Build God, Then We'll Talk

Эндрю с опустошенным выражением лица смотрел на этих двух придурков, Тесея и Пейрифоя, которые, видимо, головой ударились. Не зря Нил постоянно приговаривал себе под нос «слабоумие и отвага», когда вот такие вот кадры спускались к ним Царство мертвых. — Повтори, — приказал Эндрю Тесею. Нет, Аид все прекрасно расслышал. Просто поверить не мог, что столь «отважный» приказ, да и еще в его сторону, вообще посмел слететь с губ. Что-то эти все герои стали уж больно смелыми. Если Олимп так поощряет дурные выходки их отпрысков, то Эндрю придется спустить их с небес на землю. Или под землю. В любом случае, они уже были здесь, в его царстве, так что ничего сложного не будет. — Мы… — немного неуверенно начал Тесей, но потом вздохнул в грудь воздуха побольше, набираясь смелости. — Мы требуем, Аид, бог царства мертвых, чтобы ты вернул на землю богиню плодородия. Если бы Эндрю мог смеяться, то он бы определенно сейчас расхохотался в приступе истерики. — Удивительная тупость, — пробормотал он себе под нос. Эти смертные были такими наглыми, что зла на них не хватало. Ну как можно было спуститься в царство мертвых, в место его силы, где он был могущественнее всего? И что-то потребовать от него? Эндрю подозревал, что во всем этом как-то замешан Зевс. О да, эти двое из ларца никогда бы не спустились к нему без помощи этого ублюдка. От такого даже не предложения, а самого настоящего приказа, он был не просто зол. Это была самая настоящая ярость, какую смертные еще никогда в своей жалкое жизни еще не видели. Тем не менее, он не стал им этого показывать. — Если вам так нужна Персефона, — медленно начал Аид, поморщившись от этого имени. — То вы должны сначала доказать, что достойны ее. Понимаете ли, славные воины, я не могу отдать царицу преисподней. Вы должны ее заслужить. Аж самому становилось тошно от того, что он говорил. Но он не собирается отпускать их просто так, не после такой наглости. Тем более, это был неплохой способ повеселиться для него и Нила. — Я хочу, — продолжал Эндрю. — Чтобы вы сели на трон Леты, что вырублен в скале у самого входа в царство умерших. Если вы сможете с него встать, то, конечно же, получите Персефону. ХХХ — Как долго они должны будут там сидеть? — с сомнением спросил Нил, наблюдая за двумя молодыми людьми, которые пытались встать с трона Леты. Временами в царстве бывали подобные… гости, но надолго они не задерживались. Обычно Нил уговаривал Эндрю отпустить их наверх. Нилу хватало здесь только его бога, слуг и снующих туда-сюда душ, которые были довольно безобидны. А на живых людей он посмотрит в следующие шесть месяцев, срок которых уже подходил. Тогда он поднимется на землю, чтобы провести полгода с матерью. И Нил ненавидел эти полгода. Он был богом плодородия, но люди ему не сильно нравились. Эндрю лишь пожал плечами. — Столько, сколько потребуется, — туманно сказал он. — В конце концов, они почему-то решили, что имеют право на то, чтобы потребовать у меня освободить богиню Персефону из-под моего владычества. Нил поморщился, когда услышал это имя. Он ненавидел, когда его называли Персефоной, потому что он элементарно не был женщиной. Но почему-то его мать решила, что так будет лучше, мол, плодородие не может быть мужчиной. Хоть он как бы был, но тогда еще, только родившись, с ней спорить он не мог. И только с Эндрю он всегда мог быть тем, кто он есть на самом деле. — Почему они все так уверены, что меня надо освобождать? — надулся Нил. — В конце концов, у нас с Зевсом есть определенные договоренности, с которыми я согласен. — Твоя мать хорошо постаралась, чтобы все думали иначе, — закатил глаза Эндрю, погладив Нила по щеке. Как напоминание для самого себя, что он не начал сходить с ума в подземном царстве. Что Нил действительно существовал. — Ведь всем же так хочется спасти бедную и несчастную Персефону. Вы только посмотрите, да ее же тут держат в заложниках. На губах Нила расцвела маленькая улыбка. Расцвела так же, как и его тупые цветы, которые в царстве мертвых теперь были повсюду, потому что этот придурок не может держать руки при себе. Эндрю старался не обращать внимания, как внутри него все перевернулось, при одном взгляде на него. А ведь прошло уже не одно столетие с тех пор, как Эндрю якобы украл его у матери. Но это совершенно другая история. — Да или нет? — спросил он. — Да, — тихо ответил Нил. Обычно вокруг Эндрю все только умирало. И его это, в принципе, всегда устраивало, но потом в его подземном мире появился Нил и… цветы действительно зацвели. И фраза «смерть всего лишь начало новой жизни» впервые приобрело свою ценность. Он наклонился и коротко поцеловал его. Губы Нила, как и всегда, были теплыми и мягкими. Рядом с ним все всегда было мягким и теплым, хоть Нил на самом деле и не был таким. Он значительно отличался от того человека, что рисовали смертные в своих легендах, какие слухи про него распространяли боги. Но Нил правда был тем светом. И Эндрю неосознанно тянулся к нему. — Это был долгий день, — пробормотал Эндрю ему в губы. — Я устал и хочу отправиться в свои покои. С тобой. «День» был, конечно, лишь формальностью, потому что в царстве мертвых не было времени суток. Они просто существовали в своем пространстве, но Нил привык жить по определенным правилам на земле. Эндрю долго противился какого-то распорядка дня, предпочитая тот хаос, в котором он существовал. Но совсем скоро он понял, что иногда бывает приятно лежать рядом с Нилом в одной постели, держать его в своих руках, если он того желал. Просто закрыть глаза и забытья ненадолго. Нил отстранился, снова улыбаясь. — Устал? — усмехнулся он. — Но ты же буквально ничего не сделал. — Еще слово, и ты будешь сидеть на троне с теми придурками, — с неудовольствием сказал Аид, отталкивая его. — Харон за сегодня не привез ни одной души, — напомнил ему Нил вдогонку, когда Эндрю начал уходить от него. — Я тебя утоплю в Стиксе, — пообещал Аид. — Ну, ты можешь попробовать, — улыбался Нил. И все остальные души могли подождать.