Дьявол с ангельским лицом

Последняя неделя августа пролетела быстрее, чем мне бы хотелось. Почти каждый день мы с Серегой выбирались куда-то погулять, встретились с одноклассниками, выпили много бутылок пива – в общем, кайфовали. Наслаждаться последними днями свободы мешало только то, что мысленно я снова и снова возвращался к этому странному незнакомцу. Мне не хотелось признавать, что он меня заинтересовал. Немногие «видят людей насквозь», как говорится. Да и что уж греха таить – он запомнился мне эстетической красотой. Нет, я не в том плане, что он стал объектом моих ночных фантазий. Всё-таки родители частенько просвещали меня в культурном плане, да и сам я увлекался скульптурой. Так вот с художественной точки зрения он был красив. По крайней мере, я пытался себя в этом убедить. И не было ни дня, чтобы я не вспоминал его насмешливый тон голоса и светло-карие глаза. «Увижу ли я его ещё когда-нибудь? Фух, надеюсь, что нет. Не хватало ещё раз попасться ему на глаза в каком-нибудь дурацком виде», - рассуждал я, но тут же гнал такие мысли подальше. А потом возвращался к ним снова. Вот в таких очередных размышлениях я провожал вечер тридцать первого августа. На линейку идти не хотелось. Стоять целый час на стадионе, слушая речь директора и выступления школьных кружков самодеятельности, вести первоклашек на их первый в жизни урок, а потом ещё классный час и сразу две литературы. Мы с другом считали вопиющей несправедливостью то, что уроки начинались у нас прямо в первый день. Радовало только одно: учитель русского языка и литературы в прошлом мае уволился, и, если директор не нашел нового – то есть надежда что мы пойдём домой как все белые люди. Наша школа была в каком-то роде уникальной: после девятого класса каждый мог изучать программу по вкусу и не тратить много времени на предметы, которые ученик не собирался сдавать на ЕГЭ. Так я выбрал русскую и зарубежную литературу, химию, иностранный язык, обществознание и математику. Серега, как верный товарищ, выбрал те же предметы. Остальные часы распределялись на другие предметы поровну. Да и выглядела школа презентабельно: на огромной территории располагались два здания для учеников с первого по пятый класс и с шестого по одиннадцатый, здание бассейна, пристроенное к «началке», спортивный комплекс и какие-то теплицы. И всё это богатство поддерживалось в отличном состоянии благодаря щедрым спонсорам и государственным стипендиям. Лежа в кровати, я старался настроиться на нужный лад. С наслаждением вспоминал школьную столовую, уроки физкультуры, которые первый месяц должны проводится на улице, учителя по химии и библиотеку. Ладно, ради всей этой прелести можно и потерпеть первое сентября. «Жаль, конечно, что учебный год начнется не с химии – мотивации учиться стало бы больше. И так хочется увидеть остальных ребят. Наверное, надо тусовку какую организовать, все-таки последнее школьное первое сентября. Интересно, кого нам принесет в качестве учителя литературы?» - с этими мыслями я не заметил, как уснул. Наутро меня разбудил голос мамы. Она нежно потрепала меня по голове, кивая на оставленную школьную форму, и позвала к завтраку. Через пятнадцать минут я сидел в столовой, уминая тосты с яйцом и кофе. Тут же сидела мама, ещё не успевшая залипнуть в ноутбук, и сестра, что-то яростно печатающая в телефоне. Место папы во главе стола привычно пустовало, но его всё равно никто не занимал. - Ева, отвлекись ты от телефона, - с легким недовольством сказала мама. – В кои то веки все вместе за столом сидим, утро раннее… - Они хотят урезать нам проценты от продаж! – выпалила сестра. – Кто-то должен бороться за справедливость! - Да борись на здоровье, кто мешает! Только сначала позавтракай, - голос мамы стал тверже. – И не забудь про таблетки перед уходом. Сестра только лишь закатила глаза, но телефон отложила, продолжая гневно поглядывать на экран. Остаток завтрака прошел в спокойствии. А ещё через двадцать минут мы с ней уже устроились на заднем сидении машины: водитель вез меня в школу, а Еву на работу. Дома