Когда снег покроет землю, я вновь тебя полюблю

В щели виднелся Минхо, мальчик по всей видимости танцевал. Если прислушаться можно было мимолётно услышать музыку. Она не была ритмичной, или что-то в этом роде. Музыка возбуждающим током проходила по венам, которые были готовы начать кровоточить от высокой температуры в этом зале. Ли делал то плавные, то резкие движения своим телом. Ноги, руки, голова. Он объединял это в танец, который казался настолько интимным, что Джисон замешкался и на секунду отвел взгляд, но потом сразу же повернулся обратно, так как глаза просто горели, испепеляя Минхо до дыма вокруг. Просили насладиться этим зрелищем подольше. То как Минхо танцевал не было похоже ни на что другое, что когда-либо видел Хан, эти движения были невероятными. Минхо был невероятным. Был совсем другим, он чувствовал себя максимально уверенно и раскрепощено. Ли ощущал этот танец всем своим телом и душой. Ловил мелодию и гармонично подстраивался под темп. Это настоящая услада для глаз. Неужели я не смогу оторваться и уйти? Что если он заметит? Что если расскажет всем, что я смотрел, расскажет что видел в моих глазах, — занервничал Джисон, закрывая глаза от накатывающей боли. У Джисона, в тот момент, можно было увидеть в глазах всё. От злости на самого себя до неопределимого восхищения и восторга. Они горели и просили большего, с каждым разом всё больше заглатывая и пожирая картинку. От Минхо скоро ничего не останется. Тает прямо как снег. Не думай про снег, не отталкивай его! Не сравнивай! — уверял себя он, хватаясь руками за голову. Боль не унималась и становилась только сильнее, заставляя пустить слезу. Подойди ближе. Он же так близко. Стой! Слишком горячо, Минхо исчезнет. Не надо, пожалуйста, не надо! — уже перейдя на шепот молил Хан. Джисон застыл на месте, не позволяя своей руке дотронуться до двери. Она замерла буквально за сантиметр до ручки, невесомо зависнув в воздухе. Хан сам весь застыл, будто что-то могло ему навредить, если он хотя бы дыхнёт. Ещё немного и он бы открыл дверь. Зашёл бы в этот прогоревший до капель пота на стенах, спортзал. Поджог бы Минхо и больше бы не смог отпустить. Он снег. Он просто снег. Ненавидь его и станет легче,— почти рыдая тараторил Джисон, в надежде успокоится. Он верил, что сможет оттолкнуть от себя Минхо. Осознавая что сейчас произошло, Хан судорожно закрутился по сторонам, собираясь уйти, но так-как он сплошная проблема, тихо это сделать не получилось. Джисон ступает на первые ступени, ведущие вверх к коридору. Он чуть-ли не падает от скорости, с которой поднимается к заветному лучику света, на том конце тёмного пространства. Вскоре он слышит громкий звук. По всему коридору проносится очень громкий звук падения. Парень не медлит и быстро встаёт на ноги, понимая что ему нельзя попадаться старшему на глаза. Немного оглянувшись по сторонам, он понял что никого по-близости нету и таким же быстрым темпом скрылся за лестницей на второй этаж, тяжело дыша от усталости и головной боли, не прекращающейся с того момента, как он увидел Ли. Минхо же, сразу обернулся на звук и выглянул из зала, дабы найти источник шума. Никого нет,— подумал Ли, закрывая за собой дверь в зал. Такие звуки весьма пугают поздно вечером, но Минхо не придал этому большое значение, так как тренировки никогда не проходили спокойно, без посторонних глаз или шума. Всегда находился тот, кто даже в такое позднее время скитался по школе, в поисках неизведанного, а точнее приключений на жопу, так как время отбоя никто не отменял. Продолжив тренировку, Минхо планировал остаться в зале на всю ночь, отрабатывая новую часть постановки для поступления в универ. Парень танцует всю свою жизнь и не все воспринимают это нормально, говоря что: «на этом не заработаешь», «это всего лишь хобби, перерастёт», «нельзя быть таким одержимым». Но Минхо таким способом выражает свои чувства. Он достаточно открытый для людей человек, но на самом деле, это всего лишь маска, которую он носит многие года, тренируясь на разных людях, которых встречает за свою жизнь. Ему тяжело показывать свои эмоции. Вроде проблем в детстве не было и школьная жизнь проходила весьма весело. У него было достаточно много друзей, но почему-то сейчас это так сложно. Ли не боится. Нет. Просто что-то,как будто перекрывает кран. Не получается выразить всё то, что так хочется сказать и оно скребётся внутри, вырываясь наружу. Ситуация довольно-таки похожа на случай Джисона, но Минхо не показывает никаких чувств, от слова совсем. Даже не так. Он то показывает, но совсем не свои, а те которые он долгие годы тренировал. Минхо давно увлекается танцами и не против связать с этим всю дальнейшую жизнь, но для нормальной карьеры или хотя бы, банально, заработка, надо практиковаться уйму времени. Простых занятий с тренером мало, поэтому он договорился с учителем физкультуры и теперь может использовать спортивный зал по вечерам, дабы улучшить свои навыки.

