядывать зелёные кудри в толпе. Вдруг одна из девушек побежала к заказному ди-джею и что-то ему сказала. В глазах короля появился интерес, ведь он беспонятия что там происходит. Музыка стихла, а пятого клона бесцеремонно впихнули на инпровизированную сцену ввиде стола. Было сразу заметно как парню неловко, но выбора не было. На изящное плечо приземлилась не менее красивая скрипка. «Откуда она у него вообще?..» - пронеслось в голове фиолетововолосого, но не успел он толком подумать, как зал залился приятной мелодией. Она не была классической, но и современной её не назовёшь, больше похоже на какую-то танцевальную британскую, такую интенсивную и затягивающую, что тело само уходит в пляс. Красивые пальцы зажимали струны и смычок, что быстро плавно передвигался по ним. Гордеев невольно отметил что этот парень и правда красив. Из-под полупрозрачных зелёных очков со спиралями было видно длинные ресницы на закрытых глазах. Вару выглядел очень даже эстетично. Музыка скрипки все продолжала заполнять зал, все время меняя то темп, то вид мелодии. Пик вспомнил как совершенно случайно попал на импровизированный концерт зеленоволосого, что устроили преподаватели. Этот парень играл и вправду волшебно и король ещё раз в этом убедился. Так продолжалось всего минут 25-30, а это не мало. Суворов знатно подустал и поспешил заявить об этом остановкой игры. Всё ему бурно заапладировали, а он отвесил шутовской поклон и слез со стола, вновь спрятавшись в толпе. Восьмой был заворожен этими плавными и уверенными движениями. Очень хотелось услышать его игру ещё не один раз, но увы.. Неожиданно на горизонте показалась все та же зелёная макушка, что направлялась в сторону короля. Вару дико устал и, посчитав свой долг успешно выполненным, решил наконец напиться, сегодня праздник в конце концов. Взгляд пронзительных зелёных глаз устремился на Пика и зацепился на нем, а после появилась ехидная ухмылка. — что-то я тебя не видел в начале тусы! - пытаясь перекричать вновь включенню музыку, воскликнул валет, подошедший с двумя стаканами алкоголя и протягивая один стакан Гордееву. Что конкретно там было намешано никто не знал. — я просто пришёл позже, кстати здорово играешь! - взяв стакан, воскликнул Пик, также пытаясь перекричать музыку, но сделал это заметно тише чем зеленоволосый. — спасибо! А почему опаздал? - пятый сделал глоток и забавно сморщился, вкус был довольно спецефичным, поэтому тот предпочёл чем-нибудь закусить все с того же стола. — просто захотелось! - хмыкнул парень, тоже отпивая и сразу закусывая, о чем не пожалел. — ха! Понятно! Разочарую тебя, ты пропустил охриненную драку Криса и Джейна! Угадаешь из-за чего, или правильней сказать кого, она была? - с ухмылкой спросил валет, смотря каким-то азартрым взглядом, будто только что сорвал крупный куш. — Кейт! - хмыкнул Пик, смотря таким же взглядом и ещё раз отпивая подозрительно мешанину. — в точку, Шерлок! — ээх.. Надо было прийти вовремя, уверен, это было эпично! — не представляешь на сколько! Этот блондин сломал Крису руку! А та стерва стояла в стороне и смеялась! - с весёлой ухмылкой пролепетал Вару, вновь отпив напиток. — да ладно?! Надеюсь это кто-нибудь заснял?! — конечно! - ухмылка стала более азартной и Суворов повертел своим телефончиком. — охриненно! Мне определенно нужна эта запись! - хмыкнул король. — диктуй телефон, сейчас скину! Пик продиктовал номер телефона и пятый записал его, сразу скинув видео. — кстати! Я Вару, а тебя как звать, красавчик? - усмехнулся валет, смотря хитрым взглядом. — Пик, но ты можешь звать меня парнем мечты! - сразу подхватил настрой фиолетововолосый и оба начали смеяться. Темы для разговора находились сами собой, они обсуждали все! От яжемамок до личной жизни общаги. Время шло и "коктейли" пролетали со скоростью света.

