И обретет надежду призрак

Цзян Чэн с Цзинь Лином вошли в главный зал, где уже собрались практически все кланы. Отовсюду раздавались перешёптывания. Кто-то из глаз хмурым взглядом оглядывал остальных, некоторые смотрели по сторонам, впервые будучи во дворце, но большинство разговаривали. Управлял всем этим балаганом Цзинь Гуанъяо, который бегал между гостями и предлагал напитки, то и дело нервно смотря в сторону Лань Цижэня, тоже пришедшего на собрание. Цзян Чэну, у которого уже заболела голова от гомона голосов, пришла в голову лишь одна мысль. — Сегодня он ещё радостнее и любезнее чем обычно. Не нравится мне это. Ещё и на бывшего главу Лань странно косится. Будто знает, или подозревает что-то. Чтож, у этого человека всегда была хорошая интуиция, в отличие от него самого. Цзян Чэн совершенно не представлял, почему здесь собралось столько кланов. Пожалуй здесь не было только самых малочисленных. Цзинь Лин шокировано оглядывался по сторонам. Он ещё никогда не видел такое количество людей в одном месте. Пожалуй, единственной вещью, которая его не удивляла, был сам дворец. За время своей жизни он был здесь несколько раз и привык к столь богатой обстановке, в конце концов он был наследником ордена Цзинь, а его дядей был Цзинь Гуанъяо. Наконец Сичэнь начал собрание, своим голосом заставив замолчать всех заклинателей. — Уважаемые главы всех собранных здесь кланов, я собрал вас здесь, лишь по одной причине. — На лицо заклинателя легла тень, но он, тяжело вздохнув, продолжил. — Для рассмотра обстоятельств, произошедших 10 лет назад и возможного заключения под стражу Цзинь Гуанъяо. Упомянутый на этих словах вздрогнул, но тут же расслабился, услышав вокруг возмущенные возгласы. Цзинь Лин нервно вздохнул и испуганно посмотрел на главу Лань. Что он такое говорит, его дядя хороший, он бы никогда не сделала ничего плохого! Цзинь Лин в этом точно уверен, ведь когда он был маленьким, дядя всегда был с ним и заботился о нем. Такой человек просто не может быть плохим! Мальчик оглянулся на дядю, надеясь, что сейчас тот обязательно выразит протест, ведь глава Лань определенно что-то путает! Но вместо этого наткнулся на сосредоточенный и холодный взгляд темно-синих глаз. Он оглянулся на призрака, надеясь что хотя бы тот поддержит его и попытается сделать хоть что-то, но ничего не происходило. Призрак плотно сжал губы и уставился в пустоту, не сдвигаясь с места. Что за чёрт происходит? Почему никто из них не возражает? Это ведь не правда, дядя Гуанъяо хороший! Хотя я не могу винить дядю Цзяна, наверно он просто не может высказать против, он ведь глава Ордена. Но шисюн... Его ведь всё равно никто не видит... Может ли это быть из-за того что в жизни у него были плохие отношения с дядей Гуанъяо? Но нельзя же быть таким злопамятным! Чёрт, почему шисюн начинает злить меня сильнее, чем обычно? Это странно... Громкий голос Лань Сичэня вновь перекрыл голоса всех присутствующих. — Я понимаю, что никто из вас не будет обвинять главу известного ордена в чём-либо без доказательств. Именно поэтому, всё это время я тщательно собирал их. И одним из первых доказательств, это письмо, адресованное давно умершей жене Цзинь Гуанъяо. Я нашёл его, когда исследовал место самоубийства Цинь Су. Оно лежало в её одежде. Все мы считаем, что она совершила самоубийство, но до сих пор непонятно из-за чего. Сейчас я прочитаю отрывки из этого письма. Если же вы не поверите мне на слово, то сможете подойти и посмотреть лично. Если вы считаете, что это подделка, я вас разочарую. Опять же, можете подойти и убедиться после того как я закончу чтение. Главу Лань, казалось, совсем не смущали взгляды, направленные на него. Причины этого были вполне понятны. Приглядевшись, можно сразу увидеть темные круги под глазами главы и его отсутствующий взгляд. Цзинь Лину казалось, что этому человеку всё равно даже на суд над Цзинь Гуанъяо, но он понимает, что должен это сделать. Ради восстановления справедливости. Ради правил Гусу Лань. О, как же Цзинь Лин ненавидел в этот момент главу Лань. Он как будто специально читал медленно, издевательски растягивая слова. Мальчику казалось, будто он наслаждается шокированным выражением лиц присутствующих. Будто ему нравится видеть перекошенное лицо дяди Гуанъяо, который застыл посреди зала, даже не пытаясь что-либо сделать, или изменить. — ... являешься сестрой Цзинь Гуанъяо... Вступила в брак с собственным братом... убил Цзинь Жусуна, своего собственного сына... подставил политического соперника... В тишине зала раздавался монотонный голос Лань Сичэня. Он не желал замолкать ни на секунду, не давая никому из присутствующих вздохнуть. И тут голос главы стих. Все замерли в напряжении, нервно