***

Тот вечер оставил большой след в районе груди, как будто кошка прошлась своими когтями, оставив после себя окровавленную дорожку. Хан теперь тупо не верит в свою гетеросексуальность…Запущено, однако. Так что, проверять теперь чтоли? — недоумевал Джисон, стараясь понять как ему сейчас поступить. А как такое проверить можно? Ну видимо для Хана это не проблема, он так загнался по поводу этого, что думал всю ночь на пролёт. Думал как же ему убедится, что он нормальный. — А и вправду как? — уже в голос, спросил сам у себя юноша, втыкая в потолок. Всё оказалось достаточно просто. Надо по-трахаться с девушкой и понять всё ли хорошо. Я бы даже сказал, убедится, что всё как обычно, — подумал он победно улыбаясь. Посчитав, что это гениальный план, Джисон начал думать, а где же ему такую девушку взять. Нельзя просто любую завалить, Хан все-таки не такой урод. Если и делать такие грязные вещи, то с тем, кто не против этого, а то совсем жутко как-то. Но Джисон в таких делах не шарит прям совсем поэтому, почему-то принял решение спросить у Чонинки. Он как раз рядом сидит, подперев голову рукой. Зубрит что-то, пытаясь что-нибудь понять, или хотя бы запомнить. Стол полностью завален книгами, порядком, как и во всей комнате, даже не пахло. Уверенности, что младший разбирается в этом лучше, чем он не было, просто спрашивать не у кого больше. Может Чан хён? — задумался Джисон, сверля взглядом своего соседа. — А может он уже и Чонину рассказал? Хан же не знает про, что они часами по телефону болтают. Ну вот сейчас и узнать можно. Если ответит, значит про это и болтают, — заключил он, вставая с кровати, чтобы допросить младшего. — Эй, Чонинка. Мне тут узнать кое-что надо, поможешь старшему? — с мольбой в глазах, спросил Джисон. — Смотря, что узнать. Ты знаешь я особо из комнаты не выхожу. Да и сплетни это не для меня. То, что сказал Чонин слегка порадовало его. Теперь он чуть больше уверен, что Ян его не предаст, не бросит, не оставит одного. Он не поддастся искушению сплетен и лжи, оставаясь на стороне правды. Святое дитё. Хан всегда загонялся по поводу лжи. До сих пор не понятно как, та ситуация в средней школе повлияла на его психику, ну и проверять никто не будет. Родители не знали подробностей и просто без выяснений отдали сына в пансионат, чтобы тот не трепал нервы. А сам парень предпочитает не вспоминать те события, вгоняя себя, тем самым, в лютую депрессию. Так легче. Так он думал. Но он ошибался. ** — Так, что спросить хотел? — вырвал его из раздумий Чонин, мило склонив голову на бок, ожидая вопрос. — А, ну да. Может ты знаешь какую-то девушку из нашей школы, которая готова просто заняться сексом? — Типо без всяких отношений и тд, просто секс, — пояснил Джисон, увидев вопрос в глазах младшего. — А тебе зачем? — удивился младший, не веря, что такое мог спросить его хён. — Ты, что решил первый раз не по любви? Эх, не романтик ты совсем. — Ну типа того, — смутившись ответил Хан, уже коря себя за то, что спросил это у своего единственного друга. — Эм, так знаешь кого-то? Ян уставился на своего друга, с призрением оценивая его с ног до головы. Господи как неловко, — убивался изнутри Джисон, с надеждой, что этот разговор сейчас же закончится. — Да ладно, я специально молчу, —засмеялся Чонин, успокаивая тем самым своего хёна. — Знаю одну и в ахуе, что ты про неё не знаешь. Она популярная очень, прям пиздец. Типо буквально все её знают. Джисон смотрел на младшего явно не понимая о чём тот