Утро. 13:39

Похмелье - самая ужасная и посовместительству последняя стадия вечеринок. Казалось будто сотни молоточков били по черепу изнутри. «Не стоило пить ту дрянь...» - первое, что пронеслось в голове Пика. Парень принял сидячее положение и начал массировать виски, пытаясь унять боль и только потом осмотрелся где он. Это была одна из гостевых комнат Стивена, хозяина этого дома. Видимо Пик остался у него. Только потом он заметил что полностью голый, его и ещё чьи-то вещи валялись по всей комнате, а на одеяле осталось пару небольших следов вчерашних развлечений. Голова вмиг загудела ещё сильней и король повернул голову на место рядом. Из-под одеяла, которым были укрыты оба, виднелась зелёная кудрявая шевелюра. Холодный пот окатил Гордеева и он не знал куда себя деть, но и просто уйти он определённо не мог, поэтому он решил постараться и напрячь все извилины, дабы вспомнить что вчера было.

Часов 15 назад

Парни весело болтали и смеялись, коктейли летели один за другим и от намешенного там уже кружилась голова и отнимало мысли, в голове оставалась лишь пустота. Не смотря на позднее время и отсутствие здравого смысла у всех, вечеринка продолжалась и прекращаться явно не собиралась. Мозг отказывался нормально работать и Вару, пьяно улыбаясь, повёл Пика за руку куда-то, а тот и не сопротивлялся. В итоге они пришли в какую-то из комнат и пятый припечатал старшего к двери, проводя носом по сильному изгибу шеи и опаляя ее жарким дыханием. Губы валета приблизились к чуть смуглой коже, оставляя несильный засос. Гордеев был в немом шоке и даже трезвость ненадолго вернулась, но, видимо, только для того чтобы осознать ситуацию и поменяться с парнем местами. Теперь Вару был припечатан лицом к двери, которую сразу закрыли на замок. Зеленоволосый намеренно чуть прогнулся в спине, поднося привлекательные упругие бедра к чужому паху. Король на это закусил губу и взял изящные запястья в одну руку, прижимая их к все той же двери над головой пятого. Раздался тихий, почти звериный, рык и Вару оказался прижат немаленькой тушей к злощастной двери. — я хочу тебя, Вар~ру - тихим бассом сказал восьмой на ухо младшему. — тогда возьми меня! Всего без остатка! - чуть-ли не простонал Суворов. Возбуждение сильно накатывало на него, и он уже не мог терпеть. — предупреждаю - я буду груб~ — люблю плохих мальчиков!~ - хмыкнул валет, вновь начиная елозить бёдрами. Ещё один рык и зеленоглазку бесцеремонно бросили на кровать, вновь прижимая большим телом к мягкой поверхности. Старший провел носом по изгибу шеи, опаляя её горячим дыханием и ещё больше накаляя атмосферу. Руки валета прошлись по сильным предплечьям и плечам, чуть сжав их. Пик оторвался от шеи и навис над скрипачом так, чтобы их носы соприкосались. Не сговариваясь, парни сцепились в глубоком, горячем поцелуе. Руки пятого пошли ещё выше, зарываясь в лохматую шевелюру и прижимая партнёра ещё ближе. Король уже пробрался под одежду младшего, после, уже разорвав поцелуй, просто бесцеремонно сдирая с парнишки верх. Вару на это судорожно выдохнул, ещё не отойдя от крышесносного поцелуя, и ухмыльнулся. — нравится?~ - паренёк выпутал руки из чужих волос и провел ими по своему торсу, демонстрируя себя во всей красе. — уже представляю что ты будешь стонать, как последняя шлюха, и становится тесно в штанах, не хочешь помочь?~ ты ведь это заварил~ - с хищным взглядом говорил восьмой, перехватя тонкое запястье Суворова и положив его на свой пах. От такого действия парень ни капли не растерялся, даже больше - начал мягко переминать в ловких ручках бугорок, после и вовсе беспардонно растегнув ширинку джинс и засунув руку в боксеры, уже напрямую касаясь затвердевшей плоти. — а ты не из робких как я погляжу - хмыкнул фиолетовласый, блаженно закусывая губу, эти навязчивые и медленные движения просто сводил с ума, продолжая затуманивать и без того пьяный разум. - не хочешь поработать ротиком?