я наотрез отказался брать букет для классного руководителя – ей и так цветов сегодня надарят классы помладше, что я буду, как дитё? У ворот школы меня уже ждал Серега. Заметив знакомую машину, он поспешно выкинул окурок в сторону, чем вызвал дружный смех в салоне. - Подумаешь, какая тайна, - веселилась сестра. – Как дети малые прячетесь всё время с этими сигаретами. Ладно, школьник, иди учись! - Пока, старушка, и тебе не хворать! – в тон ей ответил я, вылезая. В этот же момент к Сереже подошли наши одноклассники, Дима и Богдан. - Салют! – поздоровался я со всеми тремя. - Слушай, Есь, мы тут спорим – где лучше закатить сегодняшнюю тусу? – с ходу спросил Дима, будто мы виделись вчера, а не пару месяцев назад. - Я предлагаю завалиться в новое местечко, открылось в начале лета, - высказался Богдан. – Там и автоматы есть, и всякие катки – не катки, и девчонкам будет чем заняться. - А я предлагаю хату снять! Как взрослые люди посидеть, напиться. Эти автоматы – детский сад, - протянул Дима. Диме, в отличии от большинства одноклассников, этим летом исполнилось восемнадцать. Его родители сотрудничали с моими, но детство он провёл в Бельгии, у бабушки по папиной линии. Она наотрез отказалась отпускать внука в Россию в семь лет и поступил он в лицей только в восемь – в один год с нами. Среди учителей и администрации школы он был известен как подающий надежды спортсмен, а среди одноклассников – как самый лучший заводила и душа компании, без которого не проходила ни одна вечеринка. - Да сколько нам детьми то быть осталось, - с сомнением сказал Богдан. Он понимал, что сдаёт позиции. Богдан был из семьи ректора местного университета и балерины. Он, как и я, страстно тяготел к литературе и всему «высокому», выигрывал для школы олимпиады за компанию с Серегой и рисовал в альбомах на скамейках в спортивном зале, пока Димон тренировался перед очередными соревнованиями. - Привет, мальчики, о чем спор? – раздался недалеко от нас женский голос. Мы обернулись. По тротуару, с невероятной скоростью перебирая каблуками, к нам спешили главные красавицы нашей школы – Полина и Алиса. Они умудрялись даже в одинаковой школьной форме выглядеть как инь и янь: блондинка и брюнетка, одна выше другой. У обеих в честь первого учебного дня завиты и уложены волосы. Полина махала нам рукой, увешанной браслетами, Алиса же, едва поспевая за высокой подругой, просто улыбалась через силу. - Привет, девчонки! – почти хором сказали мы. Пока здоровались-обнимались, к нам присоединились Паша и Маша, двойняшки, и Саня, брат Полины. Споры по поводу лучшего места для празднования продолжались вплоть до стадиона, где мы встретили весь остальной класс. В итоге было принято решение проголосовать после уроков, а начало речи директора заставило всех замолчать. Ну, разве что Дима и Богдан продолжали спорить, понизив голос. - Доброе утро, дорогие ученики, их родители, бабушки и дедушки, учителя и администрация школы! – директор сделал паузу, раздались аплодисменты. – Я рад приветствовать всех, от самых маленьких, да самых старших! Я не буду много говорить, а сразу предоставлю слово главе нашего района Самойлову Глебу Карловичу. На сцену, воздвигнутую специально для линейки, поднялся пузатый мужчина. Я мысленно возвел глаза к небу: пока они все выступят я поседеть успею! Чтобы скрасить время, я решил понаблюдать за толпой. Это куда более интересное занятие. Так как толпа стояла буквой «П», мне было удобно разглядывать противоположную сторону: в первом ряду, почти не видные из-за пышных букетов и белых бантов, стояли первоклашки, за ними второй класс, третий – и так по возрастающей. Замыкали строй одиннадцатиклассники и родители. Я с улыбкой вспомнил своё первое в жизни школьное первое сентября. Мы с папой тогда сильно опоздали на линейку – он, видите ли, забыл, что его сыночка идёт в первый класс и пока собирались, вызывали такси и ехали, всех уже распределили по классам и начался первый урок. Но, как оказалось мы были такие не одни. Вместе с нами в дверном проёме оказался Серега со смущенной