говорил, что не осталось незамеченным со стороны Яна. — Ли Чоён. Ничего не припоминаешь? — Че? Одноклассница наша? Я походу реально из мира выпал, — удивился Хан, хватаясь за голову от столь шокирующего факта. — Никогда бы не подумал, что она…жесть. А встретится с ней как? Точнее, как вообще такие дела проворачивают. Мне просто подойти и типо «Го секс?» или как? — Как бы странно это не звучало, но да. С ней всё именно так и работает, — пожал плечами Чонин, возвращаясь к своим конспектам. — Только ты ж не будешь в классе спрашивать такое. Дайка подумать, — он начал напрягать брови и вообще все мышцы лица, тем самым показывая, как он усердно старается для своего хёна. — М-мммм, может вечеринка? Вот только вечеринок в средине учебного процесса не намечается, — подметил Ян, уныло откидываясь на спинку стула. Джисон тоже приуныл, полностью отчаявшись. Найти предлог, чтобы с ней поговорить, оказалось мега сложно. — А! Спокойно. Знаю одного чела, который помочь может, — стукнув кулаком по столу, заявил Чонин. — Как в такой ситуации помочь можно и вообще откуда такие познания? Ты ж вроде из комнаты не выходишь, — не уловив радостные и наполненные уверенностью волны младшего, поинтересовался Хан. — Я то не выхожу, а вот Чан хён очень даже. Он всё на свете рассказывает, но обычно такие люди, как этот чувак звучат в контексте, по типу: «с ними не ходи», «таких не слушай», «если что-то предлагают отказывайся». — Да у тебя две мамы, бро. Поздравляю! — усмехнулся Джисон, хлопая соседа по плечу. — Я сделаю вид, что ничего не слышал, так вот, парня того, Хёнджин зовут. Хван Хёнджин, если быть точнее. — Имя этого ноунейма уже заставляет мои коленки дрожать, — мотая головой из стороны в сторону, сказал Хан, подрагивая коленками, чтобы подразнить младшего. — Завались, тут важно. Ты такой приходишь к нему и говоришь: «Мне бы вечеринку закатить и чтобы людей поменьше было, а алкоголя побольше. Особого повода нет.» И он тебе сразу вопрос решает, но не бесплатно конечно. Цены всегда разные у него, для каждого особые скажем так. — Ну и сколько платить надо? Мне любая цена подойдёт. — Ты не понял. Цена будет далеко не такой, как ты думаешь, — серьёзно заверил его Чонин. — Говорят, что он и поцелуи просит и просто домашку сделать. Кого-то в магаз за бутылкой посылает, а кому-то грубит, со словами, что ему надо выплеснуть эмоции. Ты подумай над этим прежде чем к нему идти. Он странный пиздец. — Он же не попросит у парня поцелуй, правда? А остальное пустяки, мне просто прям срочно надо, понимаешь? — сказал Джисон. Он уже не может сидеть на месте, ему срочно нужен этот незнакомец. — Поэтому говори как найти его и я побежал. — Блять, мои слова явно пролетают мимо твоих ушей, но если что, то я предупреждал, — хватаясь за переносицу, проговорил Ян, но всё же отпуская своего друга. — Иди короче в 105 комнату. Просто стучишь и говоришь, что к Хван Хёнджину пришёл. Со всем остальным уже на месте разберёшься. — Ну спасибки, младшенький. Ты не представляешь как спас хёна. Люблю, целую, обнимаю, пока! — выбегая из комнаты, кричал Хан, посылая при этом воздушные поцелуи. Джисон вышел из комнаты и сразу направился искать 105 дверь. Это оказалось весьма не простым делом, так-как сам Хан жил в 43. Он поднялся на 4 этаж. Хан идёт по коридору, проверяя каждую дверь взглядом и где-то в недрах коридора он всё-таки нашёл заветную дверь. Осталось постучать и решить вопрос. Один стук. Два. Три. — Кто там? — приглушенно прозвучал