~ Гордеев положил свою большую ладонь на зелёные кудри, после спустив её к лицу и приподняв её за подбородок. Большой палец залез в небольшой ротик, заставляя разомкнуть губы. Все это выглядело до ужаса горячо, а движения руки на собственном члене продолжали распалять. — все для вас, мой король~ - хмыкнул скейтер немного прикусив палец и обведя его языком. Рука отпустила чужое достоинство и Вару перевернул их обоих, оседлав бедра старшего. Парень облизнулся и начал медленно опускаться вниз, даже не пытаясь скрыть что он его дразнит. Раздался ещё один утробный рык и вальта бесцеремонно приблизили за волосы к стоящему в постройке смирно члену. — нц! Какой же ты нетерпеливый! - буркнул скрипач, чмокая удивительно мягкими губами головку и проходя по ней языком. Пик тяжело дышал и полулежа наблюдал за каждым движением шутника, его рука довольно сильно сжимала зелёные локоны, но видимо их обладатель был и не против. Ловкие ручки скейтера потихоньку, почти незаметно, снимали джинсы со старшего сразу вместе с нижним бельём. — думаю, это нам не к чему~ - игриво пропел парень уже откидывая не нужную вещь в сторону. Губки валета обхватили розовую головку, начав её посасывать и всячески обводить языком. — грр~ прекращай медлить!~ - снова прорычал король, чуть надавливая на чужой затылок, возбуждение никак не сходило, а лишь наростало, заставляя чувствовать странную эйфорию. — терпи! Иначе я этого делать не буду! Вару решил перейти в наступление, но это не возымело вообще никакого эффекта, парня снова притянули за волосы к достоинству, намекая продолжать действия. Зеленоволосый легко подул на головку и снова взял её в рот, теперь уже заглатывая глубже под натиском чужих ладоней. — вот таааак~ продолжааайй~ - довольно промычал восьмой, насаживая чужой податливый ротик глубже. Вару тихо мычал от натиска, но руки у гитариста были действительно сильными, и это даже восхищало мальчишку. Он продолжал потихоньку брать глубже в силу размера своего рта, ведь член у старшего был не такой уж маленький. Ручки пятого подобались к яичкам, начав переминать их, принося ещё больше удовольствия. Заглотить получилось только чуть дальше половины, только вот обладателя этого агрегата такое не устраивало, так что он все продолжал давить на затылок, из-за чего Суворов продолжил мычать, только теперь громче. Член все глубже проскальзывал в глотку и, когда глубина была удовлетворительной для Гордеева, он начал двигать голову мальчишки вверх и вниз, от чего тот все продолжал мычать и ставить брови домиком. Это странное ощущение, вроде и рвотный рефлекс подступает, желая вытолкнуть инородный объект, а вроде и какое-то удовольствие. Доводить старшего до пика Вару не стал; этот колом стоящий ствол ему ещё пригодиться. Сам же обладатель этого ствола был явно недоволен таким раскладом. — не рычи, сейчас будет интересней - растянулся в ухмылке скрипач, нависнув над восьмым, пока дотягивался до дальней тумбы и искал в ней что-то. Оттуда был выужен какой-то крем с увлажняющий эффектом. — думаю сойдёт~ - почти пропел паренёк, бросив бутылек рядом и начав стягивать с себя низ, демонстрируя себя в всей красе. После Вару закусил губу и принялся крайне активно шарить ручками под чужой футболкой, впоследствии откидывая и её в далёкое странствие. Взору пятого престал накаченный торс старшего, он был без единого изъяна. Зеленоглазый даже удивился и позволил себе провести по нему рукой, будто убеждаясь, что он настоящий. — Вар~ру, не тяни кота за яйца, иначе я тебя просто так трахну! - это уже выводило из себя, казалось, что скрипач намеренно издевается и заставляет лишь возбуждаться ещё сильней. — ххмм~ я уже говорил тебе, какой ты нетерпели~ивый?