бабушкой, мы тогда с ним отдавили друг другу ноги, а вдобавок он умудрился заехать мне локтем в глаз – так и подружились. Что ни говори, а мужская дружба самая крепкая. Вся остальная начальная школа прошла в туманных воспоминаниях, и половина средней тоже. Мы дружили, ссорились, играли в догонялки, спорили и просто были самыми обычными подростками нашей культурной столицы. Уже в старших классах начались первые влюблённости и первые слёзы, ревность, смешки девчонок за спиной, записки, снова слёзы – и так по кругу. В итоге к одиннадцатому классу в школе было несколько разбитых сердец и одна крепкая пара – Полина и Игорь из параллельного класса. Им завидовали все, от мала до велика. Встречаться они начали ещё классе в восьмом, и до сих пор были неразлучны, как два попугая. Ну а что с них взять – стереотипная парочка: первая красавица школы и спортсмен, оба при деньгах, и сосватаны друг другу с младенчества. Даже в сказки поневоле верить начнёшь, как на них посмотришь. Что до меня, так девчонки меня мало интересовали, хотя популярностью я пользовался. Ну не интересно мне это всё пока что, и что с того? Целовался я с Алисой один раз, классе в девятом, на спор – и всё. Понял, что пока что это не моё. А встречаться просто ради статуса – да ну, какая глупость. Не встретил я ещё «ту самую», и слава богу. Я улыбнулся своим мыслям. Как же всё-таки хорошо учиться в школе… А вот что будет дальше – неизвестность, взрослая жизнь, темнота. Ну да ладно, есть ещё годик впереди, можно расслабиться! - Эй, Ромео, чего лыбу давишь? – ткнул меня в плечо Серега. – Погнали мелких в класс отводить, линейка кончилась! - А, блин, да так, школьные годы вспоминал, - не переставая улыбаться, ответил я другу. - Ну ты даёшь, пенсионер, - рассмеялся он. – Давай вооот тех близняшек возьмём, они в «А», в нашем бывшем кабинете. — Это в том самом, где ты меня чуть без глаза не оставил? – напомнил я ему нашу первую встречу. - Да блин, я же столько раз уже извинился! – воскликнул он. – И вообще, кто прошлое помянет – тому глаз вон! - Оставь мой глаз в покое уже! На этой веселой ноте мы с другом проводили первоклассников в кабинет и поспешили в своё здание – на классный час. - Фух, ну наконец-то! – с чувством сказал Сережа, бросая портфель на парту. – Я уж думал у меня ноги отнимутся! – он плюхнулся на стул и стал для пущей убедительности растирать лодыжки. - И не говори, - согласилась Алиса, усаживаясь рядом с ним. – А мы ещё и на каблуках! - Преклоняюсь перед вами, дамы, - усмехнулся я, занимая своё место за другом на третьей парте. Да, ещё одна особенность нашей школы – девочки сидели с мальчиками, и никак иначе. В начальной школе мы ещё пытались бунтовать против этого абсолютно неуместного правила, но директор умел убеждать (в основном, заставляя нас бегать вокруг школы). Сейчас мы понимаем, что благодаря такой рассадке наш класс стал очень дружным. - А как думаете, как наш новый учитель выглядит? Надеюсь, молодой красавчик, читающий стихи на французском вслух… - мечтательно протянула Маша. - Так-так, притормози оргазмы! – возмутился Серега. – Сейчас размечтаешься, а окажется какой-нибудь упырь. - Ну, смею предположить, что сходство с упырём у меня минимальное, - раздался голос у дверей класса и мы дружно обернулись к говорящему. У меня перед глазами пронеслась, наверное, вся жизнь. Мамочка, забери меня обратно! Ибо в дверях стоял тот самый мужчина… - Ребята, представляю вам нового учителя русской и зарубежной литературы, Кравцова Антона Сергеевича, - тоном, совершенно ей не присущим, пропела Инга Васильевна, наш классный руководитель. – В этом семестре я, как обычно, буду вести у вас классное руководство, если ничего не поменяется. По расписанию сначала должен был идти классный час, но Антон Сергеевич очень попросил меня провести свой урок первым… - она немного замялась, было видно, что она хочет пошутить в своей обычной манере, но не решалась, - и потом уже попрошу всех остаться, нам нужно многое обсудить перед началом нового учебного года, - она обвела глазами класс и