голос, по ту сторону двери. — Я к Хван Хёнджину, — ответил Джисон, немного подрагивающим голосом. Дверь открылась и перед Ханом уже стоял высокий юноша с ослепительно сияющими волосами цвета пшеничного поля, в разгар сбора урожая. А он и вправду красив, даже слишком. — подметил про себя Джисон, одаряя незнакомца оценивающим взглядом. Лицо парня максимально симметричное и чистое. Углы были острые и чёткие, тем самым заставляя думать, что он скульптура, сделанная художником на заказ. Идеально высветленные волосы почти до плеча и стройное подтянутое тело. Мечта всех девочек? Определённо. Упаковка на высоком уровне, постарались на славу. Ну пора и конфету пробовать. — Привет, я Хан Джисон. Хотел бы устроить вечеринку. Что б побольше людей и алкоголя было. Вот. А Хёнджин на это никак не отреагировал, всё так же скучающе смотря куда-то мимо Хана. Господи, что ж ты молчишь? Может сказанул чет не то….Боже, какой стыд. Я же вроде всё правильно делаю. — стал накручивать себя Джисон, зажимая край толстовки рукой. А незнакомец только стоит и смотрит. Оценивает. Понятное дело думает, что в замен попросить. Какую цену выбрать. — На счёт цены, — подал голос парень. — Заплатишь потом, когда придёт время. Вечеринка завтра вечером в моей комнате, приглашаю всех по этажу. Чоён звать? — уточнил Хван, уже собираясь закрывать дверь. — Ты что, всё на свете знаешь? — испугался Хан, удивлёнными глазами смотря на высокого парня. — Дитё, Ли Чоён один из плюсов заказывать вечеринки у меня. Она как будто в комплекте идёт, понимаешь? — чуть-ли не со смехом спрашивает Хван. — Но как я понимаю, я не зря спросил. Сразу видно, кто за чем приходит. — Эм, ну да. Да звать. — Славно, малый. Ну бывай, не опаздывай хотя бы. — Спасибо, — скрывая нарастающую злобу и раздражение, протараторил Хан. Хёнджин ничего не ответил. Закрыл дверь перед глазами и напоследок ещё раз провёл взглядом по Джисону. Пока Хан разговаривал с этим парнем, то понял, что это тот, кто подбадривал Минхо на вечеринке. Ну как подбадривал, призывал к действию. Его друг? Ах, забудь! Хан направился в свою комнату полон надежд на завтрашний вечер. Если, что-то пойдёт не так, то у него нет запасного плана и что он вообще собирается делать, если все-таки окажется, что он ненормальный. Но он ведь не думает о таком, правильно? Ну ясно. Как монета упадет так и будет.

***

После весьма тяжёлого школьного дня, Джисон готовится к вечеру. Подготовка тут заключается только в том, чтобы найти что одеть, ну и может уложить волосы. Вдруг Чоён эта не простая. Как вообще с ней разговаривать? — начинал переживать парень, роясь в шкафу. — Собрался? —где-то из-за дверцы шкафа подался голос Чонинки. Он толи подгоняет Джисона, толи тоже начинает волноваться. Всей идеи он не знает. То есть он вообще нихуя не знает, кроме того, что его друг идёт ебаться. Он же в первый раз, правда? — начал уверять себя Чонин, боясь таким вопросом обидеть старшего. — Я уже, — запыхавшись после долгих поисков одежды, отозвался Джисон. —Пошли давай, там до комнаты пол часа шагать будем, я по себе знаю. Точно опоздаем, — подгонял он Яна. — Кстати, может у тебя для защиты есть что-то? — Не переживай, у Чоён всё с собой. Не думай об этом, — успокоил его сосед, кладя руку на плечо. — Ты уверен, что хочешь это сделать? Хан не стал отвечать, так-как реально не знал правильно-ли он поступает. Но деваться уже некуда. Запланировал значит сделай! Или может…Нет, нет, нет! — Идём, — уже уверено позвал Джисон.

