До первых снегов

      В замке Раджахили Эллаира и Кристиан пробыли несколько дней. От былого любопытства и энтузиазма девушки не осталось ни следа. Она совсем поникла из-за недавних событий и постоянно сидела в отведенных ей покоях, не выходя на свежий воздух. Кристиан и его семья пытались ободрить молодую королеву, но тщетно.       — «Это попытка узурпации трона! Как я могла такое допустить?! Как королева Мегарис посмела так поступить? Я ведь всегда уважала её, относилась как к тётушке. Это так ужасно. И Уайатт... Я видела такую боль в его глазах, что...»       На этом её мысли прервались – в покои вошёл Кристиан.       – Дорогая, как ты? Как ты себя чувствуешь? — он подошёл к её кровати, легонько приобнял.       – Как и вчера, и позавчера, и ещё несколько дней назад. Я отсиживаюсь здесь, когда мой трон бессовестно узурпирован той, к кому я относилась почти как к собственной матери! —она выкрикнула эти слова, но тут же опешила, осознав, что сделала. — Прости, Кристиан. Я не нарочно. Я просто... Я не могу так. Мне тяжело вдали от дома. Это тягостно и невыносимо знать, что твой трон занят тем, кто отобрал его, ведя нечестную борьбу. Как можно было спланировать заговор за моей спиной? Я не понимаю, — голос дрогнул – Эллаира заплакала.       – Любовь моя, я вижу, как ты страдаешь. И мне тоже больно. Давай прогуляемся. Природа в моем королевстве прекрасна, у нас есть чем тебя удивить.       Девушка кивнула головой.       – Тогда даю тебе немного времени приготовиться. Я зайду за тобой позже. — И он удалился из покоев.       Эллаира позвала служанку.       – Можешь подать мне удобный наряд для прогулок и заняться моими волосами?       – Непременно, Ваше Величество. Дайте мне пару секунд. — Женщина скрылась за дверью, а через несколько секунд действительно пришла обратно с великолепным платьем. Оно не было таким пышным, какие обычно носила молодая королева. Но это и к лучшему. В таких платьях, как раньше, здесь было бы проблематично гулять. Поэтому она согласилась и надела серое платье чуть ниже колена без особых украшений. На них не было настроения. Главное – удобство. Служанка собрала волосы Эллаиры вверху и закрепила большой заколкой, чтобы полностью их захватить.       В этот же момент в покои вошёл Кристиан.       – Вижу, ты готова. Выдвигаемся?       – Да, пойдём.       Они без труда вышли за пределы замка, а после и самого столичного города. Девушка почувствовала, как сразу стало немного легче дышать. Здесь не было так многолюдно, как в столице. Так, идя некоторое время, они дошли до леса. Лес был величественным, походим на те, что находились на родине королевы. Они спокойно зашли в него. Внезапно откуда-то из глубины леса послышались какие-то звуки.       – Это лесные нимфы, — Кристиан, словно прочитав мысли жены, ответил на её вопрос.       Их нежное и гипнотизирующее пение буквально зачаровывало. Этот звук заставлял подчиниться и следовать все дальше и дальше в лес. И вот, почти в самом центре показалась небольшая васильковая поляна с речкой. Необычайной красоты место! Сказочное, чарующее. Какое-то подозрительное, но приятное спокойствие обволакивало тело Эллаиры, из-за чего она совершенно расслабилась и поддалась вперёд, подходя к речке. Из речки выскочила одна из нимф. Существо с любопытством рассматривало человека, но не боялось, словно такие «посетители» навещали её очень часто. Тут она протянула свою перепончатую руку навстречу девушке. Та ответила.       – Это невероятно! Я чувствую, будто между нами какая-то связь. Восхитительно! —Эллаира улыбнулась, оголяя свои белые зубки.       – Я рад, что тебе нравится. — Нимфа нырнула в воду, плеснув водой. И лишь на мгновение показался её хвост, перед тем, как она окончательно исчезла в реке.       – Мы можем ещё прогуляться здесь? Мне так нравится.       – Разумеется. Вся эта территория в твоём распоряжении.       И они продолжили свою прогулку. К тому времени, как положено было обедать, они вернулись во дворец. После зашли в обеденный зал. За столом уже сидели Светлана и Владимир.       – Прошу, дорогая, присаживайся. Угощайся, наши повара постарались, чтобы удивить тебя, и приготовили свой фирменный обед: конфи из кролика со специями. На десерт у нас сегодня мандариновая гранита с ванилью, — Виктория была ну очень доброжелательной, обращаясь с Эллаирой как с собственной дочерью.       – Благодарю, Ваше Величество. Я ещё не пробовала таких блюд, но они выглядят изумительно. Так что не терпится вкусить их.       И все приступили к обеду. Слуги подносили добавку, некоторые закуски, подливали вино в бокалы.       – Как ты себя чувствуешь, Эллаира? — Владимир осторожно стал «прощупывать почву».       – Вы знаете, ваш сын великолепно развлёк меня сегодня. Мне уже намного лучше. Думаю, вскоре я смогу приступить к решению этой непростой проблемы. Благодарю.       – Мы рады это слышать. Думаю, это повод поднять тост, — бывший король встал из-за стола, подняв руку с бокалом, —этот тост за королеву Эллаиру – самую смелую девушку, какую я только имел честь знать. И за то, что она справится с преградами и вернёт то, что предначертано ей судьбой! Выпьем!       Все выпили. После обеда Эллаира отправилась к себе в покои, чтобы отдохнуть, ведь прогулка, какой прекрасной она не была, утомила её. Поэтому девушка положила голову на мягкую подушку и прикрыла глаза. Спала она без беспокойств, мирно. Проснувшись уже вечером, она встала, подошла к окну и взглянула на небо. Пред ней предстал пламенный закат необычайной красоты.       – Какой замечательный закат. Давно таких не было. Отец говорил мне, что в мой день рождения был такой же. Как грустно, — она поникла, вернулась в постель, — скоро я вернусь домой. И заберу то, что по праву моё.       С такой явной решительностью она уснула снова. Но в этот раз молодая королева была настроена так, как никогда. Она поставила себе цель: вернуть трон и королевство любой ценой.       А в это время в королевстве Треспия всё шло не так, как раньше. Королева Мегарис усадила на трон своих детей: принцессу Ванору и принца Аларика. Они, как и их мать, были заносчивыми, жестокими и тщеславными. И были рады занять трон соседнего королевства, лишь бы их мать расширила свои территории. Замок опустел, опустела земля, природа будто перестала быть яркой, как раньше. Все поникло, потускнело. Не было ни капли былой радости и счастья, которыми могли похвастаться жители Треспии. Все это бесследно исчезло. Осталось уныние и тоска. Королева Мегарис пыталась выставить себя не той, кто отобрал трон, а той, кто согласился взять на себя ответственность и посадить во главу государства своих детей, дабы сохранить суверенитет. Конечно, жителям было все ясно, был ясен тот обман, который так поразительно метко поразил соседних монархов. Но у них не было возможности как-либо действовать. Им оставалось лишь ждать, пока их королева придет к ним на помощь.