замолчала. Наверное, думала, что новый учитель что-нибудь добавит, но он ничего не говорил, изучая классный журнал. – В общем, вы всё поняли. И да, не подведите меня! – она покосилась на Антона Сергеевича, но он снова ничего не ответил, и она, поджав губы, вышла из класса. Надо сказать, что нашу классную мы любили. У неё был легкий характер, она была ещё молодой девушкой, и пришла работать в школу сразу после педагогического института. Мы попали под её «опеку» первыми, как только перешли в средние классы, и она сразу же нашла с нами общий язык. Конечно, могла поругать за провинности, вызвать родителей в школу, но только по справедливости. За это все её и уважали. - Ну что ж, давайте знакомиться, - поднялся со своего места учитель, как только за классной закрылась дверь. – Моё имя вы знаете, если вкратце – родился и вырос я в Минске, учился в Чехии, но родители мои русские, после университета приехал в Россию, какое-то время преподавал в Московской гимназии этот же предмет. Скажу сразу, нянчится с вами я не собираюсь. На моих уроках действует три правила: дисциплина, своевременная сдача домашних заданий, и посещаемость. Особенно это касается тех, кто выбрал литературу своим профильным предметом. Уж не знаю, за какие грехи вы попали именно ко мне, но знайте – я не допущу до сдачи ЕГЭ тех, у кого будем менее семидесяти пяти процентов посещаемости, и менее восьмидесяти баллов на пробном экзамене в мае. Да, назвать эту речь вдохновляющей было проблематично. Мы переглянулись с Алисой, которая тоже собиралась сдавать литературу, и я прочитал у неё в глазах тот же ужас, который был у меня внутри. Более жесткой была разве что учитель по математике, но ей положено, она же математичка. Весь класс сидел как пыльным мешком прихлопнутый. Мы привыкли к тому, что наш прежний учитель был поклонником театра, и многие оценки мы получали, если разыгрывали отрывки из произведений. А теперь всё будет совсем иначе. Однако, мёртвая тишина абсолютно не смутила Антона Сергеевича, он продолжал свой монолог: - - Сейчас я буду называть ваши фамилии, а вы встанете, в двух предложениях расскажите о себе, и отметите, будете ли вы сдавать литературу, - он на секунду бросил взгляд на журнал, - Алдошина Евгения, прошу. Я слушал вполуха рассказы одноклассников. Про большинство я знал и так много, а вникать в остальное мне мешали мысли. И всех возможных и невозможных вариантов встречи произошёл именно этот. Ну только мне могло так повезти, конечно. «И ещё половине твоего класса, идиот», - напомнил мне внутренний голос. И как теперь быть? Литература – этот тот предмет, который я проводил в основном в библиотеке, а не разбирая с классом нудятину. А что, даже не придраться было! Школьную программу я читал мало, меня не очень интересовала русская классика, зато за зарубежную я взялся с большим энтузиазмом. Но ведь её не включают в задания на ЕГЭ, а значит, на первом же пробнике я покажу перед Антоном Сергеевичем себя полным идиотом. «В который раз», - насмешливо проговорил тот же голосок у меня в голове. «Эй, ты должен быть на моей стороне!» - ответил я себе, не до конца осознал нелепости ситуации – спорю сам с собой, здравствуйте. Тем временем, приближался мой черед рассказывать о себе. Но именно в этот момент голос в моей голове замолчал – там образовался вакуум. А что я могу рассказать? «Здравствуйте, меня зовут Елисей, я не могу выкинуть Вас из головы?» Я с тоской взглянул на часы. Звонок должен прозвенеть буквально через несколько минут! И у меня сам собой в голове родился план моего побега со второго урока литературы, а заодно и своего спасения. Ещё в конце прошлого семестра классная говорила, что первого сентября мы все отправимся в библиотеку за новыми учебниками – вот и повод лишний раз погонять по коридорам, а заодно и «откосить» от второй литературы: пока будет вся эта беготня с учебниками, меня не хватятся! Я улыбнулся своей находчивости. Заодно можно прихватить с собой Серегу, уж он не оставит друга в беде. Хотя теперь сам собой назревал вопрос: а как мне сказать другу