***

Ну вот они и пришли, даже не опоздав, конечно же благодаря Джисону. Теперь надо просто немного выпить и подойти к Чоён. Ничего сложного. Погнали! Джисон направился к кухне, взял стакан с какой-то жидкостью и принялся пить. Отлично, прям полегчало. — расслабившись подумал Хан, кладя стакан обратно на стол. — По плану осталось только подойти к Чоён. Ну всё с Богом, назовём эту операцию «Спидран по гетеросексуальности». Ебать, прям в точку. Ну вот Чоён уже рядом. А, что говорить то? — бегая глазами по комнате, опять запереживал Джисон, ища помощи от Чонина. — А точно, — встряхнувшись вспомнил он. Не успел Хан что-то сказать, как Чоён приобняла его за плечо. — Ну, что Хан Джисон, ты ко мне? Тогда пошли туда, — кокетливо улыбнулась девушка, приглашая Джисона пойти с ней. Чоён повернула голову в сторону комнаты в дальнем коридоре. Походу она уже реально ко всему готова. Ли Чоён не простая девушка, вроде бы всем своим видом показывает, что готова отдаться за любую цену, но на самом деле она просто использует слабых ради себя, ради своего удовольствия. Каждый раз скользя взглядом по жертве, она оценивает его с ног до головы, замечая каждую мелочь. Всё что делают наивные юноши, она использует против них. Они абсолютно ничего не заметят, а у Чоён будет компромат на пол их учебного заведения. Они как стадо овец попадутся хищному зверю, слепо веря, что это вредит Ли и её статусу, но только она руководит игрой. Она перетасует карты так, что парни останутся не с чем, но всё ещё будут слепы. Под эту уловку и попался Джисон. Он просто-напросто хотел проверить всё ли хорошо на фронте его гетеросексуальности, а на деле попал в цепи Чоён. Вечеринка, много алкоголя и шум на весь пансионат. Видимо ещё один плюс заказывать вечеринки у Хёнджина — одобрение учителей. По другому не объяснить как их ещё не выгнали из этой школы. Кто-то перепил и уже бежит к туалету, кто-то допивает вторую бутылку дешевого алкоголя, а кто-то милуется на диване с незнакомцем. Все они ничего не подозревают, а Хан идёт прямиком в логово зверя. Проходя с ней в комнату, Джисон на сто процентов уверен, что он удостовериться в своей нормальной жизни и поймёт почему же появляется искра в его глазах. Почему странноватые покалывания в области головы мешают спать, заставляя пить снотворное? Почему и дальше так хочется видеть как движется тело Минхо в танце, ощущать адреналин от набухших вен? Чувствовать те мягкие, слегка приоткрытые губы, на своих. Это слишком сильное желание, оно невыполнимо для Джисона, ему нельзя. Иногда от таких мыслей, он до железного привкуса во рту кусает губу, пуская слёзы от накатывающей боли в голове. Чоён, как и обычно, быстро действует, уже полностью зная жалкого школьника. Зайдя в комнату, она профессионально делала вид невинной девушки. Сейчас Джисон снимет с неё одежду и начнёт целовать приятное на ощупь тело, подрагивая прикасаясь к коже своими сухими губами. Это не чего он жаждет. Не то чего он хочет. Он не готовился к этому событию, хоть и знал свой ход действий наперёд, поэтому не медля снял верхнюю одежду. Вот сейчас и сделает свой первый ход Чоён, до тошноты очевидный, но в то же время настолько не предсказуемый для парней вроде Джисона, которые просто приходят на готовое, ощущая контроль и превосходство над хрупкой девушкой, которая лежала под каждым вторым в этом пансионате. В какой-то момент всё идёт не так, как себе представлял Хан в своей голове. Ему должно было нравится, должно было быть хорошо. Он продолжает углублять поцелуй и в тоже время ласкать девушку чуть ниже живота, слыша её стоны. Это не то, что он хочет слышать. Не то, что хочет видеть. Приятное