я тебя никогда не увижу

"простите" глупый, глупый, невозможно глупый! за что ты извиняешься? это я, я должна молить тебя о прощении, стоя на коленях, и я падаю на них, сильно ударяясь, мне не больно, наверное, наверное, потому, что я уверена — тебе больнее. я жму на эту глупую кнопку так быстро, так сильно. почему ты задыхаешься? почему ты падаешь? почему я не могу ничем помочь. "пожалуйста не бросай меня! всегда оставайся рядом со мной! что угодно! что угодно! только не бросай меня!" — такой надрывный крик, звенит в ушах, я не понимаю кто кричит, не понимаю, пока крик не спадает в хрипы, пока горло не начинает отдавать режущей болью. глупости, я не могу так кричать. " пожалуйста, джо, пожалуйста, прости". " мне так жаль, знаешь". в горле ком, меня тошнит, челюсть сводит неприятным спазмом, я задыхаюсь в собственных слезах, хрипах, жму на эту глупую, отвратительно глупую красную кнопку! мне так тяжело и больно дышать. знаешь, я пыталась себя убедить, что это потому, что сейчас очень жарко, очень-очень, и вовсе не потому, что ты мне больше не улыбнёшься, вовсе не потому, что у меня в руках эта глупая кнопка, и вовсе не потому, нет, совсем, нет, вовсе не потому, что я не смогла тебя спасти. джо тазуна мёртв я не чувствую земли под ногами, я не помню, представляешь? я совсем-совсем не помню, что дальше. стало так спокойно, так больно. больно настолько, что я судорожно продолжаю хватать ртом воздух, спокойно настолько, что я больше не сопротивляюсь.

***

ты говорил мне не сметь курить, говорил, я помню, не помню где достала сигарету правда, и не помню какую по счёту. кажется, украла у кейджи, кажется, он даже заметил. кажется, ему будто всё равно на целую пачку таких новых, чистых, почти нетронутых сигарет. у меня в руках, дрожащий, дрожащих так сильно, сигарета, докуренная до фильтра, докуренная до фильтра, и вот-вот обожжёт мне пальцы. мне снова тяжело дышать. стараюсь думать, что это сигареты, что это сигареты душат меня едким дымом, что это сигареты, а не ты, хватают меня за горло. стараюсь. "ты убийца, сара, моя любимая сара". стараться, правда, почему-то больше не получается. я сгибаюсь пополам, хвастаюсь за голову, выдёргивая волосы и закрывая уши. "замолчи, пожалуйста замолчи!" кейджи говорил такое не проходит. но, знаешь, он ничего не сказал про сигареты. наверное, ему они и правда совсем не нужны. он лишь смотрел так строго и с сочувствием. гин ко мне не подходит. говорит, говорит от меня пахнет табачным дымом, говорит, его тошнит. меня тоже тошнит. ты улыбаешься мне в лицо совсем не так, как раньше, ты улыбаешься, а у меня кровь в жилах стынет. ты улыбаешься, а я улыбаться больше не могу.