о причине нашего прогула в первый учебный день? А потом ещё и классный час, там Инга уж точно не обрадуется такому началу года. Что же делать? У меня было буквально несколько минут на размышления, и один вариант казался мне хуже предыдущего. Можно, конечно, просто слинять, а там уж как-нибудь само решиться… «Ага, ну сегодня ты сбежишь, а дальше что? Весь год бегать не получится, а тебе ещё экзамены сдавать!» - я, сказать по правде, немного ненавижу уже свой внутренний голос. Но вот спасительный звонок! Как раз перед моим именем! Ну, это точно знак. Я уже хотел пихнуть Серегу, как вдруг Антон Сергеевич, слегка повышая голос, чтобы перекрыть начавшееся шевеление и шептание в классе, сказал: - Звонок для учителя, вы что, не в курсе? – он встал из-за стола, а в его голове послышались насмешливые нотки. – Дойдём до конца списка и там устроим перерыв. Весь класс замолчал. Никто из учителей ещё не покушался на святое любого ученика – перемену. Держу пари, он ещё и математичку переплюнет своей дисциплиной… - Кто у нас следующий? Так, Портнов Елисей, прошу. Я медленно поднялся со своего места, а он уставился на меня. На миг в его глазах промелькнуло какое-то странное выражение, по которому я понял две вещи. Первое – то, что он меня узнал, второе – что остаться в живых до выпускного мне не светит. Впрочем, так же быстро выражение его лица приобрело такой вид, с которым смотрят на нового знакомого, но который не особо то и интересен. Я мысленно возмутился. И это после тех «пламенных» речей о потерянном поколении? Да что с этим мужчиной не так? - Ну, Портнов, чего застряли? – он прервал паузу, которая, судя по всему, слишком затянулась, пока я был поглощён своими мыслями. Ну не виноват я что егочертовыкариеглаза так меня гипнотизируют! - Имя моё знаете, Антон Сергеевич, приятно познакомиться. Ничем больше от других не отличаюсь, - сумев совладать с собой, с вызовом бросил я, до последнего надеясь, что про игровые автоматы он что-нибудь ввернёт. - Всё понятно, - сказал он, опускаясь на стул и делая какие-то пометки в ежедневнике, лежащем рядом с журналом. – Литературу сдаёте? - Да, собирался, - не меняя тона ответил я. - Прекрасно, - он чиркнул что-то ещё, и, не поднимая глаз, добавил: - а за тон сразу ставим минус балл к будущему тесту. Садитесь, Портнов. - Что? Да с какой стати? – задохнулся я, а мои ближайшие соседи зашикали на меня. Серега, повернувшись, прошептал: - Есь, не нарывайся, сейчас ещё минус заработаешь! - Ваш одноклассник дело говорит, Портнов, - кивнул учитель. Ситуация его явно забавляла, а вот мне было совсем не до смеха. – Только что вам всем наглядно продемонстрировали неуважение к учителю, а это – нарушение дисциплины. За мелкие провинности я буду лишать вас одного балла, за опоздания – двух, за прогулы без причины – трёх. Тот, кто умеет считать до пяти, дальше разберётся сам. Я Вас предупреждал, выбирайте выражения, Портнов, - последнюю фразу он сказал мне глядя прямо в глаза. Мои ноги неволей подкосились, и я рухнул на стул. Казалось, он этими глазами заглянул мне прямо в душу. Весь класс замер в скорбном молчании. Да, уроки литературы не сулили ничего хорошего и никаких поблажек. Особенно, для меня. До конца урока никто не проронил ни слова, кроме отвечающих. И когда Антон Сергеевич отпустил нас раньше на десять минут, предупредив, что на первом же уроке нас ждет тест, никто не торопился бежать из класса, все были как пришибленные. Учитель же, кажется, радовался тому, каким оказалось его влияние. Мы с парнями со стеклянными глазами пошли в сторону местной курилки – так называли место за школьной оградой около теплиц, где нашими предшественниками была проделана дырка, но директор закрывал глаза на эту единственную вольность для учащихся, а во время проверок это место заваливали ящиками. - Ну, как вам урок? – начал разговор Паша. Он был одним из немногих, кому тоже уже исполнилось восемнадцать, и он чаще всего покупал нам сигареты. - Настоящий упырь, - протянул Серёга. Мы переглянулись и все, как один, залились смехом – надо же