чувство и тёплая горечь, которая должна была появится в паху, заставляя хотеть большего и чувствовать боль от ненужных вещей, не появилась. Немного уйдя в себя размышляя, Джисон мимолётно почувствовал головную боль. Полностью игнорируя это он решает сразу перейти к делу и наконец-то закончить весь этот цирк. Джисон снимает с себя оставшуюся одежду, в надежде обострить ощущение и почувствовать хоть что-то. Чоён нежно проводила пальцами от шеи до нижней части живота, рисуя незамысловатые узоры. На ней было лёгкое платье и для большего эффекта она начала раздвигать ноги, давая, тем самым, согласие на дальнейшее действия. Она всё также ощупывала каждый сантиметр его тела и чуть надавив сверху на голову Хана, она очутилась напротив его шеи, на которой бушевала вена, пульсируя с каждым разом всё сильнее. Усмехнувшись с увиденного, она потянулась к шее, засасывая вену в свои пухлые губы. Она продолжала это делать, шастая руками в волосах юноши, но тот ничего не чувствовал. Джисон не хотел поцеловать её шею в ответ. Не хотел оставить дорожку поцелуев по всему её телу. Он не хотел, чтобы эти ноги раздвигались дальше. Хан больше ничего не хотел, пропитываясь мерзостью к происходящему. Ему было некомфортно. Ему было страшно. Джисон хотел уйти. Казалось, что слёзы вот-вот вырвутся, выставляя его полным идиотом. Он не мог этого допустить и чувствуя, что в комнате катастрофически не хватает воздуха, он решает покинуть комнату, оставив свою затею. Хан вырвался из хватки Чоён и не объясняя ничего начал одеваться. Ли не могла проигнорировать его действия, ощущая, что в первый раз её гордость кто-то задел. Кто-то не дошёл с ней до конца в этом деле. — Почему ты уходишь? — спросила девушка, пытаясь уловить взгляд Джисона. — Вспомнил про неотложные дела, случится же такое, — нервно протараторил Хан, оглядываясь по сторонам. Он должен найти дверь и покинуть это замкнутое пространство, заставляющее его теряется во времени. Джисон так хочет вдохнуть воздуха. — И в правду, с кем не бывает, — процедила сквозь лучезарную улыбку Чоён, установив зрительный контакт с Ханом. Джисон смотрел в ответ и на него начала накатывать паника. Кислорода не хватало, голова раскалывалась от боли и сердце билось непростительно быстро. Он думал, что сейчас просто упадёт на колени от дрожи в ногах. Просто уйди. Хан не стал больше испытывать своё тело и повернувшись к двери он покинул комнату. Он сделал большой вдох и выдохнул с слезой на щеке, осознавая, что план провалился. Джисон провалился. Он не смог доказать себе, что он нормальный, он не смог. Хан направился в ванную комнату, чтобы посмотреть какие эмоции показывает его, покрасневшее от нехватки воздуха лицо. Лицо идиота, который облажался. После произошедшего Джисон понял, что теперь не может быть уверен в своих чувствах и вообще в самом себе. Он думал, что знает всё о своей личности и о своём теле, но всё, что он может сделать сейчас — смотреть на себя в зеркало и сдерживать слёзы. Он ведь был настолько уверен, но его же тело подвело. Или же не только тело? Что если и сердце переступит черту? Что если не сможет справиться и сорвётся в ту же пропасть, куда падать Джисону совсем не хотелось. Хан всё же взял себя в руки и теперь поддерживает свой разум словами, что: Разум всегда принимает верное и последнее решение, пока я в силах понимать, что это не мой путь и это навредит мне, я смогу оставаться непоколебимым и до конца в здравом уме. Эти убеждения были вполне истинными, но неужели он сможет перечить сердцу и потом же и телу, всё ещё внушая себе, что это не правильно? — ОН СНЕГ! — прокричал Джисон себе в отражении зеркала. — Я просто жалкий.