переглядываясь, сжав костяшки пальцев до побеления или с омерзением и ужасом смотря на Цзинь Гуанъяо. Через несколько секунд один из глав мелкого клана подбежал к Лань Сичэню. Он схватил письмо и судорожно пробежался глазами по строчкам. Севшим голосом заклинатель подтвердил слова главы Лань. — Он не соврал... Цзинь Гуанъяо, этот ублюдок! — заклинатель побежал в сторону главы Цзинь, одновременно с этим доставая меч. Все присутствующие прибывали в шоке, поэтому никто не успел вовремя среагировать. Да никто и не хотел. Так и надо этому преступнику! — Это ещё не всё! — голос Лань Цижэня заставил возможного убийцу резко остановиться. — Раз теперь большая часть правды раскрыта, не проведешь ли нас всех в свою тайную комнату, Цзинь Гуанъяо? Заклинатели все как один озверевшими взглядами посмотрели на человека в золотых одеждах. Что ещё натворил этот «честный и правдивый» лицемер?! — Конечно, Лань Цижэнь. В голосе Цзинь Гуанъяо звучала обречённость. Он знал, что когда-нибудь все его преступления раскроются и за них придётся платить по счетам, так что давно уже смирился. Какая разница, если они узнают о всех его преступлениях? Призрак обратил внимание, что на этих словах глава ордена не подозрительно быстро замахал веером. Неужели знал об этом? Это он помог в раскрытии преступлений? В голове вертелось тысяча вопросов, ни на один из которых он ответить не мог. Сейчас его больше волновало моральное состояние Цзинь Лина. Не каждый день узнаёшь, что твой дядя убийца и манипулятор. Ему сейчас наверное тяжело. Но сейчас призрак не мог сделать совершенно ничего. Цзян Чэн взволнованно посмотрел на племянника. Тот зажал уши и не откликался, сколько бы дядя его не звал. Вздохнув, глава быстро написал записку о том, куда все направились и ушёл вслед за остальными в тайную комнату. Внезапно Цзинь Гуанъяо остановился. — Чего это ты застыл, ублюдок?! Иди давай! Глава Цзинь улыбнулся и повернулся к Лань Сичэню. — Тайная комната находится в моих покоях, слева от кровати. Ключ от неё под кроватью, под крайней левой доской. — Что... Цзинь Гуанъяо улыбнулся и воткнул меч себе в сердце. Он улыбался, когда падал в собственную лужу крови. Улыбался, смотря на попытками Лань Сичэня остановить кровь. Улыбался до самого конца. Взвесив всё, Цзян Чэн понял, что на самом деле не так уж и сильно шокирован. И уж тем более ему не было жаль этого ублюдка. Получил то, что заслужил. А ведь они даже не знают, какие преступления он совершил до всей заварушки с собственной сестрой. А вот Цзинь Лин... Он наверняка искренне любил Цзинь Гуанъяо... Лань Сичэнь молча встал с пола, не потрудившись вытереть руки от крови и предложил всё же пойти в тайную комнату. Все заклинатели так же молча пошли вслед за ним, не в силах прокомментировать произошедшее. Цзинь Лин остался наедине с призраком. Вэй Усянь пытался подобрать правильные слова для успокоения племянника. — Цзинь Лин... — прозвучал неуверенный голос призрака. Он подлетел к мальчику и попытался обнять его, но тот отодвинулся. — Я понимаю, что тебе тяжело, но давай мыслить позитивно... — ПОЗИТИВНО?! Ты полный придурок, раз говоришь это в такой ситуации! Ты не представляешь какого мне сейчас! — Цзинь Лин закричал и гневно посмотрел на призрака со слезами на глазах, который весь сжался от этих слов. — Наверняка при жизни ненавидел дядю, а сейчас мысленно радостно смеешься! — Нет, Цзинь Лин, я... — ЕСЛИ БЫ ЭТО БЫЛО НЕ ТАК, ТЫ СДЕЛАЛ БЫ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ, КОГДА ЕГО ОБВИНЯЛИ! Но ты просто стоял и смотрел, даже не пытаясь ничего сделать... ТЫ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ! Это ты во всём виноват! Я уверен, что это ты помог Сичэню в поиске доказательств! — Цзинь Лин, ты не понимаешь, что говоришь! УСПОКОЙСЯ! — в голосе призрака зазвучала обида. — Как я могу доверять тебе, если ты даже своё имя мне не называешь?! Настолько мне не доверяешь?! Даже дядя... Никто не попытался ничего сделать! Обида прошла так же быстро, как и появилось. Естественно... Только он виноват в том, что Цзинь Лин ему не доверяет. Он всегда во всём виноват... Цзинь Лин без сил упал на пол. Его плечи сотрясались в рыданиях, а руки бессильно били по ковру. Вэй Ин подлетел к мальчику, и решая оказать хоть какую-то поддержку, приобнял за плечи. Цзинь Лин с яростью оттолкнул его. — Отвали от меня! Уйди, УЙДИ, УЙДИ! ОСТАВЬ МЕНЯ ОДНОГО! И НИКОГДА НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ! Не то клянусь, я натравлю на тебя Фею! И по его глазам Вэй Ин понял. Действительно натравит... И не будет обращать внимания на его панические возгласы. — Я понял, Цзинь Лин. Призрак исчез, оставив полностью разбитого Цзинь Лина одного.