~ - игриво протянул пятый, беря в руки тот бутылек и открывая его. Крем быстро оказался на изящных пальцам, которые поднесли к колечку мышц. Немного намазав импровизированной смазкой проход, Вару вставил один палец и сразу начал себя растягивать, дабы не тянуть время ещё сильней. Он постанывал и прогибался в спине — все эти ощущения для него были впервые, но, благодаря алкоголю, страха словно и нет. Разминал и прогибался над старшим он не долго - его бесцеремонно дёрнул за руку стихии рыком, заставляя прекратить свое действо. Внутри уже свободно перемещались два пальца и длинноволосый посчитал, что этого вполне хватит. Противная и широкая ухмылка растянулась на лице, что смотрело на старшего сверху вниз. Парень явно специально накалял атмосферу, особенно своими изящными прогибами и раздражающе медленными действиями. Ловкие ручки пристраивали чужую плоть в нужном направлении, но Вару не спешил что-либо начинать, дразняще потираясь ягодицами. Терпение Пика было на исходе, а глаза уже горели алым - от злости и возбуждения. Крепко взяв так и манящие полушария в большие руки, гитарист раздвинул их и резко насадил зеленоволосого вниз, что до этого момента все продолжал ухмыляться, только ещё шире, словно ожидая того момента, когда Гордеев сорвётся. В этот момент лицо координально поменял свое выражение, ухмылка слезла, стянувшись в одну линию поджатых губ, а за полупрозрачными очками было видно, как сильно парень закатил глаза. Младший не знал куда деть свои руки и просто оперся на торс старшего, бесцеремонно водя по нему руками. Оба тяжело дышали. Обоих уже окончательно покидал разум, хотя скорее всего они забыли его ещё где-то за дверью. На секунду желтоглазый отвлёкся от облапывания аппетитных форм Суворова и стянул с него очки, мешавшие четкому зрительному контакту, закинув их куда-то за пределы кровати. Уже после рука легла обратно на ягодицу, уже вполне привыкшего к ощущениям парня. Лёгкое поднятие податливого тела и резкий спуск вниз, сопровождающийся стоном и довольно громким рыком. Их обоих все вполне устраивало. Пик начал задавать темп, еле слышно постанывая и рыча от удовольствия, а Вару подмахивал бёдрами ему навстречу, почти захлебываясь в собственных стонах. Долго это не продлилось - оба были близко к грани и быстро кончили, даже не вспомнив о хоть какой-то безопасности. Только вот на этом ничего не закончилось. Пока скрипач пытался отдышаться после крышесносного оргазма, его жёстко скинули на кровать, утыкая лицом в подушки и прижимая собственным весом. Бедра зеленоглазого подняли, прогибая в спине, а сам парень был и не против, шаловливо крутя ими и покусывая губы от нетерпения. В глазах обоих плясали черти, а по красивым бедрам из пульсирующей дырочки медленно и соблазнительно стекала белая субстанция. Они оба желали жести, подчинения и такой приятной грубости. Не став дожидаться хоть какого-то разрешения, старший снова вошёл в парня, сразу сбиваясь на резкий темп и с удовольствием слушая чужие стоны и крики, хлюпанье собственного семени и шлепки бёдер о бедра. Позы менялись с ужасающей скоростью и парни сами не успевали за собой уследить, просто наслаждаясь. Губы обоих уже сводило от головокружащих поцелуев. Они оба были с ног до головы в метках и укусах друг друга. Не смотря на подкатывающую усталость и ужасно сбитое дыхание, они не хотели останавливаться. Словно если сейчас они закончат, то больше никогда не увидятся. Оба чувствовали молнию пробежавшую между ними и так же притягивающую их же друг к другу. Время уже перевалило за пять утра, медленно приближаясь к шести, когда парни кончили в последний раз и буквально отрубились едва Пик вышел из тела младшего.