было напряжение куда-то деть. Отсмеявшись, Сережа продолжил: - Но, если честно, я не завидую тем, кто будет у него экзамен сдавать, - он сочувственно посмотрел на меня. – Интересно, чего это он на тебя так взъелся с первой же встречи? - Да ладно, экзамен то не он принимает, это же не универ, - попытался выдавить улыбку я, утешая скорее сам себя, нежели кого-то ещё. - Но готовить-то будет он, - покачал головой Дима. – Да, не повезло тебе, Еся. Будешь с Богданом за всех пацанов страдать! – он хлопнул меня по плечу, да так, что я поперхнулся дымом. Докурили в молчании, так же отправились обратно в кабинет – нужно было переварить информацию про учителя. А я ещё и был удивлён тому, что Серега его не узнал. Хотя, на месте друга, я бы скорее всего тоже не обратил внимания на, можно сказать, случайного прохожего. Поднимаясь на нужный этаж, мы столкнулись с Антоном Сергеевичем, который спускался вниз. Поравнявшись со мной, он сказал: - Портнов, задержись. Идите, мальчики, он вас догонит, - махнул рукой он остальным. Парни переглянулись, но, ничего не сказав, ушли вперёд, а я остался стоять перед учителем – на ступеньку ниже. Роста мы, видимо, были примерно одинакового, но смотреть приходилось снизу вверх, а подняться выше я не решался. - Что же Вы, Портнов, хамите учителю в первый же день занятий? – насмешливо поинтересовался он. – Это Вас игры такому научили? - Да я же не хамил, просто ответил! – воскликнул я. Ну что за несправедливость? Что он ко мне прикопался? - Ещё и пререкаемся. Эх, Портнов, теперь Вам придётся написать проверочную на пять, чтобы заработать хотя бы тройку, - он спустился на ступеньку и приблизился к самому моему уху, - а я предупреждал, чертёнок. Я резко дернулся, ударившись копчиком о перила, и зашипел от боли и несправедливости. Но перспектива получить оценку ещё ниже остановила меня от озвучивания всего того, что пронеслось в этот момент у меня в голове. Он улыбнулся одними уголками губ и стал спускаться дальше, ни сказав больше ни слова. Да, красиво уходить – это про него. Весь классный час я провёл в мрачных мыслях. Отмахнувшись от друзей с вопросом «чего он от тебя хотел?», я пялился в окно на ещё зелёные деревья и думал, что же такого я натворил в жизни, что мне такая карма прилетела? И вот если бы не эта проклятая литература и этим проклятым тестом– всё было бы куда радостнее и спокойнее. Никто не знает даже, чего ожидать от этой проверочной! По каким произведениям она будет? Или только по одному? Или каждому попадутся разные? На эти вопросы Антон Сергеевич не ответил, значит, повторять нужно всё. Надежды плечо верного друга было мало, ведь он не сдавал этот экзамен. Остаётся только прочитать за – когда у нас там литература? – в общем, до следующего урока всю программу. Я мысленно усмехнулся. Проще переехать в другую страну, сменить имя, отрастить бороду… Да куда там. Это всё мечты. - Рота, подъём! - помахал у меня перед носом рукой Серёга. – Погнали за учебниками! Я опять застрял где-то в мыслях и не заметил начала классного часа. - Ты сегодня весь какой-то контуженный, Есь, - проворчал он, когда мы уже несли стопки из библиотеки. - Всё норм? Или этот тип к тебе опять прикопаться успел? - Да нет, всё окей, - заверил я друга. Ну нет смысла мне посвящать в свои раздумья, он и так скоро всё сам поймёт. – Просто первое сентября, с молодостью прощаемся, можно сказать. - О, значит точно сегодня тусовку организуем! Особенно после такого урока, - понизил голос Серёга. - Да, точно, тусовка! – оживился я. Вот что поможет мне избавиться от плохих мыслей! В конце концов, это всего лишь школа. Главное, успешно сдать ЕГЭ, а на остальное как-то по барабану. Ну потерплю годик этого…кхм, учителя. Ничего, прорвусь! - Видимо, ты за то, чтобы квартиру снять? – повеселел Серый, увидев моё просветлевшее лицо. – Там в чате голосование, отметься только. - Разумеется! – и мне правда легче стало дышать. А то этот Антон, блин, Сергеевич всё настроение испортил. Ну ничего, скоро всё исправим! И с воодушевлением мы с другом понеслись в класс.