Наше время.

Пик нервно обкусывал ноющие губы и зарывал руки в спутанные волосы. Просто уйти он не мог, но и собственное липкое тело его весьма удручало. Было решено сходить в душ и вернуться. Ему бы точно не помешало немного освежится.

***

Через минут 20 Гордеев снова зашёл в комнату, пропахшую ароматами слияния двух тел. Не знаю, как это описать, но, короче говоря, запах секса, причём не отвратительный, а скорее приятный, уверяющий, что двум негласным участникам было очень даже хорошо. Разглядывая свою шею и плечи в зеркале на пустом шкафу, гитарист почуму-то чувствовал удовлетворение. Услышав копошение со стороны кровати и тихий болезненный стон, от которого, казалось, все внутри перевернулось и скутилось в приятный узел внизу живота, старший сразу развернулся к кровати, где потирал глаза, а после голову, зеленоволосый паренёк, которого Гордеев даже не рассматривал в интимном плане. — башкаааа~ - болезненно простонал скрипач, переворачиваясь и тихо шипя, а после раскрывая глаза и наконец замечая ещё одного человека в комнате. Когда Вару, не без шипения принял сидячее положение, оголяя бледную кожу с огромным количеством укусов и совсем редких засосов и растягивая по лицу привычную ухмылку. - кажется ты вчера немного перестарался - хмыкнул парнишка, блестя вполне довольным и ситуацией глазами. — чт... Я думал сейчас будут возмущения и сожаления, разве это не так происходит?.. - Пик был в полной растерянности от такой реакции, даже не зная, что ему предпринять. — пх.. Ты думал, что я подошёл бы к тебе, если бы ты мне не понравился? - по комнате прокатился громкий, приятный и весёлый смех. Гитарист не знал, что ответить и просто опустил взгляд дракон из глаз в пол, стараясь унять жар в лице. С одной стороны высокомерие этого мальчишки жутко бесило, но с другой чувствовалось какое-то удовольствие, от того, что он ему понравился. — в любом случае, все было по обаюдному согласию, так что не парься - на лице появилась ехидная ухмылка и зеленоволосый свесил ноги с кровати, вылезая из под одеяла, вновь демонстрируя свое тело в всей красе. Он тоже был весь в укусах и засосах. Он тоже был очень даже доволен.

***

Мысли смешивались в один огромный узел. Голова все так же пульсировала от обилия мыслей. Переступая через пустые бутылки, а иногда и спящих людей, Гордеев пробрался к выходу. Схватив свою кожанку, он просто оставил её висеть на руке, выходя на улицу. Свежий воздух немного успокоил, но голова все ещё была забита тем парнем, его телом, стонами и противной издевательской ухмылкой. Только сейчас до Пика дошло, что тот преспокойно первый к нему подкатил, ещё и получив номер.

Только сейчас до него дошло, что этот зелёный с самого начала на что-то рассчитывал!

Злость, смущение, удовольствие и какое-то разочарование смешивались в одну неприятную смесь. Это была его лучшая ночь. Теперь парень даже не представлял, что ему делать. Похоже оставалось только поверить в любовь с первого взгляда. Правда, они теперь вряд-ли хоть когда-то пересекуться. Скорее всего, для скрипача это было что-то вроде развлечения на одну ночь. Хотя... Может надежда и есть.

***

Так называемые каникулы пролетели со скоростью света. Пик все это время искал информацию про Вару Суворова, но нашёл только его полное имя, возраст и достижения в университете. Во всех соц. сетях у него был приватный аккаунт, а выдавать себя парень не хотел. За все это время зеленоволосый с ним не связывался, поэтому все надежды на радужное будущее с крахом разваливались. Сегодня начинался новый семестр. С ебучей практикой. Радости от этого не было никакой, да и вообще желание учиться пропало, но все же любимая гитара заставила Гордеева встать на ноги. Вот и вновь будут переполненные коридоры, шум, бесконечные пары, не редкие концерты. Зайдя в здание, фиолетововолосый сразу направился к нужному кабинету. Сейчас снова начнётся обыденная череда из учёбы. Только сейчас он понял, что та ночь, да и вечеринка вовсе, сильно разбавили его будни. Похоже теперь он будет чаще посещать вечеринки..

***

Все пары уже закончились, и Пик собирался домой. Ему больше нечего здесь делать... За сегодня его взгляд огромное количество раз цеплялся за зелёную макушку. Он постоянно находился в окружении людей, что-то возбуждено рассказывая и комментируя. Он ни разу не обратил на старшего внимания, словно ничего и не было и это вполне нормально - разок перепихнуться, дабы расслабиться. Владелец драконьих глаз уже собирался выходить, как его окликнули. Джейн. Со сломанной рукой. И Стивен. Только сейчас он вспомнил про отправленное видео, которое, к слову, так и не посмотрел. А стоило. — привет, чувак - блондин протянул руку для приветствия, а гитарист, как и полагается, пожал её. - там в актовом зале намечается вступительный концерт, ты идёшь смотреть? Говорят, там будет выступать Суворов с новой композицией! - все в университете были глубоко поражены его игрой и даже те, кто разбирался лишь на любительское уровне, подбирали челюсти с пола. Недолго думая, Пик пожал плечами говоря безразличное "а почему бы и нет?" и отварачиваясь от выхода. Всё внутри горело, путалось и завязывалось в узел, стоило только вспомнить о кудрявом. Его стоны, лицо, нежные руки. Гордеев уже чувствовал, как начинает возбуждаться, но надо было собраться и успокоится. Великому Вару до простого смертного нет никакого дела. И надо просто принять это. Трое парней уже направлялись к огромному кабинету, где и проходили все концерты, конкурсы и прочие мероприятия. В голове фиолевоволосого были лишь мысли о скрипаче и как же Джейну повезло, что практика не скоро и он успеет выздороветь. Небольшая компания из трех парней уселась в центре зала, ожидая начала. Они пришли очень рано, поэтому отхапали самые лучшие места. По залу суетились учителя, все подготавливая и проверяя выступающих, коих было немного. По объявлению, вывешенному на доске объявлений, всего их было 7. Открывает концерт Лилит. Довольно красивая девушка чуть старше 20 лет. Она играет на пианино. Её игра тоже красива, но не так как у Вару, ведь его обожали абсолютно все учителя и никто не мог с ним сравниться, ведь, как говорил когда-то профессор, он играет от всей души. А вот закрывает концерт как раз-таки Суворов. Видимо это было придумано специально, в надежде привлечь побольше учеников. Через 15 минут зал уже был полностью заполнен. Все профессора сидели в первом ряду, ожидая начала. На сцену вышел директор. Прошла вполне стандартная вступительная речь и пожелания удачи в учёбе. На этот концерт пришли почти все, не было только отсутствующих по болезни и прогульщиков. Тем не менее зал был наполнен битком. Наконец занавес открылся. Между центром и правыми кулисами стоял рояль, а ровно через минуту на сцену вышла брюнетка, элегантно садясь за инструмент. Раньше Гордеев не посещал подобные мероприятия - было неохото просиживать просто так здесь штаны, когда можно поиграть дома на гитаре или погулять. Но сейчас другая ситуация. Девушка играла чудесно, но, вспоминая игру зеленоглазого, это казалось детским лепетом. Остальные пять человек тоже не особо впечатлили Пика, особенно третьекурсник с гитарой, он его вообще разочаровал. Теперь улучшить настроение мог Вару и только Вару. Даже просто его присутствие уже подбодрит парня. Момент X настал. На сцену выходит Суворов и его тут же встречают бурными аплодисментами. Но есть одна деталь, что сразу бросилась в глаза.

У него с собой было два чехла.

Парень положил оба на стул от рояля и достал привычную всем скрипку. Гордеев кинул взгляд на учителей, что недоуменно перешептывались. Видимо они тоже не знали, что задумал выпускник. Инструмент мягко приземлился на плечо, которое несколько недель назад сжимал и кусал гитарист. Такие красивые пальцы нежно сжимали смычок, прямо так же, как и сжимали его член, водя по нему ладонью. Встрепенувшись, зеленоглазый мягко улыбнулся и начал играть. Это было как и всегда бесподобно. Ловкие пальцы зажимали аккорды и водили смычком по тонким струнам. Не смотря на милую и непринуждённо улыбку, Пик на ментальном уровне чувствовал волнение парня. Музыка была нежной и... Печальной? Казалось, что именно сейчас музыкант выплескивает свои эмоции, рассказывая всем о них. К концу она стала более волнительной и тревожной, заставляя сердце замирать. Это была словно повесть о печальной и неразделенной любви. Гордеев словно прочувствовал все эмоции парня и прочитал его чувства. Вдруг изумрудный глаза посмотрели чётко в его сторону, заставляя сердце пропустить удар. Гитарист даже не услышал громких аплодисментов и просьб о выходе на бис, полностью погрузившись в глубину смотревших на него глаз. Скрипач улыбнулся шире и хитро прищурился, отвешивая поклон и снова прикладывая смычок к струнам.

Все это время эти изумруды смотрели ровно на обладателя драконьих глаз.

В зале снова настала оглушительная тишина. Парню казалось, что быстрый и громкий стук его сердца слышат абсолютно весь зал, просто не обращают внимания. Музыка снова разлилась по залу. Теперь она была более радостной, передавая надежду исполнителя. Это была не просто песня.. Это было обращение к кому-то и Пик никак не мог отвести взгляд от омутов играющего, что были направлены в упор на него. Сердце все продолжало учащать ритм. Гитарист никогда бы не подумал, что что-то такое способно смутить его и заставить волноваться. Но все-таки всему приходит конец и эта песня тоже закончилась, сопровождаемая новой порцией аплодисментов. Вару вновь поклонился и сложил скрипку. Всё застыли в недоумении, ведь от его исполнения было записано 3 композиции, две старых и одна новая, которую он сочинил сам в эти каникулы. Из второго чехла, на который студенты только обратили внимание, была выужена электрогитара, а ассистенты, переносящие декорации и инструменты, тут же выстовили две колонки по бокам, пока сам Суворов подключал к ним инструмент. Так же на сцену поставили микрофон. Такое поставило в ступор всех и даже учителей, ведь их о таком не предупреждали, да и вообще парень специализировался только на скрипке, ходя на гитару как на допы. Никто даже и не знал, что он на ней играет. Зеленоглазый постучал по микрофону, проверяя работает ли он. Он работал. Сделав вдох-выдох, которые можно было услышать, если очень хорошо прислушаться, Суворов начал играть. Это была электрогитара, но его эмоции... Волнение, печаль, надежда... Все это ощущалось. — Ничего не снится, Мне не спится, Чтобы не спиться, Я возьму спицы. Свяжу любовь из порванных нервов Она всё-таки стерва. Искусала, Тело, душу целовала, Кровь кипела, Но ей видимо было мало. Убежала-а-а… Вернись! - его голос заворожил весь зал, а то как отчаянно он пел, цеплялось за душу. Пик всматривался в эти омуты и видел там отчаянье и слезы. Они граничили с надеждой. Сердце словно скребли кошки, ведь он поёт это явно кому-то, но то, как он часто останавливал на Гордееве свой пронзительный взгляд, успокаивал похлеще валерьянки. Я не хочу без тебя спать, Я не хочу умереть в кровати, Я не хочу без твоих объятий, Невыносимо тебя желать. Я не хочу без тебя дышать, Лишь одеяло согреет плечи, Ты знаешь, это меня не лечит, Я не хочу без тебя спать. - губы уже гитариста заметно дрожали и это заметили все. Парень выглядел так, словно находился на обрыве и пытался докричаться хоть до кого-нибудь. Я не сплю уже три недели, Кофе не пью, и так на пределе, Если сойду с ума – Виновата ты сама. В полночь позвонила, Цепи разорвала, Снова возбудила – Всё-таки было мало. Убежала-а-а…. Вернись! Я не хочу без тебя спать, Я не хочу умереть в кровати, Я не хочу без твоих объятий, Невыносимо тебя желать. Я не хочу без тебя дышать, Лишь одеяло согреет плечи, Ты знаешь, это меня не лечит, Я не хочу без тебя спать. Как ты могла, так поступить, Так завести и отпустить, Как ты могла, ну как ты могла… Еее… уоуоуо… Я не хочу без тебя….. Никто не знал, как реагировать, но кто-то начал хлопать и одобряюще свистеть. Все были где-то в ауте, а одна женщина из профессоров, преподающая пианино даже разревелась, да и многие девченки пустили слезу, это явно была одна из тех сопливых песен с помощью которых признаются в любви, вот только кому она... Никто не знал и лишь один человек надеялся. Как оказалось это не все. Рвено выдохнув, Вару начал наигрывать похожий мотив, его пальцы дрожали, но этого никто не замечал. — Снова праздник. Снова ты. И моя любовь не в тему. Снова падать с высоты. Биться головой о стену. Ты прекрасен,ты молчишь,но я слышу твои слезы. Мне все ясно - ты кричишь.К черту эти розы! Знаешь,я теряю свободу,когда теряю тебя. И я теряю голос. Пропадаю в небе и снова рождаюсь после дождя. В поисках белых полос. Для тебя никто я и что я вообще могу изменить?! Я для тебя не первый. Чтобы между нами осталась эта нелепая нить - Я разрываю нервы! Это легче чем забыть.Наслаждаться этой болью. Я люблю тебя любить,мазать раны сладкой солью. Все прекрасно,все пройдет,остаются только шрамы. Но не лей ты этот йод на сквозные раны! Знаешь,я теряю свободу,когда теряю тебя. И я теряю голос. Пропадаю в небе и снова рождаюсь после дождя. В поисках белых полос. Для тебя никто я и что я вообще могу изменить?! Я для тебя не первый. Чтобы между нами осталась эта нелепая нить - Я разрываю нервы! Музыка стихла, остался лишь оглушающая тишина, а через секунду послышались восторженные крики. Даже учителя завороженно хлопали, не смея хоть что-то возразить. Поклонившись в последний раз с ослепительной улыбкой, Суворов убрал свой инструмент и, взяв оба чехла, направился за кулисы. Лишь самые внимательные видели, как он дрожал. Люди начали медленно и неохотно вытекать из зала, Пик же покинул его самым первым. Он почти бежал ко входу за кулисы. Заметив выходящую зелёную макушку, он бросился к нему, хватая за руку и затаскивая в туалет, находящийся напротив выхода из-за кулис. Уже внутри он прижал парня к себе, зарываясь носом в густые кудри и жадно вдыхая их запах, словно глоток кислорода. Скрипач даже не успел ничего понять. Оба инструмента свалились на пол, чудом не пострадав. Только поняв, кто именно его обнимает, младший тут же уткнулся в чужую шею, сильно обнимая крепкую спину дрожащими руками. Ему хотелось рыдать в голос, очень уж много в нем накопилось. — я тебя люблю... - жаркий шопот старшего опалял чувствительное ухо, заставляя покраснеть и сжать губы. — я тебя тоже... - маленькая улыбка на все ещё дрожащих губах. Замок туалета тихо щёлкнул и это прозвучало как призыв к действию. Парни слились в горячем и желанном поцелуе, водя руками по телам друг друга.

Они оба этого очень желали и ждали.

Им нужно было только те три слова и больше ничего. Одежда летела в стороны, она только мешала сопрокосновению тел. Это был не секс, это было чистое желание и...

Любовь.

